WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |

«Н.В. ХИСАМУТДИНОВА ДАЛЬНЕВОСТОЧНАЯ ШКОЛА ИНЖЕНЕРОВ: К ИСТОРИИ ВЫСШЕГО ТЕХНИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ (1899–1990 гг.) Монография Владивосток Издательство ВГУЭС 2009 ББК 74.58 Х 73 Рецензенты: Г.П. ...»

-- [ Страница 1 ] --

Федеральное агентство по образованию

Владивостокский государственный университет

экономики и сервиса

Н.В. ХИСАМУТДИНОВА

ДАЛЬНЕВОСТОЧНАЯ ШКОЛА

ИНЖЕНЕРОВ: К ИСТОРИИ

ВЫСШЕГО ТЕХНИЧЕСКОГО

ОБРАЗОВАНИЯ

(1899–1990 гг.) Монография Владивосток Издательство ВГУЭС 2009 ББК 74.58 Х 73 Рецензенты: Г.П. Турмов, д-р техн. наук, президент ДВГТУ;

Ю.В. Аргудяева, д-р ист. наук, зав. отделом Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН Хисамутдинова, Н.В.

Х 73 ДАЛЬНЕВОСТОЧНАЯ ШКОЛА ИНЖЕНЕРОВ: К ИСТОРИИ ВЫСШЕГО ТЕХНИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ

(1899–1990 гг.) [Текст] : монография. – Владивосток : Изд-во ВГУЭС, 2009. – 286 с.

ISBN 978-5-9736-0159- В книге прослеживается история инженерного образования на Дальнем Востоке, начиная с Высшего владивостокского политехникума (затем Политехнический институт) и до начала реорганизации российской высшей школы на рубеже 1980–1990-х годов, включая подготовку инженеров в русских высших учебных заведениях на территории Китая. Монография основана на архивных материалах и опубликованных источниках, многие из которых вводятся в научный оборот впервые. Их анализ дает представление об основных тенденциях и особенностях высшего технического образования в регионе в разные периоды.

Предназначена для всех, кто интересуется историей образования и науки на Дальнем Востоке.

ББК 74. Khisamutdinova, N.V.

THE FAR EASTERN ENGINEERING SCHOOL : TO

THE HISTORY OF THE HIGHER TECHNICAL EDUCATION (1899–1990) [Text] : monographia. – Vladivostok :

VVSU, 2009. – 286 p.

ISBN 978-5-9736-0159- The book describes the history of the higher technical education in the Far East since the Higher Polytechnic School (Polytechnic Institute) up to the 1990, the time of the Russian higher school reforming. The special chapter is about the Russian engineering training in China. The monograph is based on the archives materials and published documents, information of some of them is revealed for the first time. It will help the readers to estimate the level and main features of the Russian engineering education in the Far East.

The book is destined for those who are interested in the history of education and science in the Far East.

© Издательство Владивостокский ISBN 978-5-9736-0159- государственный университет экономики и сервиса, © Хисамутдинова, Н.В.,

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

БТИ – Благовещенский технологический институт ВВМУ – Владивостокское морское училище (затем ВВИМУ) ВВИМУ – Владивостокское инженерное морское училище (затем ДВВИМУ) ВКП(б) – Всесоюзная коммунистическая партия (большевиков) Владгоркомхоз – Владивостокский городской отдел коммунального хозяйства ВСНХ – Высший совет народного хозяйства ВЦИК – Всероссийский центральный исполнительный комитет (Советов) ВУЗ – высшее учебное заведение ВТУЗ – высшее техническое учебное заведение ГАПК – Государственный архив Приморского края (Владивосток) ГАРФ – Государственный архив Российской Федерации (Москва) ГАХК – Государственный архив Хабаровского края (Хабаровск) ГДУ – Государственный дальневосточный университет (Владивосток) Главвтуз – Главное управление высшими и средними техническими учебными заведениями Главпрофобр – Главный комитет профессионально-технического образования (с 1921 – Главное управление профессионального образования) Губком – губернский комитет ГУС – Государственный ученый совет ГУУЗ – Главное управление учебными заведениями (при наркоматах) Далькрайсовнархоз – Совет народного хозяйства Дальневосточного края Дальревком – Дальневосточный революционный комитет Дальрыбвтуз – Дальневосточный институт рыбной промышленности (Владивосток) Н.В. Хисамутдинова. Дальневосточная школа инженеров… ДВВИМУ – Дальневосточное высшее инженерно-морское училище (им. адмирала Г.И. Невельского) (ныне Морской государственный университет им. адмирала Г.И. Невельского, Владивосток) ДВГИ – Дальневосточный горный институт (Владивосток) ДВГТУ – Дальневосточный государственный технический университет (ДВПИ им. В.В. Куйбышева, Владивосток) ДВГУ – Дальневосточный государственный университет (Владивосток) ДВИСТ – Дальневосточный институт советской торговли (Владивосток) ДВК – Дальневосточный край ДВКНИИ – Дальневосточный краеведческий (краевой) научноисследовательский институт (Владивосток) ДВЛТИ – Дальневосточный лесотехнический институт (Владивосток) ДВР – Дальневосточная республика ДВПИ – Дальневосточный политехнический институт (им.

ДВСНХ – Дальневосточный совет народного хозяйства ДВТИ – Дальневосточный технологический институт бытового обслуживания (Владивосток) ДВ ФАН – Дальневосточный филиал Академии наук СССР ДОСРВО – Добровольное общество содействия развитию высшего образования (Владивосток) ИТР – инженерно-технические работники КВЖД – Китайско-Восточная железная дорога КнАПИ – Комсомольский-на-Амуре политехнический институт (ныне Комсомольский-на-Амуре технический университет) КПСС – Коммунистическая партия Советского Союза КрайОНО – краевой отдел народного образования КрайСНХ (Далькрайсовнархоз) – Совет народного хозяйства Дальневосточного края МВиССО – Министерство высшего и среднего специального образования МВТУ – Московское высшее техническое училище (имени Минвуз – Министерство высшего образования Наркомпрос – Народный комиссариат просвещения НИЛ – научно-исследовательская лаборатория НИР – научно-исследовательская работа НКВД – Народный комиссариат внутренних дел НКОП – Народный комиссариат оборонной промышленности НКТП – Наркомат тяжелой промышленности ОГПУ – Объединенное государственное политическое управление ОИМК – Общество изучения Маньчжурского края (Харбин) ОРО – Общество русских ориенталистов (Харбин) ПСХИ – Приморский сельскохозяйственный институт (Уссурийск) РГАЭ – Российский государственный исторический архив РГВИА – Российский государственный военно-исторический РГИА – Российский государственный исторический архив РГИА ДВ – Российский государственный исторический архив РКП(б) – Российская коммунистическая партия (большевиков) СНК (Совнарком) – Совет народных комиссаров СНХ (Совнархоз) – Совет народного хозяйства ТИССХ – Тихоокеанский институт социалистического сельского хозяйства (Владивосток) УГИ – Уральский горный институт (Екатеринбург) ХабИИЖТ – Хабаровский институт инженеров железнодорожного транспорта (ныне Дальневосточный университет путей ХабПИ – Хабаровский политехнический институт (ныне ХАДИ – Хабаровский автодорожный институт ХИНХ – Хабаровский институт народного хозяйства ХПИ – Харбинский политехнический институт ЭВМ – электронно-вычислительная машина

ПРЕДИСЛОВИЕ





С лово «инженер» (ingenieur) родилось во Франции, а уже оттуда начало свой путь по другим странам и языкам. Сначала так называли людей, управлявших военными механизмами, потом распространили на строителей дорог и мостов, а уже позднее стали применять и к сугубо гражданской деятельности. Само название инженерного труда многозначно. Оно происходит от латинского ingenium (способность, изобретательность, ум), а значит, предполагает наличие соответствующих характеристик и у его носителей. Действительно, инженер должен обладать не только особым складом ума, в котором сочетаются научный и творческий стили мышления, но и поистине энциклопедическими знаниями, готовностью постоянно учиться, воспринимать новое, действовать нестандартно. Немаловажное значение имеет и наличие умелых рук. Ведь смысл технического творчества в том и состоит, чтобы суметь воплотить свою идею в жизнь и опробовать ее на практике. Вспомните братьев Райт, самостоятельно сконструировавших первый самолет, или А.С. Попова с его радиопередающими и радиоприемными устройствами. Это были истинные инженеры, сумевшие увидеть новые технические возможности и успешно реализовать их.

Инженерное образование в России долгое время считалось одним из лучших в мире. «Русский метод обучения ремеслам», который заключался в соединении высокого уровня теоретической подготовки с широкой практической работой, не раз отмечался среди наиболее передовых, в том числе и на Международной выставке в Париже в 1900 г. Примерно в это время высшее образование пришло и на российский Дальний Восток. Подготовка инженеров не входила тогда в число приоритетных задач: слаборазвитый регион обходился специалистами, подготовленными в центральной России, но первый дальневосточный вуз, Восточный институт во Владивостоке, смог создать прочный фундамент, на котором впоследствии оказалось возможным построить всю систему высшей школы Дальнего Востока, включая и подготовку инженеров самых разных специальностей.

Зародившись в годы Гражданской войны, дальневосточное техническое образование получило развитие при советской власти, претерпевая вместе со всей страной всевозможные реформы и эксперименты. Пролетаризация вузов, пересмотр методов, содержания и сроков обучения, расширение специализации на пустом месте, преобладание количественных показателей в ущерб качественным… Хотя становление всех аспектов деятельности технических вузов находилось в прямой зависимости от решения актуальных проблем промышленного роста, партия разрабатывала образовательную концепцию, исходя не только из социально-экономических потребностей государства, но и из политических задач. Многие реформы были непродуманными и поспешными, а некоторые нововведения и вовсе пагубными. Всеобъемлющий контроль над деятельностью вузов лишал их гибкости и самостоятельности, но инженерному образованию отдавался очевидный приоритет, приносивший реальные результаты. В стране расширялась сеть технических вузов, росли масштабы подготовки профессиональных кадров, укреплялись связи с промышленностью, большое внимание уделялось практическому обучению и научно-исследовательской работе. Как результат, отечественное высшее техническое образование приобрело фундаментальный характер, обеспечивая интенсивное развитие науки и техники. В таких областях, как самолетостроение, производство вооружений, добывающая промышленность, геологоразведка и некоторых других, специалистов для которых готовили и на Дальнем Востоке, СССР являлся общепризнанным мировым лидером. Крепкие традиции в области инженерного творчества России, создание уникальных технических систем красноречиво говорят о высоком уровне инженерной подготовки, и, следовательно, об успехах высшего технического образования в нашей стране.

Несмотря на засилье административно-командных методов, комплексная система подготовки инженерных кадров успешно осуществлялась и в технических вузах Дальнего Востока. Она объединяла учебно-воспитательную и научно-производственную деятельность, развитие творческой активности студентов, совершенствование учебно-лабораторной базы, повышение квалификации преподавателей. Но стремительная разработка новых технологий, усложнение их и применяемых технических устройств привели к тому, что профессиональные знания стали устаревать раньше, чем выпускники технических вузов успевали воспользоваться ими на производстве. Вслед за США в мире получил распространение особый термин, «период полураспада компетентности», который показывает, в течение какого времени новая научно-техническая информация наполовину обесценивает знания и навыки специалиста. Как отмечает журнал «Высшее образование в России» (2007, № 1), если у американских инженеров выпуска 1940 г. знания устаревали через 12 лет, то в 1960 г. – уже через 8– 10 лет, а в 1970 г. – всего через 5 лет. Необходимость идти в ногу с научнотехническим прогрессом заставляла вводить в программы инженерной подготовки все новые и новые учебные дисциплины. В результате у студентов из-за перегруженности снизилась успеваемость, а комплектование научно-педагогических кадров осложнилось из-за повышения нагрузки преподавателей. И это было лишь началом проблем.

