WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |

«Назарова Н.Б. ИССЛЕДОВАНИЕ СЛОВОСОЧЕТАНИЙ В КОМПОЗИЦИОННО-РЕЧЕВЫХ ФОРМАХ: ОПИСАНИИ, ПОВЕСТВОВАНИИ, РАССУЖДЕНИИ Монография Москва, 2013 1 УДК 80 ББК 80/84 Н 192 Назарова Н.Б. ИССЛЕДОВАНИЕ ...»

-- [ Страница 1 ] --

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ЭКОНОМИКИ,

СТАТИСТИКИ И ИНФОРМАТИКИ (МЭСИ)

Назарова Н.Б.

ИССЛЕДОВАНИЕ СЛОВОСОЧЕТАНИЙ

В КОМПОЗИЦИОННО-РЕЧЕВЫХ ФОРМАХ:

ОПИСАНИИ, ПОВЕСТВОВАНИИ,

РАССУЖДЕНИИ

Монография Москва, 2013 1 УДК 80 ББК 80/84 Н 192 Назарова Н.Б. ИССЛЕДОВАНИЕ СЛОВОСОЧЕТАНИЙ В КОМПОЗИЦИОННО-РЕЧЕВЫХ ФОРМАХ: ОПИСАНИИ, ПОВЕСТВОВАНИИ, РАССУЖДЕНИИ / Н.Б. Назарова. Монография. – М.: МЭСИ, 2013. – 191 с.

Назарова Нина Борисовна кандидат филологических наук, доцент кафедры ЛиМК РЕЦЕНЗЕНТЫ:

доктор филологических наук, профессор Чернышова Л.А.

доктор филологических наук, профессор Волков А.А.

Назарова Н.Б., ISBN 978-5-7764-0757- МЭСИ,

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

ГЛАВА I. Словосочетание в истории грамматических учений

Грамматика Пор-Рояль

Русские грамматики конца XVIII начала XIX в.

(М.В. Ломоносов, А.А. Барсов, А.Х. Востоков)

Карл Фердинанд Беккер и его грамматика «Schulgrammatic der deutschen Sprache»

Русские грамматики XIX в.

Ф.Ф. Фортунатов и Московская формальная школа

Синтаксическое учение А.А. Шахматова и его последователей

Словосочетание в Западно-Европейском языкознании

Последующая разработка теории словосочетания

Вопрос о функции словосочетания в современных исследованиях

Словосочетание и функциональные стили

Взгляды М.М. Бахтина на проблемы языковых единиц

ГЛАВА 2. Проблема композиционно-речевой формы в современном языкознании

Античные риторики о строении и определении композиционно-речевой формы

Французские риторики XIX в. (А. Пелиссье и А. Барон) о повествовании и описании

Русские риторики XVI–XVII вв. о стилистических формах речи М.В. Ломоносов

Развитие теории композиционно-речевых форм в русских риториках первой половины XIX века

Риторика Н.Ф. Кошанского

Развитие теории композиционно-речевых форм в русских риториках второй половины XIX века

ГЛАВА 3. Предикативное словосочетание в композиционно-речевых формах

Конструктивные признаки композиционно-речевых форм

Предикативные словосочетания в описании

Предикативные словосочетания в повествовании

Предикативные словосочетания в рассуждении

Библиография

ВВЕДЕНИЕ

Исследование проблем отношения риторики и лингвистики представляется значимой лингвистической задачей.

С точки зрения метода лингвистики важно установить единство языковых форм, представленных во всех видах словесности. Поэтому попытка выявить взаимозависимость между строением основных грамматических и риторических категорий является актуальной в современной лингвистике.

Интеграция синтаксиса и риторики представляется актуальной и важной задачей современной филологии, так как эти дисциплины имеют общий предмет: текст в различных его аспектах.

В риторике до XIX в. такие фундаментальные лексические категории, как синонимия, антонимия, омонимия, тропы – трактуются в лексикологии и риториках, а синтаксические категории – период, словосочетание, фигура речи является предметом рассмотрения грамматики и риторики. Вопрос словообразования входит в риторику как учение о фигурах речи: произвождение, единоначалие и т.д. Сама по себе система грамматических категорий частей речи и риторических аргументов строится также на одном и том же основании – топике. Со времени «Риторики» Аристотеля в ней выделяются такие понятия, как образ ритора, вид речи, содержательный образ конкретной речи, риторическая эмоция (эмоциональное воздействие речи достижимое с помощью языковых средств), риторическое доказательство, композиция и стиль речи как часть её композиции.

Кроме этого, риторика содержит советы педагогического характера о воспитании оратора, методические указания о составлении речей, наполнение идей словесным материалом (элокуция), заполнение и исполнение речи (элоквенция).

Таким образом, риторика содержит иной тип понятий в сравнении с лингвистикой, иную структуру науки.

Вместе с тем, и лингвистика, и риторика, относятся к одному и тому же объекту изучения – речевой деятельности человека и предполагают практическое использование в области совершенствования языковой системы и речевых коммуникаций как целого.

Разрыв между риторикой и грамматикой нарастает в XIX в. по мере того, как система грамматики строится на формальных основаниях, и поэтому учение о фигурах речи либо исключается из лингвистики, либо уходит в стилистику.

Учение о периоде заменяется к концу XIX в. учением о синтаксических конструкциях, и само понятие периода исчезает из употребления. Развитие риторики в последние десятилетия после второй мировой войны как филологической дисциплины предполагает установление её взаимоотношений с другими филологическими дисциплинами, в первую очередь, с грамматикой. Однако отношения понятия риторики и понятия лингвистики не выяснены. Их связь между собой и составляет проблему которую мы и попытаемся рассмотреть.

Вопрос заключается в том, насколько грамматические факты в конкретном языке связаны с риторическими фактами. Для этих целей в качестве предмета исследования мы выберем ключевую для риторики категорию композиционно-речевой формы и ключевую для грамматики категорию словосочетания.





Мы избрали достаточно универсальные речевые формы, которые могут быть представлены в любом виде словесности (устном бытовом диалоге, документах, массовой информации и т.д.). Такими композиционными видами речи в соответствии с теорией словесности являются описание, повествование и рассуждение.

Описание, повествование и рассуждение как типы речевых форм не охватывают всех видов речевых композиций, так как помимо них существуют ещё и приёмы диалогической речи, реферативно-информационная деятельность и многое другое. Однако, описание, повествование и рассуждение, по данным теории словесности, являются центральными видами монологической речи, которая с точки зрения риторики характеризуются своими риторическими законами.

Описание, повествование и рассуждение развивают композиционностилистические формы речи и являются удобным материалом для выяснения вопроса о том, как соотнесены конкретно лингвистические понятия с понятиями риторики.

Эти категории представляются ключевыми потому, что в истории грамматики основной его раздел – синтаксис – со второй половины XIX в. и до настоящего времени опирается на понятие словосочетания.

С другой стороны, описание, повествование и рассуждение являются формами реализации основной мысли в слове. Виды и роды словесности развёртываются из этих основных форм речемыслительной деятельности.

Композиционно-речевая форма и представляется тем соединительным звеном, которое объединяет факты языка с фактами речи.

Таким образом, рассмотрение описания, повествования и рассуждения в лингвистических и риторических аспектах представляется весьма актуальной темой.

Объектом исследования послужили тексты, которые, как нам представляется, должны охватить как устную, так и письменную практику, в которой представлены описания, повествования и рассуждения. При этом целесообразно опираться на лучшие образцы прозы, ораторской и литературной.

В качестве образцов такого рода прозы нами были использованы следующие материалы:

В.О. Ключевский «Русская история. Полный курс лекций в трёх книгах» и «Русские судебные ораторы в известных уголовных процессах», том 62.

В.О. Ключевский. Русская история. Полный курс лекций в трёх книгах. – М., 1993.

Русские судебные ораторы в известных уголовных процессах. Том 6. – М., 1902.

Курс лекций В.О. Ключевского, хотя и содержит в своём названии лекцию, но фактически является литературно-письменным сочинением.

Известно, что историческая проза является стилистическим фундаментом как для литературно-художественной речи, так и для устной практики на правильном литературном языке. Историки нередко оцениваются обществом не столько по своим историческим концепциям, сколько по стилевым качествам исторических сочинений.

В.О. Ключевский является признанным стилистом в области исторической прозы. Творчество В.О. Ключевского, последнего из великих русских историков, который развивает русские стилистические традиции Н.М. Карамзина, С.М. Соловьёва и других историков более раннего времени, на наш взгляд, концентрирует в себе сложившийся в классическом языке русской исторической прозы опыт повествования. Творчество более поздних историков-стилистов, как, например, акад. Е.В. Тарле, отражает стилистические влияния французской историографии. Работы других историков XX в. не дают, как представляется, широкой картины исторической прозы, поскольку носят более частный характер.

Использованное в качестве материала судебное ораторство отражает пореформенное ораторское красноречие, сложившееся в условиях суда присяжных. Суд присяжных требовал от оратора воздействия на состав судей, а состав судей – присяжных заседателей формировался из разных слоёв населения с разной степенью образованности, с различными нравственными требованиями и неодинаковой юридической эрудицией. В этой связи пореформенное судебное ораторство действовало в классических условиях, обращаясь как бы ко всей массе народа и в лице его представителей – судебных заседателей. Сам процесс, таким образом, максимально сближался с этикой и практикой устной речи и требовал от ораторов полных и разнообразных форм воздействия на аудиторию с целью принятия тех решений, за которые боролся данный оратор.

Материал представлен на основе юридической прозы юристов-классиков конца XIX начала XX века – эпохи расцвета судебного ораторского искусства. Особенно полно он позволил нам проиллюстрировать ту часть, где рассматриваются рассуждения. Именно этот материал, а не материал рассуждений в трудах учёных был привлечён, поскольку именно в юридической речи обнаруживаются наиболее сложные и разнообразные формы построения рассуждения Научные рассуждения более формализованы, и их строение, как указывается в работах Х. Перельмана, А. Волкова, редуцированы к общей норме.

Таким образом, привлечение исторических сочинений и материалов судебного ораторства позволяет достаточно полно представить материал для исследования темы.

Наша задача состоит в том, чтобы на материале указанных текстов попытаться установить взаимозависимость между строением основных грамматических категорий и основных риторических категорий.

Проблема поставлена так: чувствителен ли язык к таким универсальным системам, которые существуют во всех языках, как описание, повествование и рассуждение. Поэтому необходимо:

1) изучить вопрос о том, как строятся нормативные грамматики, основные наиболее влиятельные концепции, связанные с понятием словосочетания;

2) выяснить, где и как разводятся понятия предложения и словосочетания;

3) изучить взаимоотношения формальной Фортунатовской школы и школы, восходящей к акад. А.А. Шахматову, по-разному трактующих словосочетание и предложение. Это столкновение мнений проходит через историю отечественной лингвистики первой половины XX века.

С другой стороны, нужно соотношение единиц языка осветить с риторической точки зрения и посмотреть, как трактуют композиционно-речевые формы риторики.

Метод, принятый в данном исследовании, содержит разные роды наблюдений.

Основным принципом этих наблюдений является сравнительное изучение применения разных видов предикативных словосочетаний в повествовании, описании и рассуждении, а также установление корреляции между формами речи и формами словосочетания.

Поскольку в центре предложений, выражающих относительную законченность мысли и составляющих части периодов, лежат предикативные словосочетания, то возникла необходимость рассмотреть характер предикативных словосочетаний и семантические классы глаголов, использованных в предикативных словосочетаниях.

