WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«А.Б. ВОЛЫНЧУК РОССИЯ В ПРИАМУРЬЕ – ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНТЕРЕСЫ ИЛИ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ Монография Владивосток Издательство ВГУЭС 2009 ББК 66.2 В 62 Рецензенты: М.Ю. Шинковский, д-р ...»

-- [ Страница 1 ] --

Министерство образования и науки Российской Федерации

Федеральное агентство по образованию РФ

Владивостокский государственный университет

экономики и сервиса

А.Б. ВОЛЫНЧУК

РОССИЯ В ПРИАМУРЬЕ –

ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНТЕРЕСЫ

ИЛИ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ

НЕОБХОДИМОСТЬ

Монография Владивосток Издательство ВГУЭС 2009 ББК 66.2 В 62 Рецензенты: М.Ю. Шинковский, д-р полит. наук (Владивостокский государственный университет экономики и сервиса);

С.К. Песцов, д-р полит. наук (Дальневосточный государственный технический университет) Волынчук А.Б.

В 62 РОССИЯ В ПРИАМУРЬЕ – ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ

ИНТЕРЕСЫ ИЛИ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ: монография. – Владивосток: Изд-во ВГУЭС, 2009. – 168 с.

ISBN 978-5-9736-0123- Рассматриваются вопросы применения ретроспективного анализа в региональных геополитических исследованиях, которые связаны с изучением процессов освоения новых территорий. В качестве своеобразного полигона исследования автором рассматривается территория российского Приамурья. В его рамках произведн тщательный разбор большинства известных исторической науке политико-территориальных явлений и процессов. Работа базируется на широком фактологическом материале и охватывает значительный временной период – начиная с проникновения русских землепроходцев на берега Амура и заканчивая анализом современной ситуации в регионе.

Книга будет интересна политологам, географам и историкам, занимающимся вопросами геополитики, политической географии и регионоведения.

Ключевые слова: геополитическое исследование, ретроспективный анализ, геополитическое освоение территории, политико-территориальные процессы, хозяйственное освоение, геополитические интересы, Приамурье, Северная Пацифика.

ББК 66. © Издательство Владивостокский ISBN 978-5-9736-0123- государственный университет экономики и сервиса, © Волынчук А.Б., Federal Agency of education of Russia Federation Vladivostok state university of economy and service _ A.B. VOLYNCHUK

RUSSIA IN PRIAMURYE –

GEOPOLITICAL INTERESTS

OR ECONOMIC NECESSITY

Monograph Vladivostok VSUES Reviewers: Shinkovskij M.J., doctor of political science, Vladivostok State University of Economy and Service;

Pestsov S.K., doctor of political science, Far East State Technical University Volynchuk A.B.

V 62 RUSSIA IN PRIAMURYE – GEOPOLITICAL INTERESTS

OR ECONOMIC NECESSITY: monograph. – Vladivostok:

VSUES, 2009. – 164 p.

ISBN 978-5-9736-0123- In the monograph the author uses retrospective analysis as a means to study regional geopolitical processes that are connected with mastering of new territories. As a test bed for his research he considers the territory of the Russian Priamurye to make a detailed analysis of the most political/territorial issues and processes that are known for historical science. The work is rich in facts and covers a considerable historic period from penetration of Russian settlers to the banks of Amur river and all the way to contemporary situation in the region.

The book would be useful for political scientists, historians and geographers who are interested in geopolitics, political geography and regional studies.

Key words: geopolitical research, retrospective analysis, geopolitical mastering of the territory, political/territorial processes, economic developing, geopolitical interests, Priamurye, Northern Pacific.

ISBN 978-5-9736-0123-

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Глава 1. ВОЗМОЖНОСТИ РЕТРОСПЕКТИВНОГО АНАЛИЗА

В ИЗУЧЕНИИ ПРОЦЕССОВ ГЕОПОЛИТИЧЕСКОГО

ОСВОЕНИЯ ТЕРРИТОРИИ

1.1. Теоретические основы геополитических исследований

1.2. Территориальные структуры процесса освоения............. 1.3. Использование ретроспективного анализа в изучении и реконструкции процесса освоения территории

1.4. Особенности и внутренняя структура Приамурья как объекта геополитического освоения

Глава 2. ГЕОПОЛИТИЧЕСКОЕ ОСВОЕНИЕ ПРИАМУРЬЯ В ПРОСТРАНСТВЕННО-ВРЕМЕННОМ АСПЕКТЕ..... 2.1. Вопросы периодизации освоенческих процессов........... 2.2. Открытие русскими Приамурья.

Первый опыт хозяйственного освоения (30-е гг. XVII в. – конец XVII в.)

2.3. Пространственная диверсификация направлений освоения. Поиск альтернативы (XVIII в. – середина XIX в.)

2.4. Восстановление южного направления освоенческой политики. Возвращение России на Амур (середина XIX в. – 1905 г.)

2.5. Усиление внутрирегионального геополитического освоения Приамурья (1905 г. – 1945 г.)

2.6. Начало «холодной войны».

Корейский вектор развития геополитических интересов (1945 – 60-е гг. XX в.)

2.7. Этап усиления сырьевой и обороной составляющих геополитического потенциала Приамурья (70-е гг. – начало 90-х гг. XX в.)

2.8. Приамурье в условиях системного кризиса.

Потеря геополитических ориентиров (начало 90-х гг. XX в. – современность)





ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

ВВЕДЕНИЕ

Процесс коренного политического и экономического переустройства современной России открывает новые возможности для гармонизации общественных интересов всех направлений и уровней. Именно интересы как движущие силы во многом определяют характер и результат всех социальных, экономических и политических процессов.

В современных условиях усиления роли регионов в государственном строительстве значительно возросла необходимость более точно определять, какие социальные, экономические или политические процессы ведут к успешному развитию отдельных территорий, а какие усугубляют уже существующие проблемы.

Более того, преодоление уже существующих региональных диспропорций развития, зародившихся на заре освоения регионов, является основной задачей региональной политики.

Существование многих острых проблем определяется ошибками, допущенными на первоначальных этапах формирования территориальной структуры хозяйства. О состоянии дел, определивших нежелательные перекосы в развитии хозяйства и региональной политики, зачастую можно судить по конкретным историко-географическим и политическим исследованиям определенных регионов страны.

Для решения указанных проблем необходимо определить новые подходы к решению задач оптимального развития регионов.

На первое место необходимо поставить изучение причин и факторов дифференциации качества, уровня и условий жизни людей от места к месту, размещения населения, различий в комфортности природной, социальной, экономической сред жизни людей, степени организации и обустроенности территорий1. Важное место в таких исследованиях должно отводиться ретроспективному Михайлов Ю.П. К вопросу о территориальной организации общества и организации территории // География и природ. рес. 1998. № 4. С. 10–17.

анализу, призванному вскрыть механизмы формирования вполне определнных политико-территориальных систем различных уровней.

Актуальность исследования исторического опыта заключается: во-первых, в возможности, используя прошлый опыт, обоснованно ответить на уже поставленные практикой вопросы, вовторых, логически обеспечить предвидение новых проблем и, втретьих, разрабатывать необходимые методы решения этих проблем.

Наконец, говоря об актуальности темы монографии, важно подчеркнуть, что до сих пор остаются недостаточно реализованными возможности ретроспективного анализа в исследованиях территориальной структуры регионов с использованием геополитического подхода.

Российское Приамурье представляет собой территориальную целостность, выделенную из ряда других пространственных образований Дальневосточного региона по совокупности различных факторов как природного, так и общественного рядов.

Именно Приамурье было выбрано объектом нашего исследования. Причины, определившие такой выбор, можно определить следующим образом: во-первых, Приамурье оказалось важнейшим сухопутным звеном, связывающим крайние восточные приморские территории России с центральными районами страны.

Этот факт, несомненно, определяет геополитическую специфику развития края. Во-вторых, весьма интересна оказалась сама интенсивность, с которой происходило освоение территории амурского бассейна. И, наконец, в-третьих, опыт освоения Приамурья будет небесполезен при изучении освоенческих процессов в других районах Дальнего Востока и всей России в целом.

Изложенное определило цель нашего исследования как ретроспективный анализ процесса освоения совокупного геополитического потенциала Приамурья, а также особенностей формирования экономической и геополитической ситуации каждого этапа его освоения, для поиска перспективных путей оптимизации дальнейшего развития региона.

В соответствии с поставленной целью в работе решались следующие задачи:

1. определение места геополитического подхода в изучении освоенческих процессов;

2. разработка принципов применения ретроспективного анализа к региональным геополитическим исследованиям;

3. анализ хронодинамики геополитического освоения Приамурья, отражающей влияние природно-ресурсного потенциала территории на развитие региона.

Ретроспективный геополитический анализ освоенческих процессов позволяет, опираясь на прошлый опыт, создать эффективный механизм реализации геополитического потенциала новых территорий. Более того, изучение исторического опыта даст возможность обоснованно ответить на уже поставленные практикой вопросы и позволит избежать новых ошибок, которые, несомненно, могут возникнуть при дальнейшем развитии регионов.

Составляющая предмет исследования проблематика расположена на стыке географии, политологии и истории. Это определило множественность и разнохарактерность использованных в создании монографии идей. При этом следует учесть, что сама историческая география – крайне слаборазвитая область научного познания. Классикой изложения е первичных основ остаются созданные в начале ХХ века труды М.К. Любавского «Историческая география России в связи с колонизацией» и «Обзор истории русской колонизации». Впоследствии его идеи нашли развитие в работах Л.Н. Майкова, В.К. Яцунского, И.П. Шаскольского, В.С. Жекулина, Л.Н. Гумилва.

Традиционным исследовательским полем историко-географов стало изучение вопросов, связанных природопользованием.

Это позволило в полной мере опираться на изыскание ряда видных исследований в этой области как отечественных (М.И. Белов, Л.И. Воропай, В.А. Зубаков, А.Г. Исаченко, Э.Г. Истоминой, М.Н. Куница, Д.Н. Замятина, П.Д. Подгородецкий, В.В. Рюмин), так и зарубежных (А. Геттнер, А. Кларк, Д. Уитлси).

Вполне возможным и оправданным стало обращение к содержательному массиву социально-экономической географии и региональной экономике. Занимая в системе общественно-географических наук центральное положение, она обладает столь развитыми теорией и методологией, что незадействование этого внушительного арсенала было бы грубейшей ошибкой. Поэтому при рассмотрении в свом исследовании вопросов освоения новых территорий, районообразования, районирования, территориального структурирования автор использовал ряд фундаментальных положений, которые были сформулированы Н.Н. Баранским, О.Б. Алаевым, Н.Н. Колосовским, К.П. Космачевым, Г.М. Лаппо, И.М. Маергойзом, Ю.Г. Саушкиным, В.В. Покшишевским, В.В. Вробьвым, С.В. Славиным, Н.Б. Култашевым, А.М. Колотиевским, М.К. Бандманым, С.Я. Ныммик, В.А. Пуляркиным, Б.С. Хоревым и др.

Большое значение в создании работы сыграли те теоретические находки, что были сделаны в содержательном массиве вне географических наук. В первую очередь это касается истории, связь которой с рассматриваемым направлением более чем очевидна. Многие е видные представители уделяли в своих трудах пристальное внимание проблемам взаимодействия природы и общества. Это крупнейшие российские учные – Н.М. Карамзин, С.М. Соловьв, В.О. Ключевский, Л.И. Мечников.

