WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

«НА ПУТИ К ПРЕСТУПЛЕНИЮ: девиантное поведение подростков и риски взросления в современной России: (ОПЫТ СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА) Москва - Краснодар 2012 УДК 316.624 – 053.6 (075.8) ББК 88.5 ...»

-- [ Страница 3 ] --

Следующий достаточно нестандартный вид опроса - анкетирование родителей на тему «бесед с подростками». Главное внимание в «беседах» родители уделяют социальному ориентированию ребенка: учебе (78%), продолжению образования и будущей работе (44%). Друзьям-подругам и досугу – 42%. Каждый пятый респондент указал, что им случается говорить с подростком о «работе по дому». Мы предполагаем, что эти «беседы» часто обусловлены конфликтом между требованиями родителей и послушанием подростка. Из своих предыдущих исследований мы знаем, что «работа по дому»

зачастую выполняется самими матерями либо младшими школьниками. Чем старше дети в семье, тем меньше у них обязанностей по бытовому обслуживанию в семье. Это обстоятельство упоминается здесь в связи с тем, что отражает важный аспект взросления подростка: он практически мало участвует в жизни семьи на правах активного действующего лица, чаще всего он выступает потребителем семейных ресурсов. Последнее место по «популярности» бесед родителей с детьми занимает «скользкая» тематика сексуальных отношений. Только 15% родителей указали, что решаются говорить на эти темы. Однако, значимое место в беседах занимают разговоры о вредных привычках – 39%. Уточняющие вопросы подтвердили наше предположение, что «беседы» о вредных привычках ведутся преимущественно о последствиях употребления табака (74%), алкоголя (70%) и наркотиков (59%).

2.3.4 Семейный контроль как основа профилактики вредных привычек Как мы выяснили, родители охотно беседуют с подростками о последствиях употребления алкоголя, табака и наркотиков. Естественно, эти беседы носят профилактический характер. Прямой и косвенный родительский контроль так же призван защитить подростка от этой угрозы. Следовательно, имеет смысл изучить, насколько эффективны эти меры.

В своих беседах с детьми родители транслируют в основном медицинский аспект заботы о здоровье «впрок», «на всякий случай». Сравнение данных опроса школьников и родителей, однако, показывает, что родители знают о незначительной части девиантных проявлений в поведении своего ребенка. Они последними (даже после учителя, перед которым проходит за день огромное число детских лиц) узнают о приобщении подростка к наркотикам. Они не всегда знают об алкогольных привычках своего ребенка. Подростки выстраивают психологическую защиту против нотации в пользу здоровья. Согласно нашим данным, большинство из них уверены, что смогут вовремя отказаться от опасной привычки. Защитные силы возраста позволяют подросткам надеяться на лучшее – если другой заболел, это вовсе не значит, что ему будет так же плохо. Наконец известно, что и взрослые в своей жизни мало или редко руководствуются соображениями здоровья. Ценность здоровья не на словах, а на деле проявляется в жизни людей заметнее всего с возрастом. Для подростка, живущего сегодняшним днем – это дальняя перспектива, о которой он и не может задумываться. Часть родителей в разговорах с ребенком вообще не касаются тем о вреде употребления психоактивных веществ. Происходит это в трёх случаях, которые характеризуются различными мотивами поведения родителей:

избегание. Такие респонденты указывают: «с моим ребенком этого не случится», «с ними достаточно в школе разговаривают об этом», «они сами все понимают», «это должен делать муж», «на эту тему есть передачи, книги»;

неуверенность в себе, недостаточная коммуникативная компетентность: «не владею информацией», «пробовала говорить, но не получается», «не знаю, как начать», «в нашей семье не принято это обсуждать»;

боязнь подстегнуть любопытство («зачем вызывать лишний интерес ко всему этому»), который, по сути, объединяет и неумение, и нежелание заняться этим вопросом.

Выяснилось, что в семье редко ведутся разговоры с детьми о различных отклонениях в поведении подростков или о проблемах, с которыми сталкивается большинство из них. Например, лишь незначительная доля родителей узнает о случаях драк или краж, в которых участвовал их ребенок.

Родители, признавая, что их дети употребляют спиртные напитки, часто не знают, что и как часто пьет их ребенок. По всей видимости, многие смирились с «неизбежным злом»

курением, пьянством, поздними прогулками или отсутствием детей по ночам. Для родителей характерна защитная реакция:

надеюсь на лучшее, не может быть, чтобы и с этой стороны меня ожидала беда. Наши респонденты скорее полагаются на интуицию и доверие к ребенку, чем на знание. Лишь 27% матерей уверенны, что ребенок расскажет им о своем опыте с наркотиками, а 46% честно признались, что затрудняются ответить на этот вопрос.

Опрос родителей подростков разных возрастов показал, что чем старше ребенок, тем беспомощнее чувствуют себя родители в вопросах профилактики химических и виртуальных зависимостей. Так, если родители 13-15 летних подростков (50%) еще полагают, что в вопросах профилактики употребления ПАВ смогут при случае подействовать на ребенка методом убеждения, запретов или своего авторитета, то большая часть родителей старших школьников (63%) не верят в свою способность эффективно воздействовать на ребенка, найти убедительные аргументы в пользу отказа от одурманивания табаком, алкоголем или наркотиками, кроме одного здоровья. В свою очередь подростки (40% старшеклассников) считают подобные поучения родителей уместными лишь для детского периода. Для старших возрастов, по их мнению, самым важным в профилактике зависимости от ПАВ является заинтересованное участие взрослых, отказ от вражды и обвинений, продуктивный диалог между родителями и детьми на равных. Таким образом, можно констатировать расхождение во взглядах поколений на эффективность профилактических «бесед».

В отношении курения, исследование продемонстрировало, что даже когда родители обнаруживают, что их ребенок курит сигареты, они не знают, как реагировать и что делать, не говорят детям о своем отношении к подростковому курению, сомневаются в убедительности и весомости своего родительского слова. Бессилие родителей не может остаться незамеченным. На вопрос: «Как ты считаешь, как твои родители отреагируют, если узнают, что ты куришь?» большинство подростков ответили, что не знают. Наш опрос старшеклассников показал: подавляющее большинство курящих подростков хотели бы бросить эту привычку, но нуждаются в чужой поддержке и надеются найти ее у друзей – т.е. по месту курения. Таким образом, родители не участвуют в профилактике курения детей, хотя интерес к тратам их карманных денег помог бы родителям сориентироваться в их потребностях.

Что касается защиты от алкоголя, то ситуация складывается еще печальнее. Понимая, что знакомства со спиртными напитками их детям не избежать, родители безответственно приближают этот момент. Уже не вызывает удивления, когда при расспросах семиклассники «нормальной» школы предъявляют длинный список спиртных напитков, которые они попробовали с разрешения родителей.

Еще в конце 80-ых годов мы установили, что «благополучные семьи» приобщают детей к употреблению спиртного в домашних условиях, чтобы «научить» обращаться с алкоголем. Одним из важных условий приобщения несовершеннолетнего к употреблению спиртного являются ситуации семейного застолья или традиция обедать / ужинать со спиртным. Провоцирующий характер семейного застолья может проявляться в том, какая роль отводится детям. Похорошему, подростков либо изолируют (они остаются дома, не участвуют), либо для них организуют отдельный стол, где спиртные напитки заменены соками. В этой ситуации дети усваивают, по меньшей мере, норму трезвости для несовершеннолетних (то, что можно взрослым, недопустимо для детей), соотношение выпивки и закуски, а также сопутствующие ритуалы (тосты, тамада, чоканье). Иногда подросткам разрешается участвовать во взрослом застолье с целью общения с родственниками и знакомыми, но употребление спиртного не допускается. Однако чаще всего родители сами являются инициаторами алкогольных проб у своих детей. Так, по данным опроса старшеклассников, в каждой пятой семье есть традиция употреблять алкоголь во время трапезы. При этом 42% старшеклассников отметили, что родители во время застолья предлагали им выпить за компанию и большая часть из них соглашались (62%).

Другим условием приобщения несовершеннолетних к употреблению спиртного является реакция взрослых на поведение опьяневших участников: осуждение, сожаление, презрение, раздражение или подшучивание, положительные оценки. Сегодня не редки случаи отношения родителей к 15летним подросткам «на равных», что освобождает многих родителей от необходимости разъяснять якобы «очевидные»

вещи.

Помимо праздничных событий родители являются ролевой моделью для ребенка в обращении с психоактивными веществами, когда демонстрируют свои способы борьбы со стрессами. Для взрослых никотин, алкоголь, лекарства часто оказываются наиболее удобными средствами изменения своего самочувствия, и самое страшное, что дети следуют их примеру и начинают снимать напряжение, лечить головную боль и т.д. с помощью спиртных напитков. В целом ситуация с алкоголизацией подрастающего поколения остается напряженной: употребление алкоголя считается нормой в подростковой среде и в силу распространенности, и в силу соответствия поведению социума, и в силу незначительного контроля и запрета со стороны родителей.

Другой значимой ситуацией семейного обучения несовершеннолетних употреблению ПАВ является детский праздник. П.И. Шихирев считает, что чаепития в детском саду и школе вместо экскурсии, спектакля, игры, прогулки и иного знакового мероприятия выполняют роль «сухой алкоголизации». Если окружение приучает ребенка к единственной форме праздника – застолью, не развивая другие формы самореализации и переживания радостных событий, то оно практически готовит почву к экспериментам с алкоголем по примеру взрослых. С точки зрения фрейдистов семья, таким образом, «помогает» ребенку зафиксироваться на «оральной» фазе развития, что повышает риск алкоголизации, приносящей удовлетворение через желудок. Наш опыт работы с девятиклассниками в формате профилактического классного часа показал, что первые ассоциации у школьников со словом «праздник» - это напитки, угощения, далее подарки. С трудом вспоминаются удовольствия «несъедобные» и развлечения, отличные от будней.

Помимо праздничных событий родители являются ролевой моделью для ребенка в обращении с психоактивными веществами, когда демонстрируют свои способы борьбы со стрессами. Для взрослых никотин, алкоголь, лекарства часто оказываются наиболее удобными средствами изменения своего самочувствия. Лекарство от головной боли предпочтительнее прогулки или массажа. Сигарета помогает успокоиться, заснуть, заполнить перерыв в работе. Алкоголь используется как главный и единственный способ отметить как радостное событие, так и неприятное, помогает забыться в состоянии стресса и депрессии, обеспечить душевный подъем или снизить нервное напряжение. Аналогично и наркотические вещества (это известно подросткам из разговоров вокруг) употребляются как галлюцинаторные, стимулирующие или седативные средства. Опросы подростковстаршеклассников показывают, что поводом к употреблению спиртных напитков и наркотических средств могут стать и радость, и горе, и переживание скуки. Вместе с тем подростки обучены дома и в школе весьма небольшому набору легальных средств, помогающих им преодолеть колебания настроения, характерные для этого возраста: встретиться с друзьями, послушать музыку, поспать или съесть «чтонибудь вкусненькое». Забыты игры для большой компании, радость движения, головоломки, театральные представления.

В процессе одной из фокус-групп со старшеклассниками мы выяснили мнение подростков об эффективности антиалкогольного семейного воспитания. Вот, что говорят подростки:

«Им /родителям/ не продавали, это не было разрешено.

Не было так распространено, как сейчас. И у них не было к этому тяги, потому что не было такой пропаганды, какая есть сейчас: в метро, там пропаганда и алкоголя, и сигарет.

Хотя висят то, что, там: «Скажи «Нет!» курению! Скажи «Нет!» алкоголизму!» А эскалаторы … А вот, пройдите по переходам метро, это, во-первых, на каждом углу стоят банки и склянки. Валяются пьяные люди. Люди просто всё это видят. И пропаганда алкоголя, сигарет, чё только нету».