Характер предикативных словосочетаний и семантические классы глаголов соотносились с формами речи, а также с устной и письменной разновидностью форм речи.

Таким образом, мы исследуем интеграцию синтаксиса и риторики.

Причем, соединение синтаксиса словосочетания и риторики позволяет сказать, что грамматика выступает в виде техники для риторики. Мы получили возможность формульно представить себе композицию разных форм речи, которые выделяются в риторическом плане, но в грамматике получают определённое «скелетное» выражение. Это «скелетное» выражение и есть то самое соединение грамматики и риторики.

В результате обобщения и анализа большого количества практического материала мы показываем, что между формами речи повествования, описания и рассуждения и типами предикативных словосочетаний и использованными в них глаголами существует ясно выраженная корреляция. Эта корреляция может быть зафиксирована как дистрибутивные отношения между формами речи и классами словосочетаний, с одной стороны, между формами речи и семантическими классами глаголов – с другой стороны. Поэтому можно говорить, что между понятиями риторики и понятиями лингвистики возможно установление коррелятивных отношений, имеющих закономерный характер.

Рассмотрение материала также показало, что в различных композиционно-речевых формах используются различные фрагменты глагольной и именной системы русского языка.

Если для описания, где развёртывается субъект предикативного словосочетания и остаётся свободным предикат, характерны, в первую очередь, ЛЕКСИЧЕСКИЕ СВЯЗИ ИМЁН, а система глагольных синтаксических категорий проявляется лишь в наличии глаголов несовершенного вида, то в повествовании включается и работает ВИДОВРЕМЕННАЯ СИСТЕМА ГЛАГОЛА и используются отношения между временами и видами русского глагола, которые необходимы для выражения одновременности и последовательности действия и состояния. В рассуждении же включаются и работают в основном глагольные категории, связанные с модально-оценочной стороной глагола – НАКЛОНЕНИЕ, ЗАЛОГ, ВИД.

Таким образом, в русском языке основные глагольные категории распределены по композиционно-речевым формам как основным речевым проявлениям формы предикативного словосочетания.

Изучение истории русской риторики показывает, что отправные понятия риторики и их частная разработка строились таким образом, что риторика после М.В. Ломоносова в содержании своих понятий не была связана с лингвистикой. Этот отрыв риторики от лингвистики и привёл в значительной степени к тому, что риторика была исключена из учебного предмета словесности, а впоследствии и из состава научных интересов лингвистов.

Изучение синтаксических теорий словосочетаний показало, что теория словосочетаний как грамматическая теория исследовалась отдельно от риторики как учения о речи: Грамматическая теория словосочетания не исследовала взаимоотношений словосочетаний и композиционных форм речи.

Композиционно-речевая форма проявляет свойства основной единицы речемыслительной деятельности, в пределах которой обнаруживается связь между собственно лингвистическими единицами – словосочетанием и предложением – и структурой дискурса. В этой связи понятие композиционноречевой формы представляется перспективным для изучения подобных структур в других языках.

Композиционно-речевая форма продолжает линию номинативных единиц языка: слова и словосочетания. Таким образом, возможна перспектива построения номинативной теории языка, в которой единицы рассматриваются с точки зрения техники формирования и развёртывания мысли. Такая теория является традиционной, поскольку древнее грамматическое искусство и школьная грамматика вплоть до конца XIX века рассматривает факты языка именно в таком аспекте.

Между композиционными формами речи и структурными типами предикативных словосочетаний существуют закономерные корреляции: между семантическими типами глаголов с одной стороны и композиционными формами речи, с другой.

Мы рассмотрели в основном материал предикативных словосочетаний в их отношении к композиционно-речевым формам, который показал, что композиционно-речевые формы избирательны в отношении к типам предикативных словосочетаний, поскольку каждый тип композиционно-речевых форм представлен различёнными с другими обязательными типами предикативных синтагм.

Конструктивно обязательными для описания остаются именные предикативные словосочетания и несовершенный вид глагола, для повествования – глагольные словосочетания и совершенный вид глагола, а для рассуждения – условное наклонение и различные вводные конструкции, обозначающие авторские модальности речи.

Стилистическая составляющая композиционно-речевой формы вуалирует их грамматические признаки, но эти грамматические признаки и характеристики обязательно проявляются в любом тексте, который является описанием, повествованием или рассуждением Рассмотрение развития синтаксических учений о словосочетании и трактовке словосочетания и композиционно-речевых форм в классических риториках показывает, что категория словосочетания в истории грамматических учений связывает тип грамматического учения с теми композиционноречевыми формами, которые таким типом грамматического учения вводятся в речевой обиход и нормируются в первую очередь.

Действительно, все без исключения грамматические руководства от Александрийских грамматистов до грамматики Ф.И. Буслаева рассматривают предложение как словосочетание и, следовательно, вводят предикативную синтагму в состав словосочетания. После работ А.А. Потебни и А.А. Шахматова позиции нормативных грамматик в отношении предикативного словосочетания разделяются.

А.А. Шахматов не считает предложение словосочетанием, и вслед за ним В.В. Виноградов и его ученики исключают предикативное словосочетание из состава словосочетаний.

Между тем, исследованный материал показывает, что рассуждения противостоят описанию и повествованию именно в аспекте того базового словосочетания, из которого развёртывается вся композиционно-речевая форма. Это значит, что предикативное словосочетание, и в особенности структура:

вводит рассуждение как основную композиционно-речевую форму. И обвинения в логицизме грамматик Ф.И. Буслаева и более ранних не случайны, так как именно эти грамматики были ориентированы на рассуждение.

Столь же не случайным представляется отказ от предикативных словосочетаний в грамматических учениях последователей А.А. Потебни. Описательно-повествовательные формы речи развёртываются из предмета – отдельного слова или непредикативного словосочетания. Поскольку основным языковым материалом для этих грамматик являются литературно-художественные и вообще повествовательные тексты, в которых структура рассуждения не значима, то авторы грамматических учений отводят предикации роль по существу текстообразующего фактора, рассматривая (в особенности М.М. Бахтин) предложения как минимальное высказывание. Между тем, современный русский литературный язык всё более ориентируется на прозаические (в смысле А.А. Потебни) виды речи. Поэтому дальнейшее развитие русского литературного языка предполагает обращение к классическим «логическим» принципам построения грамматики – рассмотрение предложения как словосочетания и одновременно как минимального высказывания, в котором на уровне актуального членения развёртываются формы предикации, дублирующие грамматическую предикацию. Тем самым представляется вполне возможным совмещение двух указанных подходов.

Первая глава – «Словосочетание в истории грамматических учений» рассматривает общую теорию словосочетаний по лингвистическим данным. Здесь представлены концепции словосочетания на основных этапах развития грамматической теории, в особенности, русской грамматической традиции.

В качестве таких этапов были избраны: античная грамматика и грамматика Пор-Рояля, которые явились основанием грамматического учения нового времени; грамматическое учение М.В. Ломоносова как первая грамматика русского языка, базирующаяся на античной традиции; грамматическое учение К.Ф. Беккера.

Рассмотрение грамматики К.Ф. Беккера представляется особо важным для истолкования в плане наших задач в последующих грамматических учениях, так как значение её состоит в том, что теория словосочетания связывается с теорией предложения и устанавливается факт предикативности всех типов словосочетаний.

Существенным для нас является также грамматика Ф.И. Буслаева как удачное сочетание классических грамматических традиций, восходящих к античной грамматике, с данными сравнительно-исторического метода.

Особое значение для нас имеет расхождение в трактовке основных синтаксических категорий между двумя направлениями русской грамматической науки – линии академика Ф.Ф. Фортунатова и линии акад. А.А. Шахматова. Соотношение этих двух направлений предполагало выяснение вопроса о том, почему в концепции А.А. Шахматова и В.В. Виноградова отрицается предикативность словосочетания, и является ли это отрицание принципиальным с точки зрения грамматической теории.

Восстановление М.М. Бахтиным в научной лингвистической литературе классического соотношения понятий предложения и высказывания, как представляется, указывает на возможность трактовать это расхождение как непринципиальное, поскольку содержание понятия предложение, с одной стороны, включено в понятие высказывания как минимальной коммуникативной единицы. С другой же стороны, оно соотносится с понятием словосочетания как формально-грамматической единицы.

Историческое осмысление грамматических учений словосочетания и предложения в аспекте данной темы исследования позволяет, как представляется, предположить различные ориентации конкретных грамматических учений, тех или других видов словесности или речевой деятельности, её описательно-повествовательные формы или формы, связанные с рассуждением, то есть, ориентации на поэзию или прозу в терминологии А.А. Потебни.

Итак: Синтаксис имеет дело с двумя основными единицами: словосочетанием и предложением. При этом синтаксические теории развиваются сначала как теории словосочетания, а потом как теории предложения.

Словосочетание является самостоятельной единицей языка, образующей особый уровень контекстной номинации и в этом смысле характеризуется следующими свойствами:

а) образной номинативностью и единством номинативного значения;

б) синтаксической организацией или формой, которая позволяет соотнести элементы словосочетания как независимые от порядка слов и строения предложения в целом;

в) разрывностью, то есть свойством, позволяющим идентифицировать элементы словосочетания вне зависимости от их позиции в предложении;

г) способностью образовывать, с одной стороны, слово – устойчивую лексико-номинативную единицу, а, с другой стороны, предложение;

д) иерархичностью, в соответствии с которой словосочетания могут быть простыми и сложными, при этом опорный член словосочетания может распространяться определяющим. По мере распространения словосочетания оно утрачивает свою номинативную функцию, поэтому переход от словосочетания к предложению оказывается постепенным и возникает вопрос о том, является ли словосочетание единицей, обязательно включаемой в состав конкретного предложения.

В связи с установлением словосочетания как единицы языка возникает вопрос об интерпретации языковой единицы. Развивая взгляды А.А. Шахматова, предложение можно рассматривать как минимально завершённое высказывание, характеризующееся отношением так называемой психологической или смысловой предикации и составом синтаксических отношений, организующих члены предложения, которые могут быть представлены номинативными единицами – словами и словосочетаниями;

Поскольку словосочетание предстаёт как сложное имя с опорными синтаксическими связями между компонентами, возникает проблема отношения словосочетания не только к предложению как минимальному высказыванию, но и к высказыванию, более распространённому, чем предложение (не минимальное).

В литературе выделяется 3 единицы: словосочетание, предложение, высказывание, представлено и обозначено понятие предикативного словосочетания.

Предложение обладает: 1) качеством словосочетания; 2) качеством высказывания, являясь одновременно единицей языка и коммуникативной единицей речи.

Вторая глава – «Проблема композиционно-речевой формы в современном языкознании» содержит анализ материалов, в которых отмечается сложность этого явления и неоднозначность определения его в современных исследованиях, а также анализирует структуру риторических понятий (по данным истории риторики) в аспекте теории композиционно-речевой формы (КРФ).

Здесь рассматриваются концепции композиционно-речевых форм в риторической традиции, в основном XIX в., то есть после её разделения с традицией грамматического описания языка.

В литературе по стилистике даётся классификация композиционноречевых форм, устанавливается их значение, их роль для выражения мысли, рассматриваются особенности в различных функциональных стилях, но лишь намечаются связи между строением композиционно – речевых форм и строением синтаксических единиц в ней.