С начала 1980-х годов инженерное образование в России вместе с экономикой вошло в период перманентного кризиса: заинтересованность промышН.В. Хисамутдинова. Дальневосточная школа инженеров… ленности в подготовке инженеров ослабела, материальная поддержка технических вузов сократилась, масштабы выпуска специалистов уменьшились. Потенциал, заложенный в предыдущие десятилетия, позволял техническим вузам какое-то время двигаться по инерции, но стало заметно, что престиж инженерного образования в стране неудержимо падал. Все меньше абитуриентов подавали заявления в технические вузы, что привело к снижению конкурса, набору молодежи со слабыми знаниями и, следовательно, росту отсева студентов из-за неуспеваемости. Все чаще молодые специалисты уходили с инженерных должностей в мастера или бригадиры, тем более что система оплаты труда делала рабочие места более выгодными.

Россия теряла свои позиции в отношении общества к уровню образованности, интеллектуальному, в частности, инженерному труду. Среди опрошенных участников 31-го Международного симпозиума по инженерной педагогике (сентябрь 2002 г., Санкт-Петербург) лишь немногие (6,5 %) оценили престиж инженерных профессий как высокий, в то время как половина респондентов посчитали его не выше среднего. Резкое сокращение удельного веса выпускников по инженерным специальностям в общем объеме выпускников российских вузов, снижение качества подготовки привели к тому, что к концу XX века инженерное образование в России перестало соответствовать перспективным потребностям страны.

Политические и экономические преобразования в СССР конца 1980-х – начала 1990-х годов заставили пересмотреть саму модель высшего технического образования и провести новые реформы, связанные с переориентацией обучения на новые потребности общества. Все технические вузы Дальневосточного федерального округа претерпели реорганизации, которые позволили снизить остроту кризисных явлений, хотя и не ликвидировали их полностью. Переход технических вузов в разряд университетов с введением многоуровневого образования, расширением специализации и усилением гуманитаризации обучения – это только первый шаг. Следующий этап – разработка новых моделей подготовки специалиста с учетом инженерной педагогики. Она подразумевает воспитание в студентах современного инженерного мышления, позволяющего увидеть различные процессы в целостности и взаимосвязанности, прогнозировать экологические, социальные и этические последствия своей деятельности, умения работать в группе, не теряя собственной инициативности и готовности к смелым решениям. Кстати, уже сам факт выделения инженерной педагогики в самостоятельную науку, заметный в последние годы, подчеркивает специфику подготовки инженерных кадров.

Каким образом готовить специалистов технического профиля, к чему их готовить – эти вопросы стояли еще с момента создания первых технических вузов, но в наши дни они становятся особенно актуальными. Теория и эксперимент, логическое мышление и интуиция и сегодня идут в инженерном деле рука об руку, взаимно дополняя друг друга. Как бы ни были выверены технологические процессы на современном предприятии, в них всегда найдется место для инженерной мысли. Да и недолго живут нынче производственные технологии.

Они прогрессируют день ото дня, требуя от инженеров способности спрогнозировать следующий этап технологического, научного и социального развития.

Мы уже взяли от природы почти все, что могли взять, и экономическое процветание все больше зависит от дара предвидеть технические возможности, добывать новые знания и применять их на деле. К этой цели устремлены все промышленно развитые страны. По многочисленным заявлениям, как ученых, так и политиков, сегодня для России единственным выходом из кризиса может стать целенаправленный переход к инновационной экономике, в которой при разработке и производстве принципиально новых товаров и услуг основная часть стоимости создается за счет эффективного использования информации и знаний. Причем, анализ мирового опыта показывает, что инновационная способность нации связана не только с наукой, но и с состоянием инженерной системы, которая включает в себя и разработку новой продукции, и организацию ее производства, и доведение до потребителей. Именно инженерный ресурс, пока еще сохранивший свой потенциал, должен стать основой предпринимательства и всей российской экономики при переходе ее в инновационную фазу развития.

В этих условиях роль технического образования многократно возрастает, и подготовка нового поколения профессионалов в области инженерно-технической мысли становится одним из ведущих факторов прогресса.

Дальнему Востоку с его огромными природными богатствами и стратегически выгодным географическим положением в Азиатско-Тихоокеанском регионе отводится важная роль на новом этапе развития экономики России. Между тем целый ряд факторов – специфические природные условия, невысокий уровень развития инфраструктуры, отдаленность от культурных центров страны – по-прежнему вызывают большую текучесть квалифицированных кадров.

Изменить традиционное представление о регионе как сырьевом придатке, возобновить производство высокотехнологичных устройств и тем самым поднять уровень жизни – это возможно лишь при наличии прочного и высококвалифицированного инженерного корпуса, подготовленного на месте.

В эпоху глобализации высшее техническое образование на российском Дальнем Востоке может расширить свои возможности за счет опыта других стран, в первую очередь, соседних. Если в начале XX века Япония, заинтересованная в наращивании своего научного потенциала, всячески привлекала русских ученых, в том числе и из Владивостока, то теперь нам не мешает поучиться у соседей. Первые примеры уже имеются: международные контакты дальневосточных вузов успешно развиваются. Осуществление совместных образовательных программ и научных проектов, обмен студентами и преподавателями способствуют сближению России со странами АТР и расширению профессиональной мобильности выпускников. Возможно, впереди создание специализированных учебных заведений, готовящих инженеров международного класса, или курсов, программы которых охватывали бы вопросы взаимодействия в области экономики и инженерии, обмена современными технологиями.

Историк никогда не заглядывает вперед. Прогнозировать будущее, составлять концепции дальнейшего развития – это прерогатива других. Но лучше делать это с учетом исторического опыта, чтобы избежать ошибок прошлого и воспользоваться наработками предшественников. Тогда прогнозы будут точнее, а их осуществление успешнее. В данной работе автор не преследовала цели досконально проследить, как менялась специализация обучения в том или ином вузе и как это отражалось на создании или закрытии отдельных кафедр. Основной задачей было нарисовать общую картину развития высшего технического образования в регионе, учитывая такие аспекты, как кадровый и материальнотехнический потенциал, главные компоненты учебного процесса: аудиторная, практическая и самостоятельная работа студентов, научно-исследовательская деятельность в стенах вузов.

В разные периоды в России существовала различная градация учебных заведений. В конце XIX века, например, технические, межевые, лесные и сельскохозяйственные вузы составляли разные группы. Открытый в 1899 г. Восточный институт, в частности, входил в разряд технических, хотя его выпускники не получали собственно технической подготовки. В период первых пятилеток, когда задачи индустриализации СССР поставили во главу угла пополнение инженерного корпуса, большинство вузов стали индустриальными. И сейчас слово «инженер» применимо к самым разным областям деятельности: вузы выпускают инженеров-экономистов, инженеров по технике безопасности, инженеров зеленого строительства и т.д. Собирая материал для книги, автор сочла возможным не придерживаться строгого деления на типы вузов, и анализ охватывает высшие учебные заведения региона, в которых хотя бы частично существовала техническая специализация.

Отдельная глава посвящена русскому техническому образованию в Китае. Формальным поводом для его зарождения послужили потребности КВЖД, но главным фактором развития стала российская эмиграция, которая перенесла в русские вузы на территории Китая европейскую систему образования. Благодаря русской администрации и русской профессуре, заложивших основы высшей школы Китая, она в течение долгого времени сохраняла наработанные традиции и развивалась в русле передовой русской технической мысли. В дальнейшем это помогло новому поколению китайских студентов получить образование в СССР.

В процессе исследования автор предпочитала пользоваться источниками.

Прежде всего, это архивные документы учреждений, ведавших вопросами высшего технического образования, планы и отчеты вузов, протоколы заседаний отдельных кафедр, личные дела преподавателей, переписка и воспоминания очевидцев, периодические издания и справочные материалы исследуемого периода. Использовались, конечно, и многочисленные труды по истории высшего образования, в том числе книги, посвященные отдельным учебным заведениям Дальнего Востока, в которых содержится много фактического материала. Исследования коллег, углубленно занимавшихся историей своих вузов и выявивших множество примечательных фактов об их создании и становлении, значительно упростили задачу анализа общих тенденций в развитии высшей технической школы на Дальнем Востоке. За это приношу им огромную благодарность.

Следует отметить, что архивные данные по некоторым аспектам исследования, особенно выпуску специалистов, состоянии материально-технической денциозны. С одной стороны, руководство вузов могло намеренно преуменьшать потенциал учебно-лабораторной базы или профессорско-преподавательского состава, надеясь добиться от вышестоящих органов более значительной помощи, а с другой стороны, стремилось отчитаться более весомыми показателями, когда речь шла о численности студентов, повышении квалификации преподавателей, участия вузов в научно-исследовательской работе. Поэтому автор извиняется за возможные ошибки и неточности и будет благодарна за любые замечания и уточнения.

Прошлое помогает нам лучше понять и оценить настоящее. Однако смысл изучения процессов, имевших место в былые годы, не только в том, чтобы сравнить их с современностью и использовать сделанные выводы. Прошлое имеет свою собственную ценность, как имеет ее каждая отдельная судьба. Автор надеется, что эта книга напомнит читателям о собственной студенческой юности, своей альма-матер и тех преподавателях, которые, несмотря на всевозможные перекосы советской системы высшего образования, стремились воспитать профессионалов, прививая своим студентам потребность к познанию и творческому поиску.

Глава 1. ПЕРВЫЕ ШАГИ ВЫСШЕГО

ТЕХНИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИИ

П ервые специализированные учебные заведения, которые по качеству преподавания и уровню знаний выпускников можно приравнять к высшим техническим, стали открываться в России, прежде всего в Москве и Санкт-Петербурге, уже начиная с XVIII века, с развитием в стране мореплавания и машинной индустрии. В некоторых – Школе математических и навигацких наук (Москва, 1701), Морской академии (Санкт-Петербург, 1715) – обучали гражданским специальностям, другие специально создавались для подготовки военных специалистов – Инженерная школа (1719), Артиллерийская школа (1722) и т.д. Прежде всего, специалисты технического профиля требовались предприятиям мануфактуры, транспорта, черной и цветной металлургии. Их оснащенность не только значительно уступала западноевропейской, но и отставала от потребностей самого производства: оно не могло развиваться без новых технологий, источников энергии и специалистов. Их в основном приглашали из-за границы, а в более редких случаях направляли за границу на обучение молодых россиян. В частности, горных инженеров для металлургической промышленности Урала готовили в основном в Швеции. Это обходилось дорого и не могло удовлетворить потребности промышленности ни в количественном, ни в качественном отношении.

Первым отечественным техническим вузом, который был призван обеспечить новые запросы экономики страны, связанные с начальными шагами капитализма и развитием промышленности, считается Горное училище (1774, с 1804 – Горный кадетский корпус, с 1833 – Институт корпуса горных инженеров, с 1866 – Горный институт) в Санкт-Петербурге. Поводом для его открытия, как указывалось в докладе Сената, была просьба уральских заводчиков готовить для них образованных руководителей, «дабы промысел улучшить и горную экономию усовершенствовать».

Государственный деятель М.Ф. Соймонов (1730–1804), создатель Горного училища и его первый руководитель, по праву считается одним из организаторов высшего технического образования в России. В его представлении училище должно было стать научно-учебным и информационным центром горнозаводской отрасли, с учетом этого он составлял Устав училища и первую учебную программу. Обширный перечень преподаваемых в вузе дисциплин обеспечивал широкий профиль подготовки специалистов. Студенты изучали арифметику, алгебру, геологию, маркшейдерское искусство, минералогию, металлургию, риГлава 1. Первые шаги высшего технического образования России сование, физику, химию, механику, французский, немецкий и латинский языки.

Позднее в программу ввели палеонтологию, горное искусство, горную статистику, горное право, пробирное искусство, черчение с моделей, всеобщую и русскую историю, географию, логику, зоологию, ботанику, архитектуру.

