WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 11 |

«В.А. Сальников ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ВОЗРАСТНОГО РАЗВИТИЯ Монография Омск СибАДИ 2012 УДК 796 ББК 75 С 16 Рецензенты: д-р пед. наук, профессор Г.Д. Бабушкин (СибГУФКиС); д-р пед. наук, ...»

-- [ Страница 5 ] --

Одной из причин отсутствия отечественных данных о степени гармоничности индивидуального развития детей является возникшая в последние годы определенная разобщенность между научными дисциплинами, призванными изучать развитие ребенка, – возрастной хморфологией, физиологией, психологией. Другая причина - это то, что большинство данных получено методом поперечным срезов и отсутствия длительных наблюдений за индивидуальным развитием [65].

В соответствии этого едва ли многообразие выявленных возрастных особенностей применительно к хронологическому и биологическому возрастам возможно обобщить в единое целое.

Так как возраст, т.е. состояние развития ребенка в каждый данный момент развития представляет соединение различных черт, напоминающих химическое соединение «Как вода имеет новые свойства, по сравнению с соответствующими ей элементами, так точно и возраст есть реальное единство замкнутого в себе целого имеющего свойства, проявляющееся в этом целом и требующее для своего понимания и изучения именно учета этого целого» [83].

Вероятно, именно этого и недостает для большинства имеющихся исследований, изучающих возрастные особенности. Действительно, едва ли правомерно рассматривать возрастное развитие только применительно к отдельно взятым системам, надо знать качество их взаимосвязей в возрастном аспекте и то, как эти взаимосвязи изменяются в различные возрастные периоды.

Возрастная же динамика этих связей может зависеть от характера воздействия внешних и внутренних факторов и в значительной степени определяется ими. Последнее может быть связано с тем, что отдельные свойства, входящие в структуру индивидуальности, выступают не рядоположно, а образуют сложные динамические образования.

Особенно рельефно это показано при изучении онтогенеза локомоторных функций человека, при этом отмечены следующие закономерности [33]:

– этапность развития систем движений человека;

– нелинейный колебательный характер развития различных систем морфологии и функций организма, обеспечивающих реализацию физической активности человека;

– синфазность периодов ускоренного развития элементов системы движений и их несовпадение с периодами ускоренного развития структур;

– многоуровневая ритмичность развития систем моторики, их элементов и структур;

– высокая степень индивидуальности двигательных проявлений. Это лишний раз показывает насколько сложны возрастные изменения даже относительно одной функции, применительно к каждому ребенку они могут быть глубоко индивидуальны.

Очевидно, пора менять принципиальную схему исследовательской парадигмы, а именно: переход от описания многообразия отдельных возрастных изменений к анализу за счет выявления интегративных факторов в структуре возрастного развития, по отношению к которым эти отдельные возрастные особенности выступают в качестве производных.

Как нам представляется изучать нужно не возрастные особенности, а индивидуальные особенности возрастного развития, так как возрастные особенности всегда существуют в форме индивидуальных вариантов развития, как подчеркивает Д.Б. Эльконин (1989) «развернутая гамма индивидуальных вариантов возрастного развития при сравнительном анализе может дать материал для ответа на вопрос об условиях формирования основного новообразования».

4.7. Обучение (воспитание, тренировка) и развитие Совершенствование системы обучения является неотъемлемой частью современного этапа развития. В результате проблема возраста, периодизации развития человека в интервале его жизни сегодня предельно актуальна в сфере образования. В.И. Слободчиков (2003) отмечает, что сегодня труднее обосновать прямое соответствие между возрастом и ступенью образования, хотя бы в пределах общего образования. Особенно актуально это в общепедагогическом плане, а именно – в конкретной деятельности (формирование умений, навыков, способностей в игровой, спортивной и профессиональной деятельности). Но для эффективной организации обучения необходимо не только доскональное знание системы организации учебного процесса, но это должно соотноситься с закономерностями развития различных систем организма, в частности человека как личности в целом.

Имеющиеся данные по-разному соотносят обозначенные положения.

Согласно Л.С. Выготскому, процессы обучения и развития не совпадают, между ними проявляются сложные взаимоотношения. Автор указывал, что, оценивая уровень развития, необходимо обозначать не только то, что ребенок уже делает самостоятельно (актуальный уровень развития), но и то, что может ребенок делать при определенной помощи взрослого (зона ближайшего развития). Это дало основание Л.С. Выготскому (1984) сформулировать положение: обучение, опираясь на достигнутый уровень развития, должно идти впереди его и вести развитие за собой, при непременном условии, которое должно всегда присутствовать: ребенка желательно обучать тому, чему он способен обучаться.

Г. Инсльдер считает, что обучение подчинено законам развития, но не наоборот. В то время как У. Джеймс, Э. Торондайк обучение и развитие отождествляют, то есть обучение рассматривается как развитие.

Изучая развитие психики ребенка, один из выдающихся психологов века Ж. Пиаже отмечал, что развитие идет безотносительно к обучению.

Можно предположить, что это положение относилось к какому-то конкретному факту, а вывод получил более обобщенный характер.

Присутствует несколько различных точек зрения на соотношение обучения и развития.

Основное разногласие мнений различных исследователей сводится фактически к вопросу о том, может ли обучение влиять на развитие и ускорить его.

Часть психологов считает процесс развития спонтанным, обусловленным внутренними факторами. Обучение, по их мнению, должно следовать за развитием, но может определять его, ускоряя или замедляя обучение.

Так, известный Швейцарский психолог утверждал, что обучение должно подстраиваться, приспосабливая к наличному уровню развития.

Существует и другое мнение, иной подход к проблеме. Американский психолог Дж. Брунер считает, что обучение непосредственно влияет на психологическое развитие ребенка, определяя его темп. Считая обучение, а не спонтанное созревание, важнейшим фактором, определяющим развитие, он приходит к мысли, что в принципе можно так построить обучение, что «… любой предмет можно преподать эффективно и в достаточно адекватной форме любому ребенку на любой стадии развития» [46].

В советской психологии и педагогике наибольшее распространение получили взгляды Л.С. Выготского на проблему соотношения обучения и развития.

Автор на основании собственных исследований приходит к выводу, что «… обучение не тождественно развитию». Не всякое обучение выполняет движущей силы развития, может считаться и так, что оно будет бесполезно или даже затормозит развитие. Чтобы обучение было развивающим, оно должно ориентироваться не на уже завершившего циклы развития, и на возникающие, а на зону ближайшего развития ребенка [83].

Возвращаясь к понятию «зона ближайшего развития», следует отметить, что оно и сегодня раскрыто недостаточно полно, практически отсутствуют методы исследования этой зоны. Л.С. Выготский связывал это с тем, что ребенок, находясь в зоне ближайшего развития, способен выполнять определенные действия с помощью взрослого, то есть, аккумулируя его опыт. Вероятно, как отмечает Л.В. Занков (1975), «обучение создает зону ближайшего развития, а затем переходит в сферу актуального развития». В свою очередь, в зоне ближайшего развития следует выделить две линии обучения (по сути, два аспекта обучаемости): во-первых, зону активного обучения (процесс усвоения и воспроизведения новых знаний с учетом форм учебной помощи со стороны учителя) и, во-вторых, зону творческой самостоятельности ребенка (процесс его самодеятельности и самообучаемости).

А.В. Брушлинский (1992), многолетний оппонент Л.С. Выготского, отмечает, что в понятии «зона ближайшего развития» недостаточно учтена важнейшая роль субъекта психического развития в процессе обучения, прежде всего, роль внутренних условий ребенка, изначально опосредующих педагогические воздействия.

Применительно настоящего времени, в педагогической психологии и психологии развития можно обозначить, по мнению В.И. Слободчикова (2003) по крайней мере две болевые точки. Это прежде всего вопрос о возрастных нормах развития, относительно которых должно определяться содержание образования, воспитания на разных ступенях. Однако до сих пор так и не построены возрастно-нормативные модели и критерии развития, модели критических переходов, с одной ступени на другую. Отсюда очевидно, что, не имея таких оснований, не рискуя брать на себя ответственность за их формулирование, все наши разговоры о собственно образовательных траекториях для каждого ребенка, индивидуальных траекториях его развития, а в последствии – и саморазвития.

Включение названных положений в реальную педагогическую деятельность в определенной степени лимитируется знаниями о возрастной чувствительности. Известно, что в разные периоды детства возрастная чувствительность существенно различается, временное же ее повышение связывают с так называемыми сенситивными периодами развития; последующее постепенное, а временами резкое ее снижение говорит о критическом периоде развития. О сенситивных периодах Л.С. Выготский писал:

«В этот период определенное влияние оказывает чувствительное воздействие на весь ход развития, вызывая в нем те или другие изменения. В развивающем обучении – «в пользу бедных». Вторая такая точка – это педагогический профессионализм, это еще одна болевая точка современной педагогики. При этом однозначно, когда речь заходит о педагогическом профессионализме, должно быть абсолютно ясно, что без психологии развития он просто невозможен (может, и возможно педагогическое искусство, но это за пределами обсуждаемого вопроса). В отношении образования и прежде всего вариативного, инновационного образования, необходимо специально заметить: вариативное образование сегодня – это не просто педагогическая целостность и не только самоценность педагогического творчества (хотя все это чрезвычайно важно), но главное – возможность и профессиональная ответственность за создание условий становления подлинно индивидуальных другие же периоды те же самые условия могут оказаться нейтральными или даже оказать обратное влияние на ход развития.

Сенситивные периоды совпадают вполне с тем, что мы называем «оптимальными сроками обучения». В последующем было показано, что всякий пропущенный сенситивный период ведет себя, как выразился Д.И. Фельдштейн (1989), к педагогической «запущенности». Наряду с этими положениями основу тренировочного эффекта обуславливает такое фундаментальное свойство человека, как способность к адаптации, то есть развитие адекватных реакций на внешние условные воздействия. Последнее является существенным фактором более эффективного воздействия на развитие двигательных способностей. В целом же проявления адаптации в спорте исключительно многообразны. Основной вопрос – это механизм адаптации, то есть, каким образом потенциальные, генетически детерминированные возможности организма преобразуются в реальные в ответ на целенаправленные внешние воздействия. В.К. Бальсевич (1981), анализируя эту проблему, отметил, что специалистами чаще освещается проблема генетической и средовой детерминации успешности спортивной деятельности, в то время как из поля зрения большинства исследователей выпадает такой важный аспект проблемы, как степень детерминированности характера, или, точнее, ритма физического потенциала человека в процессе его индивидуальной эволюции.

По мнению автора, принцип детерминации означает необходимость учета в процессе физической подготовки консервативных и лабильных компонентов морфофункциональной организации человека и ее развития в ходе реализации физической активности. Консервативные признаки морфофункционального комплекса моторики должны быть главными объектами внимания при выборе видов физкультурной и (или) спортивной деятельности, при разработке многочисленных программ физического совершенствования человека. В то же время лабильные признаки должны оцениваться с точки зрения возможностей и оптимумов их развития, необходимости и достаточности уровня развития физического потенциала на разных этапах жизни, способности индивидуума надежно усваивать обучающую (тренирующую) информацию.

Как показали последующие исследования, уровень жесткости этой детерминации существенно различается. Так, в исследованиях М.В. Селиной (1983), И.В. Азаровой (1983), А.И. Ивановой (1987) было показано, что критические периоды развития физических качеств являются неблагоприятными для избирательно направленного воспитания. В исследованиях Г.А. Масловского (1993) при использовании индивидуально-сопряженного метода воздействия выявлены резервные возможности организма в неблагоприятные периоды возрастного развития отдельных способностей. В целом имеющиеся данные, с одной стороны, свидетельствуют о «жесткой генетической детерминации ритма развития двигательных способностей»

(М.Д. Бакшеев, 1990), с другой – отмечается, что специализированные спортивные тренировки способны в известных пределах изменить возрастной ритм развития двигательных функций.