В русской риторической традиции, особенно в работах М.В. Ломоносова и Н.Ф. Кошанского, установлены:

а) основные принципы построения композиционно – речевых форм, исходя из природы языковых единиц словосочетания и предложения;

б) сами по себе композиционно-речевые формы в частных риториках представлены как основа родов и видов словесности.

Французские риторики также рассматривают композиционно-речевые формы, но правила их использования через развёртывание языковых единиц они не дают.

Развитие риторической теории композиционно-речевой формы в целом, позволяет сделать следующие два вывода:

1) композиционно-речевые формы, то есть, ОПИСАНИЕ, ПОВЕСТВОВАНИЕ и РАССУЖДЕНИЕ как формы речемыслительной деятельности, лежат в основании классификации видов и родов словесности, и частные риторики XIX в., в которых развивается учение о видах и родах словесности, содержат развёртывание учения о композиционно-речевых формах. Например, соответствующие описательно-повествовательные виды произведений словесности: историческая проза, описательная проза и т.д.;

2) сами по себе композиционно-речевые формы в риториках связываются с понятием предмета речи или суждения, развёртывание которого в тексте дают композиционно-речевые формы – описание, повествование, рассуждение. Именно здесь и обнаруживается связь между словосочетанием и строением композиционно-речевых форм. Эта связь оказывается либо смысловым развёртыванием субъекта предложения при свободном предикате в описании, предиката при свободном субъекте в повествовании и отношениями между субъектом и предикатом в рассуждении.

Таким образом, проблема соотношения словосочетания с композиционно-речевой формой сосредоточивается вокруг предикативного словосочетания. Это позволяет в дальнейшем рассмотреть проблему связи словосочетания и композиционно-речевой формы именно на материале предикативных словосочетаний. Следовательно, установление конкретного материала исследования основывается на попытке исторического анализа синтаксических теорий, с одной стороны, и теории композиционно-речевой формы, с другой.

Третья глава «Предикативное словосочетание в композиционноречевых формах» – исследует корреляции между композиционно-речевыми формами, типами предикативных словосочетаний и характером глаголов с точки зрения их семантической классификации, рассматриваются конкретные отношения между строением предикативного словосочетания в русском языке и строением основных композиционно-речевых форм.

Выбор русского языка обусловлен тем обстоятельством, что сам по себе факт зависимости предикативного словосочетания от типа композиционно-речевой формы может представляться правдоподобным. Вопрос заключается в том, каким образом словосочетание конкретного языка проявляет такую связь. Именно поэтому на материале представительных классических текстов и были рассмотрены предикативные словосочетания в описании, повествовании и рассуждении.

Одной из главных проблем изучения композиционно-речевых форм представляется их опознание получателем текста.

Композиционно-речевые формы определяются различным образом, но опознаются в тексте в основном безошибочно. Опознание их включает, очевидно, два аспекта:

1) обнаружение лингвистических признаков;

2) установление границы композиционно-речевой формы в тексте и связанное с ним различение вкраплений признаков одних композиционноречевых форм в другие и слияние композиционно-речевых форм в смешанных видах изложения.

Если композиционно-речевая форма определяется как способ выражения мысли в речи или способ представления в слове основного материала мысли, то в соответствии с концепцией Н.Ф. Кошанского, выделяется два типа композиционно-речевых форм: предметные описательно-повествовательные и соотносительные – различные виды рассуждения. Смысловым основанием первых является слово – имя предмета мысли, в основе вторых лежит суждение и отношение между выраженным в суждении субъектом и предикатом. Описание отличается от повествования тем, что имя предмета мысли в нём представляет собой обозначение вещи или явления, в то время как имя, лежащее в основе повествования, представляется обозначением деяния или события, которое развивается в глагол, как конкретное выражение действия в его основных семантико-грамматических категориях.

Таким образом, различение описания, повествования и рассуждения с точки зрения их основного содержания есть выделение трёх основных аспектов логико-семантического строения высказывания – субъекта мысли, именной части предиката и связки между субъектом и предикатом. При этом, если значение субъекта в описании предстаёт экзистенциально – как утверждение, что нечто существует и тем самым проявляет себя в определённом качественном и пространственном модусах; если значение предиката в повествовании предстаёт с точки зрения правдоподобия, то есть действительного отражения конкретного события в слове, то рассуждение предстаёт с точки зрения логической, фактической и речевой модальности, которая приписывается говорящим отношениям между субъектом и предикатом высказывания.

Очевидно, границы каждого типа композиционно-речевых форм могут быть определены исходя из особенностей ее внутреннего строения.

Что касается опознания композиционно-речевых форм, то оно происходит, очевидно, чисто лингвистическим путём и отношения лексики и синтаксиса в речи будут здесь определяющими.

Рассмотрение признаков описания, повествования и рассуждения предполагает обнаружение в материале и выделение как примеров для анализа преимущественно не смешанных, но вместе с тем реально представленных в речи форм. Такие чистые формы встречаются в реальной монологической речи нечасто, а сама их чистота относительна.

Описание – один из самых распространённых способов монологической речи. В семантическом плане описание предмета есть перечисление его признаков или свойств, соотношение которых упорядочено. Предметом описания может быть физический объект, лицо, место, событие и т.д. Но всякий предмет описания может быть обозначен словом или именным словосочетанием.

Предикативные словосочетания представляют собой имя и глагол, или имя и имя, при этом, глагол несовершенного вида настоящего или прошедшего времени. По этим признакам легко устанавливается, что текст является именно описанием. Предмет описания остаётся постоянным в семантически эквивалентных перифразах, а серия глагольных и именных сказуемых даёт качественную характеристику предмета речи.

Очевидно, логически описания могут быть разделены на конкретные и абстрактные по предмету, а по характеру предикативного словосочетания – на переменные и постоянные. При этом словосочетания с постоянным временным планом встречаются редко, а номинативные описания обыкновенно бывают с переменным временным планом.

Повествовательные фрагменты находятся в заключительной, обобщающей части описания и используются как средства характеристики, т.е. являются отступлениями.

Таким образом, представляется возможным говорить не о временных, но о семантических планах описания, представляющих предмет в различных ракурсах и с различных точек зрения. Использование видовременных форм глагола здесь определяется переменой точки зрения, одним из маркеров которой и служит. Такие перемены точки зрения проявляются и в описаниях с так называемым временным планом, но там они выражены менее определённо. Это позволяет думать, что существенные отличия основных признаков – обозначение предмета и строение предикативной синтагмы – различают два основных типа описаний: с постоянным и переменным смысловым планом.

Описания с переменным смысловым планом приближаются к повествованию, так как включают различные обозначения источника речи и глаголы совершенного вида.

Повествование «есть изображение событий или явлений, совершающихся не одновременно, а следующих друг за другом или обусловливающих друг друга»1. Самым кратким из известных повествований являются знаменитые слова Цезаря: «Пришёл, увидел, победил», (Veni, vidi, vici), которые ярко выражают существо этой композиционно-речевой формы.

Повествование основано на обозначении глагольного действия, которое развёртывается в серию взаимосвязанных форм, отражающих события или деяния определённого лица, порядок и взаимная связь которых является целью повествования. Субъект повествования, представленный обычно в 1ом или 3-ем лице, остаётся постоянным и выступает в повествовании как смысловая основа, связывающая и объединяющая его смысловые фрагменты:

Выделяя ключевые предикативные словосочетания повествования, обнаруживаем: предмет повествования (замена родственных отношений политической властью), субъект повествования (князь Андрей Боголюбский), ход повествования (последовательность действий, выражаемых глагольными словосочетаниями), действующие лица повествования (братья Андрея Боголюбского).

Описание аналитично, повествование – синтетично.

Таким образом, единство повествования достигается за счёт, с одной стороны, именования субъектов и их отношений к главному субъекту, а с другой стороны, – слов или конструкций, объединяющих глагольные действия и приводящих их к смысловому целому. Поэтому кратчайшее повествование Юлия Цезаря не закончено: пришёл в Галлию, увидел войско Верцингеторига, победил полчища галлов; так произошло завоевание Галлии.

Границы повествования зависят от конкретных действий, составляющих объём предмета речи, который относительно независим от его содержания.

Повествование в синтаксическом и в семантическом отношении сложнее описания, поскольку смысловая связность в нём требует не смыслового развёртывания, а привнесения и организации новых данных.

Повествование связано с описанием тем, что в обеих композиционноречевых формах обнаруживается явная предметность: и описание, и повествование отвечают на вопрос: о чём идёт речь?

Но повествование субъективно в том смысле, что, во-первых, в него включаются различные источники действий и речи, которые оцениваются повествователем и приводятся им в столкновение; во-вторых, в повествовании используются авторские оценки.

Различие повествований и описаний также обнаруживается и в выражении времени действия. Если в описании сохраняется постоянный временной план и включение временных грамматических категорий носит в основном стилистический характер или связано с поворотами изложения или изменением семантического плана речи, то в повествовании активно включаГ.Я. Солганик. Стилистика текста. – М., 1997.

ются временные видовые и модальные глагольные категории. Эти свойства повествования сближают его с рассуждением.

Рассуждение «имеет целью выяснить какое-нибудь понятие, развить, доказать или опровергнуть какую-нибудь мысль»1.

С логической точки зрения, рассуждение – это цепь умозаключений, изложенных в последовательной форме. Рассуждением можно назвать ряд суждений, относящихся к какому-либо вопросу, которые взаимосвязаны и следуют одно за другим так, что из предшествующих суждений вытекают другие, а в результате мы получаем ответ на поставленный вопрос.

С точки зрения риторической, рассуждение представляет собой положение – мысль, которая обосновывается рядом доводов. Связь между доводами и положением не всегда бывает выдержана логически. Смысловые отношения между частями рассуждения, тем не менее, сохраняются и обычно выражаются с помощью специальных соединительных средств. В основании рассуждения лежит суждение, или высказывание, и система доводов семантически развёртывает отношения между субъектом и предикатом положения.

Смысловая связь частей рассуждения практически всегда неочевидна и требует так называемых фоновых знаний, а в риторической терминологии – знания топики. Вот почему определения рассуждения, которое основывалось бы только на языковых данных, дать невозможно: в рассуждении всегда имеются смысловые разрывы. В рассуждениях не обязательно представлен хотя бы и неявный вывод. Опущенная часть может подразумеваться или находиться далеко за пределами основного текста рассуждения.

Развитые дейктические формы речи являются важнейшей отличительной чертой рассуждения в противоположность повествованию и описанию Другой особенностью рассуждения, объединяющей его с повествованием, являются формы субъективизации речи: сослагательное наклонение глагола, модально-оценочная лексика, многочисленные вводные слова и конструкции, обращения к аудитории и другие фигуры диалогизма указывают на намеренное различение говорящим степени достоверности информации, которую он сообщает сам, или информации, которую сообщают другие участники дискуссии. Это качество субъективности речи в рассуждении связано с её диалогичностью и с семантическими разрывами.

Третьим свойством рассуждения, которое противопоставляет его повествованию и объединяет с описанием, является общее вневременное понимание предмета речи, которое выражается несовершенным видом глагола в настоящем времени: …судебные прения должны ограничиваться…, на это указания не имеется…, никем в этом определении не удостоверяется…, мы должны избегать всего, что напрасно усложняет дело… и т.д.

Рассуждение и описание строятся на вневременных категориях и их глагольной основой являются настоящее время и несовершенный вид.

Г.Я. Солганик. Стилистика текста. – М., 1997.