Минералогический, горный и металлический кабинеты, созданные в первые годы работы училищ, положили начало Горному музею, ставшему впоследствии всемирно известным.

Долгие годы Горный институт оставался единственным в России учебным заведением, готовившим инженеров горнотехнического профиля. В дальнейшем его выпускники стали организаторами первых технических вузов в Сибири и на Дальнем Востоке, преподавателями общенаучных и технических дисциплин: С.Н. Петров (окончил в 1898), А.О. Рейн (1907), К.Д. Луговкин (1915) и другие. Наибольшую известность на Урале и Дальнем Востоке приобрел П.П. Веймарн. Окончив с отличием Горный институт в 1908 г. он стал там ассистентом по кафедре физической химии. После защиты диссертации (1908) его допустили к чтению лекций в должности адъюнкт-профессора. В 1911 г. Веймарн получил звание экстраординарного профессора за исследование «К учению о состоянии материи». В дальнейшем этот педагог и исследователь многое сделал для становления Екатеринбургского (Уральского) горного института и Владивостокского государственного политехнического института.

Несмотря на острую потребность промышленности России в инженернотехнических кадрах, развитие высшего технического образования шло крайне медленно. Ему препятствовало засилье иностранных специалистов, осуществлявших техническое руководство российскими фабриками и заводами. Они не были заинтересованы ни в передаче своих знаний русским людям, ни в укреплении высшей технической школы России. Следующий технический вуз – Институт корпуса водяных и сухопутных сообщений (1809, с 1910 – Институт корпуса инженеров путей сообщения) был открыт в Санкт-Петербурге спустя 35 лет после Горного училища. Создание его было связано с расширением транспортного строительства, прежде всего железных дорог, которое требовало подготовки соответствующих инженерных кадров.

Институт корпуса инженеров путей сообщения был закрытым учебным заведением военного типа, в котором помимо строительных дисциплин значительное место занимало изучение военных наук. В нем царили военные порядки, как и в других военных учебных заведениях, а все выпускники, инженеры корпуса путей сообщения, были офицерами и носили военный мундир. Вместе с тем, с началом работы института в нем была открыта первая в России научная библиотека с обширным фондом литературы. Новому учебному заведению были предоставлены хорошие помещения и необходимое оборудование, а в педагогический состав вошли крупные ученые России и Западной Европы. Начальником института назначили инженера Августа Бетанкура (1758–1824), испанца по происхождению, который получил образование в Европе и успел приобрести там широкую известность как ученый-энциклопедист и талантливый изобретатель.

Среди преподавателей института было немало иностранных граждан, в том числе французских инженеров. Так, в течение десяти лет в нем преподавал в должности профессора французский инженер, физик и механик Б.П.Э. Клапейрон (1799–1864), известный своим вкладом в основание классической термодинамики. Франция считалась мировым лидером в деле строительства железных дорог, и французские капиталисты и инженеры участвовали в строительстве первых российских железнодорожных линий. Вместе с преподавателями из Европы А. Бетанкур перенес на русскую почву многие правила и порядки парижской Школы мостов и дорог (Ecole des ponts et shaussees). Он руководил институтом в течение 15 лет. Признавая его заслуги в становлении высшего инженерного образования в России, в июне 2003 г. в Санкт-Петербурге – у входа в Университет путей сообщения, бывший Институт корпуса инженеров путей сообщения – первому директору вуза был поставлен памятник.

Широко развернувшееся в России железнодорожное строительство требовало большого числа специалистов, и выпускники Института корпуса инженеров путей сообщения работали по всей стране, в том числе, с конца XIX века, и на Дальнем Востоке. В частности, окончив в 1901 г. институт по первому разряду, инженером на Уссурийскую железную дорогу был назначен будущий известный деятель высшего технического образования на Дальнем Востоке У.К. Вильдеман. До начала своей преподавательской деятельности он был начальником Владивостокского участка пути Уссурийской железной дороги и КВЖД (с 1904), руководил работами по устройству узловых станций и других сооружений, заведовал коммерческим агентством Уссурийской железной дороги. Также с отличием окончил Петроградский институт инженеров путей сообщения С.А. Данилов (1915), один из инициаторов создания во Владивостоке технического вуза. Сразу же после окончания института он стал сотрудником Управления работами Владивостокского торгового порта (с 1915) и в 1918 г.

вошел в число организаторов Добровольного общества содействия развитию высшего образования, заняв в нем должность секретаря1.

Были среди деятелей высшего технического образования на Дальнем Востоке и выпускники других учебных заведений, которые появлялись в России по мере развития крупной машинной индустрии и давали своим студентам техническое образование: Технологического института (Санкт-Петербург, 1828), Московского ремесленного учебного заведения (Москва, 1830 – в дальнейшем Московское техническое училище или Императорское техническое училище), Института гражданских инженеров (Санкт-Петербург, 1832), Константиновского межевого института (Москва, 1835). Все эти учебные заведения в начальный период своего существования высшими не считались, но постановка учебного процесса, состояние учебно-лабораторной и производственной базы позволяли им с первых лет готовить специалистов высокой квалификации. Не случайно, в дальнейшем они были официально приравнены к техническим вузам.

Так, С.-Петербургский практический технологический институт Императора Николая I, основанный в 1828 г. по инициативе министра финансов Е.Ф. Канкрина (занимал этот пост в 1823–1844), начал работу в 1831 г. Он соКочешков Н.В., Турмов Г.П. Дальневосточные профессора // Тр. профессорского клуба. – Владивосток, 1988. – № 4. – С. 24–26.

Глава 1. Первые шаги высшего технического образования России стоял из двух отделений – механического и химического – с пятилетним курсом обучения. К 1 января 1899 г. в институте числились 1011 студентов и пять вольнослушателей (на общем курсе – 280 студентов; на механическом отделении – 605, на химическом – 131). Институт гражданских инженеров Императора Николая I в Петербурге был основан как Строительное училище путем слияния Архитектурного училища и Училища гражданских инженеров. Его целью было готовить инженеров по гражданской, строительной и дорожной специальностям.

В 1877 г. училищу были дарованы права высшего учебного заведения, a через пять лет оно стало называться Институтом гражданских инженеров. В 1899 г. в нем обучались 353 человека. Курс обучения в нем также равнялся пяти годам.

Новый этап в развитии высшей технической школы связан с Крымской войной (1853–1856), в ходе которой стала очевидна отсталость России в научнотехническом отношении. Результаты войны заставили понять, что практика приглашения специалистов из-за рубежа лишь тормозит технический прогресс, и стране для подъема промышленного производства нужны собственные квалифицированные инженеры. В этот период проблемы укрепления отечественного высшего образования стали темой для широкого обсуждения. В частности, директор Московского ремесленного учебного заведения А.С. Ершов, выражая мнение передовой русской общественности, писал: «Обширные пространства земель, наши железные заводы, пароходы, железные дороги, наши фабрики, наконец, требуют механических средств и ждут новых деятелей, не случайно находимых на площадях больших европейских городов, но вспоенных молоком своей Родины, вскормленных полями великой русской земли»1.

Откликаясь на требования времени, российское правительство предприняло некоторые нововведения в высшей школе, в том числе и по развитию технического образования. Так, в 1862 г. в Риге «вследствие желания местного общества заменить иноземных техников своими, к чему побуждало все большее развитие промышленности, и открыть юношеству обширное поприще полезной деятельности путем утилизации местных природных богатств» на средства Рижского городского общества и сословий Прибалтийских губерний основали первый в стране политехнический институт. Он имел шесть отделений: сельскохозяйственное, химическое, инженерное, механическое, строительное и коммерческое.

В разряд гражданских в этот период перевели несколько технических учебных заведений военного типа. Для многих вузов был характерен поиск новых форм и методов работы, что говорит о стремлении поставить техническое образование на солидную научную базу наряду с систематической практической подготовкой студентов. В С.-Петербургском технологическом институте, например, были разработаны основы технологического образования для подготовки инженеров широкого профиля. Обучение будущих механиков и химиков строилось на базе большого числа общеинженерных дисциплин и тесной связи теоретического материала с практикой в лабораториях и на заводах. В результаЦит. по: Елютин В.П. Высшая школа общества развитого социализма. – М.:

Высш. шк., 1980. – С.117.

те специалисты, которых выпускал институт, могли найти применение своим силам в различных отраслях промышленности.

В 1868 г. в разряд высшей школы перешло Московское ремесленное учебное заведение, получившее название Императорского московского технического училища. Его Устав главной целью провозглашал «образовывать механиков-строителей, инженеров-механиков и инженеров-технологов»1. Полный курс обучения равнялся шести годам. Методы преподавания, которые начали разрабатываться в училище еще до получения им статуса высшего учебного заведения, получили широкое признание не только в России, но и за границей. В 1870 г. на Всероссийской мануфактурной выставке в Санкт-Петербурге училище представило «программы систематического преподавания механических искусств» с приложением «коллекций последовательных работ для учащихся», которые обратили на себя серьезное внимание как новое слово в обучении инженерным специальностям.

В дальнейшем «русский метод обучения ремеслам» училище продемонстрировало и на других крупных выставках. В частности, в 1876 г. на всемирной выставке в Филадельфии система технического образования Московского технического училища имела громадный успех среди американских ученых и промышленников. Училище получило золотую медаль выставки «За учебные пособия для механических работ». Президент Бостонского технологического института Д. Рункл писал: «За Россией признан полный успех в решении столь важной задачи технического образования, что в Америке после этого никакая иная система не будет употребляться»2. Следующим шагом в распространении опыта стало издание брошюры, в которой – с пояснениями и иллюстрациями – излагался метод изучения ремесел. Эта брошюра закрепила приоритет Московского технического училища в соединении высокого уровня теоретической подготовки с широкой практической работой.

Развитие высшей технической школы в России по сравнению с другими странами не просто шло опережающими темпами, но и было более прогрессивным. Несмотря в целом на более раннее появление высшего технического образования в США и Германии, там оно уходило своими корнями в ремесленнопрактическое обучение, сохранившееся до второй половины XIX века. В США, например, до 1840 г. техническим специальностям обучали только в военных учебных заведениях – Военном училище в Вестпойнте (строительство дорог и мостов) и Школе морских инженеров в Аннаполисе (инженер-механик). Несколько позже (с 1849) получить специальность инженера-строителя стало возможно и в частном Институте Репсселера (г. Троя)3. В основном же подготовка Московское высшее техническое училище имени Н.Э. Баумана / Абрамов Ю.А. и др. – М., 1980. – С. 20.

Мачосс К. Духовные средства технического прогресса Соединенных Штатов северной Америки // Бюллетень Политехнического Общества, состоящего при Императорском Техническом Училище. – 1914. – № 3. – С. 135.

инженеров в этот период происходила не в высших учебных заведениях, а у крупных специалистов-практиков.

Развитие технического образования в США фактически началось после 1862 г., когда был принят Закон о школах. Согласно ему каждый штат в течение пяти лет был обязан открыть на своей территории хотя бы одно учебное заведение «для сельского хозяйства и промышленности». Это требование было выполнено, но в течение долгого времени техническое образование в США развивалось под влиянием частной инициативы, без какой-либо определенной системы.

«Понятно, – писал очевидец, – что никакая школа не станет “высшей” только вследствие того, что она заявляет претензию быть таковой, и вследствие этого в Соединенных Штатах существуют школы с одинаковыми названиями, но самые разнообразные по роду преподавания, учебным планам и даваемым результатам.

Существуют “высшие училища”, институты, как бы мы сказали, которые ни по обстановке, ни по учебным силам своим, ни по даваемым ими результатам не подходят к тому, что мы называем теперь высшими машиностроительными институтами»2. В течение всего XIX века в США следовали английской традиции невмешательства в развитие вузовского образования. Оно, как делают вывод исследователи, «двигалось наудачу и отставало от темпов индустриализации»3.