Территориальная привязка исследования предполагала знакомство с работами, имеющими региональную, приамурскую тематику. В этой связи заметим, что территориальный аспект затронутых вопросов нашл сво отражение в трудах как географов-экологов, так и историков. Особо надлежит отметить вклад следующих ученых, посвятивших свои исследования дальневосточной проблематике: М.И. Венюков, А.П. Окладников, Е.И. Деревянко, а также – А.И. Алекссев, Ж.В. Андреева, П.И. Кабанов, В.М. Кабузан, Г.В. Мелихов, Н.Г. Рябов, Э.В. Шавкунов, М.Г. Штейн, П.Я. Бакланов, П.А. Минакир, А.Н. Махинов, З.Г. Мирзеханова, В.Г. Шведов и многие другие.

Теоретические аспекты политических наук представлены работами известных современных российских (А.В. Торкунов, А.Д. Воскресенский, М.Ю. Шинковский, М.В. Ильин, В.А. Колосов, К.С. Гаджиев и другие) и иностранных (Ф. Моро-Дефарж, С. Хантингтон, Г. Моргентау, З. Бжезинский и другие) политологов и геополитиков.

Таким образом, научная новизна проведнного исследования заключается в совместном использовании ретроспективного и геополитического подходов в изучении вопросов, связанных с ходом освоенческих процессов в Приамурье.

Практическое значение работы состоит в том, что полученные результаты могут быть использованы при разработках программ оптимизации природопользования в отдельных районах как Приамурья, так и других регионов Дальнего Востока. Они также могут служить теоретической и методологической базой для дальнейшего изучения и оценки геополитического потенциала территорий Дальнего Востока.

Информационной базой монографии стал собранный и систематизированный автором обширный банк данных о характере освоенческих процессов в Приамурье. Важным источником получения сведений были хроникальные свидетельства участников и очевидцев различных исторических событий, опубликованные в современной литературе фрагменты летописей и произведения прошлых лет.

Помимо этого основой для получения фактического и статистического материала послужили архивные материалы, федеральные и региональные законодательные и нормативно-правовые акты, статистические бюллетени и сборники, аналитические записки. Кроме того, были использованы материалы международных и общероссийских симпозиумов и конференций.

ВОЗМОЖНОСТИ

РЕТРОСПЕКТИВНОГО АНАЛИЗА

В ИЗУЧЕНИИ ПРОЦЕССОВ

ГЕОПОЛИТИЧЕСКОГО ОСВОЕНИЯ

ТЕРРИТОРИИ

Решение методологических задач, поставленных в данной монографии, требует в качестве предварительного условия анализа имеющихся основных теоретических положений, относящихся к рассматриваемой проблематике. Несмотря на то, что центральные понятия нашего исследования – «процесс освоения территории» и «территориальные (хозяйственные и политические) структуры» – принадлежат к числу наиболее используемых в современной научной литературе, однако единого взгляда на их понимание до сих пор не существует. Междисциплинарный характер затронутой проблемы и предлагаемый здесь ретроспективный анализ делают целесообразным поиск е решения в системе взаимодействия дисциплин, изучающих как геополитические процессы, так и экономические структуры, формируемые в региональных пределах.

Многогранность понятий, используемых в этой работе, обязывает их раскрытие именно с той стороны, которая в полной мере обеспечит решение поставленных задач.

Оба понятия принадлежат к категориям, относящимся к проблемам, решение которых далеко выходит за пределы отдельно взятой обособленной политической или экономической системы.

Поэтому сжатое рассмотрение каждого из них, установление их места в системах различных типов, а также определение характера их взаимоотношений друг с другом – является необходимой методологической основой для дальнейшего анализа.

1.1. Теоретические основы геополитических Становление геополитики как новой науки о влиянии земной поверхности на историю народов, государств и всего человечества началось в ХIХ веке. Карл Риттер2 предлагал назвать эту науку сравнительным земледелием, Фридрих Ратцель3 – политической географией. Однако появлением термина «геополитика» научная общественность должна быть обязана Р. Челлену, с лгкой руки которого эта дефиниция вошла в широкий научный оборот. Е содержание Р. Челлен раскрыл в главной работе своей жизни «Die Staat als Lebensform», вышедшей в свет в 1916 году. Автор определил геополитику как науку, исследующую фундаментальные качества пространства, связанные с землей и почвой, и изучающую способы созидания Империи, происхождения стран и государственных территорий4.

На сегодняшний день период развития геополитики, нивелирование е содержания и уточнение категориального аппарата насчитывает более чем вековую историю. Конечно, по сравнению с другими областями человеческих знаний (например, с философией, географией, историей и др.), это ничтожно малый срок. Тем не менее за это время геополитика как наука претерпела ряд важных качественных трансформаций, что позволило ей перейти от формирования сугубо теоретических, не выходящих за рамки абстракций, умозрительных построений, к внедрению своего методологического инструментария в сферу реальной политики. Велики изменения и в содержательном массиве. Современные геоКарл Риттер (1779–1858), один из выдающихся представителей немецкой научной школы географического детерминизма. Отстаивал положение о том, что развитие народов идет по пути, предписанному им окружающей средой, существенной частью которой являются природные условия. См.: Риттер, К.

Европа. – М., 1864.

Фридрих Ратцель (1844–1904). Главный его труд «Политическая география» («Politische Geographic») увидел свет в 1897 году. В этой работе Ратцель показывает, что почва является основополагающей неизменной данностью, вокруг которой вращаются интересы народов. Движение истории предопределено почвой и территорией. Автор исходил из того, что человеческая история – это история приспособления людей к окружающей их среде. См.: Ratzel F. Politische Geographic. – Mimchen-Lpz., 1897.

См.: Kjellen R. Die Staat als Lebensform. – Lpz., 1916.

политические исследования уже давно преодолели «очарование»

географического детерминизма и не являются неприкосновенной вотчиной полит-географов. Вс чаще геополитика предстат перед нами как результат междисциплинарного синтеза целого ряда наук. Использование новейших открытий и достижений социологии, философии, экономики, юриспруденции, психологии и др.

позволило существенно расширилась предметную область самой геополитики. При этом для всех работ геополитической направленности остатся неизменным сохранение значения базовых понятий, являющихся своеобразными отправными пунктами научно-ориентированного анализа – это государство и территория.

Именно их взаимодействие является своеобразным краеугольным камнем любого политико-территориального (или геополитического) исследования. Эта особенность прослеживается на протяжении всего эволюционного движения науки, начиная с работ е родоначальников и заканчивая трудами современных учных5.

Существует великое множество всевозможных теорий происхождения государства, определений его сущности, признаков и характеристик. Однако следует отметить тот факт, что во всех Риттер К. Европа. – М., 1864; Ратцель Ф. Народоведение. – М., 1893; Ratzel F.

Politische Geographic. – Mimchen-Lpz., 1897; Vidal de la Blache Tableau de la Geographie de la France. – Paris, 1903; Kjellen R. Der Staat als Lebensform. – B., 1917;

Макиндер Хелфрод Дж. Географическая ось истории // Классика геополитики. – М.: «Издательство Аст», 2003; Haushofer К. Grenzen in ihrer geographischen und politischen Bedeutung. – В., 1937; Мэхэн А.Т. Влияние морской силы на историю.

1660–1783. – М.-Л., 1941; Spykman N. America's Straregy in World Politics. – Hamden, 1942; Бакланов П.Я. О категориях современной геополитики // Известия РАН. Серия географическая. 2003. № 2; Гаджиев К.С. Введение в геополитическую науку. – М.: Логос, 2000; Гладкий Ю.Н. Политическая и экономическая дифференциация мира. – СПб.: Образование, 1995; Голубчик М.М. Политическая география мира. – Смоленск: Изд-во СГУ, 1998; Дугин А.Г. Основы геополитики. – М.: Арктогея, 1997; Замятин Д.Н. Моделирование географических образов. – Смоленск: Ойкумена, 1999; Каганский В.Л. Регионы в неосоветском пространстве // Российские регионы в новых экономических условиях. – М., 1996; Колосов В., Туровский Р. Геополитическое положение России на пороге XXI века: реалии и перспективы // Полис. 2000. № 3; Лавров С.Б. Геополитическое пространство России: мифы и реальность // Известия РГО. 1997. Т.

129. Вып. 3; Уткин, А.И. Глобализация процесс и осмысление. – М.: Логос, 2001; Шведов В.Г. Историческая политическая география: обзор становления, теоретические основы, практика. – Владивосток: Дальнаука, 2006; Шинковский М.Ю. Российский регион: становление политического режима в условиях глобализации. – Владивосток, 2000 и др.

имеющихся случаях именно понятию «территория» отводится место основополагающей категории. «Территория … неизбежно присутствует во всяком государстве. Не может быть государства без территории его определяющей»6.

Несмотря на кажущуюся очевидность этого утверждения, более тщательный анализ имеющихся определений понятия «территория» позволяет выявить ряд существенных проблем теоретического и методологического плана, многие из которых далеки от однозначного решения. Удивительно, что до сих пор не наступило чткости в понимании одного из самых употребляемых терминов, который широко используется как естественными, так точными науками, термина, объединяющего практически все процессы, протекающие на Земле. Так, в словаре С.И. Ожгова территория определяется как земельное пространство, имеющее определенные границы. В свою очередь, Большая советская энциклопедия ограничивается следующей формулировкой: «Территория – часть земного шара, находящаяся под суверенитетом определенного государства»7. Однако вряд ли с помощью этих определений возможно выявление всех аспектов такого мкого понятия8.

При тщательном анализе современной научной литературы, посвященной данной тематике, ясно прослеживаются, как минимум, три подхода, раскрывающих характер взаимосвязи государства и территории.

Во-первых, территория рассматривается как особый вид пространственного ресурса, необходимого для строительства и функционирования государства. Без территории государство существовать не может, хотя сама государственная территория может изменяться как в сторону своего увеличения, так и уменьшения.

При таком подходе территория выступает некой пространственной данностью, главным свойством которой является е мкость, т.е. способность размещать в своих пространственных границах объекты социального, экономического, военного и др. характера.

Устрялов Н.В. Элементы государства / Классика геополитики XX век. – М.:

Аст, 2003. – С. 601.

Большая советская энциклопедия. Изд. 3-е. Т. 25. С. 509.

Шинковский М.Ю., Шведов В.Г., Волынчук А.Б., Геополитическое развитие Северной Пацифики (опыт системного анализа): Монография. – Владивосток: Дальнаука, 2007. С. 32-33.

Иначе говоря, размеры государственной территории определяют «физический объм» («жизненное пространство») любого государства.

Во-вторых, территория используется как понятие государственно-правовое, юридическое. Территория есть арена реализации политического суверенитета над сушей, недрами, водным и воздушным пространством. Е границы представляют собой ни что иное, как пределы распространения политической власти данного государства, пространственные рамки конкретной системы правопорядка. При таком подходе государственная территория представляется пространством, которым ограничено главенство государственного законодательства. Она представляет собой момент государства как субъекта, актора международных отношений9.

