WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 10 |

«Министерство образования и пауки Российской Федерации ИНО-центр (Информация. Наука. Образование) Институт имени Кеннана Центра Вудро Вильсона (США) Корпорация Карнеги в Нью-Йорке (США) Фонд ...»

-- [ Страница 1 ] --

гмион

Межрегиональные

исследования

в общественных науках

Министерство

образования и пауки

Российской

Федерации

ИНО-центр

(Информация. Наука.

Образование)

Институт имени

Кеннана Центра

Вудро Вильсона

(США)

Корпорация Карнеги

в Нью-Йорке (США)

Фонд Джона Д.

и Кэтрин Т. Мак-Артуров

(США)

/ MИНОЦЕНТР

HOL

• информация.наука! образование

Данное издание осуществлено в рамках программы

«Межрегиональные исследования в общественных науках», реализуемой совместно Министерством образования РФ, И НО-центром (Информация. Наука. Образование) и Институтом имени Кеннана Центра Вудро Вильсона при поддержке Корпорации Карнеги в Нью-Йорке (США), Фонда Джона Д. и Кэтрин Т. Мак-Артуров (США).

Точка зрения, отраженная в данном издании, может не совпадать с точкой зрения доноров и организаторов Программы.

Язык вражды и язык согласия в социокультурном контексте современности Коллективная монография Екатеринбург Издательство Уральского университета УДК 81 ' ББКШ 10004+Ч 111. Я Рецензенты:

д о к т о р ф и л о л о г и ч е с к и х наук, п р о ф е с с о р Леонид Петрович Крысин (Институт русского языка им. В. В. Виноградова РАН);

д о к т о р ф и л о л о г и ч е с к и х наук, п р о ф е с с о р Людмила Владимировна Зубова (Санкт-Петербургский государственный университет) Я з ы к вражды и язык согласия в социокультурном коня 41 тексте с о в р е м е н н о с т и : Коллективная монография / Отв. ред.

И. Т. В е п р е в а, Н. А. К у п и н а, О. А. М и х а й л о в а. — Т р у д ы У р а л ь ­ ского М И О Н а. В ы п. 20. — Екатеринбург: Изд-во Урал, ун-та, 2 0 0 6. — 5 6 2 с.

ISBN 5-7525-1640- В коллективной монографии осуществлен опыт лингвокультурологического исследования толерантности / интолерантности как коммуникативной категории, выявлена парадигма современных вербальных и невербальных текстов вражды и текстов примирения, систематизированы стереотипные и нестереотипные сигналы толерантности и агрессии, охарактеризованы их идеологический, этический, эмоционально-психологический, коммуникатив­ но-прагматический потенциал и направления влияния на сознание горожан.

В книге разрабатываются теоретические аспекты проблемы коммуника­ тивной толерантности, описываются специализированные средства языка вражды и языка согласия, их функционирование в разных сферах коммуника­ ции; особо рассматриваются формы репрезентации вражды и согласия в про­ изведениях литературы и искусства; выявляется формирование характерной для России культурной мифологии Другого / Чужого и ее различные пред­ ставления в подсистемах городской культуры, устанавливаются функции ми­ фологем в формировании «своего круга», интерпретируется процесс деми­ фологизации, обусловливающий психологическое состояние и мировоззрен­ ческие установки горожан.

Для филологов, философов, культурологов, социологов, социальных ра­ ботников, журналистов и работников культуры.

Б Б К Ш 100.04+4 111. © ИНО-центр, © УрМИОН, © Коллектив авторов, Монография «Язык вражды и язык согласия в социокультурном контексте современности» посвящена памяти Э р ы В а с и л ь е в н ы Куз­ нецова предложила и разработала методику ступенчатой идентифи­ кации значения слова, которая легла в основу анализа ментально зна­ чимого концепта «толерантность» и языкового поля толерантности в тативной для выявления языковых средств и речевых подсистем со тексте.

Продолжение научной ж и з н и профессора Э р ы Васильевны Кузне­ Содержание Раздел 1. Толерантность и агрессия в речевой коммуникации Стернин И. А., Шилихина К. М.

Прохоров Ю. Е.

Языковая личность в коммуникативном пространстве:

Земская Е. А.

Факторы, определяющие действие толерантности в сфере Мишланов В. А., Салимовский В. А.

Зализняк Анна А., Шмелев А. Д.

Конфликтный диалог и межкультурная коммуникация Дымарский М. Я.

Речевая манера: конфликтность внутренняя и внешняя Борисова И. Н.

Конфликтогенная ситуация в повседневном общении Протасова Е. Ю.

Раздел 2. Языковые средства выражения вражды и согласия Вепрева И. Т., Мустайоки А.

Детабуизация в современном русском языке и тревожная Ермакова О. П.

Бурвикова Н. Д.

Пародирование прецедентного текста как средство языка Данилов С. Ю.

Речежанровые сигналы вражды и согласия: предвыборные Грищенко А. И., Николина Н. А.

Шарафутдинов Д. Р.

«Лица кавказской национальности» и «люди славянской внеш­ Левонтина И. Б., Шмелев А. Д.

Выражение враждебности и дружелюбия посредством одной Андреева Т. Я.

Сигналы вражды и сигналы согласия в английском языке Раздел 3. Язык вражды и язык согласия в разных сферах коммуникации Чепкина Э. В.

Енина Л. В.

Представители власти в текстах уральских СМИ: вражда Туксаитова Р. О.

Язык вражды и язык примирения в медиапространстве Казах­ Каблуков Е. В., Майданова Л. М.

Метаморфозы атональности в современном парламентском Пику лева Ю. Б.

Жданова О. 77.

Абашева М. П.

Страсти по «Живаго»: властные конфликты в культурном про­ Карасик В. И.

Раздел 4. Репрезентация вражды и согласия в литературе и искусстве Литовская М. А.





Адаптация социально нового в литературе: путь к примирению... Черняк В. Д., Черняк М. А.

Концептуализация действительности в современной массовой Попкова И. И.

Агрессивное в иронических текстах Игоря Иртеньева Васильев И. Е.

В ну три культурная конфронтация как путь к обретению груп­ Михайлова О. А.

Вражда и согласие в массовой песне советского и постсовет­ Маишина Е. Е.

Раздел 5. Вражда и согласие в мифологии уральского города Приказчикова Е. Е.

Миф и его социокультурные преломления: от архаики до на­ Блажес В. В.

Вепрева И. Т.

Отражение мировоззренческих противоречий в переименова­ Атманских А. С.

Восстановление справедливости или ирония судьбы? (Опыт Клочкова Ю. В.

Формирование екатеринбургского мифа в литературе и его трансформация в произведениях свердловских авторов Коновалова Н. И.

Мифология бани в лингвокультурном пространстве города:

Шалина И. В.

Купина Н. А.

Тоталитарные мифологемы в речевом пространстве Предисловие Предлагаемое вниманию читателей научное исследование языка враж­ ды и языка согласия является продолжением двух коллективных мо­ нографий, изданных благодаря содействию Уральского межрегиональ­ лингвокультурологические п р о б л е м ы толерантности» (Екатеринбург, 2003), посвящена разработке проблемы толерантности и выявлению толерантность только начинает складываться в русском языковом сознании и еще не о с м ы с л е н о в достаточной степени, в то время как реальное состояние коммуникативного взаимодействия в нашей стране требует лингвистического вмешательства. Формирование граждан­ ского общества, с о п р о в о ж д а ю щ е е с я преодолением тоталитарных сте­ реотипов и утверждением прав личности в государственной практике России, сегодня н е в о з м о ж н о без ф о р м и р о в а н и я устойчиво толерант­ ного массового сознания. В связи с этим возникает необходимость изучения не только феномена толерантности, но и форм проявления толерантных установок в коммуникативном поведении отдельной лич­ ности и социально-культурной группы. Именно поэтому центральной категорией второй монографии, «Культурные практики толерантнос­ тивная толерантность, представляющая собой наиболее наблюдае­ м у ю и подверженную педагогическому и воспитательному воздей­ ствию установку толерантного сознания.

Исследование коммуникативных аспектов толерантности позволя­ ет с о с т а в и т ь о б ъ е к т и в н о е п р е д с т а в л е н и е о ф о р м а х п р о я в л е н и я т о л е рантных установок в коммуникативном поведении отдельной личнос­ гендерные особенности проявления толерантности / интолерантности в общении, дает возможность сформулировать конкретные подходы к формированию установок толерантного сознания через обучение об­ сия в социально-культурной ситуации, сложившейся в России.

Современное социально-культурное пространство характеризуется курса "Время действовать"», обзоры В. Шариповой по материалам ре­ тернет-изданий и печатных С М И Республики Коми [http// www.xeno.sova-center.ru]. На протяжении нескольких лет И н ф о р м а ц и ­ онно-аналитический центр «СОВА» осуществляет мониторинг языка ды» обычно понимаются любые некорректные высказывания в адрес рики».

Авторы настоящей монографии уделяют внимание не только язы­ тик, направленных на достижение согласия в конкретных сферах об­ щения, определению моделей толерантного речевого поведения.