В России же подготовка инженеров с самого начала базировалась на прочной общенаучной основе. Одной из причин этого была ориентация на университеты, появившиеся в стране гораздо раньше учебных заведений технического профиля. Это способствовало повышению теоретического уровня обучения и преодолению узкопрофильного подхода к подготовке специалистов. Кроме того, университетские профессора привлекались к преподаванию общенаучных дисциплин в большинстве технических вузов. Таких примеров, в частности, было немало в Московском техническом училище. В результате такого контакта теоретическая подготовка студентов в области математики, физики, химии и механики осуществлялась на университетском уровне.

С другой стороны, характерной чертой обучения будущих инженеров в России было стремление связать теоретические занятия с практикой. Например, Горное училище в Санкт-Петербурге имело на своей территории «примерный рудник» с горными выработками, а у Московского технического училища был собственный опытный завод, оснащенный новым оборудованием. Продукция, выпускаемая им, отличалась высоким качеством и пользовалась большим спросом, как у русских фабрикантов, так и у посетителей зарубежных выставок. Со временем завод стал принимать заказы на изготовление сложных машин, таких как станки, насосы, паровые машины разных типов, гидравлические турбины и т.д. Подобный подход к постановке учебного процесса в дальнейшем нашел отражение и в учебных программах технических вузов на Дальнем Востоке. В чаМачосс К. Духовные средства технического прогресса Соединенных Штатов северной Америки // Бюллетень Политехнического Общества, состоящего при Императорском Техническом Училище...

Hans N. Comparative Education. A Study of Educational Factors and Traditions. – London: Kegan Paul, 1949. – P. 280–281.

стности, горный факультет Владивостокского политехнического института, перенимая опыт Горного института, уже в первые годы своей работы имел опытный рудник, а в 1920-е годы технический факультет Государственного дальневосточного университета создал на территории Дальзавода учебно-опытный механический завод.

Таким образом, подготовка специалистов в первых технических вузах России с самого начала отличалась высоким теоретическим уровнем вкупе с достаточными практическими навыками. В результате формировался «ученый мастер» – специалист, который мог самостоятельно выполнить любое задание, в том числе проектировать и строить машины, а также научить этому других. Преобладание в России дореформенного периода мелких и средних предприятий, а также острая нужда в инженерах порождали универсализм технического образования. От инженера требовались самые разные умения: «обращаться с двигателями, приводами, станками, имел бы практические навыки по монтажу, умел бы организовать технологический процесс и ремонтную мастерскую, вести текущий ремонт зданий и воздвигать нужные постройки»1. Кроме того, выпускники первых российских технических вузов получали некоторые навыки организаторской работы, знали бухгалтерию и другие формы учета. Такие специалисты были особенно необходимы в период становления промышленности в России, на сравнительно небольших производствах, где еще широко применялся ручной труд.

Во второй половине XIX века Россия вступила в эпоху более крутого подъема капиталистического производства, и существующие вузы перестали справляться с удовлетворением потребности растущей промышленности в кадрах. Обследование 1887 г. показало, что только 6,6 % руководителей российских промышленных предприятий имели высшее или среднее техническое образование, причем, почти треть всех специалистов составляли иностранцы2. Между тем, в стране начали осуществляться крупные проекты: прокладывалась Транссибирская магистраль, строился нефтепровод Баку – Батум, развивалась горнодобывающая промышленность, возникли тяжелое машиностроение и другие новые отрасли производства – энергетика, электротехника, химическая промышленность. Для работы в них универсального инженерного образования становилось недостаточно. Требовалось большое количество инженеров различных специальностей. Не случайно, предложения об открытии новых технических вузов все чаще стали поступать от нарождающейся промышленной буржуазии и ведомств.

Несмотря на реакцию, приостановившую развитие высшей школы в России, при финансовой поддержке местных промышленников был организован Харьковский технологический институт (1885), имевший химическое, механическое и горнозаводское отделения. Через год Почтово-телеграфное ведомство открыло в Санкт-Петербурге Техническое училище, преобразованное в 1891 г. в Электротехнический институт, первое в Европе высшее учебное заведение, спеЦит. по: Высшее образование в России: очерк истории до 1917 г. / А.Я. Савельев [и др.] – М., 1995. – С. 148.

Елютин В.П. Высшая школа общества развитого социализма… – С. 120.

Глава 1. Первые шаги высшего технического образования России циализированное в области электротехники. В Екатеринославле появился Екатеринославский горный институт (1889).

В 1884 г. ученый и государственный деятель И.А. Вышнеградский, бывший директор С.-Петербургского технологического института, назначенный к этому времени членом Совета при министре народного просвещения, разработал проект развития профессионального образования в России, в котором важное место отводилось высшей технической школе. На основе этого проекта были сформулированы «Основные положения о промышленных училищах», которые явились своеобразным руководством к действию при открытии новых технических вузов.

Развитию высшей технической школы способствовала деятельность Русского технического общества, в составе которого с 1867 г. работала постоянная Комиссия по техническому образованию. К 80-м годам XIX века его деятельность приобрела общегосударственное значение, а влияние ощущалось не только в центральных городах России, но и на периферии благодаря журналу «Техническое образование» (издавался с 1876) и регулярным съездам русских деятелей по техническому и профессиональному образованию. Первый съезд состоялся в декабре 1889 – январе 1890 гг. Одним из главных вопросов, обсуждавшихся на нем, были принципы соединения теоретической подготовки русских инженеров с их практическим обучением, т.е. с подготовкой к непосредственной работе в промышленности. На втором съезде в 1895 г. рассматривались постановка преподавания теоретических дисциплин и новые принципы проведения практических занятий в учебных мастерских. К этому времени в Московском техническом училище, которое оставалось ведущим техническим вузом России, уже обсуждали возможность введения производственной практики для студентов старших курсов и проблему специализации – для подготовки инженеров различного профиля.

В 1895 г. в России действовало 11 высших технических учебных заведений, объединивших около 5,5 тыс. студентов1. Специализация вузов отражала спектр быстро развивающихся отраслей промышленности, для которых прежде всего были необходимы инженерно-технические кадры. Среди факультетов и отделений новых вузов чаще всего встречались механическое, химическое, инженерно-строительное, горное. Подготовка технических кадров осуществлялась и в российских университетах. В Московском университете уже в самом начале XIX века читались такие дисциплины, как практическая механика, начертательная геометрия, навигация, архитектура, минералогия, сельское хозяйство. Эти и другие курсы во многом выходили за рамки привычной университетской структуры, что требовало открытия новых кафедр и лабораторий. В дальнейшем, откликаясь на потребности страны в металлургах, механиках, геологах, геодезистах, ряд университетов (Московский, С.-Петербургский, Казанский, Дерптский, Харьковский) открыл на базе физико-математических факультетов так называемые камеральные отделения, на которых студенты получали общую теоретичеЕлютин В.П. Высшая школа общества развитого социализма... – С. 64.

скую подготовку по техническим дисциплинам, а практику проходили в технических учебных заведениях и на предприятиях.

Промышленный подъем, наметившийся в России со второй половины 90-х годов XIX века, сопровождался бурным строительством новых предприятий, стабилизацией финансов, ростом иностранных инвестиций. Все это привело к изменению отношения общества к высшему образованию, к осознанию необходимости его реформирования путем создания сети вузов нового типа – политехнических институтов, задуманных как технические университеты. Они были призваны обеспечить подготовку широкого спектра специалистов в области прикладного знания. Идея политехнизации инженерной подготовки имела многочисленных сторонников в высших эшелонах власти империи, ее поддерживал, в частности, министр финансов С.Ю. Витте. Он отмечал, что в России необходимо создать высшие учебные заведения «в форме политехнических институтов, которые содержали бы в себе различные отделения человеческих знаний, но имели бы организацию не технических школ, а университетов, т.е. такую организацию, которая наиболее способна была развивать молодых людей, давать им общечеловеческие знания»1.

Эта мысль получила теоретическое обоснование в Программе торговопромышленного развития России, подготовленной Департаментом торговли и промышленности Министерства финансов. В ней значительная роль отводилась сознательному воспроизводству хозяйственно-управленческих и научнотехнических кадров. Как пример осуществления этой идеи через 36 лет после основания первого в стране политехнического института – Рижского, где готовили специалистов в области промышленности, сельского хозяйства, коммерции и архитектуры, были заложены сразу три аналогичных учебных заведения: Киевский (1898), Варшавский императора Николая II (1898) и С.-Петербургский (1899) политехнические институты.

Политехнический институт в Санкт-Петербурге представлял собой новый тип высшего учебного заведения не только по специальностям, которым до этого не обучали ни в одном российском вузе (металлургическая, кораблестроительная, электромеханическая, экономическая), но и по богатству оборудования, организации учебного процесса с учетом лучшего зарубежного опыта. Институт находился в ведении министра финансов С.Ю. Витте, который сам рассматривал кандидатуры на пост директора. Его выбор пал на А.Г. Гагарина (1855–1920), представителя старинного рода князей Гагариных, близко стоявших к императорскому двору. Он окончил физико-математический факультет С.-Петербургского университета (1879) и Михайловскую артиллерийскую академию (1884), после чего по заданию правительства совершил поездку по металлургическим и машинным заводам Англии, Франции и Австрии для знакомства с новинками инженерного дела. После возвращения Гагарин служил в гвардейской конноартиллерийской бригаде, а затем в артиллерийском управлении.

Цит. по: История С.-Петербургского технического университета. Электронный ресурс: spbstu.ru/history.html Глава 1. Первые шаги высшего технического образования России В январе 1900 г. Гагарина назначили председателем Особой строительной комиссии. Весной того же года его и архитектора Э.Ф. Вирриха направили в зарубежную командировку, целью которой было обстоятельное изучение оснащения и функционирования ведущих технических высших школ Европы. Будущий директор института и архитектор осмотрели больше 30 учебных заведений Англии, Бельгии, Франции, Германии, Австрии, Венгрии и других европейских стран, в том числе строившийся Политехнический институт в Варшаве, взяв на заметку все положительное, что имелось и в обустройстве вузов, и в организации обучения.

Политехнический институт в Санкт-Петербурге был построен за два с половиной года и стал одним из первых в России институтским городком с автономными системами жизнеобеспечения типа Оксфорда и Кембриджа. 1 октября 1902 г. состоялось его торжественное открытие, а на следующий день начались регулярные занятия. Учебный план в отличие от других существовавших тогда вузов был рассчитан на четыре года вместо трех. Согласно Уставу, институт состоял из четырех отделений, которые возглавлялись деканами. Это отличало его от других высших технических учебных заведений и приближало к университетам.

Многофункциональность была особенностью не только политехнических, но и других технических вузов. Они имели, как правило, несколько отделений и готовили специалистов по целому ряду направлений. Но быстрый рост техники требовал все новых и новых знаний инженеров. Учебные планы перерабатывались редко, поэтому новые дисциплины вводились в них по инициативе самих вузов по мере надобности. Специализация была незначительной и ограничивалась рядом спецкурсов и дипломной работой. «Если говорить о недостатках нашего учебного строя, – писал директор Московского технического училища профессор В.И. Гриневецкий, – то на первый план надо поставить энциклопедичность наших программ. По отдельным предметам и по совокупности всех программ, которые являются обязательными, она, во всяком случае, выходит за пределы разумного»1.

Большое значение имело создание в этот период Томского технологического института, первого технического вуза в Сибири. Идея распространения высшего технического образования за Урал принадлежала С.Ю. Витте, тогда министру финансов. Институт был основан в апреле 1896 г. как Томский технологический институт Императора Николая II, и освящение закладки здания вуза состоялось 5 июня 1896 г. – в пятую годовщину посещения Томска императором Николаем II. Торжественное открытие института произошло гораздо позже – в декабре 1900 г. Он начал работу с четырьмя отделениями: механическим, химическим, горным и строительным. Директором Томского технологического института был назначен Е.Л. Зубашев, который сыграл важную роль в формировании концепции вуза политехнического типа. Большую поддержку в становлении института, особенно в обучении специалистов-химиков, оказал великий русский химик Д.И. Менделеев, избранный в 1904 г. первым почетным членом Томского Цит. по: Высшее образование в России... – С. 151–152.