В-третьих, в рамках современного государственного права реализуется взгляд, при котором территория выступает в качестве объекта частной собственности. При этом участки земли, а также природные ресурсы, размещнные в их пределах, могут принадлежать как самому государству, так и его гражданам, или же лицам не имеющим данного гражданства, но состоящих с государством в определнных юридически-правовых отношениях.

При этом государство как верховная власть самоограничивается в распоряжении частью своей территории, но оставляет за собой право (политического) господства над ней.

Большинство современных учных в своих политологических исследованиях исходят исключительно из методологических разработок, рожднных в недрах этих подходов. Однако юридически-правовыми или ресурсно-экономическими теориями проблема взаимосвязанности государства и территории не ограничивается.

Очевидно, что «естественное» состояние территории, сформировавшиеся в результате длительного взаимодействия природных компонентов, является важной е особенностью. Поэтому вполне логично рассматривать территорию в качестве ведущего фактора, влияющего на исторический процесс формирования и развития государства. По мнению В.С. Жекулина10, она (территория) обладает комплексом свойств, условий и предпосылок, окаУстрялов Н.В. Элементы государства // Классика геополитики XX век. – М.: Аст, 2003. – С. 604-605.

Жекулин В.С. Историческая география. – Л.: Наука, 1982. С 224.

зывающих значительное влияние на характер взаимоотношений, складывающихся между людьми в ходе строительства ими политико-организованных пространственных структур. При первом приближении всю совокупность условий можно разбить на три основные группы, роль и значение которых в формировании государственного строительства следует определять исходя и приведнной ниже таблицы.

на ход государственного строительства определяет степень воздействия внешГеографическое них факторов на процессы государположение ственного строительства в границах однородность дифференциацию некоторых политико-экономических процессов Номенклатура определяет историческую направленприродных ность процесса освоения государстПриродные Техническая позволяет определить степень, глубихарактеристика ну и скорость возможных преобразоприродных вательных процессов государства и (приобретенные) Таким образом, исходя из анализа таблицы есть возможность говорить о неком потенциале территории, который, с одной стороны, влияет на развитие общества, определяя основной тренд его движения, а с другой – является материальной базой, обеспечивающей реализацию различных социальных проектов на всех исторических этапах жизни государства. Однако следует подчеркнуть, что историческая оценка этого потенциала зачастую не совпадает с оценкой современной, т.к. в соответствии с потребностями социума и его техническими и организационными возможностями, характерными для данного исторического периода, естественные и приобретнные свойства территории используются в разной степени.

В ходе формирования и развития геополитических представлений об окружающем мире потенциал территории (в широком смысле этого понятия) является, если и не самой главной, то одной из самых значительных основ любого государства. Его содержание зависит от условий, диктуемых пространством, но и территория вс сильнее оказывается в зависимости от уровня социально-экономических отношений, генерируемых политическими институтами. Высвобождение и реализация потенциала трансформируют территорию, которая вс больше приобретает свойства, не присущие ей в е естественном состоянии. Общество на всех стадиях своего развития предъявляет определнные требования к природе и изменяет е так, как это нужно для него, вызывая при этом цепочки непредвиденных последствий. В силу собственных законов развития освоение пространства идт вперд, но новая его стадия уже не удовлетворена окружающей природой, и меняет е ещ сильнее, в соответствии с возросшей своей силой воздействия на природу. Итак на каждой ступени расширяются требования к природной данности, усиливается е эксплуатация, происходит вс большее е изменение, что на следующей стадии вызывает ещ большее неудовлетворение окружающей природой. «Он человек культивирует природу, создат ей «второе лицо», ландшафт природы превращает в культурный ландшафт и пассивные пространства в активные»11.

Приобретение природной средой деструктивных свойств изменяет е качество, вызывает противодействие в виде негативноУстрялов Н.В. Элементы государства // Классика геополитики XX век. – М.: Аст, 2003. С. 615.

го влияния изменнной природы и покорнных сил природы на процессы государственного развития. Усиление или ослабление их воздействия обусловлено характером внедрения в локальные природные комплексы антропогенной составляющей. Преодоление таких негативных воздействий в конечном итоге значительно усложняет продвижение не только геополитических интересов государства, но и выполнение его основных функциональных обязательств перед обществом.

По-другому дело обстоит с территориальными системами, имеющими в своей структуре конструктивную антропогенную составляющую. К ним следует отнести целесообразно преобразованные, т.е. оптимизированные ландшафтные комплексы. «Оптимизацию ландшафтов можно представить как предельно возможную реализацию его социально-экономического потенциала путем применения природоохранных мер, мелиорации, рекультивации и совершенной технологии»12.

Без изучения конкретной исторической обстановки трудно составить правильное суждение о степени взаимодействия природных и политических систем прошлых этапов развития государства. «Тот облик, который придает общество окружающей его среде, сильно зависит от типа его воздействия на географическую среду. Каково политическое устройство общества, каковы условия его материальной жизни – таково его отражение на видоизмененной человеком природе»13. Это высказывание справедливо и для геополитики. В конкретных историко-географических условиях имеются свои особенности в проявлении исторического процесса государственного строительства. Они находят отражение в формировании не только специфической политико-территориальной структуры государства, но и комплекса его геополитических интересов на каждом этапе эволюционного движения. Таким образом, одна из задач геополитического подхода при анализе особенностей взаимодействия государства и территории заключается в изучении последовательно сменяющихся исторических комплексов геополитических интересов, хаМильков Ф.Н. Геоэкология и экогеография: их содержание и перспективы развития // Изв. АН. 1997. № 3. С. 31–39.

СМ.: Хореев Б.С. Территориальная организация общества. – М., 1981. 320 с.

рактеризующихся преемственностью в формировании политикопространственных структур и отражающих конкретную стадию в развитии как государства, так и территории.

Говоря о национальных (в том числе и геополитических) интересах, которые формируются обществом в недрах политикоэкономических отношений, следует особо подчеркнуть существование принципиальных понятийных различий между государством и страной. В современных геополитических исследованиях или исследованиях, посвящнных ретроспективному анализу, но ограниченных жсткими временными рамками, сходство этих понятий бесспорно и не вызывает однозначного неприятия, что и позволяет во многих частных случаях использовать их в качестве синонимов. Однако, если исследование охватывает значительный исторический период, за время которого на данной территории произошла смена политического режима, государственного строя, то в этом случае отличия принимают очевидную и чткую форму. Под таким углом зрения государство выступает как организация политической власти страны и общества. Основные направления его деятельности выражают сущность и социальное назначение по управлению политическими, экономическими, социальными и др. процессами. Страна же всегда представляется территорией жизнедеятельности общества, функционирования (юрисдикции) государства в условиях любой политической системы.

В данной трактовке термин «страна» в большей степени соотносится с целями и задачами геополитического исследования, так как именно страна вбирает в себя все особенности занимаемого пространства и, обладая политическим суверенитетом и внутренним потенциалом пространственного развития (геополитический потенциал), формирует государство как инструмент (механизм) реализации комплекса природных, пространственных, экономических, социальных и др. условий и предпосылок развития данной территории. Важно отметить, что в «связке» страны и государства именно страна как территория жизнедеятельности общества, в отличие от государства, в меньшей степени подвержена качественным деформациям. Страна является естественной территориальной основой, определяющей характер и направление движения общественных процессов, в том числе политических и геополитических. Ярким примером тому является история развития российской государственности. Страна «Русь – Российская Империя – СССР – Российская Федерация» обладает политическим суверенитетом около тысячи лет. Несмотря на то, что размеры и конфигурация территории время от времени существенно изменялись, тем не менее коренные земли, составляющие ядро страны, никогда надолго не выходили из-под политического контроля, что обеспечило стране существование на политической карте мира. Однако за этот же период государственное устройство не раз подвергалось кардинальным трансформациям, которые принципиально меняли внутриполитическую жизнь страны. При этом никакие исторические коллизии и модификации государственного механизма управления не изменили основных исторических трендов геополитического (пространственного) развития страны.

Таким образом, исходя из всего вышесказанного целью геополитического исследования должно стать выявление закономерностей и характера распространения государственного суверенитета в пространстве (территории) как в ретроспективе, так и в современных условиях глобализации, формирования комплекса национальных интересов, а также изучение функционирования, динамики и эволюции устойчивых политико-территориальных систем. Означенный блок целей позволяет рассмотреть ряд частных задач, решение которых усилит связь геополитического исследования и практики:

обобщение научных идей, которые освещают теоретические стороны геополитической науки;

разработка на этой основе методологии использования сформулированных теоретических положений;

разработка общей структуры методологии геополитических исследований;

корректировка категории «геополитические интересы» государства (страны) и форм их реализации, а также формирование на этой основе представлений о пространственно-временной периодизации развития геополитических процессов;

применение полученных результатов к изучению конкретной территории и создание на этой основе максимально полного и достоверного «полотна» е геополитического и геостратегического развития.

В этой связи объектом геополитического исследования, по нашему мнению, является политически организованное пространство. В качестве предмета исследования выступает процесс геополитического освоения территории (ГОТ), отражающий сущность взаимоотношений, складывающихся между государством как субъектом политического суверенитета и пространством, как объектом его организационного воздействия. Для более чткого понимания процесса геополитического освоения следует выделить ряд особенностей, которыми определяется характер связей в системе отношений государство – территория:

в первую очередь, «внутри» процесса освоения необходимо отметить наличие объекта и субъекта. Первым традиционно выступает территория, вторым – государственные политические институты, которые осуществляют деятельность по политическому структурированию и «вживлению» ранее не используемых пространств в систему государственного «организма»;

для освоения, как правило, характерна непрерывность во времени. Оно может протекать с той или иной интенсивностью, в том или ином виде и направлении, но однажды начавшись, этот процесс не прекращается;

наконец, геополитическое освоение – это процесс комплексный, так как осваивается территория с характерным для не набором ресурсов и условий, которые в равной степени определяют и сам ход освоения, и направления, и темпы развития геополитического потенциала территории.

Следовательно, геополитическое освоение есть ни что иное, как комплекс целенаправленных мероприятий, направленных на распространение государственного суверенитета по территории, ранее не включнной в «орбиту» национальных геополитических интересов, формирование институтов политического и территориально-административного управления, построение элементов общегосударственной системы безопасности – делимитация и демаркация государственной границы, а также е охрана, дислокация армейских подразделений в количестве, достаточном для удержании территории. Иначе говоря, ГОТ – это процесс формирования комплекса условий и мер, необходимых для динамичного развития геополитического потенциала территории14.

Анализ процесса геополитического освоения территории и прогноз е дальнейшего развития невозможны вне оценки сосредоточенного в е пределах геополитического потенциала (ГПП).