« Но родители, не знаю, они именно говорят то, что «Учитесь на наших ошибках, не на своих!» Нереально учиться на их ошибках, пока сама не попробуешь тот же самый алкоголь. Ты в жизни никогда не пила. Ты попробуешь алкоголь, ты напьешься до такого состояния, что тебе станет плохо, и тебя увезут в больницу. И после этого ты поймешь, что да, алкоголь – это очень плохо, и то, что на самом деле».

Анализ материалов четырех фокус-групп с десятиклассниками позволяет сделать следующие выводы:

Во-первых, аргументы родителей, направленные на борьбу с алкоголем редко упоминаются – их мало, они неубедительны. Участники о них не вспоминают (не руководствуются ими в своей повседневной практике), гораздо чаще они делятся своими впечатлениями, наблюдениями. Вовторых, если и есть ссылки на мнение родителей, взрослых, то мнение самих подростков, молодежи – всегда другое. В вопросах профилактики злоупотребления алкогольными напитками подростки демонстрируют больше несогласия с родителями, чем согласия. Употребление считается нормой в подростковой среде – и в силу распространенности, и в силу соответствия поведению социума.

Профилактику наркомании, если опираться на собственный опыт выступления на родительских собраниях по этой проблеме, родители делегируют школе, наркологам, полиции и другим специалистам. Они не обладают необходимыми знаниями (знают меньше своих детей), не имеют аргументов, не умеют доказывать свою правоту. Чаще родители применяют, опять же впрок, на всякий случай «беседы», жесткий контроль, ограничения и подавление. Ошибочность этих стратегий объясняется их противоречием научному факту: склонность к девиантному и асоциальному поведению чаще возникает у детей и подростков, выключенных из сферы семейного влияния, не ориентированных на родительские ценности. Они оказываются незащищенными от суб- и контркультурного стихийного влияния улицы.

На вопрос о том, какая помощь необходима родителям (опрос 2005 года в Подмосковье) чтобы их ребенок не стал наркоманом, треть респондентов затруднилась ответить: «Не задумывались». Половина ответивших сформулировали свои ожидания в виде претензий к государству: оно должно контролировать деятельность средств массовой коммуникации, обеспечить стабильность в обществе, дать социальные гарантии, стремиться к оздоровлению обстановки, обеспечить содержательную занятость детей в кружках, секциях и т.п., вести борьбу с наркоторговцами, принять более жесткие законы против наркобизнеса - иными словами, «правительство должно заботиться о народе», а «ребенок должен знать, что он нужен не только своим родителям».

Результаты опроса родителей показывают, что они воспринимают наркоманию как общественную проблему, но не осознают в качестве реальной угрозы собственной семье. Их рассуждения о возможных мерах противодействия распространению наркотиков концентрируются преимущественно вокруг вопросов государственной политики по борьбе с наркобизнесом, по совершенствованию законодательства, по развитию молодежной занятости и досуговой сферы.

Родители признают необходимость проведения массовой антинаркотической профилактики, но понимают ее в значительной мере только как просвещение учащихся относительно негативных последствий злоупотребления наркотиками. Основную роль в организации просвещения они отводят школе. Таким образом, школа получает «мандат» на антинаркотическую профилактику, и многое теперь зависит от того, насколько она готова к такой работе.

Успешное взросление современного подростка невозможно вне руководства и поддержки со стороны. Для получения образования, устройства на работу необходимы ресурсы семьи. Особое внимание заслуживают латентные функции семьи, направленные на предупреждение девиантного поведения подростка. Эффективная семья должна тщательно отслеживать поведение ребенка, замечать малейшие изменения и отклонения в его поведении и в случае необходимости по возможности успеть оградить его от рокового шага. Добросовестный отец или старший брат вовремя заметят дурное влияние, постараются оградить подростка от общения с этими людьми, займут делом, заставят, накажут, чтобы в десятки раз сократить угрозу преступления и тюремной изоляции.

Необходимо подчеркнуть интересный факт – зачастую именно благополучные семьи создают условия, способствующие обращению подростка к применению ПАВ. К сожалению, родители не всегда успевают изменяться вместе с подростком, не успевают перестроить свои отношения с ним, свою родительскую воспитательную стратегию и продолжают общаться с ним как с ребёнком, ограничивая возможности развития. Взрослые осуществляют контроль успеваемостью в школе и кругом общения ребенка, а также стремятся обеспечить его максимальную занятость в соответствии с собственными представлениями о том, что ему «пригодится в будущем». До 9 класса «благополучным» семьям обычно удается обеспечить занятость своих детей в свободное время. Для этого родители передают их под ответственность различных тренеров, наставников, массовиков и других «кружководов».

После 9 класса в «благополучных» семьях «ответственные»

родители усиливают давление на детей в направлении их профессионального самоопределения и связанного с будущей работой (учебой) успеха. В свободное время значительная часть старшеклассников вынуждены нехотя продолжать учебу: посещать кружки иностранных языков, подготовительные курсы в институт или заниматься в классах, сотрудничающих с вузами по определенной программе. Примерно в половине случаев родителям не удается достичь своих целей. Те из «благополучных», кто не выдерживает такой нагрузки, уже на этом этапе отдаляется от семьи и проходит социализацию в кругу сверстников при ослабленном влиянии семьи.

Подростки, не имеющие возможности учиться, работать и отдыхать в соответствии с собственными желаниями, потребностями, и способностями часто испытывают внутреннее напряжение и дискомфорт, неосознанные негативные эмоциональные состояния, депривацию, фрустрацию, дефицит удовольствий и положительных эмоций, возникающее желание забыться, «отключиться» от трудноразрешимых проблем.

Все это нередко служит содержанием того душевного состояния, которое маскируется «скукой» и может служить толчком к началу употребления ПАВ или других отклонений.

Родителям необходимо учитывать эти обстоятельства с целью своевременного, опережающего развития адаптивных возможностей ребенка и снижения риска его обращения к психоактивным веществам. Семья недооценивает трудности адаптации подростка к возрастающим психическим, эмоциональным, интеллектуальным нагрузкам, и это ведет к выбору родителями ошибочных, неэффективных стратегий профилактики наркотической зависимости у своих детей.

С нашей точки зрения, пора обратить внимание не столько на группы риска, сколько на нормальные семьи, к числу которых принято относить преобладающее большинство населения. Выбор такого ориентира обусловлен не только актуальностью самой проблемы наркомании, но, главным образом, особенностями современного процесса социализации несовершеннолетних, а также необходимостью подготовки родителей к освоению новых воспитательных рубежей.

Чтобы профилактика была упреждающей, а не реактивной, ее адресат должен быть массовым. В социологии и психологии, в педагогике и наркологии накоплен значительный опыт семейных интервенций, который может быть использован для вооружения семьи арсеналом адекватных мер предупреждения злоупотребления ПАВ и противодействия ему.

В заключении мы хотим подчеркнуть: необходимо донести до сознания родителей мысль, что повседневные семейные практики и сопровождающие их реакции на замеченные поведенческие отклонения являются значимым фактором семейного воспитания. Они включены в сферу подготовки несовершеннолетних к самостоятельной взрослой жизни и могут, как защитить их, так и обезоружить при встрече с наркотиками. Последнее вероятно если воспитательные меры не способствуют адекватному взрослению подростка и принятию ответственности за свою судьбу.

2.3.5 Контроль денежных средств как способ диагностики материальных потребностей У современного подростка, находящегося в достаточно сложной социальной ситуации развития, возникают ограничения в реализации своих материальных и духовных потребностей, многие виды деятельности становятся для него недоступными. В связи с этим, уже в подростковом возрасте возникает явление личностного осмысления феномена денег.

Деньги становятся эквивалентами материальных и духовных ценностей подростков.

По данным исследования, старшеклассники получают от родителей некоторую сумму денег на личные нужды. Как правило, большинству из них не приходится зарабатывать.

Предоставление карманных денег, как выяснилось, комплексный результат действия нескольких факторов. С одной стороны, действует стереотип: родители должны обеспечивать ребенка всем необходимым. Эта необходимость определяется не столько потребностями самого ребенка, сколько его наблюдением за окружающими сверстниками: как они одеты, какими вещами владеют, что могут купить себе сами. Эти претензии затем транслируются семье. С другой стороны, общение с родителями показывает, что они в свою очередь неадекватно оценивают, насколько разумны потребности их ребенка и воспринимают их претензии «ИМЕТЬ как у других» в качестве неопровержимого свидетельства своей взрослой состоятельности. Часть подростков хотела бы зарабатывать на свои карманные расходы, однако таких возможностей у них нет (рынок рабочих мест).

Четверть опрошенных старшеклассников получает рублей в неделю на карманные расходы, каждый десятый – 1000 рублей. Источник – постоянные поступления от родителей (83%). Еще 15% подрабатывают. Для большинства семей характерно двойственное отношение к подростку ему разрешается небывалая прежде свобода (или он сам ее завоевывает), но при этом не возрастает его ответственность за себя и других членов семьи. Внутри семьи подросток сохраняет детский статус (материальное обеспечение, бытовое обслуживание), а вне семьи он пытается подражать взрослым образцам поведения, которые, в частности, включают употребление ПАВ.

Интервью с родителями показало, что существует, по крайней мере, два противоположных мнения о необходимости карманных денег для подростка. Одни родители считают, что так делают все родители, что таким образом они приучают ребенка к обращению с деньгами, что они не могут предусмотреть всякие мелочи в обеспечении подростка. В других семьях родители считают, что они сами должны контролировать потребности ребенка и давать деньги на определенные расходы, что «свободных денег» у подростка не должно быть, поскольку он их не зарабатывает. По сути дела, речь в этой дискуссии идет о контроле над потребностями ребенка. Исследование родителей продемонстрировало, что они в большинстве своем не рассматривают траты карманных денег в качестве источника информации о своем ребенке.

Расходы карманных денег выявляют актуальные потребности подростков. Поэтому мы задавали респондентам вопрос: «на что Вы тратите карманные деньги?» Приоритеты отражают, на наш взгляд, инфантильность опрошенных. На первом месте самые примитивные, детские удовольствия – сладости, чипсы, газированные напитки. Тревожно, что в этот список попали и алкогольные напитки. Примечательно, что у «девиантных подростков» расходы на пиво и более крепкое спиртное составляют почти половину пищевых затрат, у «подростков с элементами антиобщественного поведения» всего треть, а среди «законопослушных» таких менее 3% Таким образом, анкетный вопрос о расходах карманных денег оказывается для исследователей (к сожалению, не для родителей) весьма информативным, выявляя потребности и отражая их интенсивность. С одной стороны, карманные деньги компенсируют недостатки организованного родителями питания. С другой стороны, они позволяют подросткам ускользнуть от контроля взрослых, создать собственное пространство свободы.

На втором месте расходов – накопление, а на третьем расходы на развлечения и развитие интересов. И здесь исследование выявило закономерные различия: «законопослушные» подростки намного чаще девиантных и склонных к девиантности подростков тратят деньги на развитие своих интересов (книги, журналы, обновление компьютера) - 33%, 21% и 14% соответственно. Девиантные подростки меньше тратят средств на свой внешний вид и уход за собой (37%).

Самыми озабоченными своей внешностью оказались подростки с элементами девиантных проявлений (46%).

2.3.6 Проблемы в сфере семейной профилактики девиантного поведения и пути их преодоления Основываясь на результатах исследования, мы сформулировали ряд проблемных ситуаций в сфере профилактики девиантного поведения, требующих срочного решения:

Первая проблемная ситуация - тенденция семьи к самоустранению в профилактике отклонений. Родители считают, что государственные меры имеют решающее значение, что профилактикой должна заниматься школа и что усилия семьи (непрофессионалов) малоэффективны.