Не менее важным фактором, раскрывающим необходимость использовать в учебно-тренировочном процессе зону ближайшего развития, является изучение динамики сенситивных периодов развития. В частности, А.А. Гужаловский (1984) сформулировал следующее положение: педагогический сдвиг в развитии того или иного двигательного качества оказывается тем больше, чем значительнее темп естественного ускорения в развитии того же двигательного качества. Справедливость отмеченного в общей форме бесспорна, так как дает возможность более целенаправленно управлять возрастным развитием. Однако проблема раскрывается только с одной стороны – с точки зрения возрастного развития. Конечно, нельзя отрицать, что сменяющиеся возрастные особенности несут с собой специфические, неповторимые предпосылки развития. Но совершенно очевидно, что возрастной критерий не позволяет учесть многие закономерности физического развития, и дело, видимо, в том, что не принимаются во внимание индивидуальные особенности, которые очень многообразны и начинают проявляться на самых ранних стадиях онтогенеза.

Доказательство тому – педагогическая практика, издавна сталкивающаяся с проблемой индивидуально-природных предпосылок различий между людьми. При этом следует отметить, что индивидуальность каждого человека обусловлена в биологическом плане уникальностью генетической программы, а в общественном (личностном) определяется спецификой усваиваемой социальной программы. Но, как отмечает Н.П. Дубинин (1983), социальная программа на протяжении всей жизни человека диалектически снимает, но не уничтожает действия генетической программы.

На необходимость позитивного решения проблемы возраста обращает внимание П.Л. Гальперин, рекомендующий в связи с этим использовать более дифференцированный подход к процессам обучения и развития. В этом плане представляется существенным различение тесно связанных, но все же не тождественных и часто неправомерно смешиваемых процессов функционального и собственно возрастного развития ребенка.

Возрастное развитие, в отличие от функционального, заключается не столько в усвоении отдельных знаний и умений, сколько в образовании новых психофизиологических уровней, новых планов отражения действительности и определяется общими изменениями характера детской деятельности, связанной с перестройкой системы отношений ребенка с предметным миром и окружающими людьми. Все это лишний раз указывает на то, что связь между обучением и развитием носит довольно сложный характер. Необходимо помнить, что развитие и обучение – это разные процессы. Л.Ф. Обухова (1996) отмечает, что «процесс развития имеет внутренние законы самодвижения». Обучение же есть внутренне необходимый и всеобщий момент в процессе развития у ребенка свойств, исторически присущих человеку.

Дело в том, что формирование умений и навыков, развитие двигательных способностей требует определенных условий, которые создаются в процессе обучения и тренировки. К сожалению, не все, что предлагается в процессе обучения, становится достоянием учащихся, так как система обучения (тренировки) может не только содействовать процессу развития, но и тормозить его. В значительной степени это обуславливается индивидуальными особенностями занимающихся. Практика спортивной деятельности имеет массу примеров, когда один и тот же уровень нагрузки поразному влияет на развитие двигательных способностей.

С другой стороны, Л.В. Божович (1968) отмечает, что в процессе одной и той же деятельности могут формироваться разные качества, разные психические свойства и обуславливается это тем, что ребенок усваивает лишь то из окружающей действительности, что отражает его потребности.

С учетом этого следует обратить внимание на такой факт: развивать можно только то, что уже присутствует в той или иной мере и в отношении чего имеются определенные предпосылки к развитию. Спортивная деятельность располагает данными, показывающими, что если организм уже в раннем возрасте готов к выполнению повышенных нагрузок, то надо такие нагрузки ему предлагать, то есть при планировании нагрузки учитывать способности индивидуума, а не просто опираться на возраст. Это положение, сформулированное В.В. Езерским, было названо принципом адекватного воздействия.

Л.В. Занков (1975) и его сотрудники утверждали, опираясь на результаты изучения индивидуальных вариантов развития ребенка, что возможности развития крайне индивидуальны, что для полноценного развития ребенка необходимо обучение в таком классе, который состоял бы из различных индивидуальностей. Гомогенность подвергается широкой критике, в большинстве случаев обоснованно. Конечно, двигательное развитие ребенка зависит столько же от обучения, сколько процесс обучения от развития ребенка. Но каждый из них имеет свои особенности, которые интерпретируются по-разному. По Л.П. Матвееву (1984), физическое воспитание по отношению к физическому развитию индивида выступает как своего рода управляющее начало, источник целесообразно направляющих воздействий. Эти различия связываются с тем, что физическое развитие протекает по естественным закономерностям, которые, как отмечает Л.П. Матвеев (1984), не волен упразднить никто, поскольку физическое воспитание – это процесс, протекающий по закономерностям деятельности. Поэтому чаще говорится о воспитании физических качеств, двигательных способностей и реже – об их развитии.

Акцентируя внимание на воспитательной стороне процесса, стараются тем самым подчеркнуть его решающий фактор. Однако несостоятельное представление о всесильности воспитания и обучения фактически отрицает индивидуальные психофизиологические особенности детей, также определяющие успешность обучения. Если бы только обучение, воспитание и тренировка определяли уровень развития способностей у людей, не было бы таких огромных индивидуальных различий при относительно одинаковых условиях жизни. Несомненно, развитие и воспитание воздействуют на один и тот же объект (индивид) с одной и той же целью – полной реализации его в обществе, однако развитие обращено к тому, чего у него нет, но что дано в общественной морали, нравственных нормах и качествах людей. По образному выражению В.Д. Шадрикова (1996), «воспитание как бы обрамляет развитие, придает качествам индивида нравственный вектор, одинаково опасно как отождествлять развитие и воспитание, так и противопоставлять их. В своем единстве и развитие, и воспитание составляют сущность онтогенеза личности». Изучение умственных, музыкальных, двигательных и других способностей показало, что способности всегда результат развития. Однако желание связать развитие только с закономерностями естественного процесса низводит его до понятия частного порядка.

С другой стороны, едва ли правомерно и противопоставление закономерностей деятельности и закономерностей естественного процесса развития;

как нам представляется, это стороны одного процесса.

Развитие личности, совершающееся под определенным влиянием обучения, воспитания, тренировки, представляет собой целостный процесс, в котором возникающие различные качества и свойства связаны и взаимодействуют между собой. Г.С. Костюк (1988) отмечал, что обучение успешнее ведет за собой развитие, если оно целенаправленно способствует этому процессу, создает необходимые для него внешние и внутренние условия.

Но для этого необходимо иметь четкое представление о понятии «развитие» и факторах, обуславливающих развитие. Это совокупность методов, средств обучения, организация и содержание обучения, уровень педагогической подготовленности педагога, в полном объеме это относится к воспитанию и тренировке. Особенно важно помнить, что факторы развития могут способствовать или препятствовать развитию, ускорять или, напротив, замедлять этот процесс. И здесь особенно важно понятие ведущего вида деятельности и типа обучения. В частности, как отмечает Б.А. Ашмарин (1979), при обучении двигательному действию формируется двигательный навык. Одновременно получают развитие и двигательные способности, соответствующие ему: сила, быстрота, выносливость и др. Оба процесса сопутствуют друг другу, но они неоднозначны по своим методам, а иногда и по своим свойствам. Поэтому следует акцентировать внимание или на обучении (формировании навыка), или на развитии двигательных способностей.

Следует различать обучение и воспитание несмотря на то, что они входят в содержание единой педагогической деятельности. Если воспитание представляет собой процесс целенаправленного и организованного воздействия на личность и поведение ребенка, то обучение – процесс, основная цель которого состоит в развитии способностей подростков. Можно согласиться с Г.С. Костюком, утверждающим, что «управление развитием – значительно более сложная задача, нежели управление усвоением понятия и соответствующих ему операций». При этом несомненно, что различные варианты обучения обуславливают различные варианты развития. Существенным фактором, позволяющим говорить об эффективности того или иного обучения, является то, насколько оно отражает возможности использования богатства индивидуальных различий.

Глава V. ВОЗРАСТНАЯ ИЗМЕНЧИВОСТЬ В СТРУКТУРЕ

ФИЗИЧЕСКОГО И МОРФОФУНКЦИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ

Возрастная изменчивость как объект науки носит сложный, динамичный характер и для его изучения требуются системный подход. Связано это с тем, что на протяжении жизни человека происходит не только рост и развитие, но и разнообразные изменения в виде количественных (уровневых) и качественных (структурных) преобразований, которые выражают две противоположные тенденции: к усилению специализации в работе функций и к повышению уровня их интеграции. В целом эти преобразования оптимизируют процесс не только функционирования, но и развития самих индивидуальных свойств в соответствии с задачами и условиями социальных и индивидуальных программ [296].

Ещё И.М. Сеченов (1952. Т. 1) обратил внимание на чрезвычайную сложность процесса индивидуального развития человека «Несомненно – писал ученый в работе «Элементы мысли», – прогрессивный цикл превращений составляет умственное развитие индивидуального человека от рождения до зрелости, но для нас этот именно цикл и стоит под вопросом».

5.1. Возрастная изменчивость и особенности развития Системное рассмотрение всего жизненного цикла позволяет выявить общие закономерности индивидуального развития человека с момента его рождения и использовать эти закономерности для решения задач отбора ориентации и последующего тренировочного процесса на всех этапах спортивного совершенствования.

Возраст является одной из наиболее интегральных характеристик человека и относится не только к индивидным свойствам и функциям, но и к личности, субъекту разных видов деятельности. В то же время онтогенез и жизненный путь человека определяются принципиально разными условиями и факторами, а само понятие возраста имеет разный смысл в процессе развития индивидных и личностных свойств человека.

Б.Г. Ананьев (1972) рассматривал возраст человека как функцию биологического и исторического времени, «Как человек в целом, так и его временные характеристики, в том числе и возраст, есть взаимопроникновение природы и истории, биологического и социального. Поэтому возрастные изменения тех или иных свойств человека являются одновременно онтогенетическими и биографическими. Следует считать односторонними и устаревшими представления о возрастных особенностях человека как чисто биологических феноменах». При этом он считал, что возрастные изменения могут быть правильно поняты лишь в свете диалектической взаимосвязи органического и социального в психическом развитии человека. Одновременно, возрастная эволюция имеет свою сложную специфику, характеризующуюся целым рядом черт:

– возрастная изменчивость различных систем организма отличается разной интенсивностью в зависимости от этапов человеческой жизни и имеет различное значение в отдельные фазы жизни.

– возрастные особенности различных форм человеческой жизни проявляются в единстве с их индивидуальной вариативностью на каждом этапе развития.

С.Л. Рубинштейн подчеркивал, что «реальный процесс психического развития человека всегда является конкретным индивидуальным процессом». Чем старше ребенок и сложнее психические процессы, тем большую роль играют индивидуальные особенности, тем значительнее индивидуальные различия. Усиление индивидуальных различий на протяжении всего жизненного цикла отмечал и Б.Г.Ананьев. Он писал: «Уже в подростковом, а тем более в юношеском возрасте смена возрастных периодов во многом зависит не только от условий воспитания, но и от сложившихся индивидуальных и типологических особенностей формирования личности.

Процессы роста, созревания и развития все более опосредуются накопленным жизненным опытом и образовавшимися типологическими и индивидуальными чертами. Это положение особенно характерно для всех периодов зрелости, возрастные различия между которыми как бы «перекрываются» типом индивидуального развития, характером практической деятельности» [5].