Это обстоятельство диктуется возросшим динамизмом политической жизни общества, усложнением всех е проявлений на разных организационных уровнях – от глобального до локального. В особых случаях правомерно говорить не столько о геополитическом потенциале страны в целом, сколько о потенциале отдельных е территорий (регионов). Такой подход наиболее оправдан при изучении геополитических процессов государств, пространственные размеры которых относятся к разряду «гигантских» или «крупных». Представляется очевидным тот факт, что размер геополитического потенциала страны площадью в несколько миллионов квадратных километров будет варьироваться от места к месту. Это объясняется, с одной стороны, неравномерностью проявления географических факторов внутри государственной территории, с другой – разнородностью стран-соседей, имеющих, в свою очередь, неодинаковые уровни военной, экономической, политической, социальной организации государства. Так, например, сравнивая показатели социально-экономического развития западных и дальневосточных российских регионов и анализируя условия их приграничного положения, можно проследить снижение в восточном направлении общего уровня геополитического потенциала России, что позволяет говорить о разнице геополитического потенциала отдельных территорий внутри страны.

Игнорирование этого факта повышает вероятность возникновения серьзных ошибок в региональном планировании, в первую очередь – в областях демографической и социальной политики, межэтнических и межконфессиональных отношений, выработке экономической и оборонной стратегии. Оно же служит основой формирования ложных представлений о возможностях и перспективах осуществления правительством той или иной страны Подробнее о содержании понятия «геополитический потенциал территории» см.: Шинковский М.Ю., Шведов В.Г., Волынчук А.Б. Геополитическое развитие Северной Пацифики (опыт системного анализа): Монография. – Владивосток: Дальнаука, 2007. –338 с.

своих суверенных прав над различными составляющими е территориями.

Таким образом, обоснованное определение состава, специфики и оценка величины регионального геополитического потенциала, путей и возможностей его реализации представляются одним из важных инструментов общего укрепления института государственности. В первую очередь, им приводится в действие известный принцип: «Верная диагностика частей – формирование объективного представления о целом». Но при этом же выявленный «образ» ГПП позволяет дать комплексную оценку конкретной территории с позиций оптимизации в е формате системы геополитических интересов страны и обеспечения конкретных вопросов государственной безопасности.

Введение в научный оборот термина «геополитический потенциал» относится ко времени становления классических идей геополитики (конец XIX – середина XX вв.). Однако это событие произошло на интуитивном уровне, то есть без чтко сформулированного и раскрытого определения. В дальнейшем данное негативное положение сохранилось на долгие годы, результатом чего стал широкий разброс в смысловом понимании ГПП. Изменение в данное положение было внесено лишь в конце прошлого столетия, когда П.Я. Бакланов определил геополитический потенциал как максимально возможную реализацию комплекса географических факторов данной территории, выражающуюся в степени е существующего влияния на соседние страны15. Данную формулировку следует признать достаточно полной, а содержащийся в ней географический «акцент» – вполне оправданным постольку, поскольку геополитика генетически складывалась как часть географии. Действительно, любое геополитическое явление зарождается и разворачивается в пределах географической среды, использует е различные (в самом широком их понимании) ресурсы и находится под прямым воздействием разнообразных разрешающих условий. Но при этом имеется и не менее заметное обратное воздействие на геосреду со стороны осуществляемой человечеством геополитической деятельности и многостороннего проявления е результатов. Данная взаимосвязь всеобъемлюща и априорна, а потому геополитический потенциал Бакланов П.Я. О категориях современной геополитики // Известия РАН.

Серия географическая. 2003. № 2. С. 7-16.

исключением из не не является16. Исходя из определения, очевидно, что ключом к пониманию геополитического потенциала территории являются географические факторы, совокупное проявление которых в конечном итоге и определяет уровень его развития, или как говорят, степень освоенности17.

Наиболее достоверным способом определения геополитической освоенности территории является анализ территориальной системы расселения населения страны или отдельного е региона.

Жизнь общества всегда протекает в пределах определнной территории. Воздействие природной среды на общество трансформируется местными условиями так, что человек взаимодействует не с природой вообще, а с природными условиями конкретных ландшафтов. Это достаточно объмная составляющая ГПП, включающая в себя вс разнообразие режимных показателей климата, характеристику рельефа, заболоченности, гидросети, особенностей растительного покрова и т.п. Образующие е показатели фиксируют естественную благоприятность той или иной местности для любого вида жизнедеятельности людей, в том числе и геополитического.

В этой связи можно выделить целый ряд факторов, которые, преломляясь через комфортность среды обитания и производственной деятельности населения, определяют уровень развития ГПП, соответствующий настоящему времени. Так, например, в ряду социально-экономических, определяющими комфортность территории следует выделить показатели е доступности, уровень обеспечения предприятиями обслуживания, наличие природно-рекреационных комплексов, уровень влияния промышленного и сельскохозяйственного производства на окружающую территорию, природоохранные мероприятия. Иными словами, геополитический потенциал характеризуют отраслевые, технологические, результативные и размещенческие показатели сосредоточенных в регионе производственных мощностей, транспортной и телекоммуникационной сетей. Однако эти (традиционные для экономической географии) показатели в данном случае в обязательном порядке приобретают геополитический «акцент».

Гаджиев К.С. Введение в геополитическую науку. – М.: Логос, 2000. – 540 с.

Шинковский М.Ю., Шведов В.Г., Волынчук А.Б. Геополитическое развитие Северной Пацифики (опыт системного анализа): Монография. – Владивосток: Дальнаука, 2007. С. 42-43.

Геополитический потенциал региона – величина, не являющаяся постоянной. Он может быть низким как по природным свойствам (районы Крайнего Севера, зона пустынь и др.), так и в результате деградации ГПП страны в целом (снижение потенциала российского Дальнего Востока, вызванное системным кризисом России).

В зависимости от изменения, воздействующих на него факторов как внутреннего, так и внешнего происхождения, уровень ГПП территории может увеличиться или уменьшиться. Поэтому ещ одной целью любого геополитического исследования должна стать разработка теоретических основ управления процессами, определяющими темпы и направление развития геополитического потенциала.

Современное состояние негативной динамики развития ГПП в ряде российских регионов позволяет говорить о существовании острой проблемы, не решенной ещ ни наукой, ни практикой.

Речь идт о слабой изученности механизма освоения геополитического потенциала территории. Преодолев это препятствие, перед нами появится возможность не только прогнозировать большинство изменений внешнеполитической обстановки, но и осознанно управлять этим сложным процессом.

Одним из наиболее перспективных путей научного решения данной проблемы является применение в ходе исследования геополитического подхода, объединившего в себе основные методологические установки и принципы политологии, географии, истории. Использование сильных сторон этих наук в формировании геополитического подхода способно существенно обогатить средства познания действительности. И, если политико- и социоцентрированный анализ действительности пришел в данный подход из политологии и истории, то рассмотрение государства и человечества как геосоциокультурных феноменов, обладающих особой формой пространственной организации, – из географии. Геополитический подход представляется самым оптимальным способом постижения долговременной эволюции государств в международной системе.

Для полного раскрытия специфики геополитического подхода необходимо определиться с характеристиками, подчеркивающими особенности применения его на практике. В данном случае их ряд представляется следующим образом.

Геоцентризм – восприятие географической среды как фундаментального понятия, исходного для геополитического подхода.

Центральной областью его применения является географическая среда. Это интерпретированная в социально-политическом и ресурсном плане географическая оболочка со всеми подчиненными ей геосистемами, выступающими в качестве конкретных региональных и локальных сред18.

Политикоцентризм – выдвижение на первый план в социально-политической цепи эволюции человечества, а также во всех видах его деятельности в качестве неотъемлемых частей геополитической картины мира представления об пространственной политической самоорганизации общества.

Хорологическая направленность – привязка исследования к определнной территории – местности, региону, стране и другим политико-административным единицам. Благодаря этому становится возможным выявление пространственных закономерностей развития геополитических интересов государства и ГПП на различных уровней – от локального до глобального.

Многодисциплинарность – проявляется при реализации подхода в использовании методологического аппарата, принадлежащего большому числу наук, – политологии, физической и экономической географии, социологии, истории и др.

Аксиологичность – заключается в анализе свойств географической среды, свидетельствующих о степени е благополучия или неблагополучия для проживания человека и осуществления им какого-либо вида жизнедеятельности. Отсюда неизбежно вытекает аксиологичность, т.е. неустранимость оценочных суждений19. Проведение оценки, означает анализ качества среды обитания человека и е изменения под воздействием как природных, так и антропогенных факторов. В данном случае аксиологичность, прежде всего, основывается на характере отношений, складывающихся между субъектом и объектом геополитического освоения. Субъектом, как уже отмечалось ранее, выступает государство, объектом же является территория, рассматриваемая как Исаченко А.Г. Экологические проблемы и эколого-географическое картографирование СССР // Изв. ВГО. 1990. Вып. 4. С. 289–301.

Покшишевский В.В. Узловые вопросы перспективного размещения производства // Географические проблемы развития крупных экономических районов СССР. – М.: Наука, 1964. С. 9–36.

пространственное сочетание различных, в том числе негативных и позитивных с точки зрения политико-территориальной деятельности природных условий и факторов, формирующих геополитическую обстановку, препятствующую или способствующую освоенческим процессам.

Таким образом, геополитический подход выступает как особая форма системного анализа, что позволяет выделять в современных геополитических явлениях сложные динамичные политико-территориальные системы, в которых прослеживаются несколько пространственно упорядоченных уровней. Он же является основным инструментом описания этих уровней с помощью специальной терминологии. Это «качество» позволяет разрабатывать пространственно-динамичные модели организации геополитических процессов в современных условиях глобализации, каждая из которых обладает конкретными территориальнополитическими координатами, пригодна для тематического анализа и интерпретации различного рода фактологии. Вместе с тем геополитический (он же системный) анализ позволяет оперировать качественными характеристиками явлений, которые благодаря своей абстрактности достаточно гибки и не предполагают обязательного использования математического инструментария.

Такой тип системного подхода является важным методологическим направлением научных исследований и геополитической практики. Он основывается, прежде всего, на общенаучных положениях философии применительно к изучению объектов-систем, в том числе и пространственных.

Исходные философские положения, на которых базируются принципы геополитического исследования, вытекают из теоретических представлений о функционировании, динамики и эволюции политико-территориальных систем, включая закономерности государственного строительства как процесса организации пространства. Надо отметить, что опыт переноса методологических принципов классической философии за е пределы, а именно, в область политических наук, несомненно, будет способствовать дальнейшей теоретизации геополитики20. В этой связи основные Визгин В.П., Овчинников Н.Ф. Принципы теоретизации знания // Вопросы философии. 2000. № 4. С. 178-180.

принципы геополитического исследования представляются следующим образом:

принцип системности действительности. В его основу положено представление о том, что процесс геополитического структурирования пространства имеет системную сущность, т.к.

качественной трансформации подвергается вся система в целом – и общество (государство), и природа (территория). Причм связанность социальной и природной подсистем находится на таком уровне, что любое изменение одного из элементов неизбежно ведт к изменению всей системы. Этот принцип наиболее мощно проявляется в условиях глобализации;

принцип территориальности. Проявляется в формулировании объекта исследования через освоение социумом геополитического потенциала конкретного сектора земной поверхности.

При этом все освоенческие мероприятия, явления и процессы строго локализованы в пространстве, т.е. имеют свои параметры и координаты;

принцип развития и сохранения. Тесно связан с законами диалектики, обосновывающими непрерывность процесса развития, а также накопления и сохранения количественных изменений, определяющих качественную трансформацию систем всех типов и уровней. В этой связи геополитическое исследование должно быть ориентировано на установление ведущих трендов эволюции пространственных систем, выявление порогового значения внутрисистемных изменений за конкретный период времени;

принцип симметрии. Устанавливает характер взаимозависимости элементов системы, при которой изменения одного элемента не только видоизменяют саму систему, но и приводят к некоторым сдвигам в структуре других составных частей целого.