Вторая проблемная ситуация - семья сегодня реально не готова к профилактике девиаций ни с точки зрения владения необходимой информацией, ни с точки зрения возможности конкретной помощи ребенку в освоении «взрослых» ролей и безопасного поведения. Родители пасуют перед актуальным усложнением воспитательных задач, зачастую ограничиваясь функциями контроля и материального обеспечения, более эффективными в уходе за младшими детьми. По сути дела, родители обнаруживают в отношении подростков педагогическую некомпетентность.

Третья проблемная ситуация – пессимизм семьи. Благодаря публикациям в средствах массовой информации у населения формируется представление о подростковых девиациях как неизбежности, вместо осознания собственного участия в формировании аморального поведения, распущенности младшего поколения. В общественном сознании это обуславливает появление более терпимого отношения к правонарушениям. Примером может служить растерянность радио- и интернет-аудитории в оценке хулиганства панк-группы «Пусси райтс» в храме Христа Спасителя (г.Москва): одни требуют наказания, другие оспаривают его. В рамках семьи процессы нормативного хаоса укрепляют ощущение беспомощности, обреченности, бесполезности личных родительских усилий. За этим явлением кроется тень прежнего «государственного воспитания» детей как идеологии и практики работы с подрастающим поколением и ощущается потребность в его возрождении.

Четвертая проблемная ситуация - переоценка значимости родительского контроля как основного инструмента в вопросах профилактики. Похоже, что для «хороших родителей»

достаточно знать о том, где и с кем проводит свое время их ребенок, быть в курсе внешних событий его жизни. Поэтому они считают необходимым бороться с бездельем и незанятостью детей как с издержками, последствиями слабого родительского контроля. Они часто сетуют на «излишки» свободного времени у детей, которое те могут расходовать исходя из своего усмотрения. По мнению многих родителей, именно эта свобода служит почвой для развития наркомании и алкоголизма. На самом деле проблема не в излишней свободе детей, а в их неумении пользоваться своими возможностями.

Современные концепции профилактики зависимости и других девиаций строятся на формировании навыков разумного самостоятельного выбора, механизмов активного саморегулирования, не на ограничении, а на расширении диапазона путей и средств самореализации молодого человека. Тенденции развития цивилизации направлены на высвобождение времени для свободного развития личности, а не на механическую «загрузку» ее, пусть даже полезной трудовой деятельностью под внешним контролем.

Родителям необходимо знать, как учитывать эти обстоятельства с целью своевременного, опережающего развития адаптивных возможностей ребенка и снижения риска его обращения к психоактивным веществам.

Сказанное позволяет выделить пятую проблемную ситуацию - семья недооценивает сложности, возникающие в процессе адаптации подростка к возрастающим психическим, эмоциональным и интеллектуальным нагрузкам. Семья должна служить ресурсом поддержки и поощрения дальнейшего развития ребенка. Именно в семье он может найти совет, как поступить в трудной ситуации. Вместо «простого»

усиления родительского контроля и связанного с ним дополнительного напряжения в семье требуются поощрение родителями самостоятельности детей, пристальное внимание к развитию у них навыков самоконтроля, совместный разбор и обсуждение трудностей и возможных путей их преодоления.

Таким образом, проблемы профилактики девиантного поведения в подростковом возрасте напрямую связаны с обеспечением подготовки семьи к выполнению своей социализирующей и воспитательной функции. Это означает, что подготовка, в русле научных традиций, должна вестись на трех уровнях:

1. Уровень знаний – преодоление некомпетентности родителей по вопросам воспитания подростков, знание возрастных особенностей детей и процессов их социализации с учетом индивидуальных особенностей. При этом важно опираться на результаты научных исследований в их прикладном аспекте, помочь родителям в самообразовании, сориентировать их в отношении имеющихся услуг и возможностей в этом плане.

2. Уровень отношения к проблеме – помощь семье в осознании своих возможностей по профилактике девиантного поведения подростков. В первую очередь это касается неявных, количественно трудно оцениваемых характеристик, таких, как климат семьи, атмосфера внутрисемейных взаимоотношений. Дефицит положительных эмоций часто лежит в основе рискованного поведения в случае краж и драк, экспериментирования подростка с наркотиками. Он также образует фундамент неудовлетворенности взрослых своими семейными отношениями, что тесно связано с функционированием семьи и его реальными результатами. К сожалению, семейный эмоциональный фактор часто недооценивается. Стимулировать позитивную рефлексию семьи можно и чисто педагогическими средствами – в рамках работы с родителями в школе или детском саду, а также через средства массовой информации.

3. Уровень навыков – связан с индивидуальным консультированием родителей ученика по поводу его неуспеваемости в школе. Консультирование включает в себя разбор ошибочных, непродуктивных тактик воспитания детей в семье и обсуждение возможных альтернатив. Контроль со стороны родителей в старшем подростковом возрасте должен видоизмениться как по форме, так и по направленности.

Общение детей и родителей будет конструктивным только тогда, когда оно построено на доверительных отношениях, не блокирует обмен опытом, ведет к совместному обсуждению проблем и поиску решений. Здесь родителям может оказаться полезным не только совет в их конкретной ситуации, но и опыт других семей. Расширение диапазона семейных ролей, критическая оценка применяемых стратегий, взгляд на себя и свою семью глазами детей очень важны при переходе от знаний к умению и к реализации желания добиться успеха в этой жизненной фазе.

Наряду с перечисленными проблемами следует выделить четыре группы семейных протекторных факторов, которые способствуют защите подростка от риска наркотизации и других поведенческих отклонений.

Прежде всего, это семейная сплоченность, складывающаяся из чувства привязанности между родителями и детьми и привязанности ребенка к семье вцелом, наличие у взрослых и детей общего семейного пространства, тесного характера коммуникаций, совместного участия в бытовой и досуговой деятельности. В этой связи можно отметить, что хотя зачастую неполная семья, где родительское поколение представлено одним родителем, считается неблагополучной для развития подростка, она может оказаться более успешной, чем семья с отцом-пьяницей. Контакт и доверительные отношения матери с дочерью или сыном обеспечивают им тыл, в котором нуждаются даже взрослые мужчины.

Далее – родительская ответственность, которая проявляется в умении отслеживать развитие ребенка и с помощью дисциплинарных правил и разумного баланса свободы и контроля, поощрения и наказания, обеспечивать поведение ребенка в соответствии с социально приемлемыми нормативными представлениями, передавать «по наследству» социально одобряемые семейные ценности. Подчас в обеспеченных и интеллигентных семьях проповедуется культ свободного развития ребенка, потребности которого обеспечиваются «по запросу». Это явление последних десятилетий. И уже есть наблюдения, подкрепляемые зарубежными исследованиями в семьях «среднего слоя», что права без обязанностей и свобода без ограничений дезориентирует ребенка и сводят на нет сам факт наличия попустительствующих родителей. В последнее время распространяется представление об «ответственном родительстве», которое предполагает сознательное и совместное выстраивание жизненных перспектив семьи и ребенка в частности, а также соблюдение правил семейного взаимодействия, сформулированных на основе договоренности. Это придает смысл жизни каждому члену семьи, определяет его ориентиры.

Наконец, семейные сочувствие и поддержка ребенка в его стремлении к развитию, помощь и обучение в преодолении трудностей и разрешении конфликтов с окружением, обеспечение потребностей ребенка в самореализации и построении своей жизненной перспективы, соучастие в достижении успеха в основных сферах жизнедеятельности. Участие семьи в жизни ребенка проявляется не только в обеспечении его основных потребностей, не в произнесении американского заклинания «я люблю тебя», а в совместном проживании (мысли, чувства и дела) радостных и тягостных моментов. При загруженности родителей это требование к семье не всегда легко реализовать. Но оно достижимо, если трудности семейного быта распределяются между всеми членами семьи, если организована взаимопомощь.

Кроме того, защитным фактором семейной профилактики, несомненно, является реальная озабоченность родителей возможной перспективой вовлеченности подростка в делинквентные группы ровесников и поиск путей и способов ее предупреждения.

Все это входит в понятие «успешное родительство».

Предпосылкой его является перманентная самооценка родителями различных аспектов своего семейного поведения и установок, адекватная оценка реалий воспитательного процесса, способность к обучению, самокритике и восприятию помощи.

Анализ отечественной литературы по социальной работе с детьми из группы риска, проживающими в семьях малообеспеченных, многодетных, с безработными, больными или пьющим родителями, показывает, что внедряемые программы ориентированы только на ребенка, игнорируют семью, как целостную социальную структуру, и никак не могут считаться программами помощи семье или ее поддержки. Можно усмотреть в этом отголоски прежней тенденции государства заместить семейное воспитание государственными или общественными суррогатами семьи. Так, в рамках проекта «Дети России» в городах Волхове, Туле, Волгограде, Комсомольске-на-Амуре, Кургане, Твери, Челябинске и др. программы психолого-педагогической реабилитации адресованы детям с дефицитами семейной социализации (безнадзорность) и задержкой развития, которые получают помощь социального педагога или психолога из учреждений социального обслуживания населения. В некоторых случаях обозначена работа с образом семьи (гештальт) или гипотетической средой обитания наравне с семейно-воспитательной группой детского дома или коллективом интерната. При этом семья рассматривается как виртуальный образ, который может обрести реальные очертания в перспективе, причем не в виде родительской семьи, а своей собственной. Иногда в программах упоминается «подготовка семьи к возвращению ребенка»

из учреждения социального обслуживания (приют, социально-реабилитационный центр). В программе социального приюта «Дом милосердия» для детей, оставшихся без попечения родителей (Смоленская область), разработана программа «Жизнь», в основу которой положены знания о семье, как оптимальной социальной группе, в которой должен воспитываться ребенок. На наш взгляд, такие занятия могут оказывать дополнительный психотравмирующий эффект, напоминая ребенку о том, чего он лишен не по своей воле. Однако авторы надеются, что информирование заменит реальный опыт и живое переживание своей причастности к семье. Так они собираются «привить» детям родительские чувства, отсутствующие у их родителей.

Справедливости ради следует сказать, что такие программы создаются не от хорошей жизни. Ведомство социальной защиты населения имеет дело преимущественно с родителями, оставившими своего ребенка без попечения и заботы. Оно вынуждено готовить подростка к жизни вне родительской семьи, поскольку сложившаяся система учреждений социальной защиты – это компенсирующая государственная структура: пособия – малообеспеченным, крыша – бездомным, забота - «социальным сиротам». Тем не менее, именно в учреждениях социального обслуживания семей с детьми в настоящее время накапливается опыт работы с ребенком в семейном контексте, развиваются технологии воздействия на семью в целом, находят применение социальнопедагогические методы «мягкого» воздействия.

2.4 Подростки и их социальное окружение (школа, В основном социальное окружение подростков – это те люди, которые окружают его в семье, в школе, в местах досуга и развлечений. В своём социальном окружении подростки находят значимых взрослых, которые необходимы им для нормального взросления, друзей, идеал для восхищения или идеал для подражания. Однако, может возникать и ряд проблем, связанных с социальным окружением. Как и семья, и друзья, неформальные объединения или значимые взрослые могут сыграть негативную роль в судьбе подростка, поспособствовать возникновению девиантного поведения. Для того чтобы понять в каком социальном окружении взрослеют и социализируются современные подростки мы можем обратиться к результатам наших опросов.

2.4.1 Жизненные проблемы трудных подростков и роль значимых взрослых в их решении Проблема наличия в жизни неблагополучных подростков «значимых взрослых» подробно рассматривается в исследовании «трудных» подростков, которое проводилось в Краснодарском крае в 2010-2011 году. Напомним, что, по мнению ряда психологов, именно подростковый возраст время интенсивного поиска самоидентификации, в процессе которого ребёнок находит себе «кумира», пример для подражания. Последним может стать как «значимый взрослый»

(реальный человек из его социального окружения), так и абстрактный образ популярного певца, актёра, героя книги.