Следующие диагностические признаки, различают описание, повествование и рассуждение с точки зрения получателя текста. Эти признаки характеризуют отношения особенностей характера предикативного словосочетания к признакам границы композиционно-речевой формы и тем самым указывают критерии их единства и завершённости.

Описание и повествование характеризуются предметностью: они развёртываются из одного слова-понятия, поэтому отношения имени к глаголу в предикативном словосочетании в них оказывается постоянным в противоположность рассуждению.

Субъективность рассуждения и повествования проявляется в наличии сослагательного наклонения глагола, в речи от первого лица и в модальнооценочной лексике, характеризующей действие.

Вневремённость характеризует всю систему глаголов описания, а в рассуждении в основном – употребление глагола в выводе и в предложениях, соотносимых по смыслу с логическим суждением

ПРЕДМЕТНОСТЬ СУБЪЕКТИВНОСТЬ ВНЕВРЕМЁННОСТЬ

Предикативное словосочетание в описании.

1. Структуры предикативного словосочетания.

Наиболее типичными являются следующие структуры предикативного словосочетания.

N нарицательное V 0 (ADJ.) + N – …Дочь – полноправная наследница.

PR V0 ADJ краткое + ADJ краткое – …Он робок и уступчив.

(N1 +N2), N3 V0 + (ADJ, ADJ) + N4 – …Член общества, выборщик – мелкий невежественный торговец.

PR V0 + Adv. + ADJ + N – …это очень мирные люди.

PR V0 + ADJ + N1 + ADJ + N2 – это средние люди Древней Руси.

Это – характерные для описания типы словосочетания. В качестве субъекта и объекта выступают именные словосочетания с нарицательными существительными в группе подлежащего и субстантивным словосочетанием в группе сказуемого. В большинстве – это составные наименования, где прилагательное обозначает не признак предмета, а его родо-видовую характеристику.

N1 + N2 V0 + ADV1 + ADV2 … изображение Досифея сюжетно близко… Предикативные словосочетания с наречием в качестве именной части сказуемого имеют модально-оценочное значение. Как правило, этот вид словосочетания используется в завершающих фрагментах описаний, когда фактический материал, сообщаемый автором, требует обобщения. Функционально это вид описаний примыкает к именным, но отличается от них более ярким выражением авторской позиции.

2. N + Vдействия, движения, состояния, речи, мысли, чувств, модальные глаголы, глаголы-связки.

N + V0 N1 +N2 и N3 + N4 – на столе чернильница, нож и чашка с перьями… ADJ + N + V речи PR. – южная летопись молчит о нём… PR + V чувств PR. + N1+N2 – он…любил свой город Владимир… N + V модальный + V действия – братья могут служить… PR V1 действия и V2 мысли – он постоит и поймёт… N V PR1 + N и PR2 +N – речь не идёт об его рублях и его интересе.

На купленный матерью Генералова в кредитном Обществе до совершается в тот же день 2-я закладная на имя Шильбаха…- на купленный матерью дом совершается закладная… Именные и глагольные предикативные словосочетания имеют различные функции в структуре описания. Именные словосочетания используются как констатации и оценки, они обыкновенно находятся в начале и в конце описания или его части. Использование именного словосочетания означает перевод изложения из плана представления фактов в план позиции автора, или смену дедуктивного и индуктивного ходов мысли:

Структура предикативного словосочетания в описании определяется замыслом речи и зависит от места и функции каждого конкретного высказывания в тексте. Типы предикативного словосочетания определяются характером именной части сказуемого того предложения, которое является ключевым для всего описания в целом.

2. Глагольное время и семантика глагола.

Формы настоящего времени, используемые в описаниях, могут употребляться лишь в широком контексте, когда в изложении уже «ясно обозначился план прошлого»1. Глагольная форма настоящего времени «носит логический характер, выражая длительное состояние предмета или явления или «вневременное» состояние; претеритальные глагольные формы, обозначая длительное состояние или обычно совершаемые действия, создают общую картину прошлого, дают широкую пространственную перспективу при отсутствии смены временных планов»2.

Жития описывают жизнь святых князей и княгинь, высших иерархов русской Церкви – описывают жизнь;

Антоний был даже кабальным холопом из крестьян – был холопом.

В.В. Виноградов. Русский язык. Грамматическое учение о слове. – М.-Л.: 1947. – С. 573.

В.П. Николаева. Абзац, его строение, содержание и композиция в рассказах А.П. Чехова: автореферат канд. дис-ии. – М., 1965.

В описаниях не используются модальные формы глагола, конструкции, связанные с залогом, повелительное и сослагательное наклонения. Им свойственна постоянная модальность и перевод в настоящее время. Можно сказать, что в описаниях происходит разрушение относительности времени.

3. Семантика имени.

В центре описания – ключевое имя. Каждая часть, таким образом, является характеристикой этого имени. Имя как центр описания выступает в нём как понятие с перифразом или разделением этого понятия (великоросс – он;

или части лампы)… Личное имя обозначает факт. Фактичность зависит от характера отношения имени к определению и в значительной степени связана с видом глагола:

Январь – году начало, зиме – серёдка. Вот с января уже великоросс, натерпевшийся зимней стужи, начинает подшучивать над нею.

4. Непредикативные словосочетания.

Так как описания часто дают изображение места, времени, нравственных свойств, предыдущего и последующего, в них используются наречия места или времени, а также наречные слова, которые могут выступать как союзы или союзные слова:

5. Вводные слова и конструкции; средства связи между предложениями.

Вводные слова и конструкции имеют в описании двоякое назначение:

они выражают авторское отношение к содержанию речи, главным образом, к деталям, или являются логико-смысловыми связками, структурирующими описание, в особенности, если оно пространно и сложно по содержанию, а предмет описания – абстрактное понятие.

Структурным содержанием описания как композиционно-речевой формы является соположительная связь, что определяет характер грамматической связи, а именно соединительную коррелятивную. Кроме того, для описания характерны прямой порядок слов и длинные полные предложения.

В описаниях прослеживается сочинительная связь между глаголами, и развёртывание идёт вокруг имени.

1. Семантической основой описания является имя с предметным конкретным или абстрактным значением, которое получает обязательную характеристику в виде уточняющего эпитета и оформляется в виде атрибутивного словосочетания (Московские Даниловичи, Ниагарский водопад и т.п.). Это атрибутивное словосочетание преобразуется в именное предикативное (Даниловичи – московские князья), которое и становится основой всей композиционно-речевой формы. Последующее развертывание описания происходит в двух направлениях. От подлежащего через топы образуются эпитеты или перифразы, а также слова со значением различного рода отношений – подобного, противоположного, большего и меньшего, рода, вида, части, целого и др.

Сказуемое дает несколько иной тип развертывания, поскольку при развертывании нужно сообщить о действиях, состоянии или отношении смысловых частей предмета. Эти соотношения выражаются глагольными сказуемыми, которые как целое соотносятся со сказуемым ядра описания и поэтому в основном воспроизводят его вневременную семантику и обозначают предмет как существующий или существовавший. Отсюда – несовершенный вид и постоянное – настоящее, прошедшее и даже будущее – время глагола как показатель состояния описываемого объекта и его общего отношения к моменту речи.

Описание не отличается разнообразием форм предикативного словосочетания, поскольку предложения в нем относительно автономны: каждое предложение изображает тот же предмет мысли или какую-либо часть его и потому семантически равноправно с другими. Поэтому в описаниях заметно стремление к лексическому и синтаксическому параллелизму конструктивных частей.

Предмет мысли в описании представляется объективным: он, по условиям речи, должен одинаково восприниматься говорящим и слушающим. Поэтому в описаниях нехарактерно изменение модальных форм глагола: изъявительное наклонение практически является господствующим и лишь в редких случаях оценочных суждений автора сменяется сослагательным. В описании нейтрализуется не только вид и время, но и наклонение глагола.

Непредикативные словосочетания развёртываются в описании в основном за счёт сказуемого. Сказуемое, которое развёртывается из характеристики предмета мысли, представляет собой обычно и рему высказывания. Поэтому новая информация сообщается в описании в отношении к реме. Подлежащее развёртывается из ядра описания в основном «вертикально», и синтаксический состав подлежащих в предложениях ограничен в основном обязательными эпитетами (крупный капитал, логические расчёты, великий князь, серая масса и т.д.).

Прямой порядок слов доминирует в описаниях, являясь основой композиционно-речевой формы. Изменения порядка слов значимы, поскольку они контрастируют с повторяющимися конструкциями с подлежащим на первом месте и сказуемым на втором.

Вводные слова и конструкции семантически контрастируют с основным текстом и имеют ограниченные функции оценки действия и связи предложений.

Предикативное словосочетание в повествовании.

1. Структуры предикативного словосочетания.

На первое место в повествовании выходят: глагольно-именные словосочетания с глаголами действия, чувств, мысли, речи, состояния, движения, модальными глаголами, связочными глаголами или глаголами, выступающими в роли связки.

1) N V действия, движения – По смерти Андрея в Суздальской земле разыгралась усобица, началось устроение опричнины, случилось то… 2) PrV движения + (ADJ.+ ADJ.) + N Он проходил разные монастырские службы Предикативные словосочетания в зачинах повествований выражают характер события, которое впоследствии изображается в деталях, поэтому в этой структуре систематически представлены личные или конкретные имена существительные и глаголы действия в активном залоге: Царь покинул свой дворец…, царь приказал…, царь устроил… и т.д.

Это предикативное словосочетание с собственным именем и глаголом действия является основной структурой, на основе которой развёртываются все остальные.

2. 1) N V мысли или речи +(PR.) Царь Иван вспоминал об этом 25 лет спустя… Инок… Филофей едва ли высказывал свои личные мысли… 3. 1) N + (ADJ. +N) V связка + V краткое причастие (ADJ. +N) Северные берега Чёрного моря были усеяны греческими колониями… 2) N или Pr. V1 связка + V2 краткое причастие - Он был испуган.

Эти структуры, в которых сказуемое выражает состояние предмета, используются либо в придаточных предложениях, либо в обобщающих частях повествования и семантически представляют собой характеристику субъекта или события. Повествование всегда содержит в себе более или менее выраженные элементы описания, которые в свёрнутом виде отражаются в предикативных словосочетаниях: вспомогательный глагол + причастие или прилагательное, но часто развёртываются в описательные фрагменты.

4. N V состояния или событийности, V состояния N Тело изнемогло, болезнует дух…; Разыгралась усобица… 5. PR. + ADV. V1 модальный + (ADV. и ADV.) + V инфинитив Он не всегда мог тотчас и прямо обнаружить чувство досады или злости.

6. 1) PR. + V1 чувств + V инфинитив + (N1 + N2) Он… любил забываться в разгаре сечи… 2) N V действия + V инфинитив Царь приказал ставить… 2. Глагольное время и семантика глагола.

Содержание повествования – изображение последовательного ряда событий или перехода предмета из одного состояния в другое. По определению М.П.

Брандес, «структурным, формальным содержанием этой формы является временная последовательность событий, динамическая смена фаз и признаков»1.

М.П. Брандес. Стилистика немецкого языка. – М., 1983. – С. 62.

Следовательно, последовательно-временная связь является главным типом связи между предложениями, а семантический центр повествования – глагол-сказуемое предикативного словосочетания основного высказывания в его отношении к другим предикативным словосочетаниям. Характер этих связей предикативных словосочетаний зависит от сложности повествовательного текста.

3. Семантика имени.