Так, не только природа влияет на деятельность общества, но и наоборот: зачастую общество формирует уровень комфортности природных условий. Люди зависят от земли не меньше, чем земля от людей. Если естественная среда определяет характер и активность народа, то, в свою очередь, социум – ломает установленные природой рамки и видоизменяет окружающий его ландшафт. Налицо взаимное симметричное влияние;

принцип математизации. Заключается в применении в рамках геополитических исследований количественных методов, результаты которых делают новое знание «совершенно достоверным и не допускающим никакого сомнения»21. В современных условиях глобализации политико-территориальные системы следует относить к разряду особо сложных. Поэтому естественно, что при математизации метода познания особое значение приобретают математические теории, возникшие в недрах анализа сложных динамических систем, такие как исследование операций, теория игр, теория математического моделирования и др.

Вместе с тем использование математики в прикладном геополитическом исследовании осложнено рядом обстоятельств. Большинство политологических концепций нелегко поддаются формализации, что сужает возможную область применения формальной логики. Более того в геополитики часто приходится учитывать массу субъективных факторов, которые практически не поддаются расчленению и имеют значительную степень неопределнности;

принцип соответствия. Выражается, как минимум, в двух аспектах. Во-первых, проявляется в подборе методологических примов и инструментов исследования, арсенал которых должен в максимальной степени соответствовать уровню проблем, стоящих перед учным. Во-вторых, при изучении сложных (в том числе пространственных) систем следует исходить из того, что степень развития составляющих их элементов находится в строгом соответствии друг от друга. Так, обществу, достигшему определнной ступени социально-экономического и политического развития, соответствует определнный уровень политической организации пространства;

принцип единства. Призван обеспечивать взаимосвязь между теориями, которые принадлежат к методологическому аппарату различных наук (политические, исторические, географические и др.), но используемых для решения задач конкретного геополитического исследования;

принцип объяснения. В современных условиях глобализации он приобретает особое значение, т.к. ставит перед геополитическими исследованиями задачу теоретической обеспеченности и всестороннего научного объяснения закономерностей возникновения и эволюции всех политико-территориальных явлений и процессов;

Декарт Р. Избранные произведения. – М., 1950. С. 81.

принцип простоты. Ориентирует исследователя к оптимизации алгоритма познавательной деятельности, что в ситуации наличия множества конкурирующих подходов способствует правильному выбору или резкому сокращению упомянутого множества22. «Под методом же я разумею, – писал Р. Декарт, – точные и простые правила, строгое соблюдение которых всегда препятствует принятию ложного за истинное и, без излишней траты умственных сил, но постепенно увеличивая знания, способствует тому, что ум достигает истинного познания всего, что ему доступно»23;

принцип наблюдаемости. Исходит из того, что все проявления активности политико-территориальной деятельности априори наблюдаемы, т.е. всегда оставляют те или иные материальные следы. Их можно обнаружить в периодической печати, посвящнной политической проблематике или в правительственных законодательных актах, или же в изменении политикотерриториальной структуры, в том числе и в изменении административных и государственных границ;

принцип историзма. Заключается в анализе исторических изменений территориально-политической организации государства, его геополитических вызовов и сверхзадач на каждом этапе развития. Он позволяет вскрыть генетические корни современных геополитических проблем и объективно оценить исторический фон происходящих преобразований современности. Поэтому историческая, т.е. ретроспективная составляющая необходима геополитики, науки, находящейся в состоянии своего активного формирования. Следует признать, что вся современная система геополитических интересов, на всех присущих ей организационных уровнях не возникла «на ровном месте». В е основе находятся генетические пласты геополитических реалий прошлых эпох. Именно их взаимосвязанные наслоения и создали, в конечном итоге, существующую ныне картину международных отношений. Данное обстоятельство указывает на роль ретроспективного анализа, который является действенным инструментом реконструкции зарождения, развития и трансформации геополитических интересов различного формата, постепенного обретения Визгин В.П., Овчинников Н.Ф. Принципы теоретизации знания // Вопросы философии. 2000. № 4. С. 179.

Декарт Р. Избранные произведения. – М., 1950. С. 89.

ими современного облика. А его игнорирование оставляет широкие возможности для различного рода фальсификаций, которые могут иметь в столь деликатной сфере общественной жизни как геополитика далеко идущие негативные последствия.

Геополитический ретроспективный анализ достаточно эластичен и может быть применн для разных пространственных уровней – от глобального до локального. Это его свойство представляется особенно важным для крупных стран, интересы которых формировались в пределах разных, зачастую далеко отстоящих друг от друга и контрастных по различным характеристикам территорий.

Содержание геополитического подхода одними только принципами не ограничивается. Свойства системного исследовательского инструментария ему также придат разнообразная номенклатура методов. Наличие широкого диапазона средств, примов и способов изучения обусловлено необходимостью оперировать материалами как естественных, так и общественных наук. К числу базовых методов, составляющих каркас геополитического подхода, относятся следующие:

сбор и систематизация существующих в политологической и смежных с ней науках теоретических идей и методик;

работа с фактологическим материалом. Включает изучение и анализ источников фактического материала по проблеме исследования;

интерпретационный. Придат собранной фактологии тематическое толкование;

метод классификации. Представляет набор правил отнесения регистрируемых данных к соответствующим классификационным разрядам. Этим предполагается установление свойств или признаков, которые являются определяющими при дифференциации объектов и событий;

реконструктивный. Позволяет с помощью имеющихся данных и логических построений восстанавливать или достраивать недостающие фрагменты явлений или процессов;

хронологический. Предполагает исследование явлений и процессов, а также изучение связей между ними с учтом временной динамики;

хорологический. Обеспечивает видение исследуемых явлений в их территориальном выражении во всм его многообразии – начиная от координатного и параметрического и заканчивая созданием определнного, гносеологически воспринимаемого образа;

сравнительный. Предназначается для сопоставления однотипных явлений с целью выявления определнных тенденций, закономерностей, формулирования обобщений и выводов;

картографический. Создат визуальную, пространственно ориентированную картину восстановленных геополитических реалий;

выборочно-статистический. Дат возможность (если таковая имеется) задействовать математически формализованные методы;

структурно-функциональный. Заключается в рассмотрении геополитических явлений как специфических территориальных систем, в основе образования и существования которых находится определнным образом организованная система взаимосвязанных функциональных элементов конкретного назначения;

действенный. Изучает результаты влияния деятельности социальных, религиозных и этнических групп, а также отдельных индивидуумов на расстановку (гео) политических сил в конкретном регионе;

поведенческий. Тесно связан с предыдущим, так как «вводит» в него объяснение конкретных действий деятельностных субъектов;

институциональный. Отражает роль и значение различных социальных институтов в развитии территориально-политических процессов;

ценностный. Позволяет оценить явления с позиций установления иерархической упорядоченности.

Суммируя сказанное, сущность геополитического подхода заключается в поиске ответа на один из множества стоящих перед наукой и практикой вопросов: какова зависимость успешного продвижения геополитических интересов страны от качества политической организации государственной территории и уровня развития е геополитического потенциала.

Проблемы развития геополитического потенциала регионов России, сохранения государственной целостности и контроля над своими природными ресурсами давно стоят перед политическими науками. Однако их практическая реализация и разработка теоретических основ находятся лишь в стадии становления. В этих условиях геополитический подход, прежде всего, должен стать инструментом, позволяющим правильно определить происхождение политико-территориального объекта, явления или процесса.

Вторая задача состоит в изучении стадий его развития или изменения. Причм исследователя, прежде всего, должны интересовать общие тенденции развития геополитических объектов, выражающиеся в изменении или трансформации их структур. И, наконец, итогом исследования должны стать обоснованные соображения по поводу будущего развития объектов или явлений.

Очевидно, что использование геополитического подхода в прогнозировании имеет свою специфику. Она заключается в анализе процесса исторического взаимодействия общества и пространства. Кроме того, анализ исторических изменений процесса формирования государства, причин возникновения и реализации его геополитических интересов позволяет лучше понять сущность современных политико-территориальных процессов, происходящих в условиях глобализации. Без этих знаний нельзя предсказать будущие.

1.2. Территориальные структуры процесса Вопрос установления «точки отсчта» процесса освоения, в том числе и геополитического, является весьма важным как для уточнения самого понятия «освоение», так и для выявления вызванных им структурных изменений территории.

Изначально существуют только природные территориальные системы, функционирование которых определяется совокупностью действующих законов Природы. На этом временном отрезке человек, являясь составной частью природной системы, не выделяется из ряда других составляющих е элементов. Его (человека) взаимоотношения с окружающей средой строятся исключительно на основе удовлетворения первичных потребностей и аналогичны потребностям существ, обладающих подобными физическими параметрами и уровнем организации.

С момента выделения себя из «дикой» природы, создавая первые элементарные стационарные формы расселения, приобретая не типичные для естественной среды обитания виды деятельности, человек приступил к изменению своих взаимоотношений с природой. В первую очередь, это отразилось в появлении в структуре природных территориальных систем новых элементов, созданных человеком (места селитьбы, пашни, пастбища, дороги).

Развитие человеческого общества – это всегда процесс борьбы за ослабление зависимости от произвола законов Природы.

Чем организованнее, взрослее общество, тем мощнее у него инструменты выживания, тем меньше оно связано с естественными механизмами регулирования популяционной численности и т.п.

Именно законы общественного развития формируют новые потребности человека, которые могут удовлетворяться только в процессе освоения природного потенциала территории. Это, в свою очередь, обусловливает возникновение новых связей между человеком и природой, что в конечном итоге качественно трансформирует систему взглядов человека на окружающую среду.

Традиционные (старые) связи дополняются новыми. «Вещественно» такие изменения проявляются в перестройке структуры природных систем, которые, принимая в себя антропогенную составляющую, становятся социо-природными образованиями.

Следовательно, решающим фактором всех трансформаций территориальной структуры является процесс освоения, который дополняет естественные (природные) системные элементы собственными, созданными в ходе своего развития.

Как уже не раз отмечалось ранее, ни одно из человеческих сообществ не существует вне территории, которая для него является не только основным средством физического существования, но и местом реализации разнообразных потребностей, в том числе и специфических, присущих исключительно человеку. Речь идт о возникновении и стремительном развитии потребности социума в своей политической организованности. Причм политической структуризации подвергается не только общественные отношения, но и сама территория, которая приобретает совершенно новое «неприродное» состояние – быть принадлежностью, собственностью. Таким образом, процесс освоения предполагает собой установление права собственности как источника суверенитета на определнную часть земного пространства.

Очевидно, что поэтапный анализ такого рода изменений позволяет в историческом аспекте проследить преемственность пространственно-временных связей для относительно устойчиво существующих во времени освоенческих территориальных систем.

Приступая к освещению данной проблемы, следует исходить из того, что освоение территории, так же, как и любой другой географический процесс, чтко локализуется в пространстве. Это достигается созданием определнных элементов, которые, обладая собственной понятийной идентификацией, функциональным содержанием и пространственной динамикой, образуют в своей взаимосвязанности и взаимообусловленности специфическую территориальную структуру освоения (ТСО).