Возникающее чувство взрослости, обособление от родителей, активное желание отстаивать свои права и самостоятельность соседствуют с потребностью в поддержке со стороны авторитетного взрослого. В. С. Мухина, пишет: «Особенно благоприятна ситуация, когда взрослый выступает в качестве друга. В этом случае взрослый может значительно облегчить подростку поиск его места в системе новых, складывающихся взаимодействий, помочь оценить свои способности и возможности, лучше познать себя. Совместная деятельность, общее времяпровождение помогают подростку по-новому узнать сотрудничающих с ним взрослых. В результате этого, создаются более глубокие эмоциональные и духовные контакты, поддерживающие подростка в жизни.

Особое место среди авторитетных для подростка людей должен занимать учитель, который обязан быть образцом языковой культуры. В качестве собеседника он предлагает свой состав употребляемых слов, значений и смыслов…» [49, С. 362-363]. К сожалению, по данным исследований последних лет, учителя редко попадают в число «значимых взрослых». Это утверждение абсолютно совпадает с результатами, полученными в ходе анализа ответов «трудных» подростков на блок вопросов «Проблемные ситуации и роль значимых взрослых в их решении». Как выяснилось, к наиболее серьёзным жизненным проблемам респонденты относят:

конфликты с родителями;

невозможность избавиться от вредных привычек;

отсутствие девушки (парня);

недостаток развлечений и скуку.

В свободных ответах (т.е. сформулированных самостоятельно, а не из предложенного списка) подростки указали Интернет-зависимость, проблемы со здоровьем, сложности в общении с родными и одноклассниками. Далее респондентов просили оценить реальную эффективность помощи им со стороны значимых взрослых.

В целом, наши респонденты полагают, что понастоящему помочь подросткам, попавшим в трудную жизненную ситуацию, могут только родители и друзья. Это полностью противоречит мнению экспертов. Они поставили на первое место сотрудников комиссий по делам несовершеннолетних и сотрудников реабилитационных центров.

На втором месте – школьных психологов и сотрудников психолого-педагогических служб. Однако, и подростки, и эксперты согласны в отношении учителей – они в число эффективных помощников не попали. О причинах недостаточной эффективности помощи со стороны учителей следует задуматься: она заключается в недостаточности ресурсов или в отношении? Авторитет педагогов может падать по разным причинам, в том числе и по причине утраты уважения к интеллекту, к духовным ценностям, что стало одним из главных последствий распространения массовой культуры. Но вернёмся к показателю недостаточной эффективности помощи со стороны учителей. Это тревожный сигнал деформации образа учителя в сознании подростков, что вполне согласуется с ответами на вопрос об источниках интересной информации.

Можно видеть также, что основной метод воздействия взрослых на подростков – воспитательные беседы помогают мало, также малоэффективны угрозы и ругань. Подчеркнем, что в наших исследовательских группах эти выводы согласуются между собой. Очевидно, не хватает «вовлекающих» методов помощи и профилактики правонарушений – попыток и / или возможностей у всех групп «воспитателей» чем-то увлечь подростка (секции, кружки, полезные занятия). Наиболее популярный ответ в отношении всех представителей органов профилактики - «я к ним не обращался, они ко мне тоже».

Зачастую, если подростки не находят значимых взрослых в лице учителей или других адекватных взрослых возрастает вероятность того, что значимыми и авторитетными для него станут старшие друзья или лидеры неформальных подростковых группировок.

2.4.2 Друзья. Времяпровождение с друзьями Согласно результатам исследования подростков, состоящих на учете в КДН Краснодарского края, для абсолютного большинства подростков значимой средой общения является компания, группа сверстников. Принцип формирования таких компаний, традиционный для России, по месту учебы и проживания. В том, как подростки характеризуют своих друзей (табл. 18) явно просматривается некритичное позитивное восприятие подростками своей эталонной среды общения - компании друзей. Очевидно, это связано с высокой эмоциональной значимостью компании для подростков, поскольку именно друзья для большинства из них являются основным и наиболее важным кругом общения.

Таблица 18 – Характеристики друзей Мои друзья в большинстве Количество опро- Суммарный Черствые, невнимательные к другим Несамостоятельные, безответственные Самостоятельные, почти взрослые Расчетливые, думающие о деньгах Скучающие, не знают, чем заняться Анализируя эти данные, можно видеть, что наиболее часто своих друзей подростки характеризуют, как:

активных и энергичных;

самостоятельных, почти взрослых.

Это свидетельствует о тревожных дисфункциях семьи и школы, утрачивающих потенциал воспитательного воздействия. «Доброта и отзывчивость» друзей – сигнал об отсутствии «значимых взрослых», свои беды и проблемы подростки доверяют в основном друзьям. «Самостоятельность и взрослость»,кажущиеся, – большинство подростков учатся и не работают. Это – сигнал замкнутости подростков в своем мире, где друг для друга они – «взрослые», и куда семья и школа имеют очень ограниченный доступ. Это тот тип «взрослости», который ориентирован на принятие взрослых привилегий (удовольствий) без принятия взрослой ответственности (возможность самостоятельно жить и полноценно работать).

С другой стороны, доверительные и доброжелательное отношение подростков к друзьям – закономерное явление, т.к. в подростковом возрасте обостряется стремление к сепарации, внутрисемейные отношения уходят на второй план, друзья становятся эталонной средой общения. Анализируя свободные ответы, можно видеть, что принадлежность к группе способствует повышению самооценки подростков, помогает им самоутвердиться, чувствовать себя значимыми и защищенными. Друг призван защитить, помочь в трудной ситуации, заступиться за более слабого. Тем не менее, примечательно, что от 5% до 10% опрошенных выбрали негативные характеристики для описания своих друзей.

Незрелость, инфантильность большинства «трудных»

подростков наглядно проявляется в анализе структуры их совместного времяпрепровождения (табл.19) Таблица 19 – Собираясь вместе, мы обычно… Идем на дискотеку, в клуб, бар.

Просто гуляем по улице, в парке и т.д Общаемся под пиво гольные напитки Ходим в кино, смотрим фильмы на DVD Играем в футбол, волейбол, баскетбол и т д для 30,3 28,2 20,3 21, удовольствия во дворе Можем выпить крепкие (водка, коньяк) Занимаемся спортом в секции, клубе Играем в компьютерные игры Занимаемся граффити, рисуем на стенах Конфликтуем, выясняем компаниями Скучаем, не знаем чем заняться Просто сидим или ходим вместе, разговариваем Напомним, что большинство подростков рассматривает себя и своих друзей, как «самостоятельных, почти взрослых»

- данные о структуре интересов и свободного времени хорошо иллюстрирует, реальную инфантильность большинства подростков, принявших участие в исследовании. Собираясь вместе, они, как правило, просто гуляют по улице, в парке, просто сидят или ходят вместе, разговаривают, играют в футбол, волейбол, баскетбол во дворе (еще одно свидетельство в пользу необходимости развивать дворовую спортивную инфраструктуру!), ходят в кино и смотрят фильмы на DVD, играют в компьютер.

Задавая следующий вопрос: «Есть ли в твоём окружении люди, которые….?» мы преследовали две цели. Вопервых, выявить некоторые «проблемные точки» в поведении тех людей, с которыми общаются подростки. Известно, что друзья и знакомые могут значительно влиять на взгляды, мировоззренческую позицию и поведение подростков. Поэтому немаловажно знать, существуют ли в окружении респондентов друзья и знакомые с проблемным поведением и в чем конкретно это поведение заключается. Во-вторых, мы пытались косвенно выявить распространенность различных форм девиантного поведения в подростково-молодежной среде. На прямые вопросы о себе, респонденты, как правило, отвечают неискренне, но в разговорах о друзьях или близких знакомых они уже более откровенны. По мнению большинства респондентов, среди их друзей распространены следующие формы девиантного поведения:

выяснение отношений с помощью драки, агрессии (41%);

употребление спиртного (22,9%) принадлежность к субкультурам (эмо, готы) (18,2%).

Следует отметить, что нередко в окружении респондентов встречаются знакомые, отбывшие срок лишения свободы (15,9) и представители криминального сообщества (14,9%).

%). Отдельный интерес представляет явное отрицание подростками негативных характеристик своих знакомых: 169 чел.

предпочли дополнить ответы свободным высказыванием.

Почти во всех ответах подчеркнуты положительные характеристики друзей, практически в каждом варианте ответа предложение начинается словом «нет…» (в числе знакомых людей пьющих, дерущихся и т.п.), - далее следует перечисление положительных черт знакомых, их способностей, возможностей и увлечений.

В целом, выявляется тревожная тенденция: в эталонной среде общения – компаниях сверстников – девиантные и даже противоправные формы поведения достаточно распространены, что, конечно, затрудняет профилактическую работу с несовершеннолетними. Высокая эмоциональная значимость друзей, сверстников делает их влияние часто более сильным, чем влияние семьи, не говоря уже о структурах профилактики. Исходя из этого, мы полагаем, что воспитательно-профилактическая работа с несовершеннолетними должна реализовываться в двух направлениях:

1) индивидуализированные формы (психологопедагогическая коррекция);

2) коллективные формы, объектом которых становиться подростковая компания (дворовые спартакиады, сеть развивающих досуговых учреждений и т.п).

В 2007 году «трудным подросткам» задавался отдельный вопрос о том, приходилось ли им сталкиваться со случаями насилия и унижения со стороны сверстников, и если да, то кому они об этом сообщали. Такие вопросы относятся к «щекотливым», поэтому многие подростки уклонилось от ответа на него, что само по себе свидетельствует о том, что эти явления имеют место. Судя же по полученным ответам, подросткам приходилось сталкиваться:

с издевательствами, унижениями - 57,1%.

Однако на вопрос «Кому сообщал(а) о случаях насилия?» ответило значительно большее число подростков – более двух третей. Ответы показали, что родители и друзья источник поддержки в ситуации насилия примерно для части подростков. Учителя в качестве тех к кому можно обратиться за помощью большинством подростков не рассматриваются. При этом необходимо обратить внимание на тот факт, что почти половина подростков никому не сообщала о случаях насилия.

Кому сообщал о случаях насилия:

Согласно результатам исследования, проведенного сектором девиантного поведения ИС РАН, часть родителей осознают угрозу со стороны дружеской компании. Матери обеспокоены неблагополучным окружением подростка, его закрытостью, недоверием: 16% опрошенных родителей знают о близкой опасности наркотизации – их ребенок знаком с людьми, потребляющими наркотические средства. Половина респондентов убеждена, что их ребенок не знаком с потребителями наркотиков. Почти четверть признались, что не знают, насколько окружение ребенка свободно от наркотиков.

Лишь 26% опрошенных уверены, что их ребенок устоит перед соблазном или нажимом попробовать наркотик. Большинство родителей (76%) предполагают, что их ребенок не пробовал наркотики, хотя далее в анкете гораздо меньшая доля респондентов уверенно указали, что знают, как определить – употребляет ребенок наркотики или нет (61%).

Таким образом, обобщая данные, мы можем сделать два значимых вывода: 1) уровень виктимизации подростков со стороны сверстников достаточно высок, боле двух третей подростков сталкивались с давлением и насилием со стороны сверстников; 2) большая часть виктимизированных подростков справляются со своими проблемами в одиночку. Это тревожный симптом, он указывает на отсутствие и у родителей и тем более у школы и органов надзора возможностей защитить подростка. Это отсутствие доверительной поддержки в ситуациях виктимизации для большинства подростков может с высокой вероятностью способствовать проявлению таких проблем, как: 1) повышение уровня депрессий, психических расстройств и самоубийств; 2) ответных форм агрессии (как правило, более разрушительных). Обобщая данные по перечисленным вопросам, мы можем утверждать, что взрослые из ближайшего «культурного» окружения неблагополучных подростков в редких случаях становятся «значимыми». Следовательно, пример для подражания подростки чаще всего находят в лице лидеров подростковых группировок или «кумиров».