технологического института1. Российское правительство также не оставляло без внимания новый вуз: его посещали премьер-министры С.Ю. Витте и П.А. Столыпин.

Важным фактором, определявшим уровень подготовки специалистов, было наличие в составе высших учебных заведений России высококвалифицированных преподавательских сил. Специальных научных учреждений в царской России было мало, и деятельность ученых прежде всего была связана с кафедрой или лабораторией учебного заведения. Это обстоятельство давало значительный выигрыш высшей школе – именно в ней были сосредоточены основные научные силы. В частности, в течение десяти лет профессором химии С.-Петербургского технологического института (1863–1872) был Д.И. Менделеев. Именно в этот период он защитил докторскую диссертацию, написал фундаментальный труд «Основы химии», открыл Периодический закон и разработал свою знаменитую Периодическую систему химических элементов2. Множество талантливых ученых и изобретателей преподавали в Московском техническом училище: профессор В.И. Гриневецкий, разработавший основы теории двигателей внутреннего сгорания и одним из первых поставивший вопрос о создании тепловозов, профессор А.С. Ершов, с теоретических работ которого начались исследования в области гидравлики, профессор В.А. Малышев, обобщивший иностранный и отечественный опыт обработки металлов и дерева, отец русской авиации профессор Н.Е. Жуковский и другие, оставившие заметный след не только в российской, но и мировой науке и технике.

Ученые, читавшие лекции в учебных заведениях, проводили научные исследования совместно со своими студентами, которые получали при этом не только дополнительные знания, но и опыт исследовательской работы. Это способствовало повышению уровня преподавания, формированию в вузах новых научных школ, повышению заинтересованности студентов в научноисследовательской деятельности. На это обстоятельство, оказавшее влияние на последующее развитие высшего технического образования, обращают внимание многие российские исследователи, занимающиеся проблемами истории высшей школы. В частности, В.Л. Соскин пишет: «Одной из важных и общих для российской науки черт, имевших неоценимое значение для будущего советской науки, был высокий профессионализм лучшей, талантливой части ученых. Он выражался не просто в добросовестном, скрупулезном отношении к научнопедагогическому труду, но и в неустанных творческих поисках, строившихся на любви к науке, понимании ее огромной роли в развитии общества, и трудолюбии. Не случайно, почти все те ученые, которыми в 20–30-е годы, а иногда и позже гордилась советская наука, восприняли отношение к научному труду как История Томского технологического института: Электронный ресурс. Доступен на: www.tpi.ru/html/mem-museum.htm История С.-Петербургского технологического института: Электронный ресурс.

Доступен на: www.spbgti.h1.ru Глава 1. Первые шаги высшего технического образования России к святому делу, все они были воспитанниками, как правило, лучших дореволюционных научных школ»1.

Для конца ХIХ века была характерна большая востребованность потенциала высшей технической школы развивающейся промышленностью, которая стремилась извлечь пользу от крупных научных сил, сосредоточенных в учебных заведениях. Прямым результатом этой заинтересованности стало создание в вузах учебных лабораторий и мастерских для учебно-исследовательских целей.

При чрезвычайно скупых правительственных ассигнованиях лабораторноисследовательская база вузов развивалась в основном на частные пожертвования – прежде всего при содействии промышленной и торговой буржуазии.

Общее руководство высшими учебными заведениями осуществляли разные ведомства – Министерство народного просвещения (Технологические институты в Санкт-Петербурге и Харькове, Московское техническое училище, Рижский политехнический институт), Министерство торговли и промышленности (С.-Петербургский политехнический и Горный институты), Министерство почт и телеграфов (Электротехнический институт), Министерство внутренних дел (Институт гражданских инженеров), Министерство путей сообщения (Институт корпуса инженеров путей сообщения) и т.д. Это предопределяло не только разницу в материальном обеспечении учебного процесса, но и различие программ и методов обучения. Поэтому, несмотря на то, что к началу ХХ века в России уже действовало немало технических вузов, цельной системы высшего технического образования не существовало.

Кроме того, до революции в высшей школе России была распространена предметная система организации учебного процесса. Нынешнего деления всего периода обучения на курсы не существовало, студенты различались по годам приема. В определенной последовательности они сдавали экзамены, зачеты, проекты и пр. Тем, кто имел хорошую подготовку и способности к самостоятельной работе, это позволяло при изучении материала распределять силы и время по своему усмотрению. Недостатком было то, что обучение в таком случае затягивалось до семи – восьми лет, и планировать выпуски специалистов было затруднительно.

Вопрос о системном подходе к обучению был поставлен только на III съезде русских деятелей по техническому и профессиональному образованию (26 декабря 1903 – 5 января 1904, Санкт-Петербург). На нем, в частности, при обсуждении вопросов преподавания основных теоретических дисциплин было решено привести к полному согласованию и объединению различные предметы и курсы, преподаваемые в технических вузах. На съезде нашли отражение и вопросы производственной практики студентов, связи высших учебных заведений с производством. Но общий кризис, охвативший Россию в начале ХХ века, помешал прогрессу технического образования: в предреволюционное десятилетие вузы развивались главным образом за счет внутренних резервов.

Соскин В.Л. Научная интеллигенция Сибири накануне революции. // Кадры науки Советской Сибири: проблемы истории. – Новосибирск, 1991. – С. 35.

На Восточную Сибирь и Дальний Восток вплоть до самого конца XIX века высшее техническое образование не распространялось в силу малонаселенности этого региона и отсталости его в промышленном отношении. Развитие капитализма здесь происходило намного медленнее, чем в центре России.

Основание крупных промышленных предприятий, покупка машин и оборудования, приглашение специалистов требовали больших капиталовложений, которыми местная буржуазия не располагала. Немаловажную роль в задержке развития региона играла и позиция российской буржуазии, рассматривавшей Сибирь и Дальний Восток в первую очередь как источник сырья и не заинтересованной в их быстром промышленном росте. Специалисты писали: «Главными факторами, определяющими и обуславливающими экономическое положение Приамурья, является отдаленность, оторванность его от остального мира, его малонаселенность и слабое развитие в нем добывающей и обрабатывающей промышленности. К этому необходимо прибавить зависимое положение края как колонии и естественно вытекающее отсюда подчинение его экономической политике и интересам метрополии»1.

Немногочисленные дальневосточные предприятия и организации обеспечивались инженерными кадрами за счет учебных заведений, работавших в центральной части России. Для строительства железной дороги, связывающей Дальний Восток с европейской частью России, приезжали выпускники Института корпуса инженеров путей сообщения. Техническим специальностям, необходимым для работы на судоремонтных предприятиях или эксплуатации военноморского флота, обучало Техническое училище Морского ведомства, также расположенное в Санкт-Петербурге. Выпускники Горного института находили применение своим силам в каменноугольной промышленности, низкий уровень механизации которой позволял обходиться небольшим числом квалифицированных специалистов, а также на разведке месторождений нефти и других полезных ископаемых. До 1899 г. единственным городом в Сибири и на Дальнем Востоке, где имелись высшие учебные заведения, оставался Томск, в котором к концу XIX века работали два вуза: Томский университет с медицинским и юридическим факультетами, открытый в 1880 г., и Томский технологический институт.

Приамурье: Факты. Цифры. Наблюдения / Собраны на Дальнем Востоке сотрудниками Общеземской организации. Приложение к отчету Общеземской организации за 1908 год. – М., 1909. – С. 601.

КАК НАЧАЛЬНЫЙ ЭТАП ВЫСШЕГО

ТЕХНИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ

НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ

О ткрытию первого дальневосточного вуза – Восточного института – способствовало начало строительства Транссиба и оживление экономики в регионе. Немаловажную роль при этом сыграло решение спрямить магистраль в районе Восточной Сибири с помощью Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД), проходившей через Маньчжурию. Прокладка КВЖД и ее эксплуатация потребовали огромного количества специалистов со знанием иностранных языков. В них нуждалась и сама КВЖД, и большое число обслуживающих ее предприятий, торговых и финансовых организаций. Кроме того, КВЖД способствовала расширению экономических связей между российским Дальним Востоком и соседними странами, а также европейской частью России.

Восточный институт основали в 1899 г. Его директором назначили одного из крупнейших востоковедов того времени профессора С.-Петербургского университета доктора монгольской и калмыцкой словесности А.М. Позднеева1.

Задачей нового вуза ставилось «подготовлять учащихся в нем лиц к службе в административных и торгово-промышленных учреждениях восточно-азиатской России и прилегающих к ней государств»2. Именно так было записано в официальных документах – «Мнении Государственного Совета об учреждении Восточного института», подписанном 24 мая 1899 г. Николаем Вторым, и в утвержденном одновременно «Положении о Восточном институте».

Восточный институт находился в ведении Министерства народного просвещения в качестве одного из высших технических учебных заведений. Несмотря на это, вопрос об учреждении в нем технических специальностей поначалу не стоял, хотя железная дорога нуждалась в этих специалистах не меньше, чем в переводчиках. Передовые деятели того времени, в частности, министр путей сообщения В.А. Бобринский, считали, что в эксплуатации железных дорог есть такие отрасли, которые могут иметь будущность только тогда, когда во глаРоссийский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 744. Оп. 1.

Д. 162. Л. 8–8об.

РГИА. Ф. 744. Оп. 1Д д. 164. Л. 74–75.; Российский государственный военноисторический архив (РГВИА). Ф. 400. Оп. 1. Д. 3401. Л. 1–8.

ве их стоят не узкие специалисты-инженеры, а широко образованные люди1.

Кроме того, техническая база российского Дальнего Востока была в тот период еще недостаточно развита, и регион прежде всего нуждался в грамотных администраторах и экономистах, знающих восточные языки. Поэтому в отличие от факультета восточных языков С.-Петербургского университета, единственном тогда, где развивалось востоковедение, но где изучение его ограничивалось теоретическими рамками, во Владивостоке изначально ставилась задача развивать прикладное востоковедение. Это было подчеркнуто А.М. Позднеевым на торжественном акте открытия Восточного института 21 октября 1899 г.

То, что новый институт представлял собой лишь первую ступень в развитии высшего образования на Дальнем Востоке, можно судить по поздравительным телеграммам, полученным Восточным институтом по поводу открытия.

Из Министерства народного просвещения писали: «Сердечно поздравляю с открытием Института восточных языков, которому желаю процветания и постепенного развития в полный политехникум. Матюнин»2. Под политехникумом в дореволюционной России подразумевалось высшее техническое учебное заведение, имевшее несколько направлений в подготовке специалистов.

Из телеграммы С.Ю. Витте, занимавшего в то время пост министра финансов: «…Благоволите передать директору, профессорам и всему составу нового рассадника высшего образования мои наилучшие пожелания и выражение уверенности, что Владивостокский институт даст России полезных деятелей, преданных русскому делу на Дальнем Востоке, и этим послужит к дальнейшему упрочению мирных сношений России со странами Восточной Азии на поприщах науки, торговли и промышленности»3.

Первый набор Восточного института составил 26 студентов, из которых четверо были вольнослушателями. Малочисленным был поначалу и преподавательский состав – восемь человек. Но в последующие годы наблюдался значительный рост числа студентов: 142 человека в 1915 г., 163 – в 1918 г.4 Обучение продолжалось четыре года. Со второго курса студенты распределялись по отделениям: китайско-японское, китайско-корейское, китайско-монгольское и китайско-маньчжурское. Учеба в Восточном институте считалась престижной и открывала хорошие перспективы для карьеры. Помимо глубокого изучения языков (обязательных для всех китайского и английского плюс один из восточных языков по выбору), географии, истории и этнографии Китая, Кореи, Японии студенты слушали лекции по политической экономии, коммерческой географии Восточной Азии, торгово-промышленной деятельности Китая, Японии, Кореи, Витте С.Ю. Избранные воспоминания. 1849–1911 гг.: в 2 т. Т. 1. – М.: Терра, 1997. – С. 59.