ТСО мы определяем как вмещнное в определнные границы, относительно устойчивое образование, которое исторически сложилось в данных рубежах в результате политической, хозяйственной и культурной жизнедеятельности общества и состоит из совокупности взаимосвязанных по классическому образцу линейно-узловой конструкции функциональных элементов специфического назначения.

Е рассмотрение вписывается в круг идей, высказанных в области общего структурного анализа Н.Н. Баранским, А.М. Колотиевским, Г.Л. Лаппо, И.М. Маергойзом, Ю.Г. Саушкиным, А.М. Смирновым, А. Лшем, В. Бунге. Позже к нему обращались В.С. Жекулин, В.В. Рюмин, Д.Н. Замятин, А Тойнби, П. Хаггет.

Анализ представлений этих учных позволяет утверждать, что структурные построения при изучении процесса освоения территории не подменяют собой реальных образований, а являются их схематизированной проекцией, которая отражает всю многогранность процесса освоения территории.

Это требование позволяет прибегнуть при е построении к известной модели сочетания, составленного функциональными элементами линейно-узлового каркаса с периферией, которая, в известном смысле, служит территориальным резервом развития каркасной конструкции, хотя это е качество реализуется далеко не всегда.

Один из вариантов построения простейшей абстрактной схемы внутренней территориальной структуры процесса освоения территории представлен на рис. 1.

В составе е пространственной конструкции следует различать элементы общего и специального рядов.

- Очаг (ядро) освоения - Опорный узел освоения - Опорный пункт освоения - Периферия I-го порядка I-го порядка - Периферия II-го порядка II-го порядка Рис. 1. – Абстрактная схема построения территориальной структуры Под первыми здесь понимаются те, которыми в принципе формируется любой вид территориальной структуры общества, хотя в каждом отдельном случае их функциональному назначению придается свой смысл. В данном случае к таковым следует отнести ядро, опорные пункты и узлы освоения и коммуникационную сеть, состоящую из структурных осей разных порядков.

Однако можно выделить и несколько специфических позиций, определяющих генетические особенности района освоения – это пояс контакта, трассы освоения и фронтирная линия.

Ядро – участок района, в котором в наибольшей степени (с наибольшей плотностью и интенсивностью) выражены его признаки. Оно является своеобразным центром, концентрирующим максимальную информацию о протекании внутрисистемных процессов и на этой основе осуществляющим управление остальной территорией. Надо отметить, что эти характеристики присущи ядрам всех географических таксонов.

Специфической особенностью ядра является его способность принимать на себя свойства «очага» (центра диффузии). Иначе говоря, оно распространяет на окружающую геоторию потоки вещества, энергии, информации и через них передает свои признаки (в данном случае – освоенческие) ландшафту24.

Основная функция ядра – районообразующая. Формируясь на базе какого-либо ресурса (агроклиматического, минерального, ЭГП-ресурса или др.), ядро «стягивает» вокруг себя сегменты геотории, создавая при этом иерархичную, функциональную упорядоченность всех элементов пространства. В отличие от остальной территории, в очаге действие районообразующих факторов достигает наибольшей силы. Как правило, оно проявляется в более высокой степени концентрации населения, производства и капитала.

На начальных стадиях освоения роль районообразующих ядер, зачастую, играют крупные и средние поселения, обладающие ощутимыми выгодами в свом географическом положении и принимающие на себя управленческие функции. На более высоких стадиях эти обязанности переходят городам, для которых характерны территориальное единство, высокая степень концентрации, взаимосвязь и взаимодействие предприятий и учреждений производственной и непроизводственной сфер.

Наличие ядра района предполагает существование противостоящей и в то же время дополняющей его остальной территории таксона – периферии. Согласно толковому словарю русского языка С.И. Ожегова, периферия определяется как местность, удаленная от центра. В отличие от ядра, она не обладает высокой плотностью политических, экономических или иных явлений, имеет Алаев Э.Б. Социально-экономическая география: Понятийно-терминологический словарь. – М.: Мысль, 1983. 350 с.

более низкий уровень развития транспортной инфраструктуры, чем и объясняется снижение интенсивности внутрисистемных контактов. Более того, с увеличением расстояния между периферийными секторами и центром района понижается управляемость освоенческих процессов.

В силу того, что периферия не имеет линейно-узлового строения, е нельзя отнести ни к одному из элементов территориальной структуры. Однако существование этого площадного образования является основным условием дальнейшей эволюции процесса освоения. В этой связи следует более подробно остановиться на особенностях функционирования и раскрытии е роли в развитии территориальной структуры освоения.

Периферию не следует рассматривать как абсолютно бесструктурное образование. По внутреннему составу она всегда неоднородна и, не образуя линейно-узловых конструкций, имеет поясное строение. Наличие этой особенности объясняется следующим:

удалнностью от ядра;

размером самой периферии, которая в составе структуры может занимать и предельно малую, и предельно большую площадь. Во втором случае та е часть, что непосредственно прилегает к структурным элементам, испытывает большее его воздействие, чем удалнная. Отсюда – и образование в е составе периферий разных порядков;

степенью внутренней доступности внешнему воздействию. Очевидно, что те периферийные сектора, проникновение в которые облегчено (к примеру речные долины) отличны в этом отношении от труднодоступных (горная или заболоченная местность);

интенсивностью и разнонаправленностью воздействия со стороны структурных элементов. Исходящие из него импульсы могут быть как сильными, пространственно адресными – тогда поясность обретает яркую выраженность, так и вялыми, неконцентрированными (вплоть до полного игнорирования периферии), что способствует сохранению е однородности.

Ядро, воздействуя на периферию, создат в ней опорные узлы и пункты освоения, которые наделяет некоторыми своими свойствами и функциями. Особо следует отметить способность этих элементов аккумулировать в себе освоенческий потенциал (население, материальные и управленческие ресурсы и др.) с целью дальнейшего распространения импульса, организующего пространства. На практике узлы и пункты являются небольшими населнными пунктами, возникающим в местах разработки какихлибо природных ресурсов, или имеющих существенные выгоды военно- или транспортно-географического положения.

Главным отличием опорного узла от пункта освоения является уровень их связанности с ядром. Узел, как правило, соединн с центром структурной осью первого порядка, которая обеспечивает между ними более интенсивное взаимодействие. В свою очередь, опорный пункт, являясь производным от узла, не имеет прямого соединения с ядром и контактирует с ним через структурную ось второго порядка, а также свой узел. Ещ одной отличительной особенностью узла является наличие в его составе, как минимум, двух структурных осей разных типов. И, кроме того, узел, в отличие от пункта, обладает более широким набором освоенческих функций. Все опорные узлы и пункты освоения, возникая на территории, вступают с ней в определнные отношения, тем самым образуют вокруг себя территориальную зону своего влияния.

Со временем и при благоприятном стечении обстоятельств пункты могут развиться в узлы, а те, в свою очередь, деградировать до состояний освоенческого пункта. Резких разделительных рубежей здесь быть не может: статус всех этих образований определяется конкретными условиями времени и места.

Следующим элементом территориальной структуры освоения является коммуникационная сеть (КС), состоящая из структурных осей разных порядков. Основным е назначением является обеспечение взаимодействия между ядром и периферией. В данном разрезе под КС следует понимать пространственное проявление функциональных связей структурообразующих элементов процесса освоения территории.

Значение коммуникационной сети гораздо шире, чем осуществление стандартных транспортировок вещества, энергии и информации. С е помощью оформляется пространственное единство таксона, территория приобретает определяющую черту системы – управляемость. Именно посредством КС осуществляются и координируются освоенческие мероприятия различной направленности – и хозяйственные, и политические, и геополитические.

Практическими примерами форм внутри пространственного взаимодействия служат природные, общественно-политические и производственные связи между людьми. Развитая КС усиливает эти связи, делает их стабильными и, если можно так выразиться, увеличивает сферу их действия. Так, например, если зона тяготения средневековых политико-территориальных образований (например королевств в Европе) редко превышала по диаметру нескольких десятков километров, то современные государства или административные образования могут превышать сотни километров.

К числу специфических атрибутов освоенческого района следует отнести те формы организации пространства, которые отражают характерные особенности процессов, протекающих в его пределах. Иначе говоря, именно они делают район освоенческим.

На наш взгляд, это свойство в наибольшей степени присуще трм структурным элементам территории, которые мы определяем как пояс контакта, трассы освоения и фронтирная линия. Все эти понятия раскрывают механизм взаимодействия объектов, отличающихся друг от друга степенью освоенности. И если первое характеризует взаимодействие с внешним окружением, то второе и третье – те же процессы, но уже внутри региона.

Так, пояс контакта определяется как участок района, в пределах которого наблюдается наибольшая интенсивность связей между уже освоенной территорией с территорией нового освоения25. Причм первая выступает по отношению ко второй в качестве «опорной базы освоения» и не входит в е территориальную структуру. Она только осуществляет «подпитку» слаборазвитой в политическом или социально-экономическом плане территории в виде направленных потоков грузов, энергии, информации. Именно такую роль в освоении Сибири играли (и играют поныне) Урал, Кузбасс и Предбайкалье. Каждая из этих баз обеспечивала реализацию геополитических интересов России и продвижение производительных сил не только на восток и юг, но и на север26.

На эту особенность процесса освоения в Сибири обратил внимание Н.Н. Колосовский: «Полное развитие Прибайкалья разверСм.: Алаев Э.Б. Социально-экономическая география: Понятийно-терминологический словарь. – М.: Мысль, 1983. 350 с.

См.: Космачев К.П. Пионерное освоение тайги (экономико-географические проблемы). – Новосибирск: Наука, 1974. 144 с.

нется …, когда будут подготовлены опорные базы Урала и Кузнецко-Алтайского района. А это потянет за собой северные окраины: Тобольскую, Енисейскую и Якутию»27, поскольку, «лишь опираясь на развивающееся хозяйства юга, возможно постепенное расширение хозяйственного использование северных частей Сибири»28.

Выделение трасс освоения необходимо для познания важнейших особенностей развития освоенческих районов. Дело в том, что эти трассы являются своеобразными векторами роста районов освоения, по которым идут «волны нововведений»29. Об их развитии можно точно судить на основании анализа развития сети поселений и коммуникационной системы, образующих базис, «…на котором держится все остальное, остов, который формирует территорию, придает ей определнную конфигурацию»30.

В освоенческих районах он имеет обычно форму многолучевой «звезды», в вершинах которой расположены поселения (чаще всего городские), выполняющие функции опорных центров колонизации, а основанием является ядерная часть района, концентрирующая в себе и распространяющая по лучам импульс освоения.

Фронтирная линия, являясь своего рода рубежом между освоенной и не освоенной территорией, опирается на внутрикаркасное пространство района. Она указывает зону относительно сплошного освоения, в пределах которой освоенческие мероприятия могут реализовываться с наименьшими материальными затратами, а в геополитическом плане фронтирная линия может принимать на себя функции государственной границы, разделяя собой встречные векторы геополитического освоения территории.