2.4.3 Роль неформальных групп в формировании девиантного поведения подростков Характерной особенностью участия подростков в рассматриваемых в исследовании противоправных действиях является то, что более чем в половине случаях они были совершены не в одиночку, а в группе, компании, со знакомыми.

По данным исследователей девиантного поведения (Я.И. Гилинский, А.Л. Салагаев, М.Е. Позднякова, Т.В. Шипунова и др.), ежегодно более половины (75%) всех несовершеннолетних совершают преступления в составе групп. Чаще всего группой совершаются такие преступления, как грабежи, разбойные нападения, кражи, хулиганство (от 80 до 90%). Таким образом, преступность несовершеннолетних это групповое преступление. Потребность в общении и самоутверждении подростка должна быть реализована в благоприятной среде.

Если это по каким-то причинам не происходит, самоутверждение осуществляется в неформальных подростковых группах уличных, дворовых компаниях в форме асоциальных проявлений (выпивка, курение, нецензурщина, драки, хулиганство), оно может стать опасным, криминализующим фактором.

Значительная часть несовершеннолетних преступников, совершающих преступления в группе, когда-либо имела отношение к неформальным группировкам, для которых характерно делинквентное поведение, являющееся прообразом криминального, преступного. В этой связи одной из принципиальных задач было изучить роль неформальных подростковых групп и взаимосвязь между участием в них подростков и антиобщественной и преступной деятельностью, а также другими отрицательными социальными явлениями, рассмотреть процесс вхождения в преступную группировку. Исследовательский интерес к роли неформальных групп молодежи вызван тем, что наши многолетние исследования, посвященные девиантному поведению подростков, показали, что определенную часть неформальных групп следует отнести к группам лиц с отрицательной направленностью личности.

Группы сверстников занимают промежуточную позицию между семьей и школой, между семьей и социальной системой в целом. Таким образом, неформальные подростковые группы, с одной стороны, играют в обществе позитивную роль, выступая основным социализирующим институтом в подростковом возрасте. С другой стороны, опасность таит не подростковое общение как таковое, не все неформальные подростковые группы, а лишь те, в которых происходит криминализация несовершеннолетних. В связи с тем, что тема нашей работы – девиантное поведение подростков, главная задача обратить своё внимание на негативные последствия участия в этих группах.

Наши исследования показали, что основными социальными факторами, способствующими возникновению неформальных молодежных групп, являются невозможность самореализации в кругу семьи, в школе, формальных общественных организациях, отсутствие взаимопонимания или разногласие, расхождение во взглядах с родителями и учителями.

«Уйти в неформалы» побуждает молодых людей внутреннее одиночество, потребность в друзьях, конфликты по месту учебы и дома, недоверие к взрослым, протест против лжи.

Большая часть подростков приходит в группу, потому, что «не знают, как жить дальше». Протест, который они выражают, может быть пассивным, через внешнее, скорее показное, демонстративное отрицание существующего порядка, отказ от соблюдения принятых в обществе правил.

Как видно из многочисленных опросов несовершеннолетних, их стремление к уходу в неформальные группировки, объединения, связано с такими мотивами, как желание обрести единомышленников, оказаться в среде себе подобных, получить возможность полноценного общения и взаимопонимания, уйти от одиночества, заполнить свое свободное время, уйти от постоянного надзора родителей, учителей, противопоставить силе общества коллективную силу объединения или группы. Таким образом, к формированию подростковых неформальных групп приводит:

личная неустроенность и неудовлетворенность (как результат противоречий социально-экономического развития, социальных условий бытия);

неспособность или неприятие активных форм самоутверждения, преодоления конфликтных ситуаций, фрустрации; потребность в общении, в референтной группе (когда выбирается, например, не алкоголь, а компания); интеграция неформальных групп как следствие давления социального контроля).

Как отмечает ряд исследователей [48], «питательной средой» для криминальных подростковых групп является отнюдь не самодеятельное движение неформальной молодежи, а промежуточные досуговые группы (различные фанаты, спортивные болельщики, рокеры, реперы, панки и др.), которые формируются на основе общности своих эстетических вкусов, приверженности к отдельным музыкальным течениям, музыкальным, спортивным кумирам, новомодным танцам, экстравагантной моде. Образ жизни, собственная мораль, духовные ценности, своеобразная субкультура, атрибутика, сленг становятся интегрирующим, объединяющим стержнем подобных групп. Такие подростковые сообщества строятся, как правило, на отрицании общепринятой морали, на противопоставлении ей групповой, часто весьма экстравагантной субкультуры.

Мы отдаем себе отчет в том, что часть представителей неформальных групп и идеология некоторых групп не только не представляет опасности для дальнейшего развития личности подростка, но и несет в себе позитивные заряд, выполняет определенные функции. Многие подростково-молодежные группы социально нейтральны и признаются обществом.

Другие же носят выраженный антиобщественный характер.

Подростковые группы не являются некими статичными, неменяющимися социально-психологическими образованиями. Им свойственна своя групповая динамика, присуще определенное развитие, в результате которого группы с асоциальной направленностью могут перерасти в криминогенные или даже преступные группы. В группе всегда есть лица или знакомые, осужденные в прошлом или состоящие в настоящее время на учете в полиции, которые оказывают криминализирующее влияние на окружающих, в первую очередь, на младших ее участников, что приводит к тому, что часто неформальные группы, особенно сформированные по месту жительства, постепенно криминализируясь, преобразуются в преступные.

Групповая изолированность, корпоративность, замкнутость молодежных неформальных групп, не включенных в систему более широких общественных отношений, создает предпосылки для неблагоприятной динамики групповой социальной направленности, «трансформации», перерастания просоциальных, досуговых объединений в асоциальные, антиобщественные группы. Так, И. П. Башкатов предлагает [10], исходя из характера совместной деятельности, которая опосредует отношения в группе, выделять три уровня развития групп, впоследствии ставших криминогенными:

Асоциальные группы подростков с отрицательной направленностью личности, выражающейся в ориентации на антиобщественную деятельность. Чаще всего это стихийные неформальные группы, возникающие по месту жительства.

Для них характерно бесцельное времяпрепровождение, ситуативное социально неодобряемое поведение: азартные игры, пьянство, незначительные правонарушения и др. Основной деятельностью таких групп является общение, в основе которого бессодержательное времяпрепровождение. Прежде всего, в этих группах собираются в основном «трудные», находящиеся в изоляции в своих классных коллективах, воспитывающиеся в неблагополучных семьях подростки. В лидеры этих групп выдвигаются подростки с выраженной эгоистической направленностью.

Неустойчивые группы характеризуются преступной направленностью групповых ценностных ориентаций.

Такого рода асоциальные группы, в которых еще не совершаются, но как бы созревают преступления несовершеннолетних, в литературе еще называют криминогенными группами. Эти группы характеризуются изменением норм, которые становятся более чётко очерченными и сформированными. Пьянство, разврат, стяжательство, стремление к легкой жизни становятся в этих группах нормой. Члены криминогенных групп, в отличие от преступных, не имеют четкой ориентации на совершение преступлений, нормы криминогенных групп, хотя и противоречат официальным, но всетаки жестко не определяют поведение их членов как преступников. Они, как правило, создают ситуации конфликта с социально позитивными моральными требованиями, реже с правовыми. Поэтому члены криминогенных групп большинство преступлений совершают в проблемных, конфликтных ситуациях или благоприятных для этого условиях. Постепенно от незначительных правонарушений члены групп переходят к более общественно опасным действиям.

Устойчивые или преступные группы представляют собой объединения подростков для совместного совершения каких-либо преступлений. Для них характерны противоправные нормы и подготовленное, организованное совершение преступлений. Чаще всего это кражи, ограбления, разбойные нападения, хулиганство, вандализм, насильственные преступления и др. Особенностями данной группы являются внушаемость и конформизм, жесткая иерархическая структура, сильное групповое давление на ее участников, серьезные санкции за нарушение групповых норм, психологической основой которых является резкое противопоставление: «мы – они» [60].

Среди подростков такие устойчивые преступные группы встречаются у нас реже, но все же практика расследования преступлений регистрирует подобные формирования. В этих группах подросток проходит своеобразную школу ложного коллективизма, риска, романтики, подлости и жестокости. Здесь его поддерживают материально, убеждают, что он «все может». Такие «стаи» обоснованно называют молодежными бандами. Таким образом, как свидетельствуют различные исследования, стихийно складывающиеся неформальные подростковые группы существенно различаются по степени своей криминогенности, по степени вовлеченности в преступную деятельность, что нельзя не учитывать в профилактической и предупредительной деятельности, имеют собственные, присущие им закономерности развития и криминализации, знание и понимание которых необходимы для успешной профилактики групповой преступности несовершеннолетних [11].

Рассмотрим данные исследования девиантного поведения старшеклассников в различных регионах страны (Москва, Надым, Нижневартовск, Ярославль3, 2010-2011 г.г.

N=950), а также данные он-лайн исследования пользователей Интернета (N=92).

Каждый пятый подросток является участником той или иной неформальной молодежной группы, что подтверждается и данными исследования Т. Гурко [21]. Самыми многочисленными из них являются спортивные (30%) и музыкальные (26%) фанаты, а также любители японского аниме (24%).

Остальные отметили свою приверженность к таким группам Исследование проведено Талановым С.Л.в Ярославской области в 2008-2009 гг.) как «хипстеры», «готы» и «эмо», «рокеры», «реперы», «панки», «гопники», «альтернативщики», «скейтеры» и «паркур», «ролевики» и «толкинисты», «национал-патриоты», «неофашисты» и «скинхеды». Достаточно новым явлением в неформальной культуре стали компьютерные геймеры и «хакеры»

(8%). При он-лайн опросе обнаружилось, что более половины подростков (57%), ответивших на вопросы, принадлежат к той или иной неформальной группе, что объясняется их принадлежностью к различным Интернет-сообществам по интересам.

Все перечисленные группы являются молодежными субкультурами: от музыкальных стилей и направлений искусства до политических убеждений и сексуальных предпочтений. Подросток, стремясь найти уважение и признание своей независимости, тяготеет к участию в спортивных, музыкальных, других неформальных группах.

Одной из самых ярких и известных субкультурных общностей являются молодёжные движения, связанные с определенными жанрами музыки. Имидж музыкальных субкультур формируется во многом в подражании сценическому имиджу популярных в данной субкультуре исполнителей.

Видимо поэтому практически каждый третий опрошенный назвал себя представителем музыкальной субкультуры. Рассмотрим некоторые молодежные субкультуры, имеющие в своей основе музыкальные предпочтения.

Панк культура возникла в середине 70-х в Великобритании и США. В России они появились в начале 80-х, в противовес культуре хиппи. Это были начинающие панки. Их вид ужасал окружающих: рваные джинсы, косухи, банданы, ирокезы. Современные панки, как правило, также отличаются пёстрым, эпатажным имиджем, тем не менее, поклонниками ирокеза сегодня являются в основном закоренелые панки, вкусы которых не менялись годами. Однако не одежда делает панков панками. Особенностями субкультуры являются критическое отношение к обществу и политике. Как субкультура, панк, заряжается творческим, динамичным напряжением между ценностями общества и ценностями индивидуализма.

Панк-субкультура сегодня – это очень пестрое собрание молодых людей, взгляды которых нередко противоречивы. Для них характерно стремление усилить связи друг с другом и в то же самое время сохранить различия.

Готы — представители молодёжной и музыкальной субкультуры, зародившейся в конце 70-х годов XX века. Готическая субкультура достаточно разнообразна и неоднородна, однако для неё в той или иной степени характерны общие черты: специфический мрачный имидж, а также интерес к готической музыке, хоррор-литературе и мистике.