История Дальневосточного государственного университета в документах и материалах. 1899–1939. – Владивосток, 1999. – С. 29.

Дальневосточный государственный университет. История и современность. – Владивосток, 1999. – С. 14, 46, 49.

Монголии и Маньчжурии, международному праву, основам гражданского и торгового права и судопроизводства, счетоводству, товароведению.

Полного университетского образования Восточный институт все же не давал. Чтобы получить ученую степень, требовалось дополнительно пройти университетский курс, сдав соответствующие экзамены. Тем не менее, роль первому дальневосточному вузу отводилась значительная: «Призванный служить России чисто практическим познанием Дальнего Востока во всех деталях его своеобразной жизни, начиная с трудом усвояемых языков и кончая самыми сложными проявлениями вековой самобытной культуры дальневосточных стран, Восточный институт, по действующему о нем Положению, должен выполнять единственную в своем роде по сложности и трудности задачу в деле подготовки надлежащего кадра вооруженных обширными знаниями практических деятелей для поддержания и усиления русского могущества на Дальнем Востоке»1.

«Мы твердо веруем, – отмечал Позднеев, – что минуют годы, и практическое изучение Востока, равно как и практическая наука вообще, разовьется у нас так широко и достигнет того же совершенства, в каком видим мы теперь отвлеченную науку; что эти практические науки и знания в самом непродолжительном времени выработают свои особенные приемы исследования…. В настоящую пору мы переживаем знаменательнейший в нашей общественной жизни момент, когда Россия только что принимается за труднейшую задачу – кооперацию своего народного гения с формами производительного труда»2.

Задачи института определяли и требования, предъявляемые к преподавателям: они должны были обладать обширной практической подготовкой. Директору Восточного института А.М. Позднееву принадлежат и такие слова: «О чем бы ни пришлось говорить профессору, всюду предстанет ему масса вопросов, разрешить которые он будет не в состоянии за полной неисследованностью их во всей современной европейской литературе. Помимо сего, при желании видеть лекции наших профессоров действительно соответствующими задачам заведения, необходимо, чтобы сами профессора стояли как можно ближе к современности»3. Не случайно в 1900 г. на кафедры японской и корейской словесности были приглашены Е.Г. Спальвин, проживший в Японии два года, и вернувшийся из Кореи Г.В. Подставин – первые в России специалисты по данным разделам востоковедения, получившие практическую подготовку в изучаемых странах4. В 1902 г. в Восточном институте стал преподавать монголовед Г.Ц. Цыбиков, проживший полтора года в Тибете. Уже в январе 1903 г. царским указом лектору Цыбикову был назначен оклад профессора (2000 руб. в год) – «с учетом глубоРудаков А.В. Докладная записка о назревших нуждах Восточного института в связи с вопросом о его реорганизации : задачи и деятельность. – Владивосток: Изд. Вост.

ин-та, 1916. – С. 1.

Основание Восточного института в г. Владивостоке и торжественный акт его открытия // Изв. Вост. ин-та. – 1900. – Т. 1. – С. 76–77.

Цит. по: Дальневосточный государственный университет… – С. 15.

кого изучения в Монголии и Тибете языков и жизни в виде исключения без ученой степени»1.

Для практического изучения языков все преподаватели Восточного института периодически посещали страну изучения, для чего казна выделяла институту ежегодно 2 тыс. руб.2 В 1902 г., например, Конференция Восточного института командировала в Японию выпускника факультета восточных языков С.-Петербургского университета Н.В. Кюнера, чтобы затем использовать его как профессора кафедры историко-географических наук. Ему вменялось в обязанность практическое ознакомление с Японией, знакомство с выдающимися в историческом и коммерческом отношении пунктами, посещение лекций по истории Японии в Токийском университете и т.д. В 1906 г. с подобной целью – «для ученых занятий» – был командирован в Китай исполнявший должность профессора А.В. Рудаков.

Командировки в изучаемые страны могли совершать не только преподаватели, но и студенты – во время летних каникул. Так, в 1901 г. группу студентов из пяти человек с профессорами Позднеевым, Рудаковым и Спальвиным командировали в Мукден – для изучения архива и библиотеки «со множеством кит[айских], монг[ольских] и маньч[журских] рукописей», которые оказались брошенными после Боксерского восстания в Китае3. В 1903 г. 12 студентов были командированы в различные города Китая, двое – в Японию, трое – в Корею. В 1908 г. в каникулярные командировки в страны Дальнего Востока были направлены уже 23 студента. Приучая своих питомцев к самостоятельной работе и исследованиям, руководители этих групп главной задачей считали «преподать студентам способы производства научных работ, научить их разбираться в собранных материалах, анализировать приобретенные сведения, относиться критически к своей работе, задумываться над решением само собой возникающих вопросов…»4.

Для студентов Восточного института близкое знакомство со странами Юго-Восточной Азии имело особое значение еще и потому, что после выпуска им предстояло работать или на их территории, или в тесном общении с представителями этих стран, и для этого одних лишь языковых знаний было недостаточно. Да и среди задач, ставившихся перед студентами во время летних командировок, была не только языковая практика, но и изучение истории, быта, особенностей торгово-промышленного развития соседних стран. Так, Н. Кибардин, слушатель 3-го курса Восточного института, отчитываясь о летней практике, писал: «В прошлое лето (1902 г.) я был командирован в г. Харбин, где и прожил все лето, исполняя должность контролера поездов. В свободное от службы время я занимался изучением китайского языка, как разговорного, так и литературного, знакомился с городом Харбин и его окрестностями, изучая быт и промышленность его обитателей. Как результат изучения быта и промышленности обиРГИА. Ф. 744. Оп. 1. Д. 196. Л. 70–72.

Дальневосточный государственный университет… – С. 15.

РГИА. Ф. 744. Оп. 1. Д. 176. Л. 49–50.

Цит. по: Дальневосточный государственный университет… – С. 26.

тателей г. Харбина был подан мною инспектору г. Подставину отчет на тему “Харбин как русский торгово-промышленный пункт”»1.

Отчеты, которые составляли по результатам поездок все студенты, нередко носили исследовательский характер. Среди лучших отчетов в свое время были признаны «Дневник путешествия от Цуруги до Ниигаты» П.Я. Васкевича, который во время командировки занимался обследованием прибрежной полосы и морских портов Японии в коммерческом, промышленном и бытовом отношениях, К.И. Дмитриева «Северо-Китайская железная дорога» и В.И. Надарова «Фузанская железная дорога», удостоенные серебряных медалей2. Повышенное внимание, которое уделялось в Восточном институте практическому изучению дисциплин и приобретению студентами навыков самостоятельной исследовательской работы, сыграло огромную роль в дальнейшем при создании новых вузов, став основным принципом обучения техническим специальностям.

По многим дисциплинам, изучаемым студентами Восточного института, не существовало никаких учебников и пособий, потому что преподавание их начиналось впервые. Программы преподавания отдельных курсов – обозрений, как тогда называли, – составлялись профессорами по ходу занятий. При этом неизменно соблюдался принцип подготовки студентов к практическому применению знания изучаемого языка. Так, в хрестоматии по восточным языкам помимо образцов разговорной и литературной речи обязательно вставлялись примеры частной переписки, текстов официальных бумаг дипломатического, административного, гражданского и уголовного делопроизводства, формы различных коммерческих актов и торговой корреспонденции.

Наряду с преподаванием языков профессора Восточного института Е.Г. Спальвин, Г.В. Подставин, А.В. Рудаков и другие разрабатывали курсы по экономике, истории, географии изучаемых стран, другим дисциплинам. Так, кореевед Подставин за первые три года преподавания помимо руководства по изучению современного делового корейского языка и хрестоматии современного книжного языка составил сборник документов по экономической тематике, а также разработал для студентов отдельные части «Свода законов Корейского государства», снабдив их своим комментарием3. Всего же в течение первых четырех лет преподавателями института было подготовлено около 60 учебников и учебных пособий, причем, учебники Позднеева, Шмидта, Спальвина стали применяться и на факультете восточных языков С.-Петербургского университета.

Об этом говорилось 15 мая 1903 г. на торжественном заседании, посвященном первому выпуску студентов: «Для людей, знакомых с программами высших ориентальных учебных заведений в Европе, будет совершенно понятно, что не только такие дисциплины, как японская и корейская словесность, никогда не бывшие доселе предметом научного изучения в России, но даже решительно Отчет Н. Кибардина // История Дальневост. гос. ун-та в докум. и материалах… – С. 76.

Дальневосточный государственный университет… – С. 27.

Протоколы Конференции Восточного института. Заседание 28 января 1892 г. // Изв. Вост. ин-та. – 1902. – Т. 3. Вып. 5. – С. 164.

и все прочие предметы получали у нас для себя такую постановку, при которой ознакомление с ними не имело доселе никаких пособий»1.

В дальнейшем подготовка и издание учебных материалов для студентов продолжились. Так, профессор-тибетолог Цыбиков напечатал пособия для изучения тибетского и монгольского языков. Н.И. Кохановский, читавший студентам курсы юридических и экономических наук, издал «Краткое обозрение системы мер и денег в Китае» (Владивосток, 1909. – 9 с.), а также свои лекции по политической экономии, прочитанные в Восточном институте в 1912 г. (Владивосток: Тип. Вост. ин-та, 1913. – 225 с.). Это стремление преподавателей перенести лекции на бумагу, а также наличие в Восточном институте собственной типографии, открывшейся в 1908 г., в дальнейшем в значительной степени способствовало обеспечению студентов русских дальневосточных вузов учебниками и учебными пособиями.

Особую категорию слушателей Восточного института составляли офицеры Приамурского военного округа, командированные для изучения языков военным начальством. Они проходили полный институтский курс и получали дополнительно к военной профессии квалификацию военного переводчика2. В первый год в Восточном институте учились три офицера Приамурского военного округа, затем это число увеличилось до семи3. В 1902–1903 гг. дирекция ходатайствовала о приеме в институт офицеров всех родов войск, полагая, что это будет способствовать поднятию общего уровня научной подготовки лиц, поступающих в институт. С начала 1905/06 учебного года прием офицеров увеличился до 20 человек.

Обучению офицеров в Восточном институте не помешали некоторые разногласия, которые возникали между студентами и офицерами, и последовавшее распоряжение военного ведомства о прекращении набора офицеров в 1909 г. Так как потребность в дополнительном обучении военнослужащих оставалась высокой, в 1910 г. 12 офицеров от Приамурского и Иркутского военных округов все же были приняты в институт для изучения восточных языков на 8-месячный курс4. Всего в период 1899–1909 гг. в Восточном институте в качестве штатных слушателей и вольнослушателей проходили обучение около 140 офицеров всех родов войск и флота, из них 104 человека окончили полный учебный курс, а трое – прослушали полный курс вуза5.

Революционные настроения части студентов первых лет ХХ века нередко мешали работе института. Так, осенью 1907 г. на сходке в общежитии решался вопрос, начинать или не начинать занятия в Восточном институте. Большинство студентов все же проголосовало за начало учебы. «На одной из первых же лекций, – вспоминал И.Г. Баранов, – проф[ессор] П.П. Шмидт говорил нам, первокурсникам, что в России высших учебных заведений мало, не нужно и думать Цит. по: Дальневосточный государственный университет… – С. 19.

РГВИА. Ф. 400. Оп. 1. Д. 3723. Л. 83–84 об.

РГИА. Ф. 744. Оп. 1. Д. 179. Л. 81–82 об.

РГВИА. Ф. 400. Оп. 1. Д. 3723. Л. 80–82.

Дальневосточный государственный университет… – С. 32.