В повествовании как композиционно-речевой форме огромную роль играет соотнесённость сказуемых во времени, отсюда их однотипность или разнотипность. Повествование всегда предполагает законченность событий, оно содержит констатацию, утверждение, факт, поэтому предложения носят результативный характер и имеют перечислительную связь с разными семантическими оттенками.

В повествовании как композиционно-речевой форме на первое место выдвигается имя, которое носит конкретный характер, а основным средством связи являются временные формы глагола.

4. Непредикативные словосочетания.

Поскольку развёртывание состава подлежащего в повествовании ограничено, в силу незначительного разнообразия субъектов предложения, основную функциональную нагрузку в предложении несёт сказуемое. Вместе с тем, как и в описании, словосочетания состава сказуемого формируются в тексте по основным топам. Однако в повествованиях более распространены комплетивные словосочетания, соответствующие топам действия-претерпевания, действия-цели или результата:

В повествовании значительное место занимают топы места, времени, образа действия, способа действия и, в особенности, привходящих обстоятельств, которые выражаются соответствующими членами предложения, оборотами или развёртываются в придаточные предложения. Но для повествования особенно характерно наличие деепричастных оборотов, несущих одновременно значение дополнительности и процессуальности, и значение привходящих обстоятельств образа или способа действия.

5. Вводные слова и конструкции; средства связи между предложениями.

Эти разряды элементов речи объединяются в один класс, поскольку в тексте они имеют одинаковую функцию – конструктивно-оценочную. Связь между предложениями осуществляется с помощью союзов, союзных слов, различного рода обстоятельств места, времени, образа действия, а также слов, не входящих в предложение – вводных слов:

6. Порядок слов.

Порядок слов в повествовании используется в основном трояким образом:

1. для выделения и выражения актуального членения: по смерти князя Андрея в Суздальской земле (тема), разыгралась усобица (рема).

2. как средство связи между предложениями в пределах сложного синтаксического целого: … младшие дяди заспорили со старшими племянниками…;

3. для смыслового членения текста.

1. Повествование строится на действии, которое связывается с именем, собственным или нарицательным. Имя имеет в основном конкретный характер, в отличие от имени в описании, имеющего как конкретный, так и абстрактный характер.

2. Повествовательным формам свойственна хронологическая связность, повествование ограничено конкретными пространственными и временными рамками и всегда связано либо с событиями, либо с поступками действующих лиц, что выражается на уровне словосочетания и предложения в приемах согласования времен, видов и наклонений.

3. Изложение материала может вестись от 1-го лица или от третьего лица, что существенно не изменяет приемы его синтаксического построения.

4. Развёртывание словосочетания идёт вокруг глагола, семантически связанного с именем, который в повествовании доминирует и имеет ярко выраженную сочинительную и подчинительную связь.

5. В повествовании активно используется вид глагола.

6. Для повествовательных текстов характерен активный залог глагола, большое количество безличных и неопределённо-личных конструкций, значим порядок слов.

Предикативное словосочетание в рассуждении.

1. Структуры предикативного словосочетания.

Рассуждение – это композиционно-речевая форма «логического мышления, когда истина достигается сложным путём». Так рассуждение определял В.Ф. Асмус1. Рассуждение может состоять из целого ряда суждений, относящихся к определённому предмету или вопросу, идущих один за другим таким образом, что из предшествующих суждений необходимо вытекают или следуют другие, а в результате получается ответ на поставленный вопрос. Но рассуждение – это не просто сумма суждений, следующих друг за другом.

«Акты человеческого мышления намного богаче, чем формулировка и обоснование суждений, и функции человеческого интеллекта не сводятся только к познанию. Человек ставит вопросы и принимает решения, формулирует цели и доказывает пути достижения этой цели»2.

Рассуждение выявляет определённые свойства, качества, связи, относящиеся к той или иной проблеме. Можно сказать, что оно содержит элементы анализа и синтеза. М.П. Брандес отмечает, что «предметным содержанием КРФ «рассуждение» являются связанные между собой общие и частные суждения, посвящённые какой-либо теме, проблеме и т.д. Структурным соВ.Ф. Асмус. Логика. – М., 1947. – С. 147.

В.А. Смирнов, П.Д. Таванец. Сб. Философия в современном мире. – М., 1974. – С. 23.

держанием является логическая последовательность, развитие мысли индуктивным или дедуктивным путём»1.

Для рассуждения как композиционно-речевой формы характерно комментирующе-аргументирующее изложение содержания, которое дополняется элементами описания и сообщения. «Рассуждающие» тексты могут быть в форме диалога, мыслимого или произнесённого, когда автор ставит вопрос и пытается ответить на него в ходе своих рассуждений.

В рассуждениях, так же как и в описаниях, активно представлены предикативные словосочетания, которые подчёркивают абстрактность имени и ярко выраженную модальность глагола. Так же, как и в описаниях и повествованиях, в качестве субъекта и объекта здесь могут выступать именные словосочетания с нарицательными и собственными существительными, а также местоимениями, которые опускаются в односоставных предложениях.

1. PR. личное Vречи + N – он настаивает на умысле 2. (PR. определительное + N) Vдвижения PR. личное – Какие цели преследует оно?

3 PR. указательное + PR. личное V 0 – таков ли он?

4. V модальный + Vкр. причастие N – будем поставлены в необходимость 5. PR. личное Vсвязка + N – оно является результатом 6. PR. Vмодальный + Vинфинитив – я должен возразить 7. Part + ADV. + Vинфинитив + N – разрешено только жаловаться об опозорении, 8. V действия (отриц.) + N – не имеется закона 9. Vдействия в повелительном наклонении (ADJ.) + N1 +N2 – вернёмтесь к (основному) утверждению обвинителя 10. V модальный + (ADV.) + Vинфинитив + PR – стоило только не поберечь её.

Итак, в рассуждении, так же, как и в повествовании и описании предикативное словосочетание может распространяться за счёт присоединения к глаголу существительных в разных падежах, выполняющих различные обстоятельственные функции, а также за счёт наречий места, времени, образа действия. В качестве именной части сказуемого, как правило, выступает отглагольное прилагательное или причастие, действительное или страдательное, согласующееся с местоимениями (указательными, притяжательными, определительными) или с числительными (порядковыми или количественными).

2. Глагольное время и семантика глагола.

С точки зрения семантики глагола и использования глагольных грамматических категорий рассуждение оказывается внутренне противоречивой композиционно-речевой формой.

С одной стороны, рассуждение стремится к объективности, и это выражается в использовании несовершенного вида, безличных или неопредеМ.П. Брандес. Стилистика немецкого языка. – М., 1983. – С. 69.

лённо-личных форм глагола, в стремлении представить мысль вне временных категорий.

С другой стороны, в том же рассуждении проявляется тенденция оценки сообщаемых фактов, выводов и положений, применения средств убеждения, то есть эмоционального воздействия на получателя речи и обращения к его опыту. Поэтому наряду с формами объективации отношений между субъектом и предикатом проявляется необходимый субъективизм оценок предмета речи говорящим и слушающим:

Рассуждение имеет дело с общими категориями, которые выражаются абстрактной лексикой, и с частными категориями, которые выражаются конкретной лексикой таким образом, что конкретные данные подводятся под общие категории. Эта противоречивость проявляется и на уровне тех лексических и грамматических значений, которые связывают общие понятия и конкретные данные. Поэтому в рассуждениях встречаются и независимое употребление глаголов в предикативных синтагмах, и факты согласования глагольного вида, времени и наклонения.

Рассуждение отличает ярко выраженная переменная модальность и адвербиальное значение. Здесь активно присутствуют модальные формы глагола, конструкции, связанные с залогом, повелительное и сослагательное наклонения, диалогические формы: Было ли это злодеяние сознательное… 3. Семантика имени.

Семантика имени в рассуждении отражает рассмотренное выше противоречие в структуре предикативных синтагм и соответственно семантики глагола. В рассуждении обнаруживаются три смысловых слоя. Первый связан с суждениями общего характера, содержание их рассматривается как постоянное и вневременное. Второй слой соответствует представлению конкретных данных – событий или фактов, которые связаны со временем и обстоятельствами и потому выражаются глаголами совершенного или несовершенного вида. Третий слой отображает участников коммуникации с их позициями и потому также может быть представлен предикативными словосочетаниями с глаголом в финитной форме. Соответственно в высказываниях первой группы преобладают структуры: N – V – N (имя – служебный глагол – имя); или N – V (имя – глагол состояния в настоящем времени).

Для высказываний второй и третьей групп характерны высказывания со структурой предикативного словосочетания N + V. При этом, с развёртыванием рассуждения имена-члены предикативных словосочетаний распространяются в непредикативных словосочетаниях путём различных характеристик.

Семантика имени в рассуждении является в большей степени контекстной, чем семантика имени в описании и повествовании.

Смысловой контекст имени – субъекта или предиката высказывания определяется замыслом говорящего и строением доводов.

Использование тропов вообще характерно для рассуждения в большей степени, чем для повествования и даже описания:

Другим тропом, весьма характерным для рассуждения является эналага (подстановка одной формы слова вместо другой: лица местоимения, лица или времени глагола).

4. Непредикативные словосочетания.

Характер непредикативных словосочетаний в рассуждении также тесно связан с тремя группами высказываний, которые составляют его основу.

Действительно, предложение со структурой N – V – N (имя – вспомогательный глагол – имя) – представляет собою определение и утверждение, в которых, как правило, используется семантическая характеристика субъекта и предиката в виде так называемого эпитета: одно непрерывающееся юридическое лицо, совокупность менявшихся в правлении лиц физических, совокупность всех водяных капель, совокупность капель текущей воды.

Постоянный эпитет выражается словосочетаниями: N + N или N + ADJ., которые и характерны для рассуждения. Предикативные словосочетания в высказываниях о конкретных данных естественным образом развёртываются за счёт словосочетаний любого типа, выражающих отношение принадлежности, дополнительности, обстоятельств, условий, уступки и т.д.

5. Вводные слова и конструкции; средства связи между предложениями.

В Рассуждении как композиционно-речевой форме предложения короче. Это связано с наличием модальных конструкций, диалогических форм, использования повелительного и сослагательного наклонения. В качестве средства связи между предложениями на первый план выступают союзы и союзные слова:

М.П. Брандес отмечает, что в рассуждающих текстах «наличествует»

синсемантия предложений1. Она является показателем взаимопереплетённости предложений, «создающей прочную, непрерывную ткань изложения».

Формальным выразителем синсемантии и выступают соединительные слова как языковые показатели логической связи предложений. Этими словами могут быть союзы, союзные слова, союзные наречия и т.д.

6. Порядок слов.

Порядок слов в рассуждении не имеет того значения как в повествовании и описании. Он не является средством, организующим рассуждение как смысловое целое.

1. Рассуждение строится на отношении субъекта и предиката в предикативном словосочетании, поэтому основой его смыслового развёртывания является выражение всех глагольных категорий. Грамматические и лексико-грамматические категории глагола полностью проявляются только в рассуждении как композиционно-речевой форме.

2. Поскольку в рассуждении соединяются три типа высказывания: общие, частные и модальные, предикативные словосочетания представлены М.П. Брандес. Стилистика немецкого языка. – М., 1983. – С. 70.

именными и глагольными сказуемыми с различными типами глаголов, различёнными функционально.

3. Рассуждение является основным носителем оценочной модальности в языке, так как в нём постоянно используются приёмы выражения личного отношения говорящего к предмету речи и условиям коммуникации.