В процессе развития человека усиливается роль индивидуальных различий и влияние индивидуальности на характер возрастной изменчивости психики [5; 296].

Для более глубокого понимания возрастной изменчивости на разных этапах жизни важным оказывается микровозрастной анализ, который позволяет выявить сложный характер изменений функций в различные периоды их развития [296].

Чрезвычайная сложность процесса индивидуального развития человека проявляется в том, что различные структурные образования и системы организма формируются и развиваются непрерывно асинхронно, все это нашло отражение в понятии гетерохронности как отличительной черты различных сторон индивидуального развития человека. Это в полной мере проявляется применительно к развитию двигательных способностей, где общей закономерностью являются непрерывный и поступательный, но, как правило, неравномерный процесс изменения этих способностей на всем протяжении детского, подросткового и юношеского возраста. В результате формирование различных структурных образований и систем организма человека проявляется в форме чередования так называемых сенситивных и критических периодов развития. Выявление различных путей функционального и физического развития и разнообразия темпов возрастной динамики, объясняется основополагающим моментом более точной оценкой не только каждого возрастного среза, но и главным образом самого процесса индивидуального развития, последнее связывается с возможностью выявить разнообразное проявление возрастных форм под воздействием их различных факторов.

Обобщение имеющихся данных в литературе позволило систематизировать ряд закономерностей, отражающих возрастные особенности развития:

– больший эффект педагогических воздействий достигается в периоды совмещенные во времени с фазами ускоренного развития тех или других двигательных способностей [191; 106];

– критические периоды развития физических качеств неблагоприятны для избирательного направленного воздействия [1; 308];

– периоды ускоренного и замедленного развития моторики человека и обеспечивающих ее морфологических систем свойственны как людям, не занимающихся спортом, так и спортсменам, это может свидетельствовать о том, что ритмы развития биологически детерминированы [34];

– такие интенсивные воздействия на моторику, как спортивные занятия, не меняют биологического ритма в развитие, хотя саморазвитие осуществляется на более высоком уровне (В.К. Бальсевич, 1987);

– неиспользование сенситивных периодов для достижения оптимальных сдвигов в организме приводит к тому, что в итоге не весь потенциал организма будет реализован в достижении конкретного результата [155].

Однако следует отметить, что чем шире спектр изучаемых проявлений применительно к различным системам организма и их составляющих, тем меньше подтверждаются выше обозначенные закономерности.

В чем же причина того, что ранее полученные результаты и сделанные обобщения и выводы не всегда находят подтверждение в более поздних исследованиях. Главная на наш взгляд, причина в том, что многообразие факторов, сопутствующих физическому развитию, чаще всего изучается через сопоставление с интегральным признаком, это возрастом.

В целом, используя возраст как системный признак, были получены многочисленные данные, показывающие прогрессивную роль подобного подхода, позволившего получить некоторые закономерности развития двигательной системы детей и подростков, имеющих важное значение для решения практических задач в сфере физического воспитания и спортивной тренировки. Однако в исследованиях настоящего периода подобного подхода явно недостаточно, так как возрастной критерий не позволяет учесть многих закономерностей (особенностей) физического развития, чаще констатируется связь той или иной системы с возрастом (чаще хронологическим), но не подвергается изучению сам возраст: основные характеристики, заданные параметры развития личности оставались как бы неизмененными.

Индивидуальность темпов развития, отсутствие единого унифицированного ритма развития для всех детей при сохранении общих закономерностей развития, переход от одного периода к другому, наличие единого плана, или вернее последовательности стадий развития позволяет говорить лишь об ориентировочных возрастных границах каждого периода с выраженными индивидуальными вариациями. Размах вариаций с возрастом имеет тенденции к росту при переходе от одного периода к другому, соответственно возрастные границы периодов становятся более размытыми.

Это может быть связано с известной закономерностью уменьшения с возрастом роли генетических факторов развития с присущей им жестокой детерминированностью и возрастания влияния факторов социальных более вариативных (лабильных). Существенное изменение величины и направленности динамики разных систем организма наблюдается в предпубертатном и пубертатном периодах. При этом динамика физического развития, темпы прироста результатов у мужчин и женщин имеют принципиально различную динамику.

Человека же как представителя биологического вида отличает неспециализированность, универсальная и высокая степень активности. Принципиальные изменения всего хода онтогенеза, где ведущим становятся не видовые проявления, а процесс индивидуального развития человека, обусловлены чрезвычайно сложной, динамической социальной средой его существования.

Сопоставление одноуровневых и разноуровневых индивидных свойств в микровозрастном плане показало несовпадение темпов и направлений их изменений, что в чрезвычайной степени осложняет картину их роста и свидетельствует о внутренней противоречивости подсистем человека. Одной из причин отсутствия отечественных данных о степени гармонизации индивидуального развития детей является возникшая в последние годы определенная разнообразность между научными дисциплинами, призванными изучать возрастные изменения в процессе развития ребенка, – возрастной морфологией, физиологией, психологией, педагогикой и многими другими дисциплинами. В результате, по мнению Д.И. Фельдштейна, (2004) дифференцированный подход к детям привел к тому, что исчезло целое представление о ребенке и подростке. При этом большая часть специалистов в своих работах основывается на традиционных представлениях о детстве, которые за последнее десятилетие существенно изменились. Накопление же огромной массы нового добротного материала не только не облегчает, но, напротив, усложняет познание сложных объектов.

Действительно, едва ли правомерно рассматривать возрастное развитие только применительно к отдельно взятым системам, надо знать качество их взаимосвязей в возрастном аспекте и то, как эти взаимосвязи изменяются в различные возрастные периоды.

Имеющиеся в литературе данные и результат собственных исследований дают основания отметить, что отдельные свойства, входящие в структуру индивидуальности, выступают не рядоположно, а образуют сложные динамические образования. Вероятно, для каждого возрастного периода индивидуального развития характерен «свой комплекс» – специфический набор ведущих признаков, который может быть реализован при занятиях спортивной деятельностью. В этом случае представляется более правильным говорить о способностях или, вернее, о задатках как природной основе способностей.

Рассматривая индивидуальные различия Н.С. Лейтес (1985) отмечает, что способности могут быть не просто проявлением извне, они всегда несут печать индивидуальности, индивидуальные различия по способностям – это различия по степени выраженности, по их своеобразию. Наличие же индивидуальных различий связано с тем, что у каждого человека преимущественно развиваются те двигательные способности, задатками к которым он обладает, этому в определенной степени сопутствуют индивидуальные особенности [151; 195].

Следует иметь в виду, что одна и та же способность может развиваться в различных условия. В этом случае правомерно говорить о возрастных предпосылках способностей, имея в виду эти обусловленные возрастом повышенные возможности развития. Как замечает Н.С. Лейтес (1985) дети различаются по срокам наступления, длительности и степени выраженности возрастной сенситивности, что не может не сказываться на ходе развития способностей.

Вполне обоснованным представляется использование понятия способности, сформулированного В.Д. Шадриковым (1993), как совокупности индивидуальных качеств, влияющих на эффективность деятельности, которая определяется уровнем сформированности и организации функциональной системы деятельности, т.е. в этом случае способности рассматриваются как характеристики продуктивности этих сложных функциональных систем.

В целом же способности, входящие в одну и туже группу (скоростные, силовая выносливость), но имеющую различную структуру, включают в себя разные психологические особенности, выступающие в качестве задатков. Это дает основание отметить, что задатки характеризуются поливантностью по отношению к способностям, так как на основе одних и тех же задатков формируются различные способности.

Надо иметь в виду, что индивидуально-психологические особенности, в частности свойства нервной системы заметно изменяется с возрастом. В соответствии с этим изменяется и динамика развития двигательных способностей, особенно в ситуации стимульного развития.

Индивидуальное выступает не сразу, не полностью, а изменяясь, обогащаясь от возраста к возрасту. При этом Н.С. Лейтес (1985) отмечает, проявляются и межвозрастные условия развития (в частности, свойства определенного типа нервной системы), с которыми во многом связано сохранение своеобразия индивидуальности на разных возрастных этапах Б.Г.

Ананьев писал «Несомненно, что одним из главных вопросов теории индивидуального развития человека является вопрос о соотношении возрастных, типологических и индивидуальных особенностей человека, об изменяющихся и противоречивых взаимосвязях между ними. Все это в полной мере проявляется в развитии двигательных и многих других способностей в детском и подростковом возрасте» [7].

При этом в качестве общих компонентов различных способностей среди других выступают типологические особенности проявления свойств нервной системы.

Специфическими чаще выступают морфофункциональные показатели различных звеньев двигательного анализатора. Одновременно одна и таже типологическая особенность может выступать в качестве задатков в различных способностях, входящие в разные психологические комплексы.

Что же в конечном итоге входит в состав задатков и какова их природа? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо определиться, в чем конкретно проявляются способности?

По литературным данным (Е.П. Ильин, 2001, И.М. Сеченов, 1952) – чаще всего в элементарных психологических психомоторных функциях (процессах). На основании этого Е.П. Ильин рассматривает способность как высокий уровень проявления качественной стороны функции, обусловленной задатками. В результате задатки как бы усиливают проявление той или иной стороны функции, но не подменяют ее. Такие характеристики двигательных функций, как сила, быстрота, выносливость, значительнее проявляются, если им соответствуют определенные свойства нервной системы, выступающие как задатки.

Определенная направленность этих сочетаний выражается в том, что динамика того или иного двигательного качества или морфологического признака взаимодействует с определенными типологическими особенностями проявления свойств нервной системы. Однако с возрастом динамика этих связей может измениться и зависит от внешних и внутренних факторов и в значительной степени определяется ими. Последнее может быть связано с тем, что отдельные свойства, входящие в структуру индивидуальности, выступают не рядоположно, а образуют сложные динамические образования. Характер таких структур применительно каждой конкретной личности (ребенка, подростка) будет глубоко и индивидуальным.

Н.С. Лейтес (1985) замечает, что чрезвычайно трудно оценить действительное значение проявляемых в детстве признаков способностей и тем более предусмотреть их дальнейшее развитие. Симптоматика возрастного и индивидуального может совпадать. Одновременно, несомненные признаки способностей могут оказаться, по преимуществу, возрастными, недолговечными. Вероятно, когда речь идет о двигательных способностях, о темпе их развития, преждевременно судить о них как о способностях в собственном смысле слова. По Н.С. Лейтесу (1997) «Проблема состоит в следующем: являются ли возрастные изменения, их индивидуальные варианты лишь чем-то преходящим, как бы исключительно детским или же в их выраженности, в их своеобразии уже в какой-то мере раскрывается будущая индивидуальность и в какой мере?»

Действительно в основе успешного выполнения всякой деятельности может находиться чрезвычайно разнообразное сочетание способностей.

Они могут качественно отличаться друг от друга, и сама деятельность будет качественно отлична. В целом в способностях детей – как общих, так и специальных – обнаруживаются многообразные индивидуальные различия. Одни и те же успехи у разных подростков в одной и той же деятельности могут быть показателями различных способностей, и при одних и тех же или равных способностях их успехи могут быть различными. Все это показывает на необходимость полнее учитывать проявления психофизиологических и морфологических особенностей человека. При этом, чем больше этих компонентов имеется у человека, тем он более способен (одарен).

Однако наличие какой-либо одной способности (или даже нескольких способностей) безантропометрических задатков или наличие последних без способностей не делает человека (подростка) одаренным в проявлении двигательных возможностей. Е.П. Ильин (2004) отмечает, что антропометрические особенности могут влиять на успешность деятельности прямо (например, преимущественно в росте при игре баскетбол) и опосредованно, через влияние на проявление способности.