о закрытии их, а следует открывать новые высшие школы. Как бы ни был плох преподаватель высшей школы, он все же в состоянии указать хорошие учебные пособия по своему предмету. Окончившие Восточный институт в материальном отношении устраиваются очень хорошо. Конечно, у кого нет желания изучать восточные языки, с их иероглификой, тому лучше не поступать в институт. Кому захочется всю жизнь иметь дело с иероглифами, к изучению которых нет никакого влечения? Такие слова говорились как отголосок на рассуждения некоторых студентов о том, что Восточный институт следует закрыть»1.

Примеры трудоустройства выпускников позволяют сделать вывод о том, что Восточный институт давал своим студентам не только языковую подготовку, а гораздо более широкое образование, позволявшее найти применение своим знаниям в самых различных сферах деятельности. Выбирая работу, связанную с производством, коммерцией, административной деятельностью, выпускникивосточники, как правило, добивались успехов. Так, К.И. Дмитриев занимал пост секретаря правления Русско-Китайского (Русско-Азиатского) банка, М.К. Константинов был начальником Русской почтовой конторы в Пекине, С.В. Афанасьев – помощником военного агента в Тяньцзине2. В.Ф. Руденко после непродолжительной работы в Министерстве торговли и промышленности в СанктПетербурге вернулся на Дальний Восток и служил крестьянским начальником в Приамурье. Переехав после Октябрьской революции в Харбин, он устроился сначала в коммерческой части управления КВЖД, а затем в управлении Китайско-Чаньчуньской железной дороги3.

Крупным специалистом в области рыболовства стал М.С. Алексин, окончивший Восточный институт в 1909 г. и написавший выпускную работу на тему «Трепанг, его промышленное значение» по своим наблюдениям и японским источникам. Позднее эта работа была напечатана (Алексин М.С. Рыбные промыслы Дальнего Востока. Трепанг [Stichopus japonicus Selenka], его промышленное значение. – СПб.: Тип. В.Ф. Киршбаума, 1912. – 60 с.: 17 ил.). После окончания института Алексин занимал ответственные должности: был главным управляющим компании крупного дальневосточного рыбопромышленника М.М. Люри, смотрителем рыболовства Николаевского-на-Амуре рыбопромышленного района, ревизором Приамурского управления государственных имуществ, управляющим рыбными промыслами Дальнего Востока. Своей деятельностью на этих постах Алексин внес вклад в развитие рыбодобывающей отрасли в регионе.

Из отчета Восточного института известно, что около 20% студентов первых пяти выпусков (всего за эти годы институт выпустил 64 человека) смогли устроиться на службу в Министерство иностранных дел, из них семеро служили Баранов И.Г. Четыре года в Восточном институте: 1907–1911 (Из личных воспоминаний) // Архив Петербургского отделения Института востоковедения РАН. Ф. 96.

Оп. 1. Д. 83. Б.л. (Рукопись).

Болотина О.П. Страницы истории востоковедения в ДВГТУ // Очерки ист.

высш. школы Владивостока. Вып. 2. – Владивосток, 1996. – С. 16.

Баранов И.Г. Четыре года в Восточном институте… Б.л.

в дипломатических и консульских учреждениях в странах Дальнего Востока. выпускников стали чиновниками в административных центрах Восточной Сибири, шестеро – служащими Русско-Китайского (Русско-Азиатского) банка, семеро занялись преподаванием, еще четверо – журналистикой1. Но подавляющее большинство первых выпускников Восточного института (19 человек) стали работать на КВЖД (В.П. Шкуркин, В.И. Надаров, Б.И. Воблый и т.д.)2. Некоторые из них занимались исследовательской работой, способствуя расширению знаний о Китае, а также по совместительству преподавали в учебных заведениях Харбина. Сохраняя связь с Владивостоком и родным институтом, они переносили на китайскую почву российские традиции в области образования.

Тем не менее, трудоустройство выпускников Восточного института подвергалось в те годы немалой критике. Современники вспоминали, что с окончившими курс института не велось никаких бесед об их будущей деятельности, им обычно не поступало никаких предложений относительно места службы. По сути дела выпускники были вынуждены самостоятельно подыскивать место для дальнейшего приложения сил. Газета «Русские ведомости», корреспондент которой побывал во Владивостоке, писала, что «Восточный институт – большая машина, которая работает на холостом ходу»3. Имелось в виду, что после окончания института многие востоковеды превращались в обыкновенных чиновников с дипломами высшей школы. Газета заключала, что правительство не заботится о наилучшем применении знаний востоковедов для пользы государства.

В 1906 г. Конференция Восточного института поставила перед Министерством образования вопрос о реорганизации учебного процесса, целью которой должно было стать улучшение подготовки выпускников. Предполагалось ввести более точную специализацию – как в отношении языков, так и других наук, создать группы для изучения юридических и коммерческих наук и предоставить студентам право более свободного выбора предметов изучения. По сути дела речь шла о преобразовании Восточного института в многопрофильный вуз или университет. Тогда предложения института остались без внимания правительства, которое было озабочено проблемами, связанными с Русско-японской войной, но спустя несколько лет именно это обстоятельство стало способствовать зарождению на Дальнем Востоке России высшего технического образования.

Поражение в Русско-японской войне заставило российское правительство пересмотреть отношение к дальневосточным окраинам империи. Созданный в 1909 г. Комитет по заселению Дальнего Востока подготовил и начал осуществлять программу мер, направленных на развитие этой обширной территории.

Экономическое состояние региона в этот период определялось в основном эксплуатацией богатых природных ресурсов: добычей золота, каменного угля, цинковой, серебро-свинцовой и других руд, леса, рыбы, пушнины. Наибольшее значение имели золото и уголь. Среднегодовая добыча золота – в основном на приИзвестия Восточного института. – Владивосток, 1910. – Т. 35. Прил. 1. – С.32.

Бакич О. Дальневосточный архив Павла Васильевича Шкуркина: предвар. оп. – 2-е изд. – San-Pablo (США), 1997. – С. 122: ил.

Цит. по: Баранов И.Г. Четыре года в Восточном институте…Б.л..

исках Амурской и Приморской областей – составляла 43–45% общероссийской.

Несмотря на то, что золото на Дальнем Востоке начали добывать раньше других полезных ископаемых (с 1868), эта отрасль находилась в зачаточном состоянии:

добывалось почти исключительно россыпное золото. Рудничная разработка велась лишь в самых незначительных размерах в Южно-Уссурийском крае, причем вырабатывались лишь слои с богатым содержанием драгоценного металла1.

Разработка угля в начале ХХ века велась в Приморье и на Сахалине.

Наиболее перспективными считались Сучанские каменноугольные копи, на которых вырабатывался уголь лучшего качества. Они заработали в полную силу после 1908 г., когда завершилось строительство железнодорожной ветки Сучан – Владивосток, облегчавшей транспортировку угля2. Сдерживающим фактором для развития угольной промышленности была конкуренция дешевого иностранного угля: ежегодно в Приморье ввозилось несколько миллионов пудов угля из Японии, Китая и Германии3. Добыча остальных полезных ископаемых в регионе в начале века только начиналась и потому была незначительной.

При наличии огромных природных богатств возрастала роль практической геологии, т.е. оценки месторождений на основе их изучения, а также горной инженерии. Между тем, геологи и горные инженеры на золотых приисках чаще всего отсутствовали: «золотопромышленники обходились без науки, без геологии – своими средствами, думая только о хороших ценах да о хорошем сбыте своего товара»4. На крайне низком уровне оставалась и механизация горных работ. 90% золота в начале ХХ века добывалось без применения техники5.

Выемка угля также производилась ручными орудиями труда. Только на Тавричанке и Зыбунных копях, наиболее крупных шахтах того времени, существовал механический подъем угля при помощи паровых лебедок, а в шахтах существовала конная откатка6.

Вместе с тем, в отдельных золотодобывающих и угледобывающих районах уже стала заметной тенденция к техническому перевооружению отрасли.

Так, в Приморском горном округе с 1911 по 1914 гг. объем золота, добываемого с помощью механизмов, возрос в 1,8 раз7. Шел процесс механизации производства и при добыче угля: на крупных шахтах стали появляться мощные углеподъемники, паровые лебедки, искусственная вентиляция, электрическое освещение Приамурье: факты, цифры, наблюдения… – С. 608; История Дальнего Востока СССР в эпоху феодализма и капитализма (XVII в. – февраль 1917 г.) / отв. ред.

А.И. Крушанов. – М., 1991. – С. 111–112.

Приамурье: факты, цифры, наблюдения… – С. 609.

История Дальнего Востока СССР в эпоху феодализма и капитализма… – С. 312.

Цит. по: Приамурье: факты, цифры, наблюдения… – С. 585.

Быков В.Т. Дальневосточный университет и его роль в изучении природных ресурсов и развитии производительных сил Дальнего Востока // Материалы встречи (1972 г.) выпускников ГДУ – ДВПИ 20–30-х гг.: рукоп. – Б.с.

Галлямова Л.И. Дальневосточные рабочие России во второй половине XIX – начале ХХ в. – Владивосток, 2000. – С. 71.

и пр. На Сучанском руднике были построены углепромывочная и обогатительная фабрики. Большое внимание на техническое обустройство производства обращали владельцы акционерного общества «Тетюхе», крупнейшего предприятия по добыче цветных руд, в котором основная часть акцией принадлежала Ю. Бринеру и немецкому капиталисту А. Гиршу. В частности, была проложена узкоколейка от рудников до пристани, устроена подвесная дорога, к 1914 г. построена обогатительная фабрика1.

Важное место в экономике региона занимала добыча рыбы и морепродуктов. Улов рыбы в дальневосточных водах составлял 14–15% общероссийской добычи и в денежном выражении достигал 35 млн. руб. Если в самом начале XIX века господствующие позиции в отрасли принадлежали японскому капиталу и крупных отечественных рыбопромысловых предприятий было мало, то после принятия правительством в 1909–1911 гг. ряда мер, призванных стимулировать развитие отечественного рыболовства, русский промысел стал укрепляться.

К 1914 г. в руках отечественных предпринимателей находилось более половины промысловых участков, дававших свыше 60% улова рыбы. Улучшалось и техническое оснащение рыбопромышленной отрасли: совершенствовались орудия лова и методы обработки рыбы, обустраивалась инфраструктура. На крупных промыслах сооружались рефрижераторы, строились рыборазводные, лесопильные и кирпичные заводы. В 1910 г. на Камчатке фирмой Г.Ф. Демби был построен первый русский рыбоконсервный завод. Он был оснащен оборудованием, закупленным в Германии, обслуживали его иностранные специалисты: инженердатчанин, квалифицированные рабочие-японцы, директор-норвежец2.

Быстрыми темпами развивалось в регионе и транспортное сообщение.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |
 
Похожие работы:

«А. А. СЛЕЗИН МОЛОДЕЖЬ И ВЛАСТЬ Из истории молодежного движения в Центральном Черноземье 1921 - 1929 гг. Издательство ТГТУ • • Министерство образования Российской Федерации Тамбовский государственный технический университет А. А. СЛЕЗИН МОЛОДЕЖЬ И ВЛАСТЬ Из истории молодежного движения в Центральном Черноземье 1921 - 1929 гг. Тамбов Издательство ТГТУ • • 2002 ББК Т3(2)714 С-472 Утверждено Ученым советом университета Рецензенты: Доктор исторических наук, профессор В. К. Криворученко; Доктор...»

«Центр проблемного анализа и государственноуправленческого проектирования А.В. Кашепов, С.С. Сулакшин, А.С. Малчинов Рынок труда: проблемы и решения Москва Научный эксперт 2008 УДК 331.5(470+571) ББК 65.240(2Рос) К 31 Кашепов А.В., Сулакшин С.С., Малчинов А.С. К 31 Рынок труда: проблемы и решения. Монография. — М.: Научный эксперт, 2008. — 232 с. ISBN 978-5-91290-023-5 В монографии представлены результаты исследования по актуальным проблемам рынка труда в Российской Федерации. Оценена...»

«УЧРЕЖДЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК ИНСТИТУТ ВОДНЫХ И ЭКОЛОГИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМ СИБИРСКОГО ОТДЕЛЕНИЯ РАН Ледовые процессы и явления на реках и водохранилищах Методы математического моделирования и опыт их реализации для практических целей (обзор современного состояния проблемы) БАРНАУЛ 2009 УДК 556.124.001.57 ББК 26.222 ISBN-978-5-904014-04-9 Рецензент: доктор физико-математических наук В.А. Шлычков Бузин В.А., Зиновьев А.Т. Ледовые процессы и явления на реках и водохранилищах. Методы...»

«Н.А. Ярославцев О существовании многоуровневых ячеистых энергоинформационных структур Невидимое пространство в материальных проявлениях Омск - 2005 1 Рекомендовано к публикации ББК 28.081 решением научно-методического УДК 577.4 семинара химико-биологического Я 80 факультета Омского государственного педагогического университета от 05.04.2004 г., протокол №3 Я 80 Н.А. Ярославцев. О существовании многоуровневых ячеистых энергоинформационных структур. Монография – Омск: Полиграфический центр КАН,...»

«Федеральное агентство по образованию ГОУ ВПО Иркутский государственный университет Н. В. Задонина, К. Г. Леви ХРОНОЛОГИЯ ПРИРОДНЫХ И СОЦИАЛЬНЫХ ФЕНОМЕНОВ В СИБИРИ И МОНГОЛИИ Монография 1 УДК 316.334.5 ББК 55.03 З–15 Печатается по решению редакционно-издательского совета Иркутского государственного университета и ученого совета Института земной коры СО РАН Рецензенты: д-р геол.-минерал. наук, проф. В. С. Имаев д-р геол.-минерал. наук, проф. Р. М. Семенов Ответственный редактор: д-р физ.-мат....»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Сибирское отделение Институт водных и экологических проблем СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ ВОДНЫХ РЕСУРСОВ И ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ВОДОХОЗЯЙСТВЕННОГО КОМПЛЕКСА БАССЕЙНА ОБИ И ИРТЫША Ответственные редакторы: д-р геогр. наук Ю.И. Винокуров, д-р биол.наук А.В. Пузанов, канд. биол. наук Д.М. Безматерных Новосибирск Издательство Сибирского отделения Российской академии наук 2012 УДК 556 (571.1/5) ББК 26.22 (2Р5) С56 Современное состояние водных ресурсов и функционирование...»

«М.В. СОКОЛОВ, А.С. КЛИНКОВ, П.С. БЕЛЯЕВ, В.Г. ОДНОЛЬКО ПРОЕКТИРОВАНИЕ ЭКСТРУЗИОННЫХ МАШИН С УЧЕТОМ КАЧЕСТВА РЕЗИНОТЕХНИЧЕСКИХ ИЗДЕЛИЙ МОСКВА ИЗДАТЕЛЬСТВО МАШИНОСТРОЕНИЕ-1 2007 УДК 621.929.3 ББК Л710.514 П791 Р е ц е н з е н т ы: Заведующий кафедрой Основы конструирования оборудования Московского государственного университета инженерной экологии доктор технических наук, профессор В.С. Ким Заместитель директора ОАО НИИРТМаш кандидат технических наук В.Н. Шашков П791 Проектирование экструзионных...»

«Перечень научных монографий в ЭБС КнигаФонд по состоянию на 29 мая 2013 Год п/п Наименование книги Авторы Издательство ББК ISBN выпуска Кучеров И.И., Административная ответственность за нарушения Шереметьев законодательства о налогах и сборах И.И. Юриспруденция ISBN-5-9516-0208- 1 2010 67. Актуальные вопросы производства предварительного расследования по делам о невозвращении из-за границы средств в иностранной валюте Слепухин С.Н. Юриспруденция ISBN-5-9516-0187- 2 2005 67. Вещные права на...»

«С.И. ШУМЕЙКО ИЗВЕСТКОВЫМ НАНОПЛАНКТОН МЕЗОЗОЯ ЕВРОПЕЙСКОЙ ЧАСТИ СССР А К А Д Е М И Я Н А У К СССР ПАЛЕОНТОЛОГИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ Н АУЧНЫЙ СОВЕТ ПО П РО Б Л Е М Е ПУТИ И ЗАКОНОМЕРНОСТИ ИСТОРИЧЕСКОГО РАЗВИ ТИ Я Ж И В О Т Н Ы Х И Р А С Т И Т Е Л Ь Н Ы Х ОРГАНИЗМОВ A C A D E M Y OF S C I E N C E S OF T H E U S S R PALEONTOLOGICAL INSTITU TE SCIENTIFIC COUNCIL ON TH E PROBLEM EVOLUTIONARY TREN D S AND PA T T E R N S OF ANIMAL AND P L A N T...»

«Олег Кузнецов Дорога на Гюлистан.: ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УХАБАМ ИСТОРИИ Рецензия на книгу О. Р. Айрапетова, М. А. Волхонского, В. М. Муханова Дорога на Гюлистан. (Из истории российской политики на Кавказе во второй половине XVIII — первой четверти XIX в.) Москва — 2014 УДК 94(4) ББК 63.3(2)613 К 89 К 89 Кузнецов О. Ю. Дорога на Гюлистан.: путешествие по ухабам истории (рецензия на книгу О. Р. Айрапетова, М. А. Волхонского, В. М. Муханова Дорога на Гюлистан. (Из истории российской политики на Кавказе...»

«Продукция с пантогематогеном: www.argo-shop.com.ua/catalog_total.php?id_cot=11 Научная библиотека Компании АРГО Продукция с пантогематогеном: www.argo-shop.com.ua/catalog_total.php?id_cot=11 Продукция с пантогематогеном: www.argo-shop.com.ua/catalog_total.php?id_cot=11 Н.И. Суслов Ю.Г. Гурьянов ПРОДУКЦИЯ НА ОСНОВЕ ПАНТОГЕМАТОГЕНА механизмы действия и особенности применения издание 2-е Новосибирск 2008 Продукция с пантогематогеном: www.argo-shop.com.ua/catalog_total.php?id_cot= УДК ББК P C...»

«камско-вятского региона региона н.и. шутова, в.и. капитонов, л.е. кириллова, т.и. останина историко-культурны ландшафткамско-вятского йландшафт историко-культурны историко-культурный й ландшафт ландшафт камско-вятского камско-вятского региона региона РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК УРАЛЬСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ УДМУРТСКИЙ ИНСТИТУТ ИСТОРИИ, ЯЗЫКА И ЛИТЕРАТУРЫ Н.И. Шутова, В.И. Капитонов, Л.Е. Кириллова, Т.И. Останина ИсторИко-культурн ый ландшафт камско-Вятского регИона Ижевск УДК 94(470.51)+39(470.51) ББК...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАШМ И НАУКИ РОСаШСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ВОРОНЕЖСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСТОЙ УНИВЕРСИТЕТ Т.М. ХУДЯКОВА, Д.В. ЖИДКМХ ТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ ОРГШ ИЗАЦИЯ ПИЩЕВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ Монография ВОРОНЕЖ Воронежский госуларствевный педагогический уюяерснтет 2012 УДК 338:91 ББК 65.04 Х98 Рецензенты: доктор географических наук, профессор В. М. Смольянинов; доктор...»

«Российская Академия Наук Институт философии СОЦИАЛЬНОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ В ЭПОХУ КУЛЬТУРНЫХ ТРАНСФОРМАЦИЙ Москва 2008 УДК 300.562 ББК 15.56 С–69 Ответственный редактор доктор филос. наук В.М. Розин Рецензенты доктор филос. наук А.А. Воронин кандидат техн. наук Д.В. Реут Социальное проектирование в эпоху культурных трансС–69 формаций [Текст] / Рос. акад. наук, Ин-т философии ; Отв. ред. В.М. Розин. – М. : ИФРАН, 2008. – 267 с. ; 20 см. – 500 экз. – ISBN 978-5-9540-0105-1. В книге представлены...»

«Сергей Павлович МИРОНОВ доктор медицинских наук, профессор, академик РАН и РАМН, заслуженный деятель науки РФ, лауреат Государственной премии и премии Правительства РФ, директор Центрального института травматологии и ортопедии им. Н.Н. Приорова Евгений Шалвович ЛОМТАТИДЗЕ доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой травматологии, ортопедии и военно-полевой хирургии Волгоградского государственного медицинского университета Михаил Борисович ЦЫКУНОВ доктор медицинских наук, профессор,...»

«В.М. Фокин ТЕПЛОГЕНЕРАТОРЫ КОТЕЛЬНЫХ МОСКВА ИЗДАТЕЛЬСТВО МАШИНОСТРОЕНИЕ-1 2005 В.М. Фокин ТЕПЛОГЕНЕРАТОРЫ КОТЕЛЬНЫХ МОСКВА ИЗДАТЕЛЬСТВО МАШИНОСТРОЕНИЕ-1 2005 УДК 621.182 ББК 31.361 Ф75 Рецензент Доктор технических наук, профессор Волгоградского государственного технического университета В.И. Игонин Фокин В.М. Ф75 Теплогенераторы котельных. М.: Издательство Машиностроение-1, 2005. 160 с. Рассмотрены вопросы устройства и работы паровых и водогрейных теплогенераторов. Приведен обзор топочных и...»

«RUSSIAN ACADEMY OF SCIENCES INSTITUTE FOR THE HISTORY OF MATERIAL CULTURE PROCEEDINGS. VOL. XVII M. V. Malevskaya-Malevich SOUTHWEST RUSSIAN TOWNS CERAMIK of 10th — 13thcenturies St.-Petersburg Institute of History RAS Nestor-lstoriya Publishers St.-Petersburg 2005 РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ИСТОРИИ МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ ТРУДЫ. Т. XVII М. В. Малевская-Малевич КЕРАМИКА ЗАПАДНОРУССКИХ ГОРОДОВ Х-ХІІІ вв. Издательство СПбИИ РАН Нестор-История Санкт-Петербург УДК 930.26:738(Р47)09/12 ББК...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Тамбовский государственный технический университет Н.И. САТАЛКИНА, С.И. ДВОРЕЦКИЙ, М.Н. КРАСНЯНСКИЙ, В.Е. ГАЛЫГИН, В.П. ТАРОВ, Т.В. ПАСЬКО, Г.И. ТЕРЕХОВА КОММЕРЦИАЛИЗАЦИЯ РЕЗУЛЬТАТОВ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ НАУЧНЫХ И ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ: СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ Рекомендовано научно-техническим советом университета в...»

«НЕПРЕРЫВНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ – СТИМУЛ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ И ФАКТОР СОЦИАЛЬНОЭКОНОМИЧЕСКИХ НЕРАВЕНСТВ РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ СОЦИОЛОГИИ МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФГАНУ ЦЕНТР СОЦИОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ Г. А. Ключарев, Д. В. Диденко,   Ю. В. Латов, Н. В. Латова НЕПРЕРЫВНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ – СТИМУЛ  ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ   И ФАКТОР СОЦИАЛЬНОЭКОНОМИЧЕСКИХ НЕРАВЕНСТВ Москва • 2014 RUSSIAN ACADEMY OF SCIENCES INSTITUTE OF SOCIOLOGY MINISTRY OF EDUCATION AND SCIENCE...»

«Министерство образования Российской Федерации Московский государственный университет леса И.С. Мелехов ЛЕСОВОДСТВО Учебник Издание второе, дополненное и исправленное Допущено Министерством образования Российской Федерации в качестве учеб­ ника для студентов высших учебных за­ ведений, обучающихся по специально­ сти Лесное хозяйство направления подготовки дипломированных специали­ стов Лесное хозяйство и ландшафтное строительство Издательство Московского государственного университета леса Москва...»






 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.