Помимо музыкальных молодежных субкультур популярны так называемые арт-субкультуры: «анимэ», «ролевики», «толкинисты» и др.

Аниме — японская анимация. Как было сказано выше, каждый четвертый подросток указал на принадлежность к этой группе. В отличие от мультфильмов других стран, бо льшая часть выпускаемого аниме рассчитана на подростковую и взрослую аудитории. Данный вид мультипликации может нести определенную опасность для подростка, поскольку зачастую содержит чрезмерное количество насилия и эротики. Недаром у некоторых родителей это увлечение их детей вызывает большую озабоченность и страх. Они обращаются за советом к специалистам. Некоторые жанры аниме, указанные подростками в опросе (хентай, яой, юри) носят откровенно порнографический характер.

Толкинисты (от Толкин) — фэндом поклонников книг Дж. Р. Р. Толкина, имеющий тесную связь с субкультурой ролевиков. Большинство толкиенистов заняты изучением творческого наследия Дж. Р. Р. Толкиена. Они разыгрывают описанные у писателя события на ролевых играх, называют себя именами персонажей Толкиена или придумывают себе имена, руководствуясь языками из мира Средиземья.

Велика доля подростков, отнесших себя к спортивным фанатам, особенно популярны футбольные болельщики.

Футбольные фанаты - это, как правило, лица, нарушающие общественный порядок, обосновывающие свои действия футбольными пристрастиями. Сами они расценивают своё движение как субкультуру. Как правило, преступления на почве футбольного хулиганства совершаются до или после футбольных матчей, а также в местах больших скоплений футбольных болельщиков.

К спортивным неформальным группам можно отнести также некоторые экстремальные спортивные субкультуры, отмеченные подростками: паркур, стритрейсинг, скейтинг, вело- и мото-байкеров.

Человек, попавший в субкультуру, становится с ней единым целым. Он принимает порядки, законы нового общества, у него меняется система ценностей и взгляд на мир.

Подростки, признающие себя частью какой-либо субкультуры, зачастую не понимают ее. Подростки-металлисты могут устраивать массовые драки и беспорядки, хулиганить, хамить старшим и считать, что поступают как истинные металлисты.

Им отнюдь не понять, что это движение основано в первую очередь из-за самой музыки и особого мироощущения, а не из-за стремления разрушать все вокруг. Проблемы могут возникнуть в том случае, если еще неокрепшая личность подростка попадает в субкультуры, опасные даже для взрослых.

Например, как бы ни были миролюбивы растаманы, их движение несет в себе пропаганду каннабиса, так называемой «травки», вполне вероятно, что, посчитав курение «косячков»

обязательным атрибутом субкультуры, молодежь попробует и это.

Стихийно возникающие уличные группы часто представляют собой микросреду, отрицательно влияющую на подростка. У него формируются социально-отрицательные интересы, стремление к взрослым формам поведения: ранний сексуальный опыт, групповое употребление наркотиков, алкоголизация. Тяготение подростка к неформальной группе сверстников усиливается по мере ухудшения его отношений с семьей и школой. Чаще всего подростки, состоящие в неформальных группах, указывают на то, что «родителям нет до них дела» (25%). При этом, родительское внимание они более остро воспринимают как навязчивое нравоучение. Среди них почти в два раза больше тех, кто отметил, что «родители читают нотации и поучают» (24%) и в три раза больше, тех, кто считает, что «родители всё время навязываются с просьбами и поручениями» (20%) по сравнению с теми, кто не состоит в ни в каких группах (13% и 7%, соответственно).

Такая оценка родительских стратегий со стороны подростков может быть объяснена тем, что они нуждаются в эмоциональном общении, взаимопонимании. Родители, не способные по разным причинам к установлению тесных эмоциональных связей, пытаются их компенсировать более высокой степенью вседозволенности. Поэтому доля тех, кто ответил «родители всё мне разрешают» в 3 раза выше среди участников неформальных групп (10% против 3%, соответственно).

В сложных жизненных ситуациях подростки из неформальных групп гораздо чаще обращаются к друзьям (70%) чем к родителям (45%). Тогда как школьники, не состоящие в группах, обращаются при возникающих проблемах, трудностях примерно в равной мере, как к родителям (50%), так и к друзьям (53%). Еще более интересен тот факт, что число неформалов, обращающихся к священнику, в десять раз превышает аналогичный показатель школьников, не состоящие в группах (соответственно 1% к 10). Это наводит нас на мысль, что они остро нуждается в духовной опоре и, не найдя ответов на свои вопросы в ближайшем окружении (среди родителей, учителей, сверстников), обращается к священнослужителям.

Досуг является тем видом деятельности, в котором проявляются основные асоциальные формы поведения, как неформалов, так и обычных школьников. Утратив фактически внутреннюю связь с позитивно ориентированным коллективом, формирующимся на основе социально значимой деятельности, подросток стремится реализовать свою потребность самоутверждения в условиях пустого времяпрепровождения, в асоциальных формах поведения. Объединенные в компании, не занятые полезной деятельностью подростки, начинают употреблять спиртные напитки и совершать противоправные действия. Употребление спиртного становится патологически необходимым атрибутом совместного времяпрепровождения, расширяется число поводов и мотивов пьянства.

Анализ видов совместного проведения досуга подростками показал, что состоящие в неформальных группировках школьники демонстрируют большую склонность к различным видам девиантного поведения (рис. 6).

Совершаем кражи из магазина Рисунок 6 – Распространение различных форм совместного досуга среди школьников 10-11 классов, состоящих и не состоящих в неформальных группах, % от ответивших на вопрос в каждой группе Для «неформалов» характерно совместное распитие как слабоалкогольных, так и крепких напитков, курение не только сигарет, но и марихуаны. Они свободное время готовы тратить на то, чтобы досаждать окружающим людям, получая при этом удовольствие.

На рисунке 7 видно, что причастность к неформальным группам связана с такими формами девиантного поведения как воровство и кражи, совершение вандальных действий и драки.

Угонял велосипед, мопед, скутер Совершал кражу из автомобиля Рисунок 7 – Распространенность девиантных форм поведения среди старшеклассников, состоящих и не состоящих Выпивки, дерзкие хулиганские выходки, воровство и пренебрежение нормами морали и права становится, по сути дела, референтно-значимой деятельностью для подростков, состоящих в различных неформальных группировках. Знакомство подростка с делинквентной («уличной») субкультурой, с людьми, такими же отверженными, как он сам предоставляет человеку своего рода убежище от не понимающего его социального окружения. С другой стороны, совершение противоправных действий приводит к еще большему увеличению дистанции в отношениях между подростком и социумом.

ЧАСТЬ 3. НА ПУТИ К ПРЕСТУПЛЕНИЮ.

ОСНОВНЫЕ ФОРМЫ ДЕВИАНТНОГО

ПОВЕДЕНИЯ ПОДРОСТКОВ

(СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ)

3.1 Особенности девиантного поведения и нормативного сознания подростков.

3.1.1 Основные виды девиантного поведения подростков и масштабы их распространения Девиантное поведение несовершеннолетних – составная часть общей проблемы девиаций и имеет свои специфические особенности, что позволяет рассматривать ее в качестве самостоятельного предмета. Необходимость такого выделения обусловлена особенностями психического и нравственного развития несовершеннолетних. Подростковый возраст является сложным и ответственным периодом в становлении личности, поскольку именно в этом возрасте закладываются основы нравственности, формируются социальные установки, ценностные ориентиры, убеждения, отношение к себе, к людям, к обществу. В это время в процессе физического, психического и социального развития вместе с позитивными достижениями закономерно возникают негативные образования и специфические психологические и социальные трудности.

Рассматриваемая нами проблематика девиаций в подростковой среде включает изучение степени распространения молодежных девиаций в обществе, динамику во времени, связи с макро- и микросоциальными факторами, а также внутренними закономерностями этого поведения.

Данные наших исследований показывают, что сегодня в широких слоях современной российской молодежи сформировалась установка на активное употребление различных психоактивных веществ (алкоголя, наркотиков), наблюдается достаточно высокий уровень агрессивности и конфликтности, распространены такие формы девиантного поведения как драки, вандализм и мелкое воровство (рис. 8). Склонность к девиантному поведению у подростков, которые в конечном итоге становятся «трудными», а потом вступают на путь криминализации, проявляется в достаточно раннем возрасте.

Избиение с группой человека Угон велосипеда, скутера Рисунок 8 – Распространенность противоправных действий среди подростков средних и старших классов, % к Проявления делинквентности наблюдаются еще в школе: плохая учеба, школьные прогулы и приобщения к асоциальной группе сверстников. Более серьезные проступки могут включать в себя издевательство над младшими и слабыми, отнимание карманных денег, мелкое хулиганство, угон (с целью покататься) велосипедов, скутеров, мотоциклов, вызывающее поведение в общественных местах, магазинные кражи, а также мошенничество, мелкие спекуляции, «домашние кражи» небольших сумм денег.

Эмпирическое исследование позволило нам выявить группы школьников в средних (7-9) и старших (10-11) классах с разной степенью криминализации.4В качестве критериев были выбраны показатели алкоголизации и наркотизации, способы проведения досуга в компании, совершение тех или иных противоправных действий. Так, «Законопослушные»

подростки не замечены в каких-либо девиантных действиях и не имеют намерений делать это (7-9 класс: N=913, доля в массиве 32%; 10-11 класс: N=115, доля в массиве 15%).

«Подростки с элементами девиантного поведения» могут проявлять ту или иную девиантную активность, не принимающую устойчивой формы (7-9 класс: N=1680, доля в массиве 58%; 10-11 класс, N=543, доля в массиве 69%). Такие подростки только экспериментируют с границами дозволенного, их поведение зачастую определяется ситуацией, в которую они попадают, а мотивы не носят ярко выраженного деструктивного характера. Самая малочисленная, но и самая криминализированная группа школьников «девиантные подростки» (7-9 класс, N=283, доля в массиве 10%; 10- «Законопослушные» подростки не употребляют алкоголь, не пробовали наркотики, не были замечены ни в каких формах индивидуальной или групповой девиантной деятельности, проведение досуга не носит антиобщественный характер. «Подростки с элементами антиобщественного поведения» пробовали алкоголь, могли иметь небольшой опыт опьянения, могли пробовать марихуану (но не более 2-х раз), некоторые формы досуга носили антиобщественный характер, могли иметь незначительный опыт ненасильственных девиантных действий (вандализм, мелкие кражи). «Девиантные» подростки регулярно употребляют алкоголь, имеют многократный опыт (три и более раз) сильного опьянения, пробовали различные наркотики или периодически их употребляют, склонны к девиантным формам досуга, совершали неоднократно противозаконные поступки, включая насильственные (избивали с компанией одного человека и др.). Группы в старших классах выделялись по аналогичным критериям.

класс, N=121, доля в массиве 16%) характеризуется более устойчивыми формами девиантного поведения. Именно подростки из этой группы при определенном стечении обстоятельств пополняют ряды несовершеннолетних преступников.

Видно, что доля девиантных и склонных к девиациям подростков с возрастом растет (табл. 20) Таблица 20 – Группы подростков, склонных и не склонных к девиациям, среди школьников 7-9 и 10-11 классов, % Подростки с элементами девиантного 58 поведения Выявление серьезных девиаций в этих возрастных группах должно вызывать тревогу не только у родителей и учителей, но и у всего общества. Именно здесь необходимы все формы социального контроля и другие методы профилактики и коррекции девиантного поведения.