4. С точки зрения глагольной и в особенности именной контекстной семантики, рассуждение является той композиционно-речевой формой, для которой наиболее характерно применение образных средств выразительности речи. Метафорическое выражение связи имён и глаголов в рассуждении представляется его конструктивной особенностью, обязательной в рассуждении, в то время как в повествовании и в особенности в описании метафорику можно рассматривать как факультативный 5. Основные конструктивные связи в рассуждении обеспечиваются специальными средствами связи: союзами и союзными словами и вводными словами и конструкциями, которые представляются единым конструктивно-семантическим разрядом.

В заключении воспроизводятся основные выводы и указываются перспективы исследования, связи лингвистики и риторики, делается попытка уяснить понятия стилистики, риторики и лингвистики.

1. Изучение истории риторики показывает, что отправные понятия риторики и их частная разработка строились таким образом, что риторика после М.В. Ломоносова в содержании своих понятий не была связана с лингвистикой. Этот отрыв риторики от лингвистики и привёл в значительной степени к тому, что риторика была исключена из учебного предмета словесности, а впоследствии и из состава научных интересов лингвистов.

2. Изучение синтаксических теорий словосочетаний показало, что теория словосочетаний как грамматическая теория исследовалась отдельно от риторики как учения о речи: грамматическая теория словосочетаний не изучала взаимоотношений словосочетаний и композиционных форм речи. Это привело к тому, что изучение речи надолго свелось по существу к рассмотрению фактов художественной литературы и текущей бытовой речи, что отрицательно повлияло на саму грамматическую теорию и на технику нормирования русского литературного языка.

3. Композиционно-речевая форма проявляет свойства основной единицы речемыслительной деятельности, в пределах которой обнаруживается связь между собственно лингвистическими единицами – словосочетанием и предложением – и структурой дискурса. Однако композиционно-речевые формы не являются коммуникативными единицами как дискурс, но единицами выражения смысла, речемыслительной деятельности. В этой связи понятие композиционно-речевой формы представляется перспективным. Композиционно-речевая форма продолжает линию номинативных единиц языка:

слова и словосочетания. Таким образом, возможна перспектива построения номинативной теории языка, в которой единицы рассматриваются с точки зрения техники формирования и развёртывания мысли. Такая теория является традиционной, поскольку древнее грамматическое искусство и школьная грамматика вплоть до конца XIX века рассматривает факты языка именно в таком аспекте.

4. Нами был рассмотрен в основном материал предикативных словосочетаний в их отношении к композиционно-речевым формам.

Материал показывает, что композиционно-речевые формы избирательны в отношении к типам предикативных словосочетаний, поскольку каждый тип композиционно-речевых форм представлен различёнными с другими обязательными типами предикативных синтагм. Конструктивно обязательными для описания остаются именные предикативные словосочетания и несовершенный вид глагола, для повествования – глагольные словосочетания и совершенный вид глагола (или замещающие их формы), а для рассуждения – условное наклонение и различные вводные конструкции, обозначающие авторские модальности речи.

Стилистическая составляющая композиционно-речевой формы вуалирует её грамматические признаки, но эти грамматические признаки и характеристики обязательно проявляются в любом тексте, который является описанием, повествованием или рассуждением 5. Рассмотрение развития синтаксических учений о словосочетании и трактовки словосочетания и композиционно-речевых форм в классических риториках показывает, что категория словосочетания в истории грамматических учений связывает тип грамматического учения с теми композиционноречевыми формами, которые таким типом грамматического учения вводятся в речевой обиход и нормируются в первую очередь.

Между тем исследованный материал показывает, что рассуждения противостоят описанию и повествованию именно в аспекте того базового словосочетания, из которого развёртывается вся композиционно-речевая форма.

Это значит, что предикативное словосочетание, и в особенности структура вводит рассуждение как основную композиционно-речевую форму.

Описательно-повествовательные формы речи развёртываются из предмета – отдельного слова или непредикативного словосочетания. Поскольку основным языковым материалом для этих грамматик являются литературнохудожественные и вообще повествовательные тексты, в которых структура рассуждения не значима, то авторы грамматических учений отводят предикации роль по существу текстообразующего фактора, рассматривая (в особенности М.М. Бахтин) предложения как минимальное высказывание. Между тем, современный русский литературный язык всё более ориентируется на прозаические (в смысле А.А. Потебни) виды речи. Поэтому дальнейшее развитие русского литературного языка предполагает обращение к классическим «логическим» принципам построения грамматики – рассмотрение предложения как словосочетания и одновременно как минимального высказывания, в котором на уровне актуального членения развёртываются формы предикации, дублирующие грамматическую предикацию. Тем самым представляется вполне возможным совмещение двух указанных подходов.

Глава 1. СЛОВОСОЧЕТАНИЕ В ИСТОРИИ

ГРАММАТИЧЕСКИХ УЧЕНИЙ

Важнейшей задачей синтаксической науки является изучение различных типов словесных конструкций.

Понимание синтаксиса как учения о сочетании слов мы встречаем ещё у древнегреческих учёных. Необходимо было установить определённые правила связной речи, решить вопрос о расстановке слов, указать на способы их соединения, отметить их формы. Ни предложение, ни его компоненты, ни сложное синтаксическое целое с его внутренним строением не входили в круг синтаксических проблем. Поэтому уже в синтаксической системе Аполлония Дискола (II в. до н.э.) мы видим попытку «уразуметь построение из отдельных слов цельной речи», выяснить причины сочетаемости отдельных слов, исходя из семантики, отметить наиболее употребительные типы сочетаний.

Аполлоний Дискол считает главной задачей синтаксиса «сочетание отдельных слов в цельную речь», «законы всякого рода сочетаемости слов».

Определение «цельной речи» основано на характеристике тех грамматических форм, которые играют «первенствующую роль» в её структуре. Цельная речь – это «синтаксическое построение, в коем первенствующую роль играет личная глагольная форма как особая часть речи, все же остальные слова входят... в весьма определённое отношение к этой части речи как её распространители». Аполлоний Дискол «старался уразуметь и систематически разобрать построение речи и самого предложения, не выходя из области терминов о частях речи, их видоизменяемости и об их подразделении на разряды по особенностям их значений».2 От значения слова зависит, нуждается ли оно в «распространении» при помощи других слов или не нуждается. Например, личная форма глагола может распространяться существительными, наречиями, модальными частицами; существительные в свою очередь могут распространяться существительными же, прилагательными и т.д. Таким образом, в основу синтаксиса кладутся приёмы и принципы сочетаемости форм слов, относящихся к разным частям речи, или приёмы «распространения» слов.

Синтаксис в таком понимании выступает как система законов и правил сочетаемости слов и способов образования на этой основе разных типов цельных речей – простых и сложных.

«Вредит – незаконченное высказывание, – говорит Аполлоний Дискол, так как не хватает слова, которое показывало бы, кому вредит»3. «Наречие Антон Добиаш. Синтаксис Аполлония Дискола. – Киев, 1882. – С. 60–61.

Там же. С. 64.

Античные теории языка и стиля. – М.-Л., 1935. – С. 137.

есть часть речи, которая, будучи присоединена к глаголу, дополняет и изъясняет его значение»1.

В XVII в. грамматическая наука о сочетаниях слов усложняется за счёт формирования абстрактного знания и включения в неё элементов логики.

Таким образом, Аполлоний Дискол очень близко подошёл к установлению категории словосочетания, хотя и не определил его сущность и специфику.

Там же. С. 135.

ГРАММАТИКА ПОР-РОЯЛЯ

Появление в 1660 г. во Франции так называемой «Грамматики ПорРояля», авторами которой были французские учёные философ и логик Антуан Арно и грамматист и филолог Клод Лансло, решило эту проблему1. Главной задачей грамматики Пор-Рояля, как известно, было установление общих законов языка на основе данных множества конкретных языков. Авторы грамматики впервые анализировали не конкретные словосочетания одного языка, а устанавливали общие законы словосочетаний. Новая теория словосочетаний была сформулирована в 24-й главе, которая называется «О синтаксисе, или соединении слов в конструкции. О типах конструкций». В ней даётся характеристика словосочетаниям с грамматической точки зрения.

Авторы сформулировали «несколько общих правил, характеризующихся широкой употребительностью во всех языках»:

«Первое правило. Никогда не встречается номинатив, который не был бы связан с некоторым глаголом, выраженным или подразумеваемым, ибо речь содержит не только исходные понятия, но выражает и то, что мыслится относительно этих понятий, а это, в свою очередь, передаётся посредством глагола.

Второе правило. Не может иметь места глагол без своего номинатива, выраженного или подразумеваемого. Поскольку свойством глагола является утверждение, требуется, чтобы было нечто, подлежащее утверждению; таковым как раз и является предмет речи, или номинатив глагола, хотя может быть употреблён и аккузатив – в положении при инфинитиве:

Scio Petrum esse doctum «Я знаю, что Пётр – учёный».

Третье правило. Не может иметь места прилагательное, которое не соотносилось бы с существительным, поскольку прилагательное каким-то образом указывает на существительное, которое является предметом формы, которая, в свою очередь, чётко обозначается этим прилагательным: doctus «учёный» характеризует лицо, отмеченное учёностью» и т.д. В «Грамматике Пор-Рояля» были установлены для всех языков четыре типа словосочетаний: предикативные, атрибутивные (определительные), обстоятельственные и дополнительные (объектные, комплетивные).

1. Предикативные словосочетания предполагали наличие субъекта (о чём говорится) и предиката (что говорится). Признак предикативности – изменение во времени: я читаю – сейчас, я читал в прошлом, я буду читать – действие произойдёт в будущем.

2. Атрибутивные словосочетания состояли из имени и отнесённого к нему постоянного признака, рассматриваемого вне времени.

Арно Антуан, Лансло Клод. Грамматика общая и рациональная, содержащая основы искусства речи, изложенные ясным языком и естественным образом, толкование общего в языках и главные различия между ними, а также многочисленные новые замечания о французском языке». – М., 1990.

Там же. С. 206–207.

3. Обстоятельственные словосочетания включали признак во времени и признак этого признака.

4. Дополнительные словосочетания – здесь был представлен признак во времени, который относился к какому-то предмету, но так, что этот предмет являлся объектом действия представленного признака: изменялся под воздействием признака.

По мнению авторов, только эти четыре синтаксические формы словосочетаний являются общими для всех языков, только они воплощают всю основную гамму значений в области грамматики. Все остальные значения являются своеобразной модификацией и развитием этих главных значений.

Словосочетания могут трансформироваться из одного типа в другой, например: NN любит пить чай ~ Любитель чая NN читает книгу;

предшествующее высказывание включено в последующее высказывание, и таким образом из предиката первого высказывания получился атрибут второго: снятие идеи времени преобразует предикативную конструкцию в атрибутивную. Если подлежащее NN преобразовать в часть группы сказуемого, то образуется комплетивная, объектная конструкция: Студенты слушают NN1.

Арно Антуан, Лансло Клод. Грамматика общая и рациональная, содержащая основы искусства речи, изложенные ясным языком и естественным образом, толкование общего в языках и главные различия между ними, а также многочисленные новые замечания о французском языке. – М., 1990. – С. 204–209.

См. так же Ю.В. Рождественский, А.В. Блинов. Введение в языкознание (курс лекций), рукопись, лекция 9, с. 164–165.