Изучение взаимосвязей двигательных проявлений, способностей, нейродинамики и других признаков свидетельствуют о наличии интеграции различных видов потенциальных возможностей человека, лежащих в основе его индивидуального физического развития.

Связано это с тем, что и индивидуально-психологические особенности также многообразны, а имеющиеся исследования чаще всего акцентируют внимание на отдельных особенностях (темперамент, психологические особенности, проявления свойств нервной системы, общая конституция и т.д.). В этом случае необходимо взаимопонимание между исследователями, изучающими индивидуальные особенности, касающиеся различных систем организма.

В.М. Русалов (1979) отмечает: «Человеческий организм представляет собой сложную структуру... Вместе взятые уровни – общая конституция.

Мы же часто говорим о биохимической, нервной и психологической конституции... Нужно иметь в виду, что речь идет о частном признаке, об элементе конституции... Человек сбивается, когда он пишет, что конституция определяет нервную систему или, наоборот, нервная система определяет конституцию. Этот вопрос является бесплодным, бессмысленным… И то и другое детерминируется общим фактором... Мы не должны говорить, что влияет, а мы должны говорить, что эти уровни сопряжены». Далее автор разъясняет: «Дело в том, что только самотип, только морфотип является открытой визуальной частью или уровнем целостного организма. Остальные системы – нервная система, психические процессы – скрыты. Самотип – это маленькое оконце, через которое мы можем заглянуть во внутреннюю структуру человека». В этой ситуации выявления особенностей соотношения возрастного и индивидуального представляет собой связь предпосылок способностей с другими сторонами раскрывающейся личности.

Вероятно, личностная направленность, обуславливающая актуализацию способностей, имеет свою специфику на каждом возрастном этапе и по своему отражает сами возможности растущего человека. Такого рода данные обосновывают правомерность понимания способности, как индивидуального свойства, в той или иной мере природно обусловленного, выступающего в продуктивности рассматриваемых процессов в данном случае физического развития.

Одновременно вычленяя дифференциальный аспект понятия «способности» позволяет вплотную подойти к проблеме соотношения «возрастного» и «индивидуального» в развивающихся способностях в процессе взросления, а точнее возрастных изменений.

О связи созревания с обучением и воспитанием, в самом широком значении этих слов, А.В. Запорожец писал: с одной стороны, созревание организма ребенка вообще и его нервной системы в частности, которое носит, как показывают морфогенетические исследования… также стадиальный характер, не порождая само по себе новых психологических образований, создает на каждой возрастной ступени специфические условия, специфические предпосылки для усвоения нового рода опыта, для овладения новыми способностями деятельности, для формирования новых психических процессов… наряду с этим обнаруживается и обратная зависимость созревания от развития, обусловленного условиями жизни и воспитания [134].

Изолированное же рассмотрение одной или отдельных психологических особенностей не дает глубокого представления о личности в целом, конкретные особенности личности могут быть поняты в органической связи ее черт друг с другом, т.е. необходимо учитывать соотношение возрастных и индивидуальных особенностей детей, что позволяет оптимизировать процессы воспитания и развития.

Следовательно, знание закономерностей индивидуального развития дает возможность более (целенаправленно) целесообразно расставлять акценты в процессе многолетней индивидуальной физической подготовки и в определенной степени управлять процессом формирования морфофункциональных систем человека, особенно в детские и юношеские годы.

С другой стороны, представляется целесообразным и правомерным переход от среднестатистической популяционной нормы к множественной конституционально-типологической, при изменении которой будут учтены индивидуальные морфофункциональные особенности занимающихся.

5.2. Возрастные особенности темпа индивидуального развития различных систем организма Особенности развития растущего организма человека в различных его аспектах всегда привлекали к себе внимание ученых. Интерес к данной проблеме поддерживается в значительной степени тем, что темп индивидуального развития является, пожалуй, наиболее лабильной особенностью онтогенеза человека. Очень часто обозначенные условия сказываются на темпе индивидуального развития дифференцированно. Но проблема темпов индивидуального развития разработана явно недостаточно, а степень изученности отдельных ее сторон различна.

Чаще изменение темпов индивидуального развития рассматривается с точки зрения их приспособительного (функционального) значения [10; 17].

В настоящее время проблема специфичности строений и функций организмов в различные этапы и периоды их жизненного цикла получила разностороннее развитие в теории периодизации индивидуального развития.

Эти исследования убедительно свидетельствуют о том, что темп развития различных систем организма и способностей в каждом возрасте изменяется. При этом исследуемые функции различаются динамикой развития.

Некоторые из них неизменно повышаются (двигательные способности, морфофункциональные признаки), другие колеблются (психомоторные функции: координация, двигательная чувствительность), третьи достаточно стабильны (свойства нервной системы). В результате следует отметить, что в этом возрастном диапазоне имеется сложная структура развития, в которой моменты повышения одной функции совмещаются с моментами стабилизации или даже понижения других (табл. 5.1).

Возрастные особенности темпов прироста результатов в показателях, характеризующих различные системы организма, у лиц мужского пола, (%) Исследуемые показатели Морфофункциональные признаки Примечание. Темп прироста анализируемых признаков рассчитывался по формуле O.

Brodi.

Но это обобщенные данные, более существенные различия наблюдаются в динамике отдельных признаков (рис. 5.1, 5.2, 5.3). Сопоставляя признаки, относящиеся к различным системам, следует отметить значительные различия в уровне и динамике их изменения.

Рис. 5.1. Возрастная динамика темпа прироста показателей, относящихся к различным системам организма; у лиц мужского пола:

_ – сила нервной системы «наклон кривой»;

_._._._._._._._._._ – максимальная частота движений кисти;

Если максимум темпа прироста частоты движений кисти наблюдается в 12, 14, 15 лет, то кистевая динамометрия значительнее увеличивается в 13, 15 лет. Результат прыжка в длину с места в большей степени изменяется в 11-13, 16 лет, выносливости – в 13-14 лет. Более высокий темп прироста такого интегрального показателя физического развития, как рост в длину, наблюдается в 12, 15 лет, а силы нервной системы в зрительном анализаторе – в 10, 16 лет. Это вполне согласуется с литературными данными, которые отмечают, что более быстрое развитие одних качеств двигательного аппарата приводит к снижению темпов развития других [3].

Интересные данные получены Л.Р. Волковым (1988) в отношении темпа прироста физических способностей у девочек и мальчиков.

Рис. 5.2. Темп развития (в %) физических способностей девочек скоростные силовые _ гибкость _._._._._._._._._._ ловкость _.._.._.._.._.._.._.._ Обращает на себя внимание волнообразность изменения темпа развития, при этом различна величина и направленность этих изменений в каждом конкретном возрасте у мальчиков и девочек. В частности у девочек (рис. 6) 8-9-ти лет более высокий темп прироста наблюдается применительно к скоростно-силовым, скоростным способностям и показателям гибкости. В последующем высокий темп прироста скоростно-силовых и скоростных способностей наблюдается в 10-11 лет и скоростно-силовых 13-14 лет. После возраста 11-ти лет темпы прироста большинства двигательных способностей изменяются незначительно или даже уменьшаются.

Рис. 5.3. Возрастной темп развития (в %) физических способностей у мальчиков среднего уровня физического развития Обозначения:

скоростные силовые _ гибкость _._._._._._._._._._ ловкость _.._.._.._.._.._.._.._ Динамика темпа прироста у мальчиков существенно отличается от девочек (рис. 5.3). Так в 8-9 лет наблюдается довольно высокий темп прироста скоростно-силовых способностей и ловкости, одновременно имеет место снижение в таких показателя как скоростные способности и гибкость.

Высокий темп прироста скоростно-силовых показателей в последующем наблюдается в возрасте 10-11-ти и 14-15-ти лет. В 13-14 лет высокие темпы прироста наблюдаются во всех показателях кроме гибкости и продолжается это в последующие годы в более высоком темпе чем у девочек. Вероятно изменения сторону уменьшения отдельных показателей особенно у девочек связано с тем, что использовался метод погодичных срезов. В отличии от лонгитюдного метода результаты, полученные методом погодичных, срезов более вариабельны, в последующем это мы покажем на имеющихся экспериментальных данных.

Между тем фронтальное повышение функционального уровня разных характеристик в данном возрастном диапазоне экспериментально установлено было в исследовании Б.Г. Ананьева, и проявляется это в 19 лет, при этом в равной степени, как у мужчин, так и у женщин. Именно на этот год приходится оптимум почти всех изученных характеристик не только интеллектуального развития (мышления, памяти, вербального, невербального и общего интеллекта), но и психофизиологических особенностей индивида (психомоторики, динамичности торможения и многое другое). У 19-ти летних (как по сравнительно-возрастному, так и по лонгитюдному исследованию) не отмечалось моментов понижения функций, а моменты стабилизации функций имелись лишь в показателях внимания и динамичности возбуждения.

В этих условиях существенным представляется выявить узловые моменты онтогенеза и отдифференцировать принципиально разные этапы развития – этап становления функций, характеризующихся высоким темпом изменения, и этап их совершенствования и дифференцировки (последний протекает более медленно в сравнении с первым). В результате можно констатировать, что динамика развития не определяется каким-то одним признаком, а связана с совокупностью действующих факторов.

Однако при оценке темпов прироста необходимо помнить, что они зависят не только от способностей, но и от возраста. Определяя же темпы прироста в различные возрастные периоды, необходимо ориентироваться не только на паспортный возраст, но и на возраст биологический. Часто высокие темпы прироста - это следствие более быстрого биологического созревания, и не высоких способностей. Надежность прогноза по темпам прироста возрастает, если анализировать их за 1 год, тем более за полтора года занятий. Если максимум темпа прироста частоты движение кисти наблюдается в 12, 14, 15 лет, то кистевая динамометрия значительнее увеличивается в 13, 15 лет. Результат прыжка в длину с места в большой степени изменяется в 11-13, 16 лет, выносливости – в 13-14 лет. Более высокий темп прироста такого интегрального показателя физического развитии, как рост в длину, наблюдается в 12, 15 лет, а силы нервной системы в зрительном анализаторе – 10, 16 лет. Это вполне согласуется с литературными данными, которые отмечают, что более быстрое развитие одних качеств двигательного аппарата приводит к снижению темпов развития других [328]. Оценка же способностей в определенной степени возможна при соотношении с достигнутым в данном возрасте уровнем физического развития.

По Вайцеховскому (1977) темпы роста результатов у спортсменов в плавании определяются возрастными особенностями. Независимо от начала спортивной специализации результаты растут постепенно до 12,0 – 13, лет. В последующем до 14,5-16-ти лет наблюдается резкий прирост спортивных достижений. Причем у стайеров высокого класса этот «скачок» в спортивных результатах происходит в более раннем возрасте, а у спринтеров – несколько позднее.

Более высокий прирост спортивных достижений в 13-16 лет, объясняется морфофункциональной перестройкой на этапе полового созревания.

После значительного прироста результатов возможно два варианта изменений: один заключается в снижении или приостановке темпов роста, другой - в дальнейшем движении к высоким результатам.

Итак, при оценке роста спортивных достижений необходимо учитывать не только «средние данные», но и возрастные индивидуальнопсихологические и индивидуальные варианты развития.

При оценке двигательных способностей схематично рассматриваются следующие возможные соотношения исходных результатов и темпов прироста.