Совокупность основных элементов освоенческого района (ядра и опорных узлов освоения) образуют освоенческий каркас его территории, состоящий из наиболее крупных населенных См.: Колосовский Н.Н. Основы экономического районирования. – М.:

Госполитиздат, 1958. – 200 с.

См.: Колосовский Н.Н. Теория экономического районирования. – М.: Наука, 1969. – 336 с.

См.: Харвей Д. Научное объяснение в географии. – М.: Прогресс, 1974. – 502 с.

Космачев К.П. Пионерное освоение тайги (экономико-географические проблемы). – Новосибирск: Наука, 1974. С. 17.

пунктов и связывающих их структурных осей первого порядка.

Особенности формирования территориального каркаса определяются границами района, свойствами периферийных секторов, местоположением поясов контакта и фронтирной линии, а также направлением трасс освоения.

Единство этих элементов, определяющееся наличием устойчивых связей, обеспечивающих целостность освоенческого пространства, можно определить как территориальную структуру.

Она адекватна понятию «размещение явлений» (политической системы управления, хозяйства, производительных сил, населения и т.д.), так как объединяет структурные элементы не только по функциональному признаку, а ещ и по их форме, положению в границах территории31.

ТСО следует рассматривать только через призму понятия «организация», являющуюся совокупностью устойчивых отношений и связей между элементами е составляющими32. Организация – «это во всех случаях система (курсив А.В.), состоящая из управляемого и управляющего блоков, т.е. система управления»33. Следовательно, и освоенческий район должен представлять собой территориальную совокупность объектов, объединнную управлением и отвечающую критериям организации. Иначе говоря, система районов освоения должна находить отражение в политическом и административно-территориальном делении страны. В варианте, близком к идеальному, освоенческий район в своих границах должен совпадать с территорией одной административной единицы или нескольких, но объединнных единым механизмом управления.

Как показывает практика, данное сочетание можно обнаружить на первоначальных стадиях освоения, когда районообразующие процессы проявляются наиболее мощно. На более поздних стадиях принцип единства управления освоением, в силу разных причин, может нарушаться. Так, освоение Приамурья первоначально происходило в рамках одной Амурской области, См.: Мирзеханова З.Г. Ресурсоведение. – Хабаровск: изд-во ХГТУ, 2002. – 144 с.

Далеко не всякие (пусть и устойчивые) связи объектов на той или иной территории можно квалифицировать как системообразующие.

Михайлов Ю.П. К вопросу о территориальной организации общества и организации территории // География и природ. рес. 1998. № 4. С. 10–17.

образованной в 1858 г. В этот период времени (1858–1926 гг.) границы освоенческого района и административно-территориального образования (АТО) совпадали практически полностью, что обеспечивало высокую степень управляемости протекающих освоенческих процессов и подтверждается высокими темпами социально-экономического развития региона. Позже, после проведения советской властью ряда реформ, касавшихся изменения административно-территориального устройства государства, единство освоенческого района и АТО было нарушено. Территория Приамурского освоенческого района была разделена на три части: Амурская область (с центром в Благовещенске), Еврейская автономная область (с центром в Биробиджане) и Хабаровский край (с центром в Хабаровске). Несмотря на то, что эти АТО размещены на территории одного освоенческого района, единой системы управления они не имеют.

Учреждение в 2000 г. федеральных округов и назначение в качестве федеральных наблюдателей полномочных представителей президента РФ, на наш взгляд, это первый шаг к осуществлению необходимого для современной России универсального макрорайонирования, при котором провозглашенный в ещ в 30х годы XX века принцип единства экономических и административных районов может быть успешно претворен в жизнь.

Как было показано выше, структура района освоения проявляется в наличии устойчивых отношений и связей. Однако такая устойчивость не тождественна статичности. Первичные элементы, на которые опирается формирование освоенческих районов как систем, изменяются достаточно быстро. Растут или исчезают старые предприятия, центры, узлы. Появляется много новых территориальных образований.

В первую очередь, происходят изменения в «силовых полях», которые служат основой для проведения границ районов34. Так, усиление районообразующей функции ядра, несомненно, сказывается на расширении его пространственного влияния, что ведт к территориальному росту района. И, наоборот, ослабление исходящего от центра освоенческого импульса, в конечном итоге, проявляется в уменьшении «физической массы» района.

Саушкин Ю.Г. Географическая среда человеческого общества // География и хозяйство. 1963. Вып. 12. С. 67–78.

В ходе процесса освоения территории изменениям подвергаются и основные элементы освоенческого каркаса. Одноядерный район со временем может обращаться в полиядерный, и наоборот. Эти трансформации тесно взаимосвязаны с серьезной перестройкой всей территориальной структуры. Явление полиядерности, в первую очередь, объяснимо тем, что определнная структурная конструкция может изначально складываться из двух и более ядер35. Другая причина его формирования обусловливается тем, что радиус влияния одного ядра зачастую распространяется по вмещающей его структуре неравномерно. Поэтому нередко, следуя очевидной целесообразности, последняя самоукрепляется добавочными ядерными образованиями, которые возникают на основе опорных центров освоения. Внутренняя соподчиненность ядер устанавливается из расчта количества услуг, предоставляемых центрами обслуживаемой ими периферии. Их численность и функциональная нагрузка в разных ядрах не может быть одинаковой. Являясь структурными элементами одного административно-территориального образования, столичные функции делегируются только одному из них. Однако при изменении некоторых факторов районообразования, как правило, социального ряда, возможно изменение соподчиненности, т.е. смещение функций главного «очага освоения» от одного ядра к другому, при этом старый центр может перейти на уровень рядового опорного центра освоения.

Возможность таких изменений структуры района объясняется пространственной неоднородностью освоенческих процессов, протекающих в пределах данной территории. Более того, этот факт определяет наличие в территориальной организации освоенческого района систем низового уровня – подрайонов, совокупность которых составляет целостный район освоения.

Внутренняя структура подрайонов может копировать территориальную организацию вышестоящего таксона. Другими словами, территориальная структура подрайона состоит из ядра, в роли которого выступает опорный узел освоения; периферии, локальной коммуникационной сети, связывающей объекты разК примеру, в основе формирования первичной освоенческий структуры Древней Руси оказались два ядра - Южное (Киевское) и Северное (Новгородское).

ных рангов и специализаций, и границ, определяющих дальность ядерного влияния.

1.3. Использование ретроспективного анализа в изучении и реконструкции процесса Процесс взаимодействия пространства и общества имеет многоплановую сущность. Е основу составляют традиционные вопросы социума, связанные с преодолением барьерных свойств территорий или акваторий, проблемы оптимизации системы расселения населения и рационального размещения элементов хозяйства. Сво достойное место в этом ряду занимают вопросы, освещающие закономерности развития территориально-политических систем, раскрывающие геополитические аспекты процесса взаимодействия человека и пространства.

Количественные и качественные параметры той или иной территории всегда (особенно на ранних этапах развития) оказывают существенное влияние на процессы государственного строительства. Однако, в свою очередь, и само государство как высшая форма организации общества видоизменяет пространство благодаря появлению новых технических и экономических возможностей и новым человеческим замыслам. Под воздействием деятельности человека меняются ландшафты планеты: исчезают леса и горы, появляются моря и острова. Этот процесс двусторонен и, скорее всего, необратим. Для человека, живущего в современном мире, окружающее пространство представляется неизменным и стабильным, а любые резкие перемены в нм воспринимаются на уровне катастрофы вселенского масштаба. Но меняется вс, и те изменения, которые длительные годы накапливались и пространством, и обществом, не становятся сразу очевидными для современников. Проявляются они постепенно, чтобы их зафиксировать, необходимо изучить не только сегодняшнее состояние процесса, но и выявить все его основные этапы становления. Количественные и качественные трансформации, прежде чем стать доступными взгляду исследователя, проходят многие периоды развития. Поэтому любое явление, регистрируемое нами в настоящем, кроме пространственных, имеет также и временные характеристики. Вс сказанное в полной мере относится к вопросам политической организации пространства.

Полномасштабный анализ политических и в большей степени геополитических проблем настоящего времени требует изучения природной обстановки периода возникновения процесса и последующих пространственно-временных изменений территориальных систем. Комплексный сопряженный историко-географический анализ природных, политических и социально-экономических процессов способствует установлению тех ограничений, которые может накладывать геопространство на развитие государственного организма, становление комплекса его геополитических идей.

Временной аспект проблемы «государство и геопространство» заключается в анализе исторических изменений территориально-политической организации государства, его геополитических вызовов и сверхзадач на каждом этапе развития. Он позволяет вскрыть генетические корни современных геополитических проблем и объективно оценить исторический фон происходящих преобразований современности. Поэтому историческая, т.е. ретроспективная, составляющая необходима геополитике – науке, находящейся в состоянии своего активного развития.

Первостепенное значение в познании исторического процесса развития и изменения территориально-политических систем имеет политическая география, которая всегда считала своей задачей изучение пространственной организации политической стороны жизни общества и тех территориальных сочетаний политических сил, которые складываются в результате комбинированного воздействия на них различных факторов36.

Примечательно, что эта формулировка не адресуется исключительно к настоящему времени. И это вполне логично, ведь политическая деятельность является непременным атрибутом всей истории человеческого общества. И каждое е проявление, в том числе и территориального порядка, берт сво начало в прошлом.

См.: Колосов В.А. Политическая география сегодня. – М.: Знание, 1985. – 48 с.

Значит, нельзя не согласиться с мнением о том, что «существует, причм, несомненно, … историческая политическая география»37.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
 
Похожие работы:

«Министерство науки и образования Российской Федерации ФГБОУ ВПО Магнитогорский государственный университет ИНДЕКС УСТОЙЧИВЫХ СЛОВЕСНЫХ КОМПЛЕКСОВ ПАМЯТНИКОВ ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ X–XI вв. Магнитогорск 2012 1 УДК 811.16 ББК Ш141.6+Ш141.1 И60 И60 Индекс устойчивых словесных комплексов памятников восточнославянского происхождения X–XI вв. / Науч.-исследоват. словарная лаб. ; сост. : О.С. Климова, А.Н. Михин, Л.Н. Мишина, А.А. Осипова, Д.А. Ходиченкова, С.Г. Шулежкова ; гл. ред. С.Г....»

«А.М. КАГАН, А.Г. ЛАПТЕВ, А.С. ПУШНОВ, М.И. ФАРАХОВ КОНТАКТНЫЕ НАСАДКИ ПРОМЫШЛЕННЫХ ТЕПЛОМАССООБМЕННЫХ АППАРАТОВ МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования КАЗАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МАШИНОСТРОИТЕЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИНЖЕНЕРНО-ВНЕДРЕНЧЕСКИЙ ЦЕНТР ИНЖЕХИМ (ИНЖЕНЕРНАЯ ХИМИЯ) А.М. КАГАН, А.Г. ЛАПТЕВ, А.С. ПУШНОВ, М.И. ФАРАХОВ КОНТАКТНЫЕ...»