В структуре преступности несовершеннолетних доминируют кражи и уличные грабежи, хулиганство. Специфической особенностью девиантного поведения является то, что в последнее время среди подростков все больше распространяются такие виды преступности, которые были присущи взрослым: торговля оружием и наркотиками, сутенерство, разбойные нападения, использование пыток, нанесение тяжких телесных повреждений, убийства. Несовершеннолетние активно участвуют в рэкете, незаконном бизнесе и других видах преступной деятельности. На фоне некоторой неустойчивой стабилизации ситуации с количеством подростковых преступлений в целом, эксперты отмечают, что она становится всё более изощренной, юные бандиты стали более жестокими. Чаще всего эти преступления носят групповой характер, и групповое криминальное поведение подростков сегодня – это норма, а не отклонение. По данным МВД, доля групповых преступлений в преступности несовершеннолетних (в зависимости от вида преступлений, возрастных категорий, территориального распределения) в 2-5 раз выше, чем аналогичный показатель преступности взрослых, и составляет примерно 70%. Это подтверждается и результатами наших исследований. При опросе осужденных, отбывающих наказание в Белореченской колонии для несовершеннолетних, 58% подростков отметили, что в момент совершения преступления действовали в компании со сверстниками, еще 15% указали, что действовали с группой, в которой были и взрослые.

Преступления, совершаемые сегодня подростками, продолжают оставаться одной из самых серьёзных проблем в России. Несмотря на усилия российского государства в сфере борьбы с преступностью несовершеннолетних, нет серьезных оснований утверждать, что в России существует действующая система борьбы с преступностью несовершеннолетних, адекватная реальности и потребностям развития страны.

Характерной чертой последнего десятилетия XXI века является синусоидальная динамика объема зарегистрированных преступлений несовершеннолетних, что может являться косвенным признаком попыток реализации уголовной политики на региональных и локальных уровнях.

Специалисты отмечают, что сегодня наблюдается рост преступлений, совершаемых несовершеннолетними с психическими отклонениями. Так, среди наших респондентов воспитанников Белореченской колонии 30% отметили, что до колонии учились в коррекционной школе. Кризисная ситуация в социальной сфере, образовавшийся духовный вакуум особенно сильно влияют на таких детей. Они с большей легкостью, чем другие группы несовершеннолетних, оказываются во власти инстинктивных потребностей и влечений.

Речь идет о так называемых пограничных состояниях, не исключающих вменяемости и, следовательно, ответственности.

Сюда относят различные виды неврозов, умеренную дебильность, психопатию, алкоголизм, сексуальные расстройства.

Указанные расстройства это не тяжелые и стойкие заболевания. В большинстве случаев они приобретены не в результате отягощенной наследственности, а вследствие неблагоприятных условий жизни и воспитания [2]. Во многом это результат соответствующего поведения и жизни их родителей-алкоголиков, наркоманов. Сочетания психических расстройств и социально-психологической деформации личности во многом объясняются тем, что причины патологического развития личности несовершеннолетних кроются в асоциальности и аморальности родителей.

3.1.2 Отношение подростков к социальным нормам.

Девиантные стереотипы. Что такое «плохо»?

Значимая причина отклоняющегося поведения – отношение подростка к социальным нормам. Согласно результатам исследования, полученным сотрудниками сектора девиантного поведения ИС РАН у подростков, склонных к девиантному поведению, ярко выражены принципиальные особенности во взглядах, характеризующих их отношение к другим людям, чести и достоинству. Зачастую несовершеннолетние не имеют представления или неуважительно относятся к праву собственности. Несовершеннолетним правонарушителям присущи защитные механизмы – техники нейтрализации, которые они используют для оправдания своих поступков и самоутверждения в противозаконной деятельности:

отрицание ответственности, отрицание ущерба, отрицание жертвы, осуждение осуждающих, обращение к высшим ценностям (Г. Сайк, Д. Матза). Чаще всего подросток рассматривает себя как жертву обстоятельств. С одной стороны, причиной такого феномена можно считать характерный для девиантных подростков внешний локус контроля, который подготавливает почву для отклонения от нормы. Подросток, таким образом, получает возможность уйти от ответственности. C другой стороны, отрицание ответственности является следствием специфики правового сознания девиантных подростков. Для них характерны глубокие дефекты правосознания, основой которых является правовая неграмотность, незнание определенных правовых запретов, что приводит к отрицанию норм права, нежеланию им следовать, рассуждениям о незаконности осуждения и несправедливости законов.

Таким образом, одни в момент преступления не думают об ответственности, другие вообще не подозревают, что за такие действия привлекают к суду.

По данным исследования, оказалось, что более 70% из осужденных подростков не имели ясного представления о вероятности уголовного наказания за свои деяния. Отрицание ответственности не снимает вопрос о последствиях. Для девиантных подростков свойственно отрицание причиненного вреда, ущерба. Так, хулиганство они воспринимают как озорство, угон автомобиля как восстановление справедливости (современные «Робин Гуды»), драку как выяснение отношений и ответ на будто бы нанесенное оскорбление. Несовершеннолетний преступник пытается доказать, что его поступок представляет собой справедливое возмездие. Подросток ставит себя в положение мстителя, а жертва превращается в злодея. Таким образом, он отрицает наличие жертвы.

Отдельный интерес представляет исследование нормативного сознания девиантных подростков и учащейся молодёжи Краснодарского края (2005,2007 г). Посредством заданных вопросов мы преследовали цель выяснить отношение подростков к тем или иным отклонениям. Результаты ответов на «щекотливые» вопросы следует воспринимать с некоторой осторожностью, поскольку уровень правдивости в ответах на подобные вопросы, как правило, ниже, чем по анкете в целом. Поэтому для повышения достоверности ответов школьникам задавались два, пересекающихся по смыслу вопроса:

1) «У тебя всегда вызывают сильную неприязнь…» (затем перечислялись примеры девиантного образа жизни, сформулированные в оценочном тоне, «ярлыки», напр. алкоголик и т.д.); 2) «Нет ничего плохого в том, что..» (затем опять, перечислялись примеры девиантного образа жизни, но сформулированные описательным безоценочным языком). В процессе анализа была выявлена согласованность ответов на эти два вопроса. Если расхождение велико, то очевидно, суждения школьников носят декларативный характер и наоборот. Кроме того, в первый вопрос были вставлены тесты на межнациональную терпимость и терпимость к мигрантам. Результаты приведены в таблицах 21 и 22.

Анализ результатов показал, что согласованность ответов – достаточна для того, что бы констатировать высокий уровень искренности и устойчивости убеждений.

Таблица 21 – У тебя всегда вызывают сильную неприязнь… лица без определенного места жительства 39,8 29, (бомжи, бродяжки) алкоголики (опустившиеся, запойные пья- 73,0 60, ницы) представители каких-либо наций, нацио- 15,2 15, нальностей лица побывавшие в местах лишения свобо- 32,3 25, сидящие на игле (сильные наркотики) 75,8 61, приезжие из других районов (республик) 6, любой национальности люди с серьезными психическими откло- 47,2 31, нениями явные представители криминального со- 43,8 28, общества «Лохи» («мямли», не умеющие за себя по- - 36, стоять) Компьютерные фанаты (хакеры, геймеры и - 10, т.п.) Продолжение таблицы жизнь Люди с нетрадиционной сексуальной ори- - 43, ентацией Таблица 22 – Нет ничего плохого в том, что некоторые люди… курят "травку" (марихуану, коноплю) 29,1 13, отбывали срок в местах лишения свободы 35,2 25, не имеют жилья и живут "где придется" 31,2 16, имеют серьезные расстройства психики 20,0 7, что некоторые люди воруют, крадут, берут 6,3 9, взятки употребляют «тяжелые» наркотики (геро- - 6, ин, кокаин) (экстази и т.п.) агрессии имеют нетрадиционную сексуальную ори- - 16, ентацию Наибольшую неприязнь (и наименьшую терпимость) у школьников вызывают такие формы отклоняющегося поведения, как:

1) алкоголизм, наркомания, токсикомания и суицидальное поведение;

2) нетрадиционная сексуальная ориентация и психические отклонения;

3) неумение постоять за себя.

Представляется, что этим ответам можно доверять, поскольку они вполне согласуются с жизненными ценностями подростков (благополучие и успех). Большинство из дискриминируемых моделей поведения – это примеры крайней социальной неуспешности. Именно это и обусловливает выраженное негативное отношение к ним. В ответах явно просматривается травматичный жизненный опыт «трудных»

подростков, их терпимость по ряду показателей выше. Тревожит высокий уровень терпимости к лицам из мест лишения свободы – свидетельство того, что криминальные ценности не вызывают отторжения у значительной части школьников.

Что же касается терпимости к тем или иным видам девиантного поведения, то она, в целом, невысока. В то же время треть респондентов не ответила на вопрос, остальные, чувствуя, что вопрос «с подвохом», подкорректировали ответы. Во всяком случае, согласованность ответов невысокая.

Поэтому, вероятно, что наибольшая терпимость наблюдается по отношению к таким формам поведения, как:

совершение преступлений (срок в местах лишения свободы);

свободная половая жизнь;

агрессия, насилие (наибольший уровень терпимости).

Одним из главных вопросов в практике реабилитационной работы с «трудными» подростками является вопрос о причинах совершения ими правонарушения. В исследовании 2011 г. респондентам такой вопрос задавался. Согласованность полученных ответов позволяет с высокой надежностью построить следующую цепочку: скука, отсутствие продуктивных занятий – влияние компании, друзей и недостаточное внимание семьи – употребление алкоголя – другие девиантные формы поведения (табл. 23).

Таблица 23 – Что подтолкнуло тебя к совершению преступления?»

Пример со стороны сверстников 23,0 27,6 78, Давление со стороны сверстников Я убежал, совершил преступление от безвыходности Я был в состоянии опьянения и не понимал Я совершал правонарушения от скуки Не знаю, сейчас трудно сказать 50,5 36,2 8, Другое (собственный ответ) 17,2 27,6 4, Интересны собственные ответы респондентов – основной мотив собственных ответов – «я теперь жалею».

По-видимому, большинство наших респондентов, совершивших правонарушения, совершили их под воздействием ситуативных факторов (алкоголь, влияние друзей и т.п.), т.е. они пока находятся в зоне, так называемой, первичной девиантности, когда еще не произошло закрепления девиантных стереотипов поведения и коррекция поведения вполне возможна. Меньшая часть (10-15%, по-видимому) – демонстрирует признаки устойчивой вторичной, девиантности, и коррекционная работа с ними сильно осложнена.

В исследовании 2008-2009 гг. мы решили поменять форму вопроса и опирались на методику Е.В. Змановской, которая была адаптирована под конкретные задачи исследования. Полученные данные показались нам нетривиальными:

как будет показано ниже, в сознании респондентов непростым образом смешались нормативность и денормативность.

Респондентам было предложено оценить степень допустимости возможных поступков взрослого человека. Цель данного блока вопросов – диагностика состояния сферы нормативно-правового сознания молодежи, индивидуального восприятия допустимости / недопустимости различных форм отклоняющегося поведения. Респондентам был предложен список из 28 возможных поступков взрослого человека, которые традиционно попадают в категорию нежелательных, недопустимых – т.е. отклонений от социальных норм различной степени тяжести. По каждому поступку респондент мог выбрать один из 5-ти вариантов ответа:

категорически не допустимо;

допустимо лишь в крайних случаях;

допустимо, но не желательно;

допустимо и является личным делом каждого;

всегда допустимо и желательно.

Следует помнить, что в ответах на подобные вопросы уровень искренности респондентов, как правило, снижается.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |
 


Похожие работы:

«Министерство образования и науки Российской Федерации Московский государственный университет экономики, статистики и информатики (МЭСИ) Кафедра Лингвистики и межкультурной коммуникации Е.А. Будник, И.М. Логинова Аспекты исследования звуковой интерференции (на материале русско-португальского двуязычия) Монография Москва, 2012 1 УДК 811.134.3 ББК 81.2 Порт-1 Рецензенты: доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой русского языка № 2 факультета русского языка и общеобразовательных...»