Высокий уровень развития физических качеств и высокие темпы (12в год) развития дают возможность оценить способности атлетов как большие и надежно прогнозировать перспективность спортсменов. Одновременно показатели вариативности темпов прироста по различным качествам позволяют более правильно решать вопросы спортивной ориентации. Ориентация на темпы прироста спортивных показателей оправдывает себя при условии учета индивидуальных особенностей биологического возраста детей и подростков. При этом, темпы прироста результатов у мужчин и женщин имеют принципиально различную динамику.

5.3. Возрастная динамика двигательных способностей и морфофункциональных признаков в соответствии половозрастных особенностей Развитие двигательных способностей связано с функциональными, морфологическими, биологическими, индивидуально-психологическими и личностными особенностями. Доказано, что уровень развития физических качеств играет главную роль в формировании двигательных умений и навыков, а также в развитии двигательных функций ребенка подростка. Если максимум темпа прироста частоты движений кисти наблюдается в 12, 14, 15 лет, то кистевая динамометрия значительнее увеличивается в 13, 15 лет.

Результат прыжка в длину с места в большей степени изменяется в 11-13, 16 лет, выносливости – в 13-14 лет. Более высокий темп прироста такого интегрального показателя физического развития, как рост в длину, наблюдается в 12, 15 лет, а силы нервной системы в зрительном анализаторе – в 10, 16 лет. Это вполне согласуется с литературными данными, которые отмечают, что более быстрое развитие одних качеств двигательного аппарата приводит к снижению темпов развития других [31; 135].

Но темп развития различных систем организма и способностей в каждом возрастном периоде изменяется. При этом некоторые из них неизменно повышаются (двигательные способности, морфофункциональные признаки), другие колеблются (психомоторные функции: координация, двигательная чувствительность), третьи достаточно стабильны (свойства нервной системы). В результате, в возрастном диапазоне имеется сложная структура развития, в которой моменты повышения одной функции совмещаются с моментами стабилизации или даже понижения других (И.М. Сеченов, 1952).

Еще И.М. Сеченов обратил внимание на чрезвычайную сложность процесса индивидуального развития человека. «Несомненно,- писал ученый в работе «Элементы мысли», – прогрессивный цикл превращений составляет умственное развитие индивидуального человека от рождения до зрелости, но для нас этот именно цикл и стоит под вопросом».

Для глубокого понимания возрастной динамики на разных этапах жизни важным оказывается микровозрастной анализ, который позволяет выявить сложный характер изменений функций в различные периоды их развития.

Выявление различных путей функционального и физического развития и разнообразия темпов возрастной динамики является основополагающим моментом более точной оценки не только каждого возрастного среза, но и главным образом самого процесса индивидуального развития, последнее связывается с возможностью выявить разнообразное проявление возрастных форм под воздействием различных факторов.

Однако отмечается, что чем шире список изучаемых проявлений применительно к различным системам организма и их составляющих, тем меньше подтверждаются выявленные ранее закономерности [305]. Главная причина в том, что многообразие факторов, сопутствующих физическому развитию, чаще всего изучается через сопоставление с интегральным признаком, это возрастом.

В исследованиях же настоящего периода подобного подхода явно недостаточно, так как возрастной критерий не дает возможности учесть многих закономерностей (особенностей) физического развития, чаще контактируется связь той или иной системы с возрастом (чаще с хронологическим), но не подвергается изучению. Основные характеристики, заданные параметры развития личности оставались как бы неизмененными. Существенное изменение величины и направленности динамики разных систем организма наблюдается в предпубертатный и пубертатный периоды. Одновременно динамика физического развития, темпы прироста результатов у юношей и девочек имеют принципиально разную динамику.

Многообразие имеющихся данных подтверждает гетерохронность физического развития детей и подростков, при этом отмечаются гендерные различия, но реже приводится их сопоставление применительно тех или иных особенностей. Полученные нами данные в возрастном отрезке от 8ми до 17-ти лет выявили следующие особенности. В частности, касаясь морфологических особенностей (показатели роста в длину, вес тела).

Большие изменения роста в длину у мальчиков наблюдается в период 9- лет и 13 и 15 лет. У девочек же в 11-13 лет и 15-16 лет. Несколько подругому это выглядит применительно массы тела, в возрасте 9-11 лет, 13лет большие изменения у девочек, у мальчиков это возраст 12-13 и 16лет, в других возрастных периодах эти различия не значительны.

Динамика кистевой динамометрии (правой и левой) более выражена у мальчиков в 9-11 лет и 13-15 лет у девочек в 11-13 лет, т.е. в период формирования вторичных половых признаков. Больший темп развития скоростно-силовых качеств (прыжок в длину с места) у мальчиков выражен в 10и 16-17 лет, у девочек соответственно в 9-10, 12-13 лет. Результат бега на 30 м значительнее увеличивается у мальчиков в 12-14 и 16-17 лет у девочек же в 9-12 лет. В упражнениях сгибания и разгибания рук в упоре лежа динамика выше у девочек в 9-13 лет, а у мальчиков 13-15 лет (рис 5.4).

Рис. 5.4. Возрастная динамика прироста результата в беге на 30 м с высокого старта у мальчиков и девочек 8-17-ти лет.

Обозначения. По горизонтали – возраст, по вертикали – темп прироста в %.

Сплошная линия – мальчики, прерывистая – девочки.

В целом, можно сделать заключение, что динамика большинства изучаемых признаков у мальчиков и девочек различается, и чаще эти различия проявляются по всей видимости в период созревания вторичных половых признаков.

Представляет интерес сравнить взаимосвязи изучаемых признаков отдельно у девочек и мальчиков, данные, приведенные в таблице, указывают на то, что у мальчиков динамика роста в длину практически имеет высокие коэффициенты корреляции в пяти случаев, из шести ( табл. 5.2). Масса тела коррелирует отрицательно с динамикой результата сгибания и разгибания рук в упоре лежа. Высокий уровень корреляции наблюдается между динамикой показателей кистевой динамометрии (правой и левой кисти).

Матрица корреляционных плеяд динамики морфологических и двигательных показателей мальчиков и девочек в возрасте 8-17-ти лет Показатели Рост в длину 0,26 0,91 0,81 0,89 -0,69 0,72 0,53 0,25 0,20 0,80 0,58 0, Прыжок в длину Сгиб, разгиб рук Достоверность коэффициентов корреляции при Р 0,05, r = 0,56; P 0,01, r= 0,71.

В остальных случаях динамика в изучаемых признаках не имеет достоверного уровня связи.

У девочек эти связи несколько видоизменяются, в частности динамика роста в длину коррелирует с динамикой прыжка в длину с места и сгибанием и разгибанием рук в упоре лежа. Масса тела положительно коррелирует с динамикой кистевой динамометрии. Прыжок в длину положительно коррелирует с результатом бега на 30 м и с результатом сгибания и разгибания рук в упоре лежа, а последний также положительно связана динамикой бега на 30 м. Таким образом, у девочек в большой степени связана возрастная динамика двигательных проявлений в сравнии с мальчиками. А связана ли возрастная динамика исследуемых наших показателей у мальчиков и девочек? Результаты корреляционного анализа показали, что некоторые показатели имеют высокий уровень корреляции. Так, корреляция возрастной динамики массы тела между показателями мальчиков и девочек составляет r = 0,72, кистевой динамометрии (левой руки) r = 0,86, в остальных показателях возрастная динамика имеет низкий уровень корреляции.

Таким образом, полученные данные лишний раз подтверждают, что с возрастом динамика относительно морфологических и двигательных показателей различается и значительно это выражено в период формирования вторичных половых признаков. Тем не менее, по ряду признаков, отмеченных в статье, возрастания динамика коррелирует между данными девочек и мальчиков. При этом различия касаются возрастной динамики корреляции показателей у мальчиков в сравнении с девочками. Все это свидетельствует, что на возрастную динамику развития влияет многообразие факторов и в первую очередь то, что динамика рассчитывалась по результатом годичных конечных срезов. По нашим данным размах показателей при годичных измерениях (метод поперечных срезов) значителен в сравнении с данными, полученными при использовании метода продольных срезов (лонгитюд). Выявленное в целом многообразие особенностей развития заключается ещё и в том, что индивидуальные особенности организма и личности в целом детей и подростков того и другого пола очень многообразны и начинают проявляться на самых ранних этапах онтогенеза [7].

Вероятно, прав Б.Г. Ананьев, указывая на то, что при анализе детерминации и развития следует выделить два относительно независимых аспекта: формирования нормативных (универсальных, общевидовых) закономерностей развития и формирование индивидуальных особенностей.

В поисках обозначенного необходимо проводить многоплановые изучения сенсетивности, в противном случае отличие имеющегося материала будет представлять только теоретическую ценность и мало отражать реальную сторону индивидуальных особенностей возрастного развития.

5.4. Особенности межпризнаковых и межвозрастных связей показателей морфофункционального развития Действительно, проблема временных характеристик развития человека – одна из наиболее сложных, и обусловливается это тем, что человек на каждом этапе развития предстает как целостный феномен, которому свойственны разновременность в одновременном. Вероятно, исходя из этого, необходимо говорить о «человеческом возрасте» как об общей категории, которая реализуется в науках, изучающих онтогенез человека.

Наиболее перспективными явились исследования отдельных сторон онтогенетического развития детей и подростков, которые подтвердили наличие сенситивных и критических периодов в развитии двигательных способностей, а также становление других функций организма.

Принимая это во внимание, едва ли правомерно рассматривать возрастное развитие только применительно к отдельно взятым системам, надо знать качество их взаимосвязей в возрастном аспекте и то, как эти взаимосвязи изменяются в различные возрастные периоды. Возрастная же динамика этих связей может зависеть от характеристик воздействия внешних и внутренних факторов и в значительной степени определяется ими. Последнее может определяться тем, что отдельные свойства, входящие в структуру индивидуальности, выступают не рядоположно, а образуют сложные динамические образования.

Несмотря на очевидную важность этого, наука располагает крайне малым числом работ, направленных на системное изучение возрастного развития детей. Все это акцентирует внимание на том, что каждый возрастной период может быть понят лишь в контексте целостного процесса индивидуального развития [154]. Одновременно системный подход к возрастному развитию позволяет понять, почему именно на данном этапе доминируют те или другие процессы, какая из детерминирующих развитие программ имеет ведущее значение. При этом в каждом из предшествующих «блоков» возрастного развития содержится потенция для последующих. С другой стороны, каждый «блок» несет в себе и результат предшествующего этапа, и свои собственные достижения. Поэтому характеристика каждого возрастного блока как системы зависит от предшествующих этапов.

Однако следует отметить, что на этом фоне отсутствуют работы, которые бы выявили особенности межвозрастных связей применительно к определенному комплексу признаков, относящихся к одной или нескольким системам организма.

Одновременно отмечается, что чем шире спектр изучаемых двигательных проявлений и их составляющих, тем значительнее мозаика сенситивных периодов развития. Однако широкий диапазон возрастных изменений обусловлен тем, что в качестве одной из наиболее интегративных характеристик человека выступает возраст. Наличие гетерохронности возрастных изменений выявлено и по данным изучения межвозрастных связей.

В частности, данные корреляционного анализа различных признаков в возрастном отрезке от 8-ми до 16-ти лет выявили довольно сложную картину. Так, корреляция показателей динамики кистевой динамометрии, отражающая естественный процесс развития, но полученная четырьмя различными авторами, выявила связь динамики изменения только в одном случае, в остальных случаях уровень этой связи недостоверный.

В отношении морфологических показателей коррелировалась динамика изменения длины и массы тела отдельно между собой. В результате по данным трех авторов динамика длины тела не имеет достоверного уровня связи. Отсутствует достоверный уровень связи и при сопоставлении данных динамики изменения массы тела и жизненной емкости легких (ЖЕЛ).