РУССКИЕ ГРАММАТИКИ КОНЦА XVIII НАЧАЛА XIX ВЕКА

(М.В. ЛОМОНОСОВ, А.А. БАРСОВ, А.Х. ВОСТОКОВ) Русская грамматическая наука, отражая опыт прошлого и грамматическую традицию античности, начинается с разработки учения о слове, о частях речи («О восьми частях слова»), о «сочинении» частей речи, т.е. о способах образования словосочетаний. При этом, уже в «Синтагме» Мелетия Смотрицкого подчёркивается необходимость разграничения «синтаксиса простого» и «синтаксиса образного», то есть стилистического, опирающегося на «образ правильного сочинения» у «искусных писателей»1.

К стилистическому синтаксису отчасти относится и учение о порядке слов.

Таким образом, синтаксис русского языка уже на начальных этапах его научной разработки опирается на признание необходимости исследования «речи», предложения, и одновременно на теорию и практику « словосочинения», т.е. на описание грамматических способов сочетания слов, относящихся к разным частям речи, в сложные смысловые единства.

Впервые термин «словосочетание» был употреблён А.Х. Востоковым в «Русской грамматике» 1831 года. Хотя и до А.Х. Востокова в русских грамматиках вопросу соединения слов уделялось много внимания, например, в «Российской грамматике» М.В. Ломоносова.

В грамматических трудах великого русского учёного интерес к синтаксическим построениям, их структуре и значению проявился особенно ярко.

Прекрасно ориентируясь в проблемах всеобщей грамматики2, М.В. Ломоносов считал основной задачей синтаксиса изучение и описание живых словесных сочетаний в данном определённом языке. В 6-ом наставлении его «Российской грамматики» представлена подробная характеристика структуры и значения словосочетаний современной ему русской литературной и народноразговорной речи. Ломоносов исходит из фактов живой речи, живого употребления слов и речевых оборотов. «Грамматика от общего употребления языка происходит»,- пишет он в предисловии. Началом синтаксических обобщений для него служат законы и правила сочетаемости слов, их распространение в зависимости от семантики.

«Существительные, до хвалы и похуления надлежащие, – пишет он, – требуют родительного падежа: человек превосходного остроумия».

Но Ломоносов не ограничивается указанием на функции отдельных сочетающихся между собою слов: его интересует также и значение того целого, которое возникает в результате подобного сочетания. Сии знаменательные части слова, – говорит он в &41, – должны иметь между собой соответствие, чтобы изобразить могли наши мысли». Так, например: «Когда два С.К. Булич. Очерк истории языкознания в России. – СПб.,1904.

Н.К. Грунский, Очерки по истории разработки синтаксиса славянских языков, Юрьев, I–III, 1910–1911.

М.В. Ломоносов. «Риторика», а также наставление 1-е «Российской грамматики», 1755.

имени существительного, к: разным вещам принадлежащие, полагаются в слове без союза, одно должно быть в родительном падеже множество народа, туча стрел, сын отечества. Когда же значит владение, существительное требует прилагательного: дом отца моего, стихи древнего Гомера, или другое существительного: стихи Гомера стихотворца, владение царя Константина, или само претворяется в прилагательное, либо в притяжательное: стихи Гомеровы, царство Константиново, дом отеческий» (&468).

Ломоносов тонко различает не только функции отдельных словосочетаний, но и их оттенки. Так, например в & 498 мы находим следующее правило: « Принимают нередко действительные глаголы и родительный падеж, когда их сила не ко всей вещи, но к части и не на всё время, но не надолго спрашивается: дай воды, посулить лошади и т.п.

«Сочинение частей» слова у Ломоносова сводится к правилам сочетания слов в предложении по принципу согласования и управления. Например:

«Существительные сопряжённые, к одной вещи надлежащие, падежем согласные, родом и числом различествовать могут: стихотворство моя утеха; физика мои упражнения» (&472).

М.В. Ломоносов различает «сочинение имён», «сочинение глаголов», «сочинение вспомогательных частей слова» и сочинение частей слова по разным обстоятельствам». Естественно, что в кругу словосочетаний Ломоносовым рассматриваются и особые случаи согласования сказуемого с подлежащим (&&477–481).

В соответствии с грамматической традицией и практикой современного употребления М. В. Ломоносов выделяет несколько видов именных словосочетаний, типичных для русского языка, например, словосочетания с именами числительными, словосочетания при сравнительной степени, именные словосочетания для обозначения превосходства:

Волга из рек российских превеликая, красноречивый Цицерон из всех ораторов и т.п.

При описании словосочетания определяется его смысловое содержание, а также лексическое значение составных частей. Однако, устанавливая правила сочетания слов, Ломоносов приходит к выводу о наличии разных степеней грамматической обобщённости и абстрагированности форм словосочетания. В связи с этим в отдельных случаях гораздо более выразительно подчёркивается тесная и глубокая зависимость синтаксических связей от лексических значений сочетающихся слов. «Прилагательных имён падежи, с коими они сочиняются, – пишет он, – общим правилам не подвержены, ради разных их знаименований, что должно знать из употребления. Непостоянства сего примеры: Силён словом, рукою; силён в слове, в споре; счастлив братом; счастлив в игре, на бою и пр.» (&483).

Так как в круг словосочетаний «Российская грамматика» вовлекает и разные виды предложений – «предикативных» конструкций, – то среди различных типов глагольных словосочетаний Ломоносовым описаны действительные и страдательные обороты, наиболее употребительные формы предложно-глагольных конструкций, сочетания безличных глаголов с инфинитивом (случается натти петуху жемчужину), другие виды конструкций с инфинитивом, или инфинитивных конструкций, деепричастные обороты и др.

Важно, что М.В. Ломоносов и предлоги рассматривает как отправной пункт образования словосочетаний (например: ради бедности и бедности ради помилован).

Итак, не выделяя словосочетание как особую синтаксическую категорию, М.В. Ломоносов фактически уделил ему особое внимание. И хотя он не вполне ясно обозначил строение и объём разных типов словосочетаний, факты, собранные им и сам подход к описанию синтаксических явлений представляет огромный интерес. Синтаксис М.В. Ломоносова составил целую эпоху в истории русской грамматической мысли1.

Опираясь на теоретические установки «Российской грамматики»

М.В. Ломоносова, А.А. Барсов, член Академии Российской, выдающийся университетский деятель, углубляет изучение синтаксических вопросов, начатое М.В. Ломоносовым, и расширяет круг проблем синтаксиса, ставя новые задачи.

И хотя А.А. Барсов не доходит до понятия словосочетания и так же, как и М.В. Ломоносов, смешивает вопросы, связанные с описанием способов распространения слов, частей речи (то есть, образования словосочетаний) с вопросами учения о предложении, в «Российскую грамматику» им было вложено много усердного труда «по причине бесчисленных справок словарями, другими многими книгами, замечаний в них выписок; многочисленных, как в самое сочинения, перемен и переправок, так и потом многократных переписок, исправлений и дополнений»2.

А.А. Барсов разграничил словосочетания, образованные по способу управления и согласования, впервые определил стержневое и зависимое слова3.

По его определению, «согласование состоит в том, когда одно речение, беспосредственно относящееся к другому и от него зависящее, полагается в равном с ним изменении, а именно в одном роде, числе, падеже, лице. Гора высокая; такой был случай; нужда велела; прошло время; мысли смущалися.

И сюда же: знай себя».

«Управление состоит в том, когда одно речение, зависящее от другого, точно для него полагается в некотором неизвестном с ним не сходственном изменении, например, в следующем предложении: лучи солнца нагревают землю (какие или чьи то лучи? – солнца, нагревают землю)».

Таким образом, кроме деления словосочетаний по их грамматическому составу, – «сочинение изменяемых частей речи» – имен, местоимений, глаголов, причастий и «сочинение неизменяемых частей речи» – предлогов, наречий, союзов, междометий, – А.А. Барсов проводит разделение словосочетаСм. Акад. В.В. Виноградов. Из истории изучения русского синтаксиса» (от Ломоносова до Потебни и Фортунатова). – Издательство Московского Университета, 1958.

С.К. Булич. Очерк истории языкознания в России. – С. 234.

Российская грамматика Антона Алексеевича Барсова. – М.: МГУ, 1981.

ний по грамматическому способу их образования. Все словосочетания он разделяет на словосочетания, образованные по способу согласования, и на словосочетания, образованные по способу управления.

Особенно детально и систематично – со множеством самостоятельно сделанных наблюдений – излагается А.А. Барсовым теория и практика именного словосочетания. Также А.А. Барсов подвергает тщательному анализу разные типы глагольных словосочетаний. Он рассматривает сочетания глаголов с именительным падежом (или именительными) субъекта (субъектов).

Так, слова множество, часто, мало, несколько сочетаются с глагольными формами в единственном и множественном числах. Особо характеризуются связи глаголов с подлежащими типа: мы с тобою и т.п. (при этом мы с тобою значит: либо «мы и ты», либо «я и ты»). Интересно такое замечание:

«Глагол есть, когда составляет самое подлежащее, а не связь только, по свойству российскому, не взирая на то, что собственно принадлежит к единственному числу, сочиняется также и с множественным именительным, например, Деньги есть с ним: есть у него деньги. Причиною сему есть то, что множественное суть мало употребительно и кажется как бы диво, так что некоторыми, например, в выражении: суть дворянин или суть дворяне, за существительное имя или за нечто другое, только не за глагол принималось, да и не в шутку, а в правду – в спор и доказательство»1.

В изучении словосочетаний русского языка А.А. Барсов следует ломоносовскому принципу определения зависимости структуры словосочетания от его семантического состава, от грамматико-семантических категорий.

Располагая более богатым конкретным материалом, А.А. Барсов имеет возможность проводить этот принцип шире, чем М.В. Ломоносов.

Среди новых вопросов, включённых А.А. Барсовым в изложение русского синтаксиса, выделим ещё три:

1) вопрос о «преобразовании или образовании» словосочетаний глагольных в именные – отглагольные;

2) вопрос о формах сочетаемости соотносительных с глаголами имён существительных;

3) и вопрос о параллельных конструкциях при одном и том же стержневом слове.

Непосредственным продолжателем М.В. Ломоносова в изучении и разработке синтаксиса словосочетания был и выдающийся русский языковед – славист А.Х. Востоков, который первым и употребил данный термин.

Не ограничиваясь, отнесением слов к той или иной категории членов предложения, А.Х. Востоков понимает синтаксис как «часть грамматики, показывающую правила, по которым совокупляться должны слова в речи»

(&101)2.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
 
Похожие работы:

«1 ГБОУ ВПО КАЗАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МЕДИЦИНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ МИНИСТЕРСТВА ЗДРАВООХРАНЕНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Кафедра офтальмологии А.Н. САМОЙЛОВ, Г.Х. ХАМИТОВА, А.М. НУГУМАНОВА ОЧЕРКИ О СОТРУДНИКАХ КАФЕДРЫ ОФТАЛЬМОЛОГИИ КАЗАНСКОГО МЕДИЦИНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА: ПРОШЛОЕ И НАСТОЯЩЕЕ КАЗАНЬ, 2014 2 УДК 378.661(470.41-25).096:617.7 ББК 56.7+74.58 С17 Печатается по решению Центрального координационнометодического совета Казанского государственного медицинского университета Авторы: заведующий кафедрой,...»

«Н.П. Рыжих Мониторинг медиаобразовательного ресурса как средства социокультурного развития воспитанников детских домов Таганрог 2011 г. УДК 37,159,316 ББК 74,88,605 Р 939 Рыжих Н.П. Мониторинг медиаобразовательного ресурса как средства социокультурного развития воспитанников детских домов В настоящей монографии рассматриваются вопросы мониторинга медиаобразовательного ресурса как средства социокультурного развития воспитанников детских домов. Автором анализируются теоретические подходы к данной...»

«СИБИРСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК ИНСТИТУТ ТЕОРЕТИЧЕСКОЙ И ПРИКЛАДНОЙ МЕХАНИКИ МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АРХИТЕКТУРНОСТРОИТЕЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ (СИБСТРИН) А.В. Федоров, П.А. Фомин, В.М. Фомин, Д.А. Тропин, Дж.-Р. Чен ФИЗИКО-МАТЕМАТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ ПОДАВЛЕНИЯ ДЕТОНАЦИИ ОБЛАКАМИ МЕЛКИХ ЧАСТИЦ Монография НОВОСИБИРСК 2011 УДК 533.6 ББК 22.365 Ф 503 Физико-математическое моделирование подавления детонации облаками мелких частиц...»

«Сергей Павлович МИРОНОВ доктор медицинских наук, профессор, академик РАН и РАМН, заслуженный деятель науки РФ, лауреат Государственной премии и премии Правительства РФ, директор Центрального института травматологии и ортопедии им. Н.Н. Приорова Евгений Шалвович ЛОМТАТИДЗЕ доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой травматологии, ортопедии и военно-полевой хирургии Волгоградского государственного медицинского университета Михаил Борисович ЦЫКУНОВ доктор медицинских наук, профессор,...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ, МОЛОДЕЖИ И СПОРТА УКРАИНЫ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ УКРАИНЫ КИЕВСКИЙ ПОЛИТЕХНИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ И. М. Гераимчук Теория творческого процесса Киев Издательское предприятие Эдельвейс 2012 Министерство образования и науки, молодежи и спорта Украины Национальный технический университет Украины Киевский политехнический институт И. М. Гераимчук Теория творческого процесса Структура разума (интеллекта) Киев Издательское предприятие Эдельвейс УДК 130.123.3:11....»

«А.М. КАГАН, А.Г. ЛАПТЕВ, А.С. ПУШНОВ, М.И. ФАРАХОВ КОНТАКТНЫЕ НАСАДКИ ПРОМЫШЛЕННЫХ ТЕПЛОМАССООБМЕННЫХ АППАРАТОВ МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования КАЗАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МАШИНОСТРОИТЕЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИНЖЕНЕРНО-ВНЕДРЕНЧЕСКИЙ ЦЕНТР ИНЖЕХИМ (ИНЖЕНЕРНАЯ ХИМИЯ) А.М. КАГАН, А.Г. ЛАПТЕВ, А.С. ПУШНОВ, М.И. ФАРАХОВ КОНТАКТНЫЕ...»

«ЦИ БАЙ-ШИ Е.В.Завадская Содержание От автора Бабочка Бредбери и цикада Ци Бай-ши Мастер, владеющий сходством и несходством Жизнь художника, рассказанная им самим Истоки и традиции Каллиграфия и печати, техника и материалы Пейзаж Цветы и птицы, травы и насекомые Портрет и жанр Эстетический феномен живописи Ци Бай-ши Заключение Человек — мера всех вещей Иллюстрации в тексте О книге ББК 85.143(3) 3—13 Эта книга—первая, на русском языке, большая монография о великом китайском художнике XX века. Она...»

«Межрегиональные исследования в общественных науках Министерство образования и науки Российской Федерации ИНО-Центр (Информация. Наука. Образование) Институт имени Кеннана Центра Вудро Вильсона (США) Корпорация Карнеги в Нью-Йорке (США) Фонд Джона Д. и Кэтрин Т. МакАртуров (США) Данное издание осуществлено в рамках программы Межрегиональные исследования в общественных науках, реализуемой совместно Министерством образования и науки РФ, ИНО-Центром (Информация. Наука. Образование) и Институтом...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Уральский государственный педагогический университет А. П. Чудинов ОЧЕРКИ ПО СОВРЕМЕННОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ МЕТАФОРОЛОГИИ Монография Екатеринбург 2013 1 УДК 408.52 ББК Ш 141.2-7 Ч-84 РЕЦЕНЗЕНТЫ доктор филологических наук, доцент Э. В. БУДАЕВ доктор филологических наук, профессор Н. Б. РУЖЕНЦЕВА Чудинов А. П. Ч-84 Очерки по современной...»

«Ю. В. Казарин ПОЭЗИЯ И ЛИТЕРАТУРА книга о поэзии Екатеринбург Издательство Уральского университета 2011 ББК К Научный редактор доктор филологических наук, профессор, заслуженный деятель науки Л. Г. Бабенко Рецензенты: доктор филологических наук, профессор Т. А. Снигирева; доктор филологических наук, профессор И. Е. Васильев Казарин Ю. В. К000 Поэзия и литература: книга о поэзии : [монография] / Ю. В. Казарин. — Екатеринбург : Изд-во Урал. ун-та, 2011. — 168 с. ISBN 00 Ю. Казарин — поэт, доктор...»

«Н.А. Березина РАСШИРЕНИЕ АССОРТИМЕНТА И ПОВЫШЕНИЕ КАЧЕСТВА РЖАНО-ПШЕНИЧНЫХ ХЛЕБОБУЛОЧНЫХ ИЗДЕЛИЙ С САХАРОСОДЕРЖАЩИМИ ДОБАВКАМИ МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ - УЧЕБНО-НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННЫЙ КОМПЛЕКС Н.А. Березина РАСШИРЕНИЕ АССОРТИМЕНТА И ПОВЫШЕНИЕ КАЧЕСТВА РЖАНО-ПШЕНИЧНЫХ ХЛЕБОБУЛОЧНЫХ ИЗДЕЛИЙ С САХАРОСОДЕРЖАЩИМИ ДОБАВКАМИ...»

«Р. Коробов, И. Тромбицкий, Г. Сыродоев, А. Андреев Уязвимость к изменению климата Молдавская часть бассейна Днестра Международная ассоциация хранителей реки Eco-TIRAS Р. Коробов, И. Тромбицкий, Г. Сыродоев, А. Андреев Уязвимость к изменению климата: Молдавская часть бассейна Днестра Монография Кишинев • 2014 Подготовка материалов, написание книги и ее издание стали возможными благодаря поддержке Посольства Финляндии в Бухаресте и ЕЭК ООН. Решение об издании книги принято на заседании...»

«Российская академия наук Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока Дальневосточного отделения РАН ИСТОРИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИЙСКОГО ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА (вторая половина XX – начало XXI в.) В двух книгах Книга 1 ДАЛЬНЕВОСТОЧНАЯ ПОЛИТИКА: СТРАТЕГИИ СОЦИАЛЬНОПОЛИТИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ И МЕХАНИЗМЫ РЕАЛИЗАЦИИ Владивосток 2014 1 УДК: 323 (09) + 314.7 (571.6) Исторические проблемы...»

«Федеральное государственное унитарное предприятие СТАВРОПОЛЬСКИЙ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ ГИДРОТЕХНИКИ И МЕЛИОРАЦИИ (ФГУП СТАВНИИГиМ) Открытое акционерное общество СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ИНСТИТУТ ПО ПРОЕКТИРОВАНИЮ ВОДОХОЗЯЙСТВЕННОГО И МЕЛИОРАТИВНОГО СТРОИТЕЛЬСТВА (ОАО СЕВКАВГИПРОВОДХОЗ) Б.П. Фокин, А.К. Носов СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПРИМЕНЕНИЯ МНОГООПОРНЫХ ДОЖДЕВАЛЬНЫХ МАШИН Научное издание Пятигорск 2011 УДК 631.347.3 ББК 40.62 Б.П. Фокин, А.К. Носов Современные проблемы применения...»

«Последствия гонки ядерных вооружений для реки Томи: без ширмы секретности и спекуляций Consequences of the Nuclear Arms Race for the River Tom: Without a Mask of Secrecy or Speculation Green Cross Russia Tomsk Green Cross NGO Siberian Ecological Agency A. V. Toropov CONSEQUENCES OF THE NUCLEAR ARMS RACE FOR THE RIVER TOM: WITHOUT A MASK OF SECRECY OR SPECULATION SCIENTIFIC BOOK Tomsk – 2010 Зеленый Крест Томский Зеленый Крест ТРБОО Сибирское Экологическое Агентство А. В. Торопов ПОСЛЕДСТВИЯ...»

«МЕДИЦИНСКАЯ АКАДЕМИЯ ПОСЛЕДИПЛОМНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В. В. Афанасьев, И. Ю. Лукьянова Особенности применения цитофлавина в современной клинической практике Санкт-Петербург 2010 Содержание ББК *** УДК *** Список сокращений.......................................... 4 Афанасьев В. В., Лукьянова И. Ю. Особенности применения ци тофлавина в современной клинической практике. — СПб., 2010. — 80 с. Введение.................................»

«А.В. Иванов ЛОГИКА СОЦИУМА ЦСП и М Москва • 2012 1 УДК 740(091) ББК 60.0 И20 Иванов А.В. И20 Логика социума : [монография] / А.В. Иванов. – 256 c. – М.: ЦСП и М, 2012. ISBN 978-5-906001-20-7. Книга содержит изложенную в форме социальной философии систему взглядов на историю цивилизации. Опираясь на богатый антропологический материал, автор осуществил ретроспективный анализ развития архаичных сообществ людей, логически перейдя к критическому анализу социологических концепций цивилизационного...»

«Российский государственный педагогический университет им. А.И.Герцена Н.А. ВЕРШИНИНА СТРУКТУРА ПЕДАГОГИКИ: МЕТОДОЛОГИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ Монография Санкт-Петербург 2008 УДК 37.013 Печатается по решению ББК 74.2 кафедры педагогики В 37 РГПУ им. А.И. Герцена Научный редактор: чл.-корр. РАО, д-р пед. наук, проф. А.П. Тряпицына Рецензенты: д-р пед.наук, проф. Н.Ф. Радионова д-р пед.наук, проф. С.А. Писарева Вершинина Н.А. Структура педагогики: Методология исследования. Монография. – СПб.: ООО Изд-во...»

«ВІСНИК ДІТБ, 2012, № 16 ЕКОНОМІКА ТА ОРГАНІЗАЦІЯ ТУРИЗМУ УДК 338.4 А.Н. Бузни, д.э.н., проф., Н.А. Доценко, асп. (Таврический национальный университет им. В.И. Вернадского) СОПОСТАВИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ПОНЯТИЙ РЕКРЕАЦИЯ И ТУРИЗМ В статье проведен сопоставительный анализ определений категорий туризм и рекреация, даваемых в энциклопедиях, словарях и справочниках, а также в монографиях и статьях различных авторов, в целях определения смысловой взаимосвязи и различий данных терминов. Ключевые слова:...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФГБОУ ВПО УДМУРТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ БИОЛОГО-ХИМИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ КАФЕДРА ЭКОЛОГИИ ЖИВОТНЫХ С.В. Дедюхин Долгоносикообразные жесткокрылые (Coleoptera, Curculionoidea) Вятско-Камского междуречья: фауна, распространение, экология Монография Ижевск 2012 УДК 595.768.23. ББК 28.691.892.41 Д 266 Рекомендовано к изданию Редакционно-издательским советом УдГУ Рецензенты: д-р биол. наук, ведущий научный сотрудник института аридных зон ЮНЦ...»






 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.