«В.А. Бондарев, Т.А. Самсоненко Социальная помощь в колхозах 1930-х годов: на материалах Юга России Научный редактор – доктор философских, кандидат исторических наук, профессор А.П. Скорик Новочеркасск ЮРГТУ (НПИ) Издательский дом Политехник 2010 УДК 94(470.6):304 ББК 63.3(2)615–7 Б81 Рецензенты: доктор исторических наук, доктор политических наук, профессор Баранов А.В.; доктор исторических наук, профессор Денисов Ю.П.; доктор исторических наук, профессор Линец С.И. Бондарев В.А., Самсоненко...»

«Институт монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН Институт истории, археологии и этнографии ДВО РАН МОНГОЛЬСКАЯ ИМПЕРИЯ И КОЧЕВОЙ МИР Книга 3 Ответственные редакторы Б. В. Базаров, Н. Н. Крадин, Т. Д. Скрынникова Улан-Удэ Издательство БНЦ СО РАН 2008 УДК 93/99(4/5) ББК63.4 М77 Рецензенты: д-р и.н. М. Н. Балдано д-р и.н. С. В. Березницкий д-р и.н. Д. И. Бураев Монгольская империя и кочевой мир (Мат-лы междунар. М науч. конф-ии). Кн. 3. - Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 2008. -498 с. ISBN...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОМСКИЙ ФИЛИАЛ НЕГОСУДАРСТВЕННОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ МОСКОВСКАЯ ФИНАНСОВО-ПРОМЫШЛЕННАЯ АКАДЕМИЯ _ Р. Х. Хасанов Партнерство государства и бизнеса в рамках кластерных взаимосвязей Монография Омск 2010 УДК 332.122 ББК 65.9 Х24 Печатается по решению Учебно-методического совета Омского филиала негосударственного образовательного учреждения высшего профессионального образования Московская...»

«АКАДЕМИЯ НАУК СССР ТРУДЫ ПАЛЕОНТОЛОГИЧЕСКОГО ИНСТИТУТА · Поздне­ мезозойские· HaceKOMble Восточного Забайкалья ТОМ 239 OCHOIIOHЬl 11 году 1932 Ответственный редактор доктор биологических наук А.П. РАСНИЦЫН МОСКВА НАУКА 1990 УДК 565.7:551.762/3 (57J.55) 1990.Позднемезозойские насекомые Восточного Забайкалья. М.: Наука, 223 с. -(Тр. ПИНАНСССР; Т. 239). - ISBN 5-02-004697-3 Монография содержит описания. ' ископаемых насекомых (поденки, полужесткокрылые, жуки, вислокрылки, верблюдки,'...»

«УДК 339.9 (470) ББК 65.5 Научный редактор д-р экон. наук, проф. А.М. Ходачек (Гос. ун-т – Высшая школа экономики СПб. филиал) Рецензенты: Максимцев И.А., д.э.н., профессор, ректор Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов. Ягья В.С., д.и.н., профессор, зав. кафедрой мировой политики факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета. Зарецкая М.С., Лукьянов Е.В., Ходько С.Т. Политика Северного измерения: институты, программы и...»

«Светлой памяти моих учителей — Ивана Георгиевича Спасского и Матвея Александровича Гуковского Ж. К. Павлова Флориан Жиль и Императорский Эрмитаж Жизнь и судьба Нестор-История Санкт-Петербург 2010 УДК 79.1 ББК 069-051 П12 Перевод с французского (рукописные тексты) — И. В. Юденич Перевод с немецкого и французского — А. И. Блок Редактор — И. В. Юденич Павлова Ж. К. П12 Флориан Жиль и Императорский Эрмитаж. Жизнь и судьба. — СПб. : Нестор-История, 2010. — 312 с., ил. ISBN 978-5-98187-504-5...»

«М.Ф.ПАНКИНА ДЕСЕМАНТИЗАЦИЯ КАК СПОСОБ РАЗВИТИЯ ЗНАЧЕНИЯ СЛОВА Воронеж 2012 М.Ф.ПАНКИНА ДЕСЕМАНТИЗАЦИЯ КАК СПОСОБ РАЗВИТИЯ ЗНАЧЕНИЯ СЛОВА (НА МАТЕРИАЛЕ ГЛАГОЛОВ САМОСТОЯТЕЛЬНОГО ПЕРЕМЕЩЕНИЯ В РУССКОМ И НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКАХ) Воронеж 2012 ББК 81.2 П 81 Научный редактор: д-р филол. наук, проф., заслуженный деятель науки РФ З.Д.Попова Рецензенты: доктор филологических наук, профессор Л.В.Ковалева доктор филологических наук, профессор В.М.Топорова Панкина М.Ф. П 81 Десемантизация как способ развития...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ИСТОРИИ ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ И ТЕХНИКИ ИМЕНИ С.И. ВАВИЛОВА Экологический центр С.В. КРИЧЕВСКИЙ ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ ТЕХНИКИ (методология, опыт исследований, перспективы) Монография МОСКВА - 2007 1 УДК 62 ББК 20 К19 В авторской редакции. Рецензенты: кандидат технических наук В.М. Кузнецов, ИИЕТ РАН; кандидат биологических наук Т.Е. Попова, ИИЕТ РАН; доктор геолого-минералогических наук, профессор М.М. Судо, МНЭПУ. К19 Кричевский С.В. Экологическая история техники...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТОРГОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ (ФГБОУ ВПО СПбГТЭУ) ИННОВАЦИИ В ОБЛАСТИ ТЕХНОЛОГИИ ПРОДУКЦИИ ФУНКЦИОНАЛЬНОГО И СПЕЦИАЛИЗИРОВАННОГО НАЗНАЧЕНИЯ Коллективная монография САНТК-ПЕТЕРБУРГ 2012 УДК 641.1:613:29 ББК Инновации в области технологии продукции общественного питания функционального и...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Тамбовский государственный технический университет Н.И. САТАЛКИНА, С.И. ДВОРЕЦКИЙ, М.Н. КРАСНЯНСКИЙ, В.Е. ГАЛЫГИН, В.П. ТАРОВ, Т.В. ПАСЬКО, Г.И. ТЕРЕХОВА КОММЕРЦИАЛИЗАЦИЯ РЕЗУЛЬТАТОВ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ НАУЧНЫХ И ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ: СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ Рекомендовано научно-техническим советом университета в...»

«УЧРЕЖДЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК ИНСТИТУТ ВОДНЫХ И ЭКОЛОГИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМ СИБИРСКОГО ОТДЕЛЕНИЯ РАН Ледовые процессы и явления на реках и водохранилищах Методы математического моделирования и опыт их реализации для практических целей (обзор современного состояния проблемы) БАРНАУЛ 2009 УДК 556.124.001.57 ББК 26.222 ISBN-978-5-904014-04-9 Рецензент: доктор физико-математических наук В.А. Шлычков Бузин В.А., Зиновьев А.Т. Ледовые процессы и явления на реках и водохранилищах. Методы...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Таганрогский государственный педагогический институт имени А. П. Чехова Г. И. Тамарли ПОЭТИКА ДРАМАТУРГИИ А. П. ЧЕХОВА (ОТ СКЛАДА ДУШИ К ТИПУ ТВОРЧЕСТВА) В авторской редакции 2-е издание, переработанное и дополненное Таганрог Издательство ФГБОУ ВПО Таганрогский государственный педагогический институт имени А. П. Чехова 2012 УДК 82–2 ББК...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Амурский государственный университет Биробиджанский филиал Кириенко Е.О. Развитие туризма в приграничных регионах Монография Биробиджан, 2010 1 УДК 325,8 ББК 78 Рецензенты: доктор экономических наук, профессор Е.Н. Чижова доктор экономических наук, профессор В.А. Уваров Кириенко Е.О. Развитие туризма в приграничных регионах: монография / Е.О. Кириенко; Биробиджанский филиал ГОУ...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ ТЕРРИТОРИЙ РАН Проблемы эффективности государственного управления Человеческий капитал территорий: проблемы формирования и использования Вологда 2013 УДК 314.93 Публикуется по решению ББК 60.723.23 Ученого совета ИСЭРТ РАН П78 Проблемы эффективности государственного управления. Человеческий капитал территорий: проблемы формирования и использования [Текст]: монография / Г.В. Леонидова, К.А. Устинова, А.В. Попов, А.М. Панов, М.А....»

«Е.А. ОГНЕВА ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ПЕРЕВОД: ПРОБЛЕМЫ ПЕРЕДАЧИ КОМПОНЕНТОВ ПЕРЕВОДЧЕСКОГО КОДА УДК 82.03+81`25 ББК 83.3+81.2-7 О-38 Огнева Е.А. Художественный перевод: проблемы передачи компонентов переводческого кода: Монография. 2-е изд., доп. – Москва: Эдитус, 2012. – 234 с. Рецензенты: доктор филологических наук С.Г. Воркачев доктор филологических наук Л.М. Минкин В монографии обсуждаются актуальные проблемы сопоставительного языкознания и теории перевода. Изложена типология преобразований...»

«Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Ульяновский государственный технический университет С. А. РЫБЧЕНКО ФОРМИРОВАНИЕ СТРАТЕГИЙ БРЕНДИНГА НА РОССИЙСКОМ РЫНКЕ МЯСНОЙ ПРОДУКЦИИ Ульяновск 2009 УДК 339.187.25 ББК 65.290–2 Р 93 Рецензенты: Доктор экономических наук, профессор кафедры маркетинга Саратовского государственного социально-экономического университета И. М. Кублин. Доктор экономических наук, профессор,...»

«О ПРЕИМУЩЕСТВАХ ИННОВАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ ПРОИЗВОДСТВА ИЗДЕЛИЙ ИЗ КОЖИ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ НАНОТЕХНОЛОГИЙ 1 УДК ББК К Рецензенты: д.т.н., профессор, главный специалист Санкт – Петербуржского информационно – аналитического центра. К.Н Замарашкин ( г. Санкт – Петербург, Россия ) д.т.н., профессор, зав. кафедрой Конструирование изделий из кожи Новосибирского технологического института ГОУ ВПО Московский государственный университет дизайна и технологии филиал Н.В Бекк (г. Новосибирск,...»

«Институт биологии Уфимского научного центра РАН Академия наук Республики Башкортостан ФГУ Южно-Уральский государственный природный заповедник ГОУ ВПО Башкирский государственный университет ФЛОРА И РАСТИТЕЛЬНОСТЬ ЮЖНО-УРАЛЬСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ПРИРОДНОГО ЗАПОВЕДНИКА Под редакцией члена-корреспондента АН РБ, доктора биологических наук, профессора Б.М. Миркина Уфа Гилем 2008 УДК [581.55:502.75]:470.57 ББК 28.58 Ф 73 Издание осуществлено при финансовой поддержке Фонда содействия отечественной...»

«О.И. БЕТИН, Б.И. ГЕРАСИМОВ, В.В. ДРОБЫШЕВА, Л.И. ФЕДОРОВА, В.В. ХУДЕЕВА ЭКОНОМИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ СИСТЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ КАЧЕСТВОМ ЖИЗНИ ИЗДАТЕЛЬСТВО ТГТУ Министерство образования и науки Российской Федерации Администрация Тамбовской области ГОУ ВПО Тамбовский государственный технический университет С е р и я ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ КАЧЕСТВА ЖИЗНИ О.И. БЕТИН, Б.И. ГЕРАСИМОВ, В.В. ДРОБЫШЕВА, Л.И. ФЕДОРОВА, В.В. ХУДЕЕВА ЭКОНОМИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ СИСТЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ КАЧЕСТВОМ ЖИЗНИ Рекомендовано к изданию секцией...»








 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.