Учитывая то, что данные получены разными авторами, но относятся к одному и тому же возрастному периоду, нами изучались связи динамики изменения признаков между собой. Так, сопоставление данных трех разных авторов выявило, что из девяти коэффициентов корреляции между показателями ЖЕЛ и массы тела только два коэффициента корреляции достигают уровня достоверности, но и это тогда, когда данные получены одним автором. Это же отмечается и при сопоставлении динамики изменения длины тела и ЖЕЛ.

Определенные связи выявлены при сопоставлении динамики изменения латентного времени двигательной реакции (ЛВДР), частоты движений у мальчиков и девочек в возрастных отрезках от 7-ми до 15-ти лет. В частности, изменение ЛВДР у мальчиков и девочек коррелирует положительно (r = 0,63). То же отмечается и в отношении динамики максимальной частоты движений кистью (r = 0,66). При этом отсутствуют связи между признаками отдельно в отношении мальчиков и девочек.

Определенный интерес представляют данные корреляционного анализа в одном случае между признаками в возрастном отрезке от 9-ти до 17-ти лет, в другом – межвозрастные связи. Изучалась динамика роста в длину, массы тела, ЖЕЛ, кистевой динамометрии (левой и правой), становой тяги, прыжка в длину с места. Так, динамика изменения длины тела положительно связана с массой тела и отрицательно - с результативностью прыжка в длину с места. Изменение массы тела положительно коррелирует с ЖЕЛ (рис. 5.5). Показатели силовых изменений (сила кисти левой и правой, становая тяга) отрицательно связаны с динамикой прыжка в длину с места, коэффициенты корреляции соответственно составили r = – 0,71; r – 0,64; r = – 0,75. Это дает основание отметить, что быстрое изменение морфологических признаков снижает развитие двигательных проявлений.

Рис. 5.5. Структура корреляционных связей по данным сопоставления морфофункциональных признаков применительно к межвозрастным связям Номера в кружках на рис. 5.5 обозначают возрастные периоды: 1 – 10-11 лет; 2 – 11-12 лет; 3 – 12-13 лет; 4 – 13-14 лет; 5 – 14-15 лет. Сплошная линия, соединяющая кружки, – положительная связь, пунктирная – отрицательная. Одна любая линия – достоверность связи Р 0,05; две Р 0,01.

Не менее существенным для изучения особенностей динамики возрастного развития является сопоставление динамики изучаемых признаков путем межвозрастной корреляции, в частности, сопоставление динамики изменения по 12-ти признакам, отражающим в основном морфофункциональные особенности в возрасте от 10 до 15 лет.

Данные корреляционного анализа в виде структуры корреляционной плеяды представлены на рис. 9.

Так, динамика изменения морфофункциональных признаков в возрастном периоде от 11-ти до 12-ти лет коррелирует положительно с данными в 13-14 лет (r = 0,53) и с динамикой изменений в период от 14 до 15 лет (r = 0,55). Более существенные связи выявлены между возрастными периодами 10-11 лет и 12-13 лет, а также между 13-14 лет и 14-15 лет. Коэффициенты корреляции соответственно составили r = 0,71 и r = 0,77 при Р0,01.

Более существенные межвозрастные связи были выявлены по отношению к выборке, где представлены морфофункциональные и двигательные признаки (рис.5.6). Как и в первом случае, наибольшее количество связей выявлено с возрастным периодом 11-12 лет.

Высокий уровень связи в отношении возраста 11-12 лет наблюдается со стороны возрастного периода 13-14 лет (r = 0,61) и 14-15 лет (r = 0,70). В меньшей степени это проявляется с данными изменений в возрастных периодах 9-10 лет (r = 0,48; Р 0,05) и 12-13 лет (r =0,45; Р 0,05). Не менее существенные связи динамики изменений в возрастных периодах, с одной стороны, от 12 до 13 лет, с другой стороны – от 14 до 15 лет, от 16 до лет, от 10 до 11 лет. Коэффициенты корреляции соответственно составили r = 0,47; r = 0,48 и r = 0,64.

Достоверные связи наблюдаются и между динамикой изменений в возрастном периоде от 13-ти до 14-ти лет с изменениями от 15-ти до 16-ти лет и от 9-ти до 10-ти лет (r = 0,59; r = 0,64 при Р 0,05).

Таким образом, более обобщенные данные выявляют несколько иную картину физического развития.

Результаты исследований различных авторов, изучающих динамику развития по отдельным признакам в одних и тех же возрастных группах, в большинстве своем не имеют достоверных связей, но при этом наблюдаются связи между признаками, полученными одним и тем же автором.

Вероятно, на это в определенной степени может влиять то, что данные получены методом поперечных срезов, различиями в подборе групп, а также различием в расчете процента изменения по изучаемым признакам.

Рис. 5.6. Структура корреляционных связей по данным морфофункциональных и двигательных признаков применительно Номера в кружках на рис. 5.6 обозначают возрастные периоды: 1 – 9-10 лет; 2 – 10-11 лет; 3 – 11-12 лет; 4 –12-13 лет; 5 – 13-14 лет; 6 – 14-15 лет; 7 – 15-16 лет; 8 – 16лет. Сплошная линия, соединяющая кружки, – положительная связь, пунктирная – отрицательная. Одна любая линия – достоверность связи Р 0,05; две – Р 0,01.

В целом следует отметить довольно высокий уровень межвозрастных связей, что дает основание говорить о том, что среднестатистическая динамика изменения в различные возрастные периоды может быть однонаправлена. Таким образом, наряду с изменением динамики отдельных признаков необходимо их изучение в структуре межвозрастных периодов, только в этом случае можно более определенно говорить о наличии закономерности в динамике изменения определенного признака. На этом фоне более четко могут быть дифференцированы проявления сенситивных и критических периодов. Особенности протекания последних в большей мере зависят от индивидуально-психологических особенностей, нежели от возраста. Именно изучение динамики признаков только в отношении возраста (хронологического, биологического) и нахождение среднестатистических данных не дает того ожидаемого эффекта при реализации в практике спортивной деятельности.

Сенситивные периоды, выявленные разными авторами применительно к двигательным способностям (быстроты, силы, выносливости, координации), существенно различны как по их длительности, так и по величине изменения в эти периоды. Более того, изучение индивидуальной стороны проявления сенситивных и критических периодов показало, что у каждого конкретного подростка может иметься определенный типологический (индивидуально-психологический) комплекс, который в большей мере содействует развитию одних двигательных способностей, может быть индифферентным к другим и не способствует развитию третьих. В этих условиях нужно многоплановое изучение сенситивности, в противном случае обилие имеющегося экспериментального материала будет представлять только теоретическую ценность и мало отражать реальную сторону особенностей индивидуального развития. Действительно, имеющиеся данные позволили в свое время сформулировать ряд закономерностей возрастного развития детей и подростков. Это этапность и нелинейный, колебательный характер развития, синфазность и многоуровневая ритмичность развития систем моторики. При этом отмечается высокая степень проявления индивидуальности, в особенности двигательных проявлений.

Отмеченные закономерности в общем плане подтверждаются практически в каждом исследовании, касающемся возрастного развития, однако при более дифференцированном подходе в изучении отдельных проявлений двигательных способностей.

Существенное влияние оказывают индивидуальные особенности детей и подростков, входящих в конкретную возрастную группу. Сложность заключается в том, что индивидуальные особенности организма и личности в целом очень многообразны и начинают проявляться на самых ранних этапах онтогенеза. Отмечая очевидную важность этого, наука располагает крайне малым числом работ, направленных на исследование индивидуальных особенностей возрастного развития. Главная трудность в том, что не всегда можно отличить, что в особенностях физического развития того или иного ребенка идет от своеобразия его типа нервной системы, а что от возраста. В частности, у части детей слабая нервная система оказывается не только возрастной, но и индивидуальной особенностью, т.е. сохраняющейся в дальнейшем.

Следовательно, изучение изменений только применительно к возрасту имеет отрицательное значение и должно дополняться содержательным анализом, отражающим закономерности развития человека, среди которых наиболее важно то, что динамика развития не определяется каким-то одним признаком, а связана с совокупностью действующих факторов.

5.5. Возрастные особенности и половой диморфизм Исследования последних лет показывают, что среди научных работников в области физической культуры и спорта отсутствует единое мнение о характере развития двигательных способностей в отношении сравнительных данных девочек и мальчиков, позволяющие судить о величине проявления полового диморфизма. Однако к настоящему времени эта проблема изучена явно недостаточно и требует дальнейшего разностороннего изучения. При этом особенно актуальна она применительно к спортивной деятельности. В частности эти отличия наблюдаются уже с ранних лет занятий спортивной деятельностью (8-10 лет), в период полового созревания (12-14 лет) несколько затихают и активизируются к этапу спортивного мастерства. Преимущество мужчин по отдельным проявлениям достигает 10а иногда и более [421; 431; 436].

Современные требования индивидуального подхода к формированию личности в процессе взросления не могут быть выполнены без учета психологической специфики пола человека. Обусловлено это тем, что половой диморфизм относится к числу фундаментальных характеристик онтогенеза, отмечает Б.Г. Ананьев. При этом особенности пола проявляются в реактивности организма (Г.И. Акинщикова), в психомоторике (Н.В. Розе), в интеллекте (М.Д. Дворящина), в социальных отношениях (А.А. Бодалев, И.С. Кон), морфофункциональном и физическом развитии. Между тем следует отметить, что почти все онтогенетические характеристики являются не просто возрастными, но половозрастными.

В целом половой диморфизм – ярчайшая характеристика развития человека, и она проявляется на всех этапах его онтогенеза (хотя и с неодинаковой степенью выраженности для разных системных признаков). Следует помнить, что различия, обусловленные «фактором пола», настолько существенны, что игнорирование их в исследовательской практике сводит на нет знания даже самых интересных и престижных работ.

Это представляет определенный интерес – выявлять различия между девочками и мальчиками в двигательной сфере, позволяющим в последующем в определенной степени использовать индивидуальный и дифференцированный подходы в процессе реализации физического воспитания на различных этапах возрастного различия.

Морфологические различия между лицами мужского и женского пола.

Исследуемые данные показывают, что первые три года жизни существенных различий по длине и массе тела, а также по окружности грудной клетки нет. Мальчики немного превосходят девочек в длине тела – до 10ти лет, а в массе – примерно до 8,5 лет. Однако в связи с более ранним (на 1 – 1,5 года) началом полового созревания у девочек они начинают превосходить мальчиков в длине тела (с 10-ти до 13-ти лет) и в массе (с 9-ти до 14-ти лет). После 12-ти лет у девочек снижаются темпы увеличения роста, а с 14-ти лет – и темпы увеличения массы тела. У мальчиков же в этот период физическое развитие протекает весьма интенсивно. В результате в 17 лет масса тела юношей превышает таковую девушек на 12 %, а рост и окружность грудной клетки – на 9 %. Формируются мужские пропорции тела: широкие плечи и спина, таз существенно уже, чем плечи, сравнительно длинные конечности, центр тяжести находится выше пояса, тогда как у женщин – ниже. Мышечная ткань у мужчин развита значительно лучше, чем жировая, в связи, с чем хорошо выражен обычно и рельеф мышц.