Ц е л ь коллективного исследования — выявление факторов, обус­ л о в л и в а ю щ и х т о л е р а н т н о с т ь / и н т о л е р а н т н о с т ь в к о м м у н и к а ц и и, характеризация средств и способов репрезентации языка вражды и язы­ претация которого осуществляется также с культурологической, ли­ тературоведческой, искусствоведческой, психологической точек зре­ ния. Аспектность в сочетании с м е ж д и с ц и п л и н а р н о с т ь ю — важней­ ший методологический принцип исследования. Еще один фундамен­ т а л ь н ы й п р и н ц и п — сочетание синхронного подхода с д и а х р о н н ы м :

только историческая ретроспектива позволит выявить природу толе­ рантности и агрессии в их многообразных современных проявлени­ ях. П р и н ц и п и а л ь н ы м для нас является отбор материала, воплощаю­ щего национально-культурное своеобразие коммуникативных контак­ тов. В монографии исследуются системные объединения языковых средств в р а ж д ы и согласия, репертуар функций этих средств в речи:

дискурсивное и текстовое воплощение конвенций, регламентирующих ф о р м ы бытования в р а ж д ы и согласия. Особое внимание уделяется со­ временному речевому существованию российского (уральского) го­ рода, живой диалогической речи горожан. В объективе исследователь­ всего живописи и киноискусства.

Целевая установка коллективного труда обусловила не только выдвижение методологических принципов и отбор материала, но и вистических проблем толерантности, уточнение категориального ап­ парата лингвистики толерантности, систематизация типологических построений, открывающих перспективу осмысления природы и ме­ ханизмов интолерантной (конфликтной, агрессивной, враждебной) и толерантной (согласной, гармоничной) коммуникации (1); о п и с а н и е активно использующихся в актуальной культуре средств вражды и прагматического, этического потенциалов (2); фиксация конкретных сфер коммуникации, в которых функционируют тексты, транслирую­ ного / интолерантного общественного сознания, характеристика зако­ номерностей, связанных с концептуализацией литературой и искус­ ством враждебности и согласия (4); демонстрация константных фак­ торов вражды и согласия на п р и м е р е срезового анализа м и ф о л о г и и уральского города (5). О т м е ч е н н ы е исследовательские задачи опре­ пяти основных разделов.

В первом разделе «Толерантность и агрессия в речевой комму­ рантности коммуникативные стратегии интолерантности и вербальной агрессии, обосновывают различия между ними. Учитывая фактор сфе­ ры использования стратегий, авторы прослеживают механизмы усвое­ ния агрессивных речевых действий в дегском возрасте и предлагают проявление толерантности на уровне реализации языковой личности в ностями национальной культуры; исследуя речевое поведение выход­ В. А. Салимовский рассматривают основные свойства дискурса враж­ циальные и межличностные конфликты.

маскируется буквальным смыслом и обнаруживается лишь в подтекстовой информации; анализируют п р и ч и н ы конфликта как результата интерпретации высказывания слушающим, при неверной реконструк­ ции скрытых смыслов адресатом речи, при различии речевых страте­ рии выделения и п р и н ц и п ы оценки т и п о в речевых культур, определя­ культуры, выявляет два базовых типа речевых манер — моностиле­ вой и полистилевой, обосновывает зависимость потенциальной кон­ И. Н. Борисова анализирует динамические типы взаимодействия ре­ чевых стратегий участников потенциально конфликтных ситуаций в русской повседневной коммуникации; описывает фазовую структуру конфликтогенной ситуации, распределение коммуникативных ролей, тактики речевого поведения партнеров общения; выявляет модели речевого взаимодействия (примирение, нейтрализация и обострение конфликта) по типу коммуникативного и психологического результа­ мета анализа универсальную в ситуациях враждебной коммуникации реакцию обиды, характеризует психологические и социологические факторы, обусловливающие возникновение данной реакции.

Второй раздел «Языковые средства выражения в р а ж д ы и со­ гласия» посвящен интерпретации специализированных средств, ис­ пользуемых в коммуникации как сигналы вражды или сигналы согла­ с и я. В с т а т ь е / /. Т. Вепревой иА. Мустайоки исследуется процесс детабуизации в современных С М И, приводящий к увеличению пласта тревожной лексики и в целом способствующий росту агрессивности эмоционально-психологический, коммуникативно-прагматический потенциал иронии, обнаруживает ее полифункциональность и возмож­ в з а в и с и м о с т и от групп факторов — внутриязыковых и экстралинг­ в и с т и ч е с к и х. К Д. Бурвикова, анализируя тексты-пародии, основан­ цедентного текста, д е м о н с т р и р у е т в о з м о ж н о с т и пародирования как средства согласия, доказывает продуктивность расширительного по­ ные д е б а т ы как к р у п н у ю р е ч е ж а н р о в у ю структуру, характеризующу­ юся особыми нормами отбора и реализации жанрообразующих единиц, выявляет первичные и вторичные речевые ж а н р ы, которые в со­ циально-политическую ситуацию фактора адресата.

и «этноним», авторы прослеживают особенности бытования этнони­ мов в древнерусской книжности и современном обиходе, описывают версалии и лексического пласта русского национального языка, вклю­ чающего, в частности, экзоэтнонимы (обозначения «чужих») и эндоэтнонимы (обозначения «своих»). Анализируется разная степень экс­ ных типов этнонимов. Проблему функционирования этнонимов раз­ холингвистический анализ находящихся в активном речевом обороте ность одновременного выражения в высказывании дружелюбия и враж­ желюбия и враждебности. Зыбкость границ между двумя исследуемы­ лексических и фразеологических единиц, извлеченных из современ­ ных русско-английских словарей, установила специфику отраженно­ р ы данного раздела монографии доказывают, что естественный язык щую процесс вербальной коммуникации.

Раздел третий « Я з ы к вражды и язык согласия в разных сферах коммуникации» составляют исследования многообразных прелом­ зетах п р о м ы ш л е н н ы х предприятий Пермской области, приходит к выводу о том, что согласие как корпоративная ценность вырабатыва­ дов, позиций, образа жизни, прагмо-коммуникативных установок.

Прослеживаются особенности формирования конформистского иде­ ет стереотипные характеристики представителей современной рос­ сийской власти, о п и с ы в а е т т и п о в ы е с ю ж е т н ы е роли в их оппозици­ онных связях, вскрывающих региональную специфику приятия й не­ приятия носителей властных полномочий.

Д и с к у р с и в н ы е практики в журналистском дискурсе обладают на­ анализирующей медиаиространство Казахстана в преддверии прези­ к о в о г о кода — м о н о я з ы ч н о г о и л и б и л и н г в и с т и ч е с к о г о. Е с л и м о н о язычие газетных изданий разъединяет население страны, то билингвистический принцип публицистики в условиях современного Казах­ стана, напротив, способствует е д и н е н и ю, созданию толерантного от­ ношения к культурным различиям и социокультурным конфликтам.

грамм заседаний Государственной думы РФ. Авторы определяют роль ритуала в создании впечатления атональности, описывают лингвоповеденческие маски атональности, за которыми скрываются истинные интенции действующих политиков.

цией образов «врагов», задающих типы конфликтного поведения.

ческого с о о б щ е с т в а А в т о р извлекает примеры языковых сигналов зволяет установить разновидности конфликтов в изучаемой социаль­ муникативный эпизод, оказавшийся в центре внимания жителей Пер­ тетические причины конфликта, описывает вербальные формы прояв­ ных практик духовности.

Обнаруживая специфику языка вражды и языка согласия в разных сферах коммуникации, авторы раздела подчеркивают неочевидность ценностных ориентации коммуникативного взаимодействия в конк­ ретных ситуациях, возможность манипулятивного использования дис­ курсивных практик вражды и согласия.

В разделе четвертом «Репрезентация в р а ж д ы и согласия в лите­ ратуре и искусстве» осуществляется анализ форм выражения толе­ р а н т н о с т и / интолерантности в художественных текстах, в том числе в высокой литературе и литературе массовой, в произведениях изобрази­ тельного искусства и рок-поэзии. Материалом служат тексты наших торых зафиксированы особенности мировоззрения носителей русско­ тации социально нового в художественной литературе, смежных видах ет этапы адаптации искусством социальных явлений и коллективных представлений о новых социальных силах (коммунисты / «новые рус­ ские»), которые в момент своего возникновения воспринимались в об­ и искусством социально нового служит средством примирения.

Повышение читательского спроса на тексты массовой литературы привело к у с и л е н и ю ее влияния на сознание россиян. Это обстоятель­ ство стимулирует интерес исследователей к актуальной для россий­ рассматривают концептуализацию действительности в сферах враж­ ды и согласия актуальными жанрами современной массовой литера­ туры. Выделяются группы текстов, т р а н с л и р у ю щ и х агрессию, и групп ы текстов, с п о с о б с т в у ю щ и х ф о р м и р о в а н и ю о б щ е с т в е н н о г о согла­ обращаясь к культурным практикам авангарда, выявляет цели и ф о р м ы вызов, провокация в практике авангарда имеют культурные основания и являются средствами выражения групповой сплоченности. На мате­ риале сопоставления текстов советского и постсоветского периодов бенности репрезентации вражды и согласия в массовой песне.

щ у ю рок-культуры. Н а материале текстов рок-поэзии анализируются проявления враждебности: противостояние т р а д и ц и о н н ы м культур­ и детей.

Раздел пятый « В р а ж д а и согласие в мифологии уральского го­ рода» открывается интерпретацией различных концепций мифа, ко­ торые обнаруживают пересечения философской, культурологической, социологической, психологической, филологической парадигм, воз­ никающих при исследовании феномена общественного и индивиду­ ального сознания. Прослеживается формирование культурной мифо­ л о г и и Чужого, х а р а к т е р н о й д л я Р о с с и и (Е. Е. Приказчикова). Разноаспектный подход к проблеме позволил выявить механизм мифоло­ на, И. Т. Вепрева, А. С. Атманский), живом общении горожан-ураль­ ризована региональная содержательная специфика мифотворчества.