«Н. А. ЧИСТЯКОВА ЭЛЛИНИСТИЧЕСКАЯ ПОЭЗИЯ ЛИТЕРАТУРА, ТРАДИЦИИ И ФОЛЬКЛОР ЛЕНИНГРАД ИЗДАТЕЛЬСТВО ЛЕНИНГРАДСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 1988 ББК 83.3(0)3 468 Р е ц е н з е н т ы : засл. деятель науки Молд. ССР, д-р филол. наук, проф. Н. С. Гринбаум, канд. филол. наук, доц. Е. И. Чекалова (Ленингр. ун-т) Печатается по постановлению Редакционно-издательского совета Ленинградского университета Чистякова Н. А. Ч 68 Эллинистическая поэзия: Литература, традиции и фольклор. — Л.: Издательство Ленинградского...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НЕКОММЕРЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СОЮЗ ОПТОВЫХ ПРОДОВОЛЬСВТЕННЫХ РЫНКОВ РОССИИ Методические рекомендации по организации взаимодействия участников рынка сельскохозяйственной продукции с субъектами розничной и оптовой торговли Москва – 2009 УДК 631.115.8; 631.155.2:658.7; 339.166.82. Рецензенты: заместитель директора ВНИИЭСХ, д.э.н., профессор, член-корр РАСХН А.И. Алтухов зав. кафедрой товароведения и товарной экспертизы РЭА им. Г.В. Плеханова,...»

«МЕДИЦИНСКАЯ АКАДЕМИЯ ПОСЛЕДИПЛОМНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В. В. Афанасьев, И. Ю. Лукьянова Особенности применения цитофлавина в современной клинической практике Санкт-Петербург 2010 Содержание ББК *** УДК *** Список сокращений.......................................... 4 Афанасьев В. В., Лукьянова И. Ю. Особенности применения ци тофлавина в современной клинической практике. — СПб., 2010. — 80 с. Введение.................................»

«Д. О. БАННИКОВ ВЕРТИКАЛЬНЫЕ ЖЕСТКИЕ СТАЛЬНЫЕ ЕМКОСТИ: СОВРЕМЕННЫЕ КОНЦЕПЦИИ ФОРМООБРАЗОВАНИЯ Днепропетровск 2009 УДК 624.954 ББК 38.728 Б-23 Рекомендовано к печати решением Ученого совета Днепропетровского национального университета железнодорожного транспорта имени академика В. Лазаряна (протокол № 4 от 24.11. 2008 г.). Рецензенты: Петренко В. Д., доктор технических наук, профессор (Днепропетровский национальный университет железнодорожного транспорта имени академика В. Лазаряна) Кулябко В....»

«Министерство образования Российской Федерации НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ Ю. И. ПОДГОРНЫЙ, Ю. А. АФАНАСЬЕВ ИССЛЕДОВАНИЕ И ПРОЕКТИРОВАНИЕ МЕХАНИЗМОВ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ МАШИН НОВОСИБИРСК 2000 УДК 621.01.001.63 П 441 Рецензенты: д-р техн. наук А. М. Ярунов, канд. техн. наук В. Ф. Ермолаев Подгорный Ю. И., Афанасьев Ю. А. П 441 Исследование и проектирование механизмов технологических машин: Монография. – Новосибирск. Изд-во НГТУ, 2000. – 191 с. ISBN 5-7782-0298- В монографии...»

«Национальная академия наук Украины Донецкий физико-технический институт им. А.А. Галкина Венгеров И.Р. ТЕПЛОФИЗИКА ШАХТ И РУДНИКОВ МАТЕМАТИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ Том I. Анализ парадигмы Издательство НОРД - ПРЕСС Донецк - 2008 УДК 536-12:517.956.4:622 ББК 22.311:33.1 В29 Рекомендовано к печати Ученым советом ДонФТИ им. А.А.Галкина НАН Украины (протокол № 6 от 26.09.2008 г.). Рецензенты: Ведущий научный сотрудник Института физики горных процессов НАН Украины, д.ф.-м.н., проф. Я.И. Грановский; д.т.н.,...»

«А. Н. Татарко Социальный капитал, как объект психологического исследования Электронный ресурс URL: http://www.civisbook.ru/files/File/Tatarko_monogr .pdf Перепечатка с сайта НИУ-ВШЭ http://www.hse.ru НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ВЫСШАЯ ШКОЛА ЭКОНОМИКИ Татарко Александр Николаевич СОЦИАЛЬНЫЙ КАПИТАЛ КАК ОБЪЕКТ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ Москва, 2011 3 УДК ББК Т Данное издание подготовлено при поддержке РГНФ (проект № 11 06 00056а) Татарко А.Н. Т Социальный капитал как объект...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Владивостокский государственный университет экономики и сервиса _ Л.А. НИКОЛАЕВА О.В. ЛАЙЧУК ФОРМИРОВАНИЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОИНФОРМАЦИОННОГО СЕКТОРА ЭКОНОМИКИ И ПРОБЛЕМЫ ОЦЕНКИ ЕГО ПОТЕНЦИАЛА Монография Владивосток Издательство ВГУЭС 2007 ББК 65.01 Н 62 Рецензенты: А.И. Латкин, д-р экон. наук, профессор (ВГУЭС); В.А. Останин, д-р экон. наук, профессор (ДВГУ) Николаева Л.А., Лайчук О.В. Н 62 ФОРМИРОВАНИЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОИНФОРМАЦИОННОГО СЕКТОРА...»

«Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина А.Г. Чепик В.Ф. Некрашевич Т.В. Торженова ЭКОНОМИКА И ОРГАНИЗАЦИЯ ИННОВАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ В ПЧЕЛОВОДСТВЕ И РАЗВИТИЕ РЫНКА ПРОДУКЦИИ ОТРАСЛИ Монография Рязань 2010 ББК 65 Ч44 Печатается по решению редакционно-издательского совета государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования Рязанский государственный университет имени С.А....»

«Министерство образования Российской Федерации Владимирский государственный университет В.В. КОТИЛКО, Д.В. ОРЛОВА, А.М. САРАЛИДЗЕ ВЕХИ РОССИЙСКОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА Владимир 2003 ББК 65.03 К 73 Рецензенты: Доктор экономических наук ГНИУ СОПС¬ Минэкономразвития РФ и РАН И.А. Ильин Доктор исторических наук, профессор, декан гуманитарного факультета, заведующий кафедрой истории и культуры Владимирского государственного университета В.В. Гуляева Котилко В.В., Орлова Д.В., Саралидзе А.М. Вехи...»

«Ф.К. Алимова Промышленное применение грибов рода Trichoderma Казань Казанский государственный университет 2006 УДК 579 ББК 28.4 А 50 Алимова Ф.К. А 50 Промышленное применение грибов рода Trichoderma / Ф.К.Алимова. – Казань: Казанский государственный университет им.В.И.Ульянова-Ленина, 2006. – 209 с.+ 4 фотогр. ISBN 5-98180-300-2 Промышленное применение гриба Trichoderma вносит существенный вклад в решение таких глобальных проблем, как обеспечение человека продовольствием и переработка отходов....»

«С Е Р И Я И С С Л Е Д О ВА Н И Я К УЛ ЬТ У Р Ы ДРУГАЯ НАУКА Русские формалисты в поисках биографии Я Н Л Е В Ч Е Н КО Издательский дом Высшей школы экономики МО СКВА, 2012 УДК 82.02 ББК 83 Л38 Составитель серии ВАЛЕРИЙ АНАШВИЛИ Дизайн серии ВАЛЕРИЙ КОРШУНОВ Рецензент кандидат философских наук, заведующий отделением культурологии факультета философии НИУ ВШЭ ВИТАЛИЙ КУРЕННОЙ Левченко, Я. С. Другая наука: Русские формалисты в поисках биографии [Текст] / Л Я. С. Левченко; Нац. исслед. ун-т Высшая...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ НАУКИ СЕВЕРО-ОСЕТИНСКИЙ ИНСТИТУТ ГУМАНИТАРНЫХ И СОЦИАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ им. В.И. АБАЕВА ВНЦ РАН И ПРАВИТЕЛЬСТВА РСО–А К.Р. ДЗАЛАЕВА ОСЕТИНСКАЯ ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ (вторая половина XIX – начало XX вв.) Второе издание, переработанное Владикавказ 2012 ББК 63.3(2)53 Печатается по решению Ученого совета СОИГСИ Дзалаева К.Р. Осетинская интеллигенция (вторая половина XIX – начало XX вв.): Монография. 2-ое издание, переработанное. ФГБУН Сев.-Осет. ин-т гум. и...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ АЭРОКОСМИЧЕСКОГО ПРИБОРОСТРОЕНИЯ И. Л. Коневиченко СТАНИЦА ЧЕСМЕНСКАЯ Монография Санкт-Петербург 2011 УДК 621.396.67 ББК 32.845 К78 Рецензенты доктор исторических наук, кандидат юридических наук, профессор В. А. Журавлев (Санкт-Петербургский филиал Академии правосудия Минюста Российской...»

«Министерство природных ресурсов Российской Федерации Федеральное агентство лесного хозяйства ФГУ НИИ горного лесоводства и экологии леса (ФГУ НИИгорлесэкол) Н.А. БИТЮКОВ ЭКОЛОГИЯ ГОРНЫХ ЛЕСОВ ПРИЧЕРНОМОРЬЯ Сочи - 2007 УДК630(07):630*58 ББК-20.1 Экология горных лесов Причерноморья: Монография / Н.А.Битюков. Сочи: СИМБиП, ФГУ НИИгорлесэкол. 2007. -292 с., с ил. Автор: Битюков Николай Александрович, доктор биологических наук, заслуженный деятель науки Кубани, профессор кафедры рекреационных...»

«Российская Академия наук ИНСТИТУТ ЭКОЛОГИИ ВОЛЖСКОГО БАССЕЙНА Г.С.Розенберг, В.К.Шитиков, П.М.Брусиловский ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ПРОГНОЗИРОВАНИЕ (Функциональные предикторы временных рядов) Тольятти 1994 УДК 519.237:577.4;551.509 Розенберг Г.С., Шитиков В.К., Брусиловский П.М. Экологическое прогнозирование (Функциональные предикторы временных рядов). - Тольятти, 1994. - 182 с. Рассмотрены теоретические и прикладные вопросы прогнозирования временной динамики экологических систем методами статистического...»

«Влюбленность и любовь как объекты научного исследования  Владимир Век Влюбленность и любовь как объекты научного исследования Монография Пермь, 2010 Владимир Век Влюбленность и любовь как объекты научного исследования  УДК 1 ББК 87.2 В 26 Рецензенты: Ведущий научный сотрудник ЗАО Уральский проект, кандидат физических наук С.А. Курапов. Доцент Пермского государственного университета, кандидат философских наук, Ю.В. Лоскутов Век В.В. В. 26 Влюбленность и любовь как объекты научного исследования....»

«Д.С. Жуков С.К. Лямин Постиндустриальный мир без парадоксов бесконечности 1 УДК 316.324.8 ББК 60.5 Ж86 Научный редактор: доктор философских наук, ведущий научный сотрудник Института философии РАН, профессор Ф.И. Гиренок (Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова) Рецензент: кандидат политических наук И.И. Кузнецов (Саратовский государственный университет им. Н.Г. Чернышевского) Жуков Д.С., Лямин С.К. Ж 86 Постиндустриальный мир без парадоксов бесконечности. — М.: Изд-во УНЦ ДО,...»






 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.