Дж. Таннер (1968) отмечает, что девочки уже с рождения опережают мальчиков по оссификации (замещение в скелете хрящевой ткани костной) приблизительно на 20 %. Оссификация скелета у девочек в возрасте 10- лет на 2-3 года опережает таковую у мальчиков. Однако женщины обладают более хрупким скелетом. Одновременно, темпы развития конечностей выше у девушек. Уже с рождения по пропорциям тела девочки ближе к дефинитивному (окончательному) состоянию по сравнению с мальчиками.

Анализ же уровня физической подготовленности девочек и мальчиков чаще осуществляется на основе данных общеобразовательной школы.

По данным этих авторов в первом классе по большинству исследуемых показателей значения у девочек практически не отличаются от значений у мальчиков, но превосходит мальчиков в умении выполнять мелкие движения руками. Но в то же время девочки значительно уступают мальчикам в умении дозировать усилие, что проявляется в ошибке при воспроизведении половины максимальной силы, а также мальчики точнее выполняют метание в цель, броски и ловлю резинового мяча, но в целом, однако, эти особенности выражены незначительно.

Различия уровня подготовленности девочек и мальчиков второго класса выявлены по значительно большому количеству тестов. Так девочки имеют более высокие результаты в таких тестах как «частота постукиваний», подвижность в тазобедренном суставе, мелкая моторика, и значительно слабее в тестах «сила кисти» и прыжок в длину с места. Одновременно мальчики лучше чем девочки выполняют метание в цель, броски и ловлю резинового мяча. В ряде тестов достоверных различий не выявлено.

В процессе взросления, а в частности девочки 3-4-х классов значительнее уступают мальчикам по таким показателям как силовой тест и в тестах на силовую выносливость, а так же в скоростно-силовых тестах и в показателях уровня развития координационных способностей. У девочек же лучше развито чувство равновесия, мелкая моторика, частота постукиваний, а в ряде тестов, такие как сила кисти 0,5 max, челночный бег как в 3-ем, так и в 4-ом классах достоверно не различаются.

Имеющиеся в литературе данные отмечают, что возрастной период 9ти лет и последующий пубертатный период являются основополагающим этапом в формировании интегративной функции мозга.

В возрастных группах, обучающихся к 5 и 6 классам, девочки статистически не отличаются от мальчиков по результатам тестов «успех», в которых определяется умением выполнять быстрые и точные движения руками («частота постукиваний» «мелкая моторика»), следует подчеркнуть, что в 1-4 классах имеют место достоверные различия в пользу девочек. Повидимому, между умственной работоспособностью и умением выполнять быстрые и точные движения руками есть определенная связь. В частности установлено существенное снижение темпов нарастания количественных и качественных показателей умственной работоспособности: у девочек в этом возрастном периоде снижается, у мальчиков же снижение наблюдается позднее на 1-2 года.

При этом девочки 5-6-х классов имеют статистически более высокие результаты в таких тестах как «Фламинго» «подвижность в тазобедренном суставе и дозированное воспроизведение силы. В то время как мальчики в 5-6-х классах превосходят девочек по таким тестам, где существенное влияние оказывает уровень развития максимальной силы и скоростно-силовых показателей. Приведенные данные однозначно показывают индивидуальные особенности возрастного развития в отношении мальчиков и девочек.

К.М. Гуревич (2008) указывает, что главной функцией диагностики должна быть функция определения, наиболее благоприятствующих дальнейшему развитию данного человека, помощь при разработке программ обучения и развития, учитывающих своеобразие наличного состояния его познавательной деятельности. Д.Б. Эльконин (1989) в задачу диагностики ставит «не отбор детей, а контроль за ходом психического развития с целью коррекции обнаруженных отклонений».

А.К. Маркова (1986) же считает, что такой подход ставит своей задачей не столько определения различий в наличных способностях учащихся, сколько поиск путей улучшения способностей под влиянием разных условий обучения. В связи с этим необходимо использование системного подхода к изучению проблемы полов и особенностей их развития, отличительной чертой которых является то, что объемом системного анализа становится человек как развивающая и саморазвивающая система.

На симпозиуме по детской конституции Б.А. Никитюком (1978) были показаны отчетливые различия в темпах онтогенеза в зависимости от самотипа. Так, среди девочек степень половой зрелости (по развитию вторичных половых признаков) отчетливо снижается от дегестивных и мышечных к торакальным и астеноидным. Среди мальчиков по половому созреванию наблюдалось опережение детьми мышечного самотипа хронологических сверстников дегестивного и торакального типов. В более ранних исследованиях отмечалась значительная изменчивость самотипа детей и, особенно, в период пубертата. Другие же наоборот утверждают, что даже в пубертатном периоде наблюдается относительная константность и стабильность самотипа у детей обоего пола [389].

Отмечается, что половой диморфизм в развитии показателей координационных способностей значительно меньше выражен, чем в проявлении координационных способностей [421; 433; 434].

В отдельных работах не установлено достоверных различий между женщинами и мужчинами испытуемыми одинакового возраста специализации и уровня мастерства [433; 434].

В ряде случаев по таким показателям, как статическое равновесие, ориентирование в пространстве согласование движений, наблюдается преимущество представительниц прекрасного пола. Есть, однако, высшее основание считать, что девочки достоверно уступают мальчикам по ряду одинаковых показателей и уже с 7-9 лет, а по большинству из них – после периода полового созревания [1; 6; 8; 15], в том числе среди спортсменов 11-14 и 15-19 лет [436].

В целом имеют место существенные индивидуальные и межполовые различия во времени начала и скорости физических изменений в подростковый период. У мальчиков ускоренный рост в длину может начаться уже в 10 лет, а может и в 16. У девочек этот возрастной диапазон от 8-ми до 12ти лет. Другие физические изменения – это нарастание физической силы, увеличение размеров сердца (почти в 2 раза), объема легких, выделение половых гормонов гипофизом головного мозга: тестерона у мальчиков, и острогена у девочек. Девочки достигают половой зрелости на 1,5-2 года раньше мальчиков. У девочек резкая прибавка в росте предшествует развитию вторичных половых признаков, а у мальчиков наоборот, существенная прибавка в росте происходит только после того, как у них начинают усиленно развиваться гениталии.

Одновременно девочки имеют более высокие показатели биологического возраста в период развития с 11-ти до 16-ти лет и на 2 года раньше достигают дефинитивной зрелости, чем мальчики. Это вполне корреспондируется с данными [65; 441].

Имеют место различия между мужчинами и женщинами в способностях, это способности к ориентированию в пространстве, математические и речевые способности. В ряде исследований отмечается влияние генетических факторов на физическое развитие и проявление двигательных качеств и мужчин и женщин.

Л.П. Сергиенко (1980) показала, что у женщин генетическое влияние проявляется сильнее, чем у мужчин, это же выявлено ими в отношении антропометрических показателей тех и других. Согласно гипотезе Б.А. Геодакяна (1965) женщина выступает как «хранительница» признаков вида (или у человека – популяции), а мужчина осуществляет функции модификации для образования новых признаков вида.

Р. Стэнфорд (1961) выявил, что способности к пространственному воображению передается от матери к сыну и от отца к дочери, но не от отца к сыну. Это дало ему основание предположить существование генетического механизма наследования пространственных способностей. Мы остановились только на отдельных особенностях различий мужчин и женщин, что ближе к тематике нашего исследования, более основательно с имеющими данными, касающихся половых различий, можно ознакомиться в монографии Е.П. Ильина (2006).

Максимум моторной активности у лиц женского пола отмечается в возрасте 13 – 14 лет, так как в этот период наблюдается наибольшая активность локомоторных актов, у лиц мужского пола этот максимум наблюдается в возрасте 17 – 19 лет. В целом, когда результаты тестов на КС определяются преимущественно совокупностью перцептивных, мнемических, интеллектуальных и сенсоморных компонентов способностей, достоверной разницы в пользу мужчин в сравнении с женщинами, и наоборот, ожидать, вероятно, не приходится, Хотя в тестах на согласование движений рук, точность воспроизведения и дифференцирования пространственных параметров движений, точность удержания равновесия некоторое, подчас достоверное, имели женщины спортсменки. В свою очередь, средние результаты мужчин – представителей восточных единоборств были выше в показателях способностей к реагированию и приспособлению в сложных условиях, ориентированию в пространстве. Вероятно, преимущество мужчин в этой (координационной) сфере имеет место, когда проявления координации движений сопряжены со значительными силовыми, скоростными или скоростно-силовыми элементами (Е. Садовски, 1999).

В целом, такое дифференцированное проявление половых различий в зависимости от других особенностей и образует то многообразие половых различий, которое мы видим в реальной жизни и которое в значительной степени приводит к противоречивости и неоднозначности результатов исследований, рассматривающих пол как единственное основание для классификации (когда группы выделяются по половому признаку без учета каких было ни было других особенностей человека).

М.С. Егорова (1997) делает следующие выводы: Во-первых, половые различия в психологических проявлениях действительно существуют. Вовторых, некоторые из этих различий обнаруживаются явно в разных ситуациях и в разных группах мужчин и женщин. В-третьих, другие различия обнаружить довольно трудно, и при простом сопоставлении мужчин и женщин они не выявляются.

Глава VI. СПОСОБНОСТИ, ТАЛАНТ, ОДАРЕННОСТЬ В

СТРУКТУРЕ ВОЗРАСТНОГО И ИНДИВИДУАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ

Успешность спортивной деятельности в значительной степени обусловлена тем, насколько выбранный субъектом вид спорта соответствует его склонностям, способностям, интересам и психологической структуре личности в особенности. При этом достигнуть выдающегося результата в спорте могут люди с самым различным сочетанием особенностей индивидуальности, но непременным условием является то, чтобы эти особенности соответствовали специфике выбранного вида спортивной деятельности.

Все это обуславливает то, что необходимо более четко определиться, что из себя представляют способности, талант и одаренность спортсменов.

К настоящему времени они не получили однозначного толкования, а главное, практически не изучаются как основные факторы, сопутствующие достижению выдающегося результата. С другой стороны, несмотря на определение способностей и одаренности как сущностных характеристик личности, они по-прежнему остаются «безличностными» качествами и рассматриваются в основном с позиций успешности деятельности или «врожденности – приобретенности» [384].

6.1. Способности в структуре возрастного и индивидуального развития Так как различия по способностям между людьми формируются в процессе возрастного развития, то накопление знаний и возрастных предпосылок способностей и их взаимосвязи с индивидуальнопсихологическими особенностями содействуют выявлению самой природы двигательных способностей.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 11 |
 


Похожие работы:

«Северный (Арктический) федеральный университет имени М.В. Ломоносова Институт комплексной безопасности МИССИЯ ОБРАЗОВАНИЯ В СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЕ Архангельск УДК 57.9 ББК 2 С 69 Печатается по решению от 04 ноября 2012 года кафедры социальной работы ной безопасности Института комплексной безопасности САФУ им. ...»

«Продукция с пантогематогеном: www.argo-shop.com.ua/catalog_total.php?id_cot=11 Научная библиотека Компании АРГО Продукция с пантогематогеном: www.argo-shop.com.ua/catalog_total.php?id_cot=11 Продукция с пантогематогеном: www.argo-shop.com.ua/catalog_total.php?id_cot=11 Н.И. Суслов Ю.Г. Гурьянов ПРОДУКЦИЯ НА ОСНОВЕ ПАНТОГЕМАТОГЕНА механизмы действия и особенности применения издание 2-е Новосибирск 2008 Продукция с пантогематогеном: www.argo-shop.com.ua/catalog_total.php?id_cot= УДК ББК P C...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Московский государственный университет экономики, статистики и информатики (МЭСИ) Е.В. Черепанов МАТЕМАТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ НЕОДНОРОДНЫХ СОВОКУПНОСТЕЙ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ДАННЫХ Москва 2013 УДК 519.86 ББК 65.050 Ч 467 Черепанов Евгений Васильевич. Математическое моделирование неоднородных совокупностей экономических данных. Монография / Московский государственный университет экономики, статистики и информатики (МЭСИ). – М., 2013. – С. 229....»