Выявлено ядро мифологических смыслов, релевантность которых ярко проявляется в геокультурной, политико-экономической, социальной, этнокультурной оппозициях. Н а базе отмеченных оппозиций установ­ л е н ы з о н ы н а п р я ж е н и я в культурно-языковом пространстве города.

В этой связи детальное литературоведческое и лингвистическое опи­ сание получил миф о культурной столице, нашедший воплощение в текстах уральской литературы, текстах С М И, диалогической речи уральцев. Охарактеризованы трансформации мифологического обра­ р и а л о в (В. В. Блажес). Анализ текстов С М И и опрос информантов ного» именования способствует м и ф о л о г и з а ц и и и с о з д а н и ю нового Охарактеризованы вербальные формы бытования конкретных ми­ фологем городского пространства, в частности м и ф о л о г е м ы «баня», обнаружены трансформации этнокультурных компонентов семанти­ гиональных С М И позволил установить факт «упрямства» идеологем тоталитарного языка, которые автоматически реализуются в спонтан­ ной речи горожан. Эти м и ф о и д е о л о г е м ы эксплицируются и в текстах шенным. Демифологизация языкового сознания горожан-уральцев со­ провождается проявлениями мифологического скептицизма, циниз­ ю щ и й мифологической культурной памятью и продуцирующий совре­ менные мифологемы, является способом оформления и воплощения стаивания фундаментальных ценностей и стереотипов согласия.

Очерченная в предисловии проблематика коллективной м о н о г р а ф и и, ставителей гуманитарного знания, а т а к ж е специалистов, з а н и м а ю щ и х с я Толерантность и агрессия в речевой коммуникации И. А. Стернин, К. М. Шилихына Толерантность, интолерантность противостоит агрессивности, конфликтности, безапелляционности, седника, уничтожить другое мнение. П р е ж д е всего, проявление толе­ рантное поведение не является и м п у л ь с и в н ы м, с п о н т а н н ы м. Для того чтобы демонстрировать толерантность в о б щ е н и и, необходимо не только т е р п и м о относиться к собеседнику, но и владеть стратегиями бесконфликтного общения.

шении являются попытки лингвистов разграничить понятия «терпи­ дится в том, что т е р п и м о с т ь — э т о терпение к плохому, а толерантность — т е р п е н и е к другому, иному, непохожему. Тем не м е н е е в о б щ е с т в е эти сти, р а с ы, положения, в е р ы ? В к а ж д о м языке иод этим словом п о н и м а е т ­ великодушие, а у арабов, например, — милосердие, снисхождение... В рус­ ском языке б л и з к и м является п о н я т и е т е р п и м о с т и (Крижевский А., ДробижеваЛ. Н е п р и м и р и м ы х культур не бывает // Известия. 2 0 0 2. 1 5 нояб.).

Как модель поведения толерантность предполагает терпимость к инакомыслию, спокойное отношение к разным мнениям и воззрениям вых негативных эмоций. Толерантность не предполагает обязательно­ мнения или поступка. Толерантный человек фиксирует в своем созна­ нии и собственное негативное отношение к идеям или поступкам дру­ в и с и м о от того, насколько взгляды участников о б щ е н и я совпадают или расходятся.

Толерантное разрешение конфликтов предполагает использование прежде всего тактик уступчивости и компромисса в непринципиаль­ ном, и тактики сотрудничества — в важном вопросе.

Толерантности в описанном смысле противостоят интолерантность и агрессия. Эти п о н я т и я далеко не всегда разграничиваются.

Интолерантность нередко объясняется через понятие агрессии.

По мнению некоторых исследователей, агрессия наиболее часто мо­ как оборогная сторона страха: «Агрессия всегда сопровождается при­ ступом страха, а страх может перерасти в агрессию. Самые разнооб­ разные о п ы т ы на ж и в о т н ы х показали, что это так. Если на группу ж и ­ и с толпой людей или обществом в целом. Агрессивно-трусливое со­ с т о я н и е — с а м о е опасное» [Дольник1994: 132].

а неприятием другого, и проявляется это поведение чаще всего в про­ цессе коммуникации.

В данной статье речь пойдет об отличиях коммуникативной стра­ рессии и о механизмах передачи опыта агрессивного общения. Нас интересует взаимоотношение интолерантности и агрессии, посколь­ минирования говорящего над адресатом, а также связаны с открытым выражением негативных эмоций в адрес собеседника.

Агрессия является достаточно сложной формой поведения ж и в ы х мер, в этологии особый интерес ученых вызывают случаи внутриви­ довой агрессии у животных, причем такая форма поведения рассмат­ ривается с двух точек зрения. Во-первых, с точки зрения социальной организации сообщества особей — представителей одного биологи­ вотных. Во-вторых, с точки зрения нейробиологических механизмов, которые «запускают» или, наоборот, тормозят агрессивное поведение при столкновении животных. Полученные данные свидетельствуют о нейробиологических и социальных механизмов (см., например, бесе­ Агрессия в среде животных выполняет ряд важных функций, сре­ ди которых этологи выделяют обеспечение изоляции группы в преде­ лах одной популяции, противодействие проникновению чужих в оп­ ределенное сообщество, формирование структуры популяции через установление иерархических отношений внутри группы. Таким об­ разом, агрессивное поведение является необходимым условием вы­ живания для животных.

Агрессия свойственна не только ж и в о т н ы м, но и человеку, поэто­ чаются в социальной психологии, социологии, конфликтологии. При ций, которые осуществляет в сообществах животных.

социальное явление. В социальной психологии агрессия определяется выражения. Психологи и социологи, изучающие агрессию, отмечают оказывается достаточно трудно отграничить ее от интолерантного по­ термином «агрессия» исследователи обозначают самые разнообраз­ сколько к л а с с и ф и к а ц и й проявлений агрессивного поведения. Так, А. Басса, который п р е д л о ж и л все проявления агрессии разделить на два вида: физическую и вербальную агрессию. Оба вида агрессии могут иметь активную либо пассивную, прямую или непрямую фор­ бальной агрессии.

По м н е н и ю А. Басса, прямая активная вербальная агрессия выра­ тивная вербальная агрессия — в распространении клеветы или спле­ тен о другом человеке. Пассивные типы вербальной агрессии прояв­ ляются с л е д у ю щ и м образом: прямая — в отказе разговаривать с собе­ зе выступить в защиту человека, которого незаслуженно критикуют [Бэрон 2000]. Таким образом, язык как социально-психологическое явление естественным образом становится одним из возможных ин­ струментов, а речь — каналом трансляции сигналов агрессивности.

На н а ш взгляд, с точки зрения коммуникации агрессию можно счи­ тать не просто формой поведения, но определенной коммуникатив­ ной стратегией. Чтобы убедиться в этом, обратимся к определению понятия коммуникативной стратегии: «коммуникативная стратегия говорящего состоит в выборе коммуникативных намерений, распре­ делении квантов информации по коммуникативным составляющим и выборе порядка следования коммуникативных составляющих в пред­ ложении» [Янко 2 0 0 1 : 38].

сивное речевое поведение можно считать коммуникативной страте­ гией: очевидно коммуникативное намерение говорящего — желание оскорбить или унизить собеседника, установить доминантные отно­ Для реализации коммуникативной стратегии агрессии языковая уровнях системы: отдельные лексемы или словосочетания приобре­ тают негативный компонент значения (инвективы), определенные супр а с е г м е н т н ы е е д и н и ц ы р е а л и з у ю т эту с т р а т е г и ю в р е ч и ( н а п р и м е р, п о в ы ш е н и е громкости или интонация, с которой произносятся рече­ вые акты угрозы).

ми выражения агрессии (угрозы, упреки, замечания и др.).

настроенного коммуниканта, но и обратиться к тем стратегиям о б щ е ­ ния, которые и м е ю т о б щ и е черты с вербальной агрессией. Н а н а ш взгляд, Возникает вопрос, м о ж н о ли считать интолерантность особой ком­ муникативной стратегией, отличной от вербальной агрессии. Если в определение коммуникативной стратегии включить еще два компо­ нента — сферу использования стратегии и наиболее типичного адре­ сата, то окажется, что интолерантность является о с о б о й стратегией общения, поскольку в данном случае легко определяется коммуника­ тивное намерение говорящего — выражение негативного отношения к о п р е д е л е н н ы м группам людей или их отдельным представителям, желание продемонстрировать доминантные отношения. Данное на­ рактеристики высказывания. Поэтому интолерантность может быть определена как коммуникативная стратегия.

л я ю щ у ю — желание оскорбить адресата высказывания, стремление подчеркнуть свое доминантное положение. Анализируемые коммуни­ кативные стратегии являются конфликтными, поскольку конфликтное общении, а интолерантность — преимущественно в общественноп о л и т и ч е с к о м д и с к у р с е. О т с ю д а следует, ч т о а д р е с а т а г р е с с и в н о г о высказывания — это, как правило, индивид, а интолерантность о б ы ч ­ но направлена против групп людей с социальными характеристика­ Во-вторых, агрессия является способом воздействия на адресата с связана с выражением негативных эмоций, которые вызывает у гово­ характеристики, которые, в отличие от поведения, изменить практи­ чески невозможно.

Наконец, отличительной чертой интолерантности является разде­ ление общества на «своих» и «чужих» (основанием для подобного разделения может стать л ю б а я социальная или биологическая харак­ теристика). А г р е с с и я ж е может быть направлена как против «чужо­ го», так и против «своего», если по каким-то причинам поведение адресата не удовлетворяет требованиям говорящего. Таким образом, в отличие от интолерантности вербальная агрессия часто проявляет­ Отметим еще одно важное различие между этими коммуникатив­ чается в политическом, религиозном и других общественных дискур­ качестве слушателя и запоминает определенное количество стерео­ типов восприятия р а з л и ч н ы х социальных групп. А вот с агрессией м ы сталкиваемся гораздо чаще — в повседневном межличностном общении. К тому же агрессия в меньшей мере связана с усвоением социальных стереотипов восприятия окружающих, поэтому агрессия речи маленьких детей можно услышать агрессивные высказывания:

А кто сейчас не замолчит, тот выйдет из-за стола ( М а ш а, 4 года, имитирует речь воспитателя).

Коммуникативная стратегия, как правило, вырабатывается в про­ цессе социализации. Следовательно, существуют определенные ме­ ханизмы научения вербальной агрессии. М ы рассмотрим только не­ которые из них.

робиологические составляющие, а в ряде случаев физическая агрессия может быть следствием дисбаланса между механизмами возбуждения и торможения в головном мозге. Таким образом, физическая агрессия ханизмы торможения» вербальной агрессии.

Попробуем проследить, каков механизм усвоения агрессивных речевых действий. О д н и м из источников информации о применении вербальной агрессии к собеседнику может стать семейное общение.

Семья организована иерархически, поэтому члены семьи так или иначе проявляют отношения доминирования. Родители, пользуясь своим более высоким положением, нередко прибегают к психологическому д а в л е н и ю, которое выражается в том числе и через в е р б а л ь н у ю аг­ рессию. Очень часто вербальная агрессия кажется взрослым кратчай­ ш и м путем достижения необходимого результата.

Родители нередко дают негативную оценку поведения ребенка с помощью сравнений:

Что ты руки в карманы засунул, как дебил? ( м а т ь — с ы н у - п о д ­ ростку).

Другой способ вербального агрессивного воздействия — выраже­ ративное прерывание коммуникации:

форматике.

Коммуникант, избравший коммуникативную стратегию вербаль­ рывает его реплики. Продолжение диалога бабушки и внучки после небольшой паузы является характерной иллюстрацией дальнейшего проявления агрессии со стороны взрослого:

тье»!

Бабушка (перебивает): — В с е !

Психологи, исследующие проявления агрессии в обществе, ука­ зывают на то, что к а ж д ы й раз агрессор, добиваясь быстрой победы, ет д а л ь н е й ш е е использование агрессии. Объект агрессии (в д а н н о м случае ребенок) тоже получает определенный социально-коммуника­ чинают использовать коммуникативную стратегию речевой агрессии:

вербально установить отношения доминирования:

Бьет брата по попе, тот сквозь слезы:

Д о сих пор м ы рассматривали п р я м ы е проявления вербальной аг­ рессии, однако говорящий может избрать и косвенный способ оскор­ бления собеседника и демонстрации своей доминантной позиции — иронию:

Ну конечно, ты у нас все знаешь, все умеешь! ( м а т ь — д о ч е р и ).

Это пусть другие как дураки английский язык учат! А Поле не надо!

Зачем? Она ведь и так красивая, правда, Поля? (отец — д о ч е р и ).

гия является в большей степени социальным продуктом. Заметим так­ же, что широкое распространение вербальной агрессии можно объясн и т ь е щ е и т е м, что а г р е с с о р н е и с п ы т ы в а е т с т р а х а п е р е д в о з м о ж н ы м физической агрессии (Уголовный кодекс), но подобного механизма Существуют отдельные попытки сделать публичную коммуника­ цию более толерантной (речь идет о политкорректной лексике, цель введения в дискурс которой изначально состояла в снижении нега­ тивной оценочности высказываний в адрес определенных социальных мов торможения вербальной агрессии в межличностной коммуника­ Возникает вопрос о механизмах формирования толерантного по­ ведения людей в обществе. Принципиальным является формирова­ ние установок толерантного общения и поведения у детей.

ние дети более терпимы к взрослым и менее чутки к ровесникам. Из ведения детей должно происходить в условиях некатегоричного поведения взрослых и увлекательной деятельности со сверстниками путем подражания толерантному, нормативному поведению окружа­ ющих взрослых людей.

Толерантность формируется в коммуникативном поведении ребен­ поведения о к р у ж а ю щ и х, но все более активно начинают играть роль объективные и субъективные факторы, которые должны направлять­ Толерантность ребенка формируется изначально по отношению к всегда толерантны в отношении детей. Толерантное поведение окру­ никативного поведения ребенка.

Для формирования толерантного поведения и общения взрослых в настоящее время нет другого пути, кроме как разъяснение того, что такое толерантность и в чем преимущество толерантности перед интолерантностью и агрессией.

Необходимо проводить тренинги толерантного общения, а также развивать у взрослых навыки бесконфликтного обсуждения противо­ речий. Эффективной формой развития коммуникативной толерантнос т и о б щ е н и я я в л я ю т с я д е б а т ы, в ходе к о т о р ы х у ч а с т н и к и п о л у ч а ю т навыки толерантного обсуждения тех или иных в о л н у ю щ и х общество проблем.

По мнению американцев, именно практика самого широкого пуб­ личного обсуждения общественных вопросов позволила Америке решить острейшие расовые проблемы американского общества в 5 0 - 6 0 - х годах, проблему неравенства оплаты труда мужчин и жен­ щин, а также резко сократить (на 40 %) число курящих американцев.

университетах. В учебных заведениях есть специальный преподава­ т е л ь, к о т о р ы й н а з ы в а е т с я debate coach — « т р е н е р п о д е б а т а м », « д е батный тренер», существуют многочисленные учебные пособия, ис­ пользуется видеотренинг.

В классах, школах, образовательных округах, городах и штатах есть «дебатные команды» школ и других учебных заведений, которые уча­ ствуют в соревнованиях самых различных уровней — от классных и школьных до общенационального соревнования по дебатированию;

л у ч ш и е команды и их участники не менее популярны в своих коллек­ тивах и городах, чем игроки в американский футбол. Кабельное и местное телевидение, телевидение штата часто передают по своим каналам дебаты по тем или и н ы м м е с т н ы м вопросам, что еще более п о в ы ш а е т о б щ е с т в е н н у ю значимость дебатов, возлагает на их участ­ проводимого ими обсуждения. Нередко после дебатов, которые все­ лосуют. Результаты голосования не и м е ю т никакого обязывающего характера, они просто показывают участникам итог их работы, а так­ же выявляют победителя, если это было соревнование.

Однако необходимо признать, что в современном российском об­ ществе практически полностью отсутствует традиция и «техника»

демократического всестороннего публичного обсуждения представ­ л я ю щ и х общественный интерес проблем в коллективах, дискуссион­ дан. Отсутствуют опыт таких обсуждений, общепринятые правила проведения таких мероприятий, единые требования к регламенту вы­ ступлений и ответам на в о п р о с ы, р а с п р е д е л е н и ю ролей участников обсуждения и др. Нет традиции равного соблюдения регламента все­ блюдать этические и риторические нормы ведения дискуссии.

Необходимо всячески пропагандировать идею устного публично­ избавиться от этой п р о б л е м ы.

— высказывают свою точку зрения, приводя аргументы;

— задают оппоненту вопросы только с целью прояснить его пози­ сен, Вы не правы, Это неверно и п о д о б н ы е, м о ж н о только ставить в о п р о ­ Существуют и используются различные модели и «форматы» де­ батов, включая парламентские дебаты. Большинство подобных деба­ тов могут организовать и провести только хорошо подготовленные учащихся, не позволяет всем получить навыки цивилизованного, то­ лерантного обсуждения проблемы. Нами разработана упрощенная За основу была взята модель учебных дебатов, продемонстрирован­ н ы х в В о р о н е ж с к о м у н и в е р с и т е т е в о к т я б р е 1997 года д о к т о р о м Т. П а нетто ( С Ш А ). Американская модель была модифицирована с учетом русских коммуникативных традиций и реальных условий российских учебных заведений. Модель приспособлена к регламенту одного ака­ результаты в течение 45 минут.

путем формирования толерантности в российском обществе.

Ю. Е. Прохоров Языковая личность в коммуникативном пространстве:

к типологии толерантности Уже трудно толерантно говорить о термине «толерантность». Несмот­ ря на заявления исследователей о том, что понимание толерантности только начинает складываться в русском языковом сознании, частот­ взошла не только потребности, но — иногда — и просто здравый д о л ж н ы б ы т ь « п л ю р а л и з м » и «консенсус», — а это и есть свидетель­ ство толерантности. Или свидетельство чего-то иного, столь же толе­ рантного...

Слово «толерантность» изначально было медицинским термином:

состояние организма, при котором он неспособен синтезировать ан­ титела в ответ на введение определенного антигена при сохранении иммунной реактивности к другим антигенам. Проблема толерантнос­ ти имеет значение при пересадке органов и тканей. 2) Способность организма переносить неблагоприятное влияние того или иного фак­ пением, но и умением организма приспосабливаться к чему-либо, что ему ч у ж д о или является для него в н е ш н и м вторжением. И м е н н о на этой основе и развилось переносное значение: «3) Терпимость к чу­ © Ю. Е. Прохоров, дисциплинах — например, в теории коммуникации. Толерантность в широком смысле — это, с одной стороны, качество, « в ы р а ж а ю щ е е с я в сознательном подавлении чувства неприятия, вызванного всем тем, что знаменует в другом иное» ( Н Ф Э 2001), а с другой — «отсутствие Попытаемся использовать именно базовое, «медицинское» пони­ мание термина «толерантность» в дальнейших рассуждениях.

коммуникативный феномен (поведение личности)» [Михайлова 2004:

состояние, и деятельность, что она имеет и интровертивное (как «я»

н о е т ь ), и экстравертивное выражение (как «я» п о з и ц и о н и р у ю себя Некоторым идеальным проявлением соотношения интровертивной р у ш е н и ю и не используют в деятельности средств, которые могут к вание для качества деятельности в о о б щ е, о п р е д е л и т ь по с л е д у ю щ е й шкале.

явлений аутизм-толерантности является пофигизм.) В ресторане пусто — четыре часа дня.

Посетитель у окна заказывает официантке. Оба — лет двадцати.

Он провожает ее взглядом: хорошая фигура.

Официантка приносит водку, яичницу и сигареты.

Официантка приносит шашлык.

— Одну рюмку. Выпейте, ей-богу...

(Ей и без него докуки хватает. Ее мальчик ушел вчера. Она не спала.

Плохо спала. Она переживает. Она покинута любимым. Флиртовать нельзя. А этот — ничего. Поэтому она раздражается. «Мне и без тебя докуки хватает», — думает она) (М. Веллер. В ролях).

гося внутреннего стремления к нетолерантной деятельности.

Возче камина —маленькая дверь в стене, как в каморке у папы Карло.

Морис открыл эту дверь, и я увидела высокий кованый стеллаж, на ко­ тором были сложены березовые поленья. Поленья сложены не как, попа­ ло, а рисунком. Кто-то их выкладывал. Наверное, для этого существо­ вал специальный человек.

Я посмотрела на аккуратные чурочки, и у меня потекли слезы.

В это время Морис перенес дрова в камин и поджег. Пламя быстро и рьяно охватило поленницу. Значит, дрова были сухие.

Я смотрела на огонь. Слезы текли независимо от меня. Может быть, мне стало жалко чемодана? А может быть, я оплакивала свою жизнь — жизнь Золушки, не попавшей на бал. Морис и Мадлен ругаются, выясня­ ются, а за стеной, выложенные буквой «М», лежат и сохнут березовые чурки. Они даже пропадают на фоне бескрайней территории, бирюзо­ вого бассейна и кремовых роз. И пюре из шпината.

Я плакала весьма скромно, номой слезы были восприняты как грубая бестактность. Меня пригласили, оказали честь, накормили изысканной едой, а я себе позволяю.

Плакать — невежливо. Если у тебя проблемы — иди к психоаналити­ ку, плати семьдесят долларов, и пусть он занимается тобой за деньги.

Если бы я заплакала в русском доме, меня бы окружили, стали рас­ спрашивать, сочувствовать, давать советы. Обрадовались бы возмож­ ности СО-участия. Все оказались бы при деле, и каждый нужен каждому.

А здесь — все по-другому. Морис нахмурился и отвернулся к огню.

Мадлен отошла, ее как бы отозвали хлопоты гостеприимной хозяйки, Шарль и Франсуаза сделали вид, что ничего не произошло. Ну совсем ничего (В. Токарева. Из жизни миллионеров).

и невербальная деятельность при явном нетолерантном состоянии личности или осознанно нетолерантная вербальная или невербальная Доброе утро, Юрий Алексеевич, — слышится через селектор кон­ тральто главного хранителя. — Если Вас не затруднит, Юлия Борисов­ на, — веду я свою партию осторожно и точно, потому что с женщиной, говорящей на шести языках и переписывающейся со всеми крупнейшими западными художниками, только так и можно, ибо в характере у нее не может угнездиться ни подозрительность, ни ненависть, ни мститель­ ность — пустой характер! — а лишь фантастический интерес к искус­ ству и той особи животного мира, которая называется «человек», — если Вам, Юлия Борисовна, не трудно, попросите ко мне Ростислава Николаевича.... Здесь я на него почти закричал. Он никогда не слы­ шал, чтобы я кричал. Я не умею кричать. Это последнее оружие, и я знаю, что на окружающих, привыкших к моему тихому, выработанному многолетней привычкой сдерживаться, интеллигентному, мягкому го­ лосу, это действует оглушительно. Здесь тоже есть свой механизм...

Мои последние слова — в приемной тихая паника, секретарша из всех сил лупит по машинке, чтобы заглушить несущийся из кабинета крик, — мои последние слова еще не затихли... а глаза уже смеялись, я улыбал­ ся, я ликовал... (С. Есин. Имитатор).

ной деятельности, связанное или с нетолерантным интровертивным состоянием, или с экстравертивными нетолерантными условиями де­ ятельности.

— А я, брат, так вот лежу и думаю: что будет, если я помру?

— Что будет? — хладнокровно усмехнулся Неизвестный человек. — Землетрясение будет!.. Потоп! Скандал!.. Ничего не будет!!

— Я тоже думаю, что ничего, — подтвердил Надькин. — Все тоже сейчас же должно исчезнуть: солнце, земной шар, пароходы разные ничего не останется!

Неизвестный человек поднялся на одном локте и тревожно спросил:

— Да так. Пока я жив, все это для меня и нужно, а раз помру, на кой оно тогда черт!

— Постой, брат, постой... Что это ты за такая важная птица, что раз помрешь, так ничего и не нужно?

Со всем простодушием настоящего эгоиста Надькин повернул голо­ ву к другу и спросил:

—Да ведь другие-то останутся?!

— Ну, люди разные... Там, скажем, чиновники, женщины, министры, лошади... Ведь им жить надо?

— «На что, на что»! Плевать им на тебя, что ты умер. Будут себе жить, да и все.

Чудак! — усмехнулся телеграфист Надъкин, нисколько не обидясь. —Да на что же им жить, раз меня уже нет?

— Да что ж они, для тебя только и живут, что ли? — с горечью и обидой в голосе вскричал продавец ленкоранских лесов.

— А то как же? Вот чудак — больше им жить для чего же?

— Ты это... серьезно?

Злоба, досада на наглость и развязность Надькина закипели в душе Неизвестного. Он даже не мог подобрать слов, чтобы выразить свое возмущение, кроме короткой мрачной фразы:

—- Вот сволочь!

Надькин молчал.

Сознание своей правоты ясно виднелось на лице его.

Постой, постой! — вдруг горячо замахал руками Неизвестный че­ ловек. — А я, что ж, по-твоему, если умру... Если раньше тебя, тоже все тогда исчезнет?

— Зачем же ему исчезать, — удивился Надькин, — раз я останусь жить? Если ты помрешь, — значит, помер просто, чтобы я это чув­ ствовал и чтоб я поплакал над тобой.

И, встав с земли и стоя на коленях, спросил ленкоранский лесоторго­ вец сурово:

— Значит, выходит, что и я только для тебя существую, значит, и меня нет, ежели ты на меня не смотришь?

— Ты? — нерешительно промямлил Надькин.

В душе его боролись два чувства: нежелание обидеть друга и стрем­ ление продолжить до конца, сохранить всю стройность своей философ­ ской системы.

Философская сторона победила.

—Да! — твердо сказал Надькин. — Ты тоже. Может, ты и появился на свет для того, чтобы для меня достать кулич, курицу и водку и со­ ставить мне компанию.

Вскочил на ноги ленкоранский продавец... Глаза его метали молнии.

Хрипло вскричал:

— Подлец ты, подлец, Надькин! Знать я тебя больше не хочу!! Из­ вольте видеть, мать меня на что рожала, мучилась, грудью кормила, а потом беспокоилась и страдала за меня?! Зачем? Для чего? С какой радо­ сти?.. Да для того, видите ли, чтобы я компанию составил безработно­ му телеграфистишке Надькину? А?!.. Для тебя? Провались ты: не то­ варищ я тебе больше, чтоб тебе лопнуть!

Нахлобучив шапку на самые брови и цепляясь полуоторванной под­ меткой о кочки, стал спускаться Неизвестный человек с пригорка, на­ правляясь к городу.

А Надькин печально глядел ему вслед и, сдвинув упрямо брови, думал по-прежнему, как всегда он думал: «Спустится с пригорка, зайдет за перелесок и исчезнет... Потому, раз он от меня ушел, зачем ему су­ ществовать? Какая цель? Хо!»

И сатанинская гордость расширила болезненное, хилое сердце Надькина и освещала лицо его адским светом (А. Аверченко. Телеграфист Надькин).

Проявление собственно экстравертивной толерантности зависит, пример: [Крысин 2004: 27-32]).

С точки зрения «я-состояния» можно характеризовать аутизм-то­ мазохизм-толерантность и аффект-толерантность — как дискомфорттолерантность.

ности в процессе ее деятельности в различных коммуникативных про­ странствах. Под коммуникативным пространством нами понимается совокупность сфер речевого о б щ е н и я, в которой определенная язы­ ном социуме языковыми, когнитивными и прагматическими правила­ ми необходимые потребности своего б ы т и я [Прохоров 1999].

Понятие коммуникативного пространства использует в своих ра­ раз в процессе языковой деятельности и в которой для него укоренен широким, чем жанр; оно включает в себя, наряду и вместе с собствен­ но жанровой характеристикой, такие свойства языкового сообщения, сферу, к которой это содержание принадлежит; оно включает в себя также коммуникативную ситуацию, со всем множеством непосред­ ственно наличных, подразумеваемых и домысливаемых компонентов, В а ж н у ю сторону КП составляет представление автора сообщения о взаимоотношений с ним. Наконец, свой вклад в К П вносит самосознание и с а м о о ц е н к а говорящего, представление о том, какое впе­ муникативно-культурного пространства», под которым понимается заключенное в определенные географические, темпоральные, соци­ альные границы общение, которое вырабатывает речевые, поведен­ ческие, жанровые и другие стандарты, определяет речевую иерархию, д о м и н и р у ю щ и й тип речевой культуры и формы взаимодействия с дру­ ство предполагает культурно-речевое взаимодействие членов соци­ альной группы, характеризующееся своим хронотопом, речевой и социокультурной гомогенностью, обусловливает приверженность о п р е д е л е н н ы м речевым и поведенческим шаблонам и отражает нечто общее, типичное для членов группы в конкретных локальных прояв­ лениях их культурно-речевого взаимодействия [Шалина 1998:4]. «Речеповеденческие шаблоны» м ы уже определяли в о б щ е м плане как национальные социок^цугурные стереотипы речевого общения — со­ плекса представителя определенной этнокультуры, реализуемые в речевом общении в виде нормативной локальной ассоциации к стан­ дартной для данной культуры ситуации общения [Прохоров 1997:98].

речевая, соблюдающая определенные когнитивно-прагматические пра­ вила, установленные в коммуникации данного лингвокультурного сообщества. При этом каждая речевая личность обладает соответству­ ю щ и м репертуаром умений и навыков. Любой носитель языка, не пе­ реставая быть языковой л и ч н о с т ь ю, тем не менее не обладает умени­ ем вступать в речевое о б щ е н и е во всех коммуникативных простран­ не владеет всей совокупностью я з ы к о в ы х единиц, с о с т а в л я ю щ и х лек­ сикон данного лингвокультурного сообщества. Это неумение может проявляться в ряде параметров, например:

— незнание необходимых для достижения когнитивно-прагмати­ ческих целей общения языковых единиц (причем не только термино­ — незнание прагматических правил достижения результатов об­ щения в данном коммуникативном пространстве.

В качестве примера рассмотрим две ситуации речевого общения носитель коммуникативного поведения другой лингвокультурной общности он регулярно нарушает когнитивные и прагматические ус­ ловности бытового общения или неадекватно воспринимает их.

С другой стороны, у него есть п р и о б р е т е н н ы е знания о том, каким должно быть речевое общение в ряде других коммуникативных про­ странств:

Спортивные молодые люди обнаружились в шестом купе четверто­ го вагона, соседнего с Ииколасовым. Ехали вдвоем, шлепали по столу замусоленными картами. На столе стояли пивные бутылки.

— Это тот самый костюм, — показал Николас лейтенанту на синий рукав с белой полосой. — Я уверен.

—Документики предъявим, — строго приказал милиционер. — И ве­ Тот, что постарше, развел руками:

— Какие вещички, командир? Мы с Серегой в Неворотинской сели, в Пскове сходим. Во, гляди — два леща в кармане, сигареты.

Следовало отдать лейтенанту Вале должное: в явное нарушение прав личности и должностных инструкций он обыскал и купе, и даже самих молодых людей, но кроме двух вяленых рыбин, пачки LM, подсолнечных семечек и мелочи ничего не обнаружил.

— Ну чего? — спросил Валя в коридоре. —Дальше пойдем или как?

— Я знаю! — воскликнул Николас. — Они в сговоре с проводником из моего вагона! И вещи наверняка тоже у него! А в Пскове он им передаст украденное, и они сойдут.

— Не, — отрезал милиционер. — Проводника шмонать не буду, себе дороже. — И, подумав, присовокупил: — Без ордера не положено. Вы вот что, мистер. Пишите заявление, а после мне в третий поднесете. Пока.

И Николас остался один, кипя от бессильной ярости.

Время, время было на исходе! До остановки в Пскове оставалось не более четверти часа. Можно было, конечно, занять пост в тамбуре и попытаться застичь подлого проводника с поличным — когда будет пе­ редавать добычу сообщникам. Но что если у них придумано иначе? Ска­ жем, сунет через открытое окно кому-то, кто заранее дожидается на перроне, а Николас так и будет торчать в тамбуре.

Думай, думай, приказал себе магистр. Упустишь письмо Корнелиуса — больше его не увидишь. И никогда себе этого не простишь.

Подумал минут пять, и появилась идея.

Еще минут пять ушло на перелистывание фольклорного блокнота и заучивание некоторых аргоизмов из раздела «Маргинальная лексика».

Когда в окне зачастили желтые огни, давая понять, что поезд въез­ жает в пределы немаленького города, Фандорин без стука распахнул дверь служебного купе, вошел внутрь и наклонился над сидящим проводником.

— Ну что, мистер, отыскал барахлишко? Да ты пошукай получше.

Может, сам куда засунул да забыл. С этого дела бывает. — Наглец щелк­ нул себя по горлу и спокойно улыбнулся, кажется, совершенно уверенный в своей безнаказанности. - Выдите-ка, гражданин. К станции подъез­ жаем. Гоу, гоу, шнель!

Николас положил неприятному человеку руку на плечо, сильно стис­ нул пальцы и произнес нараспев:

-Борзеешь, вша поднарная? У папы крысячишь? Ну, смотри, тебе жить. [«Борзеть» = терять чувство меры, зарываться; «вша поднарная»

(оскорб.) — низшая иерархия тюремных заключенных; папа = уважае­ мый человек, вор в законе; «тебе жить» (угрож.) = тебе не жить.] Произведенный эффект был до некоторой степени схож с реакцией мистера Калинкинса на исполнение англичанином песни о Родине, толь­ ко, пожалуй, раз в двадцать сильнее. Николас никогда не видел, чтобы человек моментально делался белым, как мел, — он всегда полагал, что это выражение относится к области метафористики, однако же про­ водник действительно вдруг стал совсем белым, даже губы приобрели светло-серый оттенок, а глаза заморгали часто-часто.

— Братан, братан... —зашлепал он губами и попытался встать, но Фандорин стиснул пальцы еще сильней. —Я ж не знал... В натуре не знал! Я думал, лох заморский. Братан!

Тут вспомнилась еще парочка уместных терминов из блокнота, ко­ торые Николас с успехом и употребил:

--- Сыскан тебе братан, сучара. [«Сыскан» = сотрудник уголовного розыска, шире — милиционер; «сучара» (презр.) = вор, поддерживающий контакты с милицией.] Здесь важно было не сфачьшивить, не ошибиться в словоупотребле­ нии, поэтому Николас ничего больше говорить не стал — просто протя­ нул к носу злодея раскрытую ладонь (другую руку по-прежнему держал у него на плече).

— Щас, щас, -засуетился проводник и полез куда-то под матрас. — Все целое, в лучшем виде...

Отдал, отдал все, похищенное из кейса: и документы, и портмоне, и ноутбук и, самое главное, бесценный конверт. Заодно вернул и содержи­ мое бумажника мистера Калинкинса.

Ведьмовской лес дрогнул перед решимостью паладина и расступил­ ся, пропуская его дальше.

Можно было объяснить свершившееся и иначе, не мистическим, а научным образом. Профессор коллоквиальной лингвистики Розенбаум все­ гда говорил студентам, что точное знание идиоматики и прецизионное соблюдение нюансов речевого этикета применительно к окказиональнобытовой и сословно-поведенческой специфике конкретного социума спо­ собно творить чудеса. Поистине лингвистика — королева гуманитар­ ных дисциплин, а русский язык не имеет себе равных по лексическому богатству и многоцветию. «Ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык! — думал Николас, воз­ вращаясь в купе. — Нельзя не верить, чтобы такой язык не был дан вели­ кому народу».

это знание минимально, далеко не полностью соответствует з н а н и ю той речевой л и ч н о с т и, которая может реально обеспечить свое б ы т и е в данном пространстве, поэтому и совокупность вербальных единиц ограничена — однако ее, в п р и н ц и п е, хватает для д о с т и ж е н и я целей общения.

Говоря о многопространственном либерализованном языке сегод­ его структура, новая модель поведения людей, иной о б щ е с т в е н н ы й вкус и мода ведут к сознательному в и д о и з м е н е н и ю литературно-язы­ варианты, которые были бы противопоставлены кодифицированным, стве общей тенденции карнавальных перемен выступает смещение или даже снятие границы между отдельными сферами общения и вытекающая отсюда нивелировка разных типов речи» [Костомаров, сти речевой в значительно большем количестве коммуникативных про­ странств. С одной стороны, такая возможность обеспечивается по­ стоянным наличием некоторого «речевого фона» этих пространств в современном общении представителей данной лингвокультурной об­ щности: отдельные компоненты вербально-семантического уровня, не­ которые концепты когнитивной составляющей, определенные элемен­ ты прагматики общения представлены в средствах массовой инфор­ мации и современной литературе, узнаются в процессе вынужденно­ этого межстратного о б щ е н и я усугубляется тем, что, по справедливо­ социальных катаклизмов) сопровождается обычно резким повыше­ «мы-образа» заставляет речевую личность придавать большее значе­ ние овладению новым «мы-образом», чем защите старого «я-образа»:

при вынужденности межстратного речевого общения необходимо ов­ учиться толерантно пользоваться элементами нового коммуникатив­ ного пространства. Естественно, что наиболее д о с т у п н ы м является овладение именно элементами вербально-семантической составляю­ щ е й этого нового пространства, так как речь ч а щ е всего идет не о полноценной потребности «обеспечения бытия», а о потребности под­ держания минимально необходимого речевого общения.

«Большинство реально существующих языковых стилей представ­ ляют собой сложные, комбинированные стилевекторы, в которых, тем турно-биосферными факторами. В истории языковых стилей отчетли­ ствуют закономерности переходов одних стилепотоков в другие, как Тогда так. Остановить машину. В путеводителе сказано, что в Мос­ кве мало такси, но зато развит частный извоз. За небольшие деньги, долларов за пять, можно на попутной машине доехать с окраины до центра. А там взять настоящее такси, и в Шереметьево.

Оглянувшись (по-прежнему никаких признаков слежки), Николас стал поджидать попутку. Как назло, мимо ехали одни грузовики. Ну, естествен­ но — скоро конец рабочего дня.

Наконец из-за угла вылетел ярко-алый спортивный автомобиль. Ни­ колас вскинул было руку и тут же опустил. Зачем владельцу такого ши­ карного экипажа пять долларов?

Но «ягуар» бесшумно затормозил у тротуара. С деликатным жуж­ жанием сползло вниз тонированное стекло.

За рулем сидел викинг с золотистыми волосами до плеч и коротко стриженной бородкой. Васильковые глаза взирали на магистра с весе­ лым недоумением.

— Елки-моталки, живой бритиш. Только котелка с зонтиком не хва­ тает. В Бескудниках! What are you doing here, dear sir?

британец.

— Не бритиш, но крутой укос под бритиша, — констатировал норди­ ческий красавец. — Ценю мастерство. Садитесь, сэр, подкину до Хаммера. А там вас до Шере-мать-его любой водила за полтинник доставит.

Машина кошачьей породы вкрадчиво взяла с места, Николаса мягко вжало в пружинистую спинку кресла.

Викинг с любопытством обернулся к нему и хотел что-то сказать, но тут заиграл марш Мендельсона (Николас читал в газете, что русские обожают устанавливать музыкальные сигналы на мобильных телефо­ нах), и начало беседы было отложено.

— Я, — сказал блондин.

Потом, после паузы, резко произнес:

— Мало ли что Черномор сказал. Вы, Леонид Робертович, лицензию обещали? Обещали. Бабки скушали? Скушали. Отвечайте за базар, или же, выражаясь интеллигентно, исполняйте взятые на себя обязатель­ ства... Вот это другой разговор... Значит, завтра коллегия министер­ ства? Ну, буду ждать. И учтите, это ваша заморочка, не моя. Ауф видерхерен.

Николас знал, что « Черномором» в чиновничьих и деловых кругах Рос­ сии называют самого премьер-министра, и взглянул на хозяина машины с особенным интересом. Кто он такой, если ему и глава правительства не указ? Какой-нибудь крупный промышленник или лоббист?

...Снова заиграл свадебный марш.

— Я, — снова произнес в трубку новорусский мачо. —... Ты че, Толян, с клубники упал, как Мичурин?... Ага, щас. Нашел терпилу... Какие, блин, реутовские? Че ты мне гонишь?... Рамсы развести проблем нет, только не плачь потом... Ладно, Толян, забили.

Этот разговор велся совсем в иной манере, чем предыдущий. Теперь Николас и вовсе ничего не понял. Правда, выражение «развести рамсы» в блокноте имелось. На криминальном арго оно означало «уладить конф­ ликт». Выходит, этот человек не политик и не бизнесмен, а уголовник?

На сей раз викинг швырнул трубку на приборную доску довольно сер­ дито и процедил: «Козлина дешевый». Но тут же вспомнил о попутчике, белозубо улыбнулся ему и сказал:

— Пардон. Познакомиться не дают. Блейзер из «Харродса»? Рукав порван, видели?

— Да, благодарю. Я вчера неудачно упал... — тоже улыбнулся Нико­ лас. — Наверное, теперь придется выкинуть...

Вдруг водитель поправил зеркало заднего вида, коротко обернулся назад и перебил:

— Э, сэр, да у нас с вами хвост. Ваш или мой? Меня сейчас вроде бы пасти некому.

Фандорин тоже оглянулся и увидел близко, в каких-нибудь двадцати ярдах, светло-зеленый джип «нива». За рулем сидел человек в очках, с соломенным чубом. Шурик!

— Это мой, — быстро сказал магистр, и сердце у него заколотилось быстро-быстро. — Послушайте, я не хочу подвергать вас опасности.

Высадите меня. Или... — Он взглянул на викинга, тихо закончил: —- Или просто прибавьте газу. С вашим двигателем мы от него легко оторвемся.

Сказал -— и покраснел, потому что просить о такой опасной услуге совершенно незнакомого человека было недостойно, стыдно. Но ужас, всколыхнувшийся откуда-то из темных подземелий души, был сильнее всех прочих чувств...

— Нет, не нужно прибавлять газу, ----- сказал он. — Высадите меня.

Это моя... заморочка, не ваша.

Викинг включил сигнал поворота и вырулил направо, в переулок.

— На газ жать не буду, — сказал он, поглядывая в зеркало. «Нива»

держалась на той же дистанции. — Нарушать ограничение скорости некрасиво. Это во-первых. Высаживать вас я тоже не буду, потому что моя тачка — все равно что мой дом. Значит, вы у меня в гостях, а своих гостей я не сдаю. Это во-вторых. Ну, и в-третьих... — Он повернул еще раз, под знак «тупик». — Я кошмарно самолюбивый. Какого хрена этот урод на мне повис?..

На первом же светофоре Соловьев протянул руку:

-Начнем церемонию официального представления. Влад Соловьев.

Фандорин, запнувшись, назвался так:

— Нико... Николай Фандорин.

— Интересный ты человек, Коля. Просто лом у меня на интересных людей, нет мне от них никакого житья. Ты не пузырься, претензия не к тебе, а к Господу Богу. Извини, конечно, за праздное любопытство, но кого мы с тобой урыли? — Он искоса взглянул на мучнисто-белое лицо магистра истории. — По виду и прикиду ты не из деловых. Выражаясь языком дворов и мусоров, чистый ботаник. Скажи мне, ботаник Коля, как ты до жизни такой дошел, что за тобой матерые волчары с девяно­ сто третьими «береттами» гоняются?

Очень захотелось все рассказать этому смелому, бесшабашному пар­ ню, да и долг признательности вроде бы не позволял скрытничать. Но, с другой стороны, впутывать в свои невеселые дела постороннего было бы безответственно.... Страшный Шурик мертв, но Алтын говори­ ла, что у него должен быть хозяин...

Соловьев выждал с полминуты, пожал плечами:

— Не хочешь — не говори. Имеешь право. Ты мне, Коля, жизнь спас.

Если б ты не грохнул этого кошмарика, он бы мне точно кирдык сделал.

— Понимаете... — волнуясь, начал Фандорин. —Понимаешь, Влад, я неуверен, что имею права втягивать тебя в эту историю... Она такая мутная, запутанная. Я бы даже сказал, таинственная. И очень опасная.

— Опасная — хрен бы с ним, не привыкать, а вот чужих тайн не люблю, — поморщился Влад. — Свои девать некуда. Ты скажи, тебе за­ чем в Шереметьево надо? Хочешь дернуть из ЭрЭф в солнечную Анталию или гостеприимную Чехию? Устал от своих корешей, хочешь от них отдохнуть? Понимаю тебя, Коля — особенно если все они вроде этого сеньора. Может, есть проблемы? Я помогу. Как теперь говорят, долг платежом зелен. — Он коротко хохотнул и перешел на серьезный тон. — Ксива, виза — проблем нет. За сутки сделаю. Учесывай хоть в Новую Зеландию.

— Спасибо, не нужно. Документы у меня есть.

Николас достал из кармана свой паспорт, показал.

Влад открыл красно-золотую книжечку, заглянул в нее, присвистнул.

— Так ты в натуре бритиш. Ну, дела. Все равно, Коля, с Шереметь­ евым лучше обождать. Если тебе заховаться негде — проси политичес­ кого убежища у Владика. Выручу. Давай, Коля, заказывай музыку — Влад Соловьев исполнит. Для нашего друга из солнечного Альбиона прозвучит патриотическая песня «Не нужен мне берег турецкий».

И правда запел — красивым, звучным баритоном: А я остаюся с то­ бою, родная моя сторона, не нужно мне солнце чужое, и Англия мне не нужна!

Фандорин молчал, растроганный и впечатленный. Ход его мыслей был примерно таков.

Все-таки в словах Достоевского о всемирной отзывчивости русской души есть великая и неоспоримая правда. Взять хоть этого Владика — казалось бы, маргинальный тип, по западным меркам просто разбойник, а сколько отзывчивости и душевной широты в этом новорусском цэлибустьере! Как тут не вспомнить взаимоотношения Петруши Гринева с кровавым и великолепным Пугачевым. Тот тоже за заячий тулупчик от­ благодарил без меры и счета, безудержный в добре так же, как в зле.

Вот каких типажей рождает русская земля! Тут и красота, и мощь, и бесшабашность, и душевное благородство — при абсолютном пренеб­ режении к закону и нормам общественной морали. Ведь только что вса­ дил человеку в голову три пули, а ни малейших признаков рефлексии — сидит, поет.

— Мы с тобой, Влад, человека убили, — тихо сказал Николас. — И ни о чем другом я сейчас думать не могу.

...Па-па-па-пам! Па-па-па-пам! — запищал свадебный марш, в деся­ тый, если не в пятнадцатый раз за вечер. Николаса не уставало пора­ жать, как по-разному разговаривает Соловьев со своими невидимыми собеседниками: то на малопонятном, но интригующем блатном жарго­ не, то с изысканнылш речевыми оборотами (вроде «не сочтите за труд»

и «буду вам бесконечно признателен»), то по-английски, то по-немецки, то вовсе на каком-то тюркском наречии.

Ренессансный тип, Бенвенуто Челлини, думал Николас, любуясь тем, но обладает широким спектром толерантной реализации в различных коммуникативных пространствах своих различных речевых личнос­ личности, которая подобным набором не обладает и предъявленные варианты о б щ е н и я не м о ж е т рассматривать как всегда т о л е р а н т н ы е.

Таким образом, структура толерантности как некоторого концеп­ та может быть охарактеризована но нескольким параметрам, которые реализуются в з а в и с и м о с т и от когнитивно-прагматических условий общения.

Аутизм (от греч. autos — сам), состояние психики, характеризующееся преобла­ данием замкнутой внутренней жизни, утратой контакта с действительностью и инте­ реса к реальности, отсутствием стремления к общению, скудостью эмоциональных проявлений (НИЭС 2001: 58).

Мазохизм — упорное желание растравлять собственные обиды, душевную боль и другие неприятные ощущения (Там же: 422).

Садизм — стремление к жестокости, наслаждение чужими страданиями (Там же:

633).

Аффект (от лат. affectus — душевное волнение, страсть) — состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения, снижающее способность лица понимать значение своих действий или руководить ими (Там же: 60).

Именно по этой модели чаще всего, на наш взгляд, и строится реализация языко­ вой личности как речевой личности в периферийных, но необходимых для ее реально­ го существования актуальных (для данного момента коммуникации в данном лингвокультурном сообществе) коммуникативных пространствах.

Концепт — сложившаяся совокупность правил и оценок организации элементов хаоса картины бытия, детерминированная особенностями деятельности представите­ лей данного лингвокультурного сообщества, закрепленная в их национальной картине мира и транслируемая средствами языка в их общении (см.: [Прохоров, 20.04]).

Факторы, определяющие действие толерантности в сфере коммуникации Что такое толерантность? Д о сих пор е щ е не выработано общеприня­ пример: [Хомяков 2003; Йокояма 2003 и др.]). С собственно лингвис­ тической точки зрения толерантность — это специфическая катего­ ся, что толерантность теснее всего связана с в е ж л и в о с т ь ю (см.: [Зем­ Толерантность, безусловно, противопоставлена агрессии. В оппо­ зицию «толерантность — агрессия» вовлекается третий член — н е й т ­ зуется трехчленный ряд, характеризующий направления коммуника­ тивного поведения: «толерантность — равнодушие — агрессия».

Толерантность нередко отождествляют с т е р п и м о с т ь ю. Д а н н о е хайлова 2003: 105-106]). Как уже б ы л о отмечено, категория толерант­ ности пересекается с категорией вежливости (KB). О б щ и м и для обе­ текает коммуникация. Толерантность связана с речью, а не с языком.

Поэтому нельзя говорить о толерантности / нетолерантности отдельЕ. А. Земская, ных уровней и элементов языка, например грамматики, фонетики, сло­ морфема или словообразовательный тип. Нельзя согласиться с фор­ мулировками типа «толерантность русского словообразования» (см.:

разовательные модели охватывают внутренние механизмы языка и не ных намерений. Обратимся к собственно коммуникативным парамет­ рам толерантности.

С у щ н о с т ь толерантности ярко проявляется при изучении межна­ циональной культуры влияет на характер коммуникации, принятый в обществе. Охватывает ли специфика коммуникации всех людей на­ ональную общность. Ф и н н ы молчаливы и редко употребляют соб­ ственное имя собеседника (см.: [Стернин 2000]). Французы и италь­ янцы — разговорчивы. У французов шире распространены формулы благодарности, чем у других народов. Можно привести и много дру­ гих фактов р а з л и ч и й (см., например: [Kerbrat-Otecchioni 1996; Зем­ Рассмотрим более подробно толерантное / интолерантное коммуни­ кативное поведение русских и англичан.

Англичанам свойственны прямота, холодная вежливость, которую иногда называют ханжеством. В данном исследовании для сравнения коммуникативного поведения русских и англичан привлекаются раз­ ные материалы, в частности очерки Анатолия Адамишина, который нии и ж и л в Лондоне. Эпиграфом к своим очеркам Адамишин берет такие слова: «Английское ханжество — светлое будущее человече­ эквивалент в положительной половине лексического спектра есть тер­ пимость. Да, да, терпимость».

Почему Адамишин сопоставляет терпимость и ханжество? Пото­ м у что ханжество соседствует с т е р п и м о с т ь ю. «Кто объяснит, почему на протяжении столетий англичане не убивают друг друга? Почему у них г р а ж д а н с к и е в о й н ы остались далеко в п р о ш л о м и страна не знает пришли бритты к жизни такой. И они были свирепы и кровожадны что непродуктивно физически устранять врага.... Гораздо утон­ ченнее и безопаснее уничтожить соперника морально, затаскать по нять это рассуждение, но возникает вопрос: при чем тут ханжество?

«А при том, — отвечает А д а м и ш и н, — что именно так выглядят в голос хозяйки. " Б о ю с ь, что меня нет дома". Поначалу т ы о ш е л о м л е н.

Что значит "боюсь", какие тут могут быть сомнения? Л и ш ь потом начинаешь соображать: а вдруг леди никуда не ушла и слушает твой звонок (привычка, п р и д у м а н н а я не ею), но она не о б и д и т тебя грубой правдой и вместе с тем оставит себе лазейку. И вот в этом ф и л и г р а н ­ ном балансе правды и кривды заложена английская терпимость, она же воспитанность, она же ханжество. Не покоробить другого, но и не быть лгуном в с о б с т в е н н ы х глазах — это л и не в ы с ш и й пилотаж?».

принято начинать с " б о ю с ь ", если в ней д а л ь ш е следует отрицание.

И — "мне кажется", если высказывается утверждение». В данном слу­ чае, очевидно, адресат должен убедиться в отсутствии категоричнос­ ти, исключающей толерантность диалогического общения. Вот е щ е один коммуникативный эпизод, воспроизведенный А д а м и ш и н ы м :

« П о м н ю, на заре моего усвоения языка спросил я своего британско­ " П о л а г а ю, Бакинхэм", —-даже в этом безусловном случае он остав­ всем это неплохо» [ А д а м и ш и н 1997]. В цитируемом очерке выделя­ ются регулярные формы проявления толерантности в поведении ан­ гличан: обхождение острых углов, затушевывание неприятной сути, неагрессивность и другие способы предотвращения диалогических конфликтов.

«Честность — это далеко не всегда л у ч ш а я политика... В о всяком грань толерантности.

проявлять коммуникативное насилие и не злоупотреблять в речи фор­ мами повелительного наклонения. Английское коммуникативное вос­ питание формирует выдержку, которая характеризуется как визитная карточка ролевого поведения воспитанного человека. «Невыдержан­ ность не для джентльмена. О н никогда не опустится д о невежливости или — того хуже — грубости, если только... сам не решит, что это оправдано в данных обстоятельствах. Таким образом, выбор модели поведения определяется не только воспитанием, соблюдением норм о б щ е н и я, но и ситуацией, а также поведением партнера. В то же вре­ мя при столкновении с грубияном в соответствии с правилами пове­ выпад. Толерантность в д а н н о м случае проявляется как в стремлении вторжения "чужого", так и в сознательной установке — "никому не лезть в душу". Коммуникативное воспитание направленно форми­ рует тактики толерантного поведения на фоне разумно эгоистичес­ ких предписаний: "определи то, что считаешь д л я себя действитель­ но важным, и это свое оберегай, ограждай, з а щ и щ а й всеми доступ­ ными легальными средствами", "высшая мудрость — суметь посто­ ять за себя, не переходя р а м к и закона, не доводя до к р а й н о с т е й ".

Еще одно полезное предписание — готовность к речевой борьбе, инициированной другим: "...говорите мягко, но носите с собой боль­ шую дубину"».

Речевая коммуникация англичан, по наблюдениям Адамишина, исключает равнодушие. Речевые жанры поддержки, инициативного предложения помощи, сопереживания, сочувствия — формы повсед­ приветливость англичан, поддерживаемая искренней улыбкой, готов­ ность помочь не только знакомому, но и незнакомому человеку, кото­ рый оказался в затруднительном положении.

«А возьмите язык! Есть ли более совершенный филологический ин­ струментарий не только для выражения тончайших оттенков — тут мы, русские, можем посоперничать, — но и для игры словами, такой передачи содержания, чтобы оно оставалось многосмысловым, с двой­ ным и тройным подтекстом». Многослойность смыслов концентри­ рует внимание коммуникантов на интеллектуальной стороне коммуникации, обусловливает активизацию мыслительной деятельности говорящих, стремящихся к разгадке подтекста и равноправному уча­ стию в интеллектуальном поединке. Интеллектуальная языковая дея­ тельность (декодирование сложных участков диалогических реплик и продуцирование реплик, не у с т у п а ю щ и х по сложности в о с п р и н и ­ маемым) предотвращает примитивные проявления речевой агрессии.

Именно особенностями речевого поведения и склонностями к непря­ шин, непонимание и даже неприятие англичан носителями других язы­ Или же: говорят не то, что думают, а то, что надо сказать по данному