«0 МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ КРАСНОЯРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ им В.П. АСТАФЬЕВА Л.В. Куликова МЕЖКУЛЬТУРНАЯ КОММУНИКАЦИЯ: ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРИКЛАДНЫЕ АСПЕКТЫ На материале русской и немецкой лингвокультур КРАСНОЯРСК 2004 1 ББК 81 К 90 Печатается по решению редакционно-издательского совета Красноярского государственного педагогического университета им В.П. Астафьева Рецензенты: Доктор филологических наук, профессор И.А. Стернин Доктор филологических наук...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Омский государственный технический университет Е. Д. Бычков МАТЕМАТИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ УПРАВЛЕНИЯ СОСТОЯНИЯМИ ЦИФРОВОЙ ТЕЛЕКОММУНИКАЦИОННОЙ СЕТИ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ТЕОРИИ НЕЧЕТКИХ МНОЖЕСТВ Монография Омск Издательство ОмГТУ 2 PDF создан испытательной версией pdfFactory Pro www.pdffactory.com УДК 621.391: 519.711. ББК 32.968 + 22. Б Рецензенты: В. А. Майстренко, д-р...»

«Российская Академия Наук Институт философии М.М. Новосёлов БЕСЕДЫ О ЛОГИКЕ Москва 2006 УДК 160.1 ББК 87.5 Н 76 В авторской редакции Рецензенты доктор филос. наук А.М. Анисов доктор филос. наук В.А. Бажанов Н 76 Новосёлов М.М. Беседы о логике. — М., 2006. — 158 с. Указанная монография, не углубляясь в технические детали современной логики, освещает некоторые её проблемы с их идейной стороны. При этом речь идёт как о понятиях, участвующих в формировании логической теории в целом (исторический...»

«ОМСКАЯ АКАДЕМИЯ МВД РФ КЕМЕРОВСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ ЗАОЧНОГО ОБУЧЕНИЯ С. П. Звягин ПРАВООХРАНИТЕЛЬНАЯ ПОЛИТИКА А. В. КОЛЧАКА Кемерово Кузбассвузиздат 2001 ББК 63.3(0)61 345 Рецензенты: кафедра истории России Кемеровского государственного университета (заведующий - доктор исторических наук, профессор С. В. Макарчук); доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой истории и документоведения Томского государственного университета Н. С. Ларьков Ф о т о г р а ф и и н а о б л о ж к е (слева...»

«АКАДЕМИЯ НАУК АБХАЗИИ АБХАЗСКИЙ ИНСТИТУТ ГУМАНИТАРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ им. Д.И. ГУЛИА Т. А. АЧУГБА ЭТНИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ АБХАЗОВ XIX – XX вв. ЭТНОпОлИТИЧЕСКИЕ И мИГРАцИОННыЕ АСпЕКТы СУХУм – 2010 ББК 63.5 (5 Абх) + (5 Абх) А 97 Рецензенты: д.и.н., профессор л.А. Чибиров (Владикавказ) д.и.н. Ю.Ю. Карпов (Санкт-Петербург) д.и.н., профессор А.л. папаскир (Сухум) Редактор: л.Е. Аргун А 97 Т.А. Ачугба. Этническая история абхазов XIX – XX вв. Этнополитические и миграционные аспекты. – Сухум. 2010. 356 с....»

«А.А. Хадарцев, С.Н. Гонтарев, Л.Г. Агасаров ВОССТАНОВИТЕЛЬНАЯ МЕДИЦИНА Том IV ВОССТАНОВИТЕЛЬНАЯ МЕДИЦИНА Монография Том IV Под редакцией А.А. Хадарцева, С.Н. Гонтарева, Л.Г. Агасарова Тула – Белгород, 2011 УДК 616-003.9 Восстановительная медицина: Монография / Под ред. А.А. Хадарцева, С.Н. Гонтарева, Л.Г. Агасарова. – Тула: Изд-во ТулГУ – Белгород: ЗАО Белгородская областная типография, 2011.– Т. IV.– 204 с. Авторский коллектив: Засл. деятель науки РФ, акад. АМТН, д.т.н., проф. Леонов Б.И.;...»

«Издания, отобранные экспертами для Институтов Коми НЦ без библиотек УрО РАН (июль-сентябрь 2012) Дата Институт Оценка Издательство Издание Эксперт ISBN Жизнь, отданная геологии. Игорь Владимирович Лучицкий : очерки, воспоминания, материалы / сост. В. И. Громин, Приобрести ISBN 43 Коми НЦ С. И. Лучицкая(1912-1983) / сост. В. И. Козырева для ЦНБ 978-5Институт URSS КРАСАНД Громин, С. И. Лучицкая; отв. редактор Ф. Т. Ирина УрО РАН 396геологии Яншина. - Москва : URSS : КРАСАНД, cop. Владимировна (ЦБ...»

«РОССИЙСКАЯ КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ АССОЦИАЦИЯ МЕРКУРЬЕВ Виктор Викторович ЗАЩИТА ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА И ЕГО БЕЗОПАСНОГО СУЩЕСТВОВАНИЯ Монография Москва 2006 УДК 343.228 ББК 67.628.101.5 М 52 Меркурьев, В.В. М 52 Защита жизни человека и его безопасного существования: моногр. / В.В. Меркурьев; Российская криминологическая ассоциация. – М., 2006. – 448 с. – ISBN УДК 343.228 ББК 67.628.101.5 Посвящена анализу института гражданской самозащиты, представленной в качестве целостной юридической системы, включающей...»

«ПРЕДПОСЫЛКИ СОЗДАНИЯ ОБУВНЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ В ЮЖНОМ ФЕДЕРАЛЬНОМ ОКРУГЕ В УСЛОВИЯХ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ РЫНОЧНОЙ СРЕДЫ (МОНОГРАФИЯ) УДК 339.90 75.8 ББК Рецензенты Доктор технических наук, профессор И.Ю.Бринк Доктор технических наук, профессор П.С. Карабанов Доктор технических наук, профессор В.В. Левкин Предпосылки создания обувных предприятий в Южном Федеральном округе в условиях неопределенности рыночной среды: монография / В.Т. Прохоров и др. – г.Шахты Южно-Российский государственный университет...»

«Е.И. Глинкин, Б.И. Герасимов Микропроцессорные средства Х = а 1 F a 2 b b 3 t F 4 a а b F 5 6 b 7 8 F 9 Y 10 0 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ИЗДАТЕЛЬСТВО ТГТУ УДК 681. ББК 6Ф7. Г Рецензент Доктор технических наук, профессор Д.А. ДМИТРИЕВ Глинкин, Е.И. Г5 Микропроцессорные средства : монография / Е.И. Глинкин, Б.И. Герасимов. – Изд. 2-е, испр. – Тамбов : Изд-во Тамб. гос. техн. ун-та, 2007. – 144 с. – 400 экз. – ISBN 978-5Рассмотрены технология проектирования интегральных схем в комбинаторной, релейной и...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации ФГАОУ ВПО Белгородский государственный национальный исследовательский университет ОПЫТ АСПЕКТНОГО АНАЛИЗА РЕГИОНАЛЬНОГО ЯЗЫКОВОГО МАТЕРИАЛА (на примере Белгородской области) Коллективная монография Белгород 2011 1 ББК 81.2Р-3(2.) О-62 Печатается по решению редакционно-издательского совета Белгородского государственного национального исследовательского университета Авторы: Т.Ф. Новикова – введение, глава 1, заключение Н.Н. Саппа – глава 2,...»

«Чегодаева Н.Д., Каргин И.Ф., Астрадамов В.И. Влияние полезащитных лесных полос на водно-физические свойства почвы и состав населения жужелиц прилегающих полей Монография Саранск Мордовское книжное издательство 2005 УДК –631.4:595:762.12 ББК – 40.3 Ч - 349 Рецензенты: кафедра агрохимии и почвоведения Аграрного института Мордовского государственного университета им. Н.П. Огарева; доктор географических наук, профессор, зав. кафедрой экологии и природопользования Мордовского государственного...»

«Национальный технический университет Украины Киевский политехнический институт И.М. Гераимчук Философия творчества Киев ЭКМО 2006 4 Национальный технический университет Украины Киевский политехнический институт И.М. Гераимчук Философия творчества Киев ЭКМО 2006 5 УДК 130.123.3:11.85 ББК ЮЗ(2)3 Г 37 Рецензенты: д-р филос. наук, проф. Б.В. Новиков Гераимчук И.М. Г 37 Философия творчества: Монография / И.М. Гераимчук – К.: ЭКМО, 2006. – 120 с. ISBN 978-966-8555-83-Х В монографии представлена еще...»

«Federal Agency of Education Pomor State University named after M.V. Lomonosov Master of Business Administration (MBA) A.A. Dregalo, J.F. Lukin, V.I. Ulianovski Northern Province: Transformation of Social Institution Monograph Archangelsk Pomor University 2007 2 Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Поморский государственный университет имени М.В. Ломоносова Высшая школа делового администрирования А.А. Дрегало, Ю.Ф....»

«ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ НАУЧНЫЙ ЦЕНТР ФИЗИОЛОГИИ И ПАТОЛОГИИ ДЫХАНИЯ СИБИРСКОГО ОТДЕЛЕНИЯ РАМН ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МЕДИЦИНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ МИНИСТЕРСТВА ЗДРАВООХРАНЕНИЯ И СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В.П. Колосов, В.А. Добрых, А.Н. Одиреев, М.Т. Луценко ДИСПЕРГАЦИОННЫЙ И МУКОЦИЛИАРНЫЙ ТРАНСПОРТ ПРИ БОЛЕЗНЯХ ОРГАНОВ ДЫХАНИЯ Владивосток Дальнаука 2011 УДК 612.235:616.2 ББК 54.12 К 61 Колосов В.П., Добрых В.А., Одиреев А.Н., Луценко М.Т. Диспергационный и мукоцилиарный транспорт...»

«В.В.Гура Теоретические основы педагогического проектирования личностно-ориентированных электронных образовательных ресурсов и сред. Ростов-на-Дону 2007 УДК 811.161.1 ББК 81.2 Рус Г95 Рецензенты: доктор педагогических наук, профессор С.А.Сафонцев, доктор педагогических наук, профессор Г.Ф.Гребенщиков. Гура В.В. Теоретические основы педагогического проектирования личностноориентированных электронных образовательных ресурсов и сред. Ростов н/Д: Изд-во ЮФУ, 2007. 320 с. ISBN 978-5-9275-0301-8 В...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Московский государственный университет экономики, статистики и информатики (МЭСИ) Тихомирова Н.В., Леонтьева Л.С., Минашкин В.Г., Ильин А.Б., Шпилев Д.А. ИННОВАЦИИ. БИЗНЕС. ОБРАЗОВАНИЕ: РЕГИОНАЛЬНЫЙ АСПЕКТ Монография Москва, 2011 УДК 65.014 ББК 65.290-2 И 665 Тихомирова Н.В., Леонтьева Л.С., Минашкин В.Г., Ильин А.Б., Шпилев Д.А. ИННОВАЦИИ. БИЗНЕС. ОБРАЗОВАНИЕ: РЕГИОНАЛЬНЫЙ АСПЕКТ / Н.В. Тихомирова, Л.С. Леонтьева, В.Г. Минашкин, А.Б. Ильин,...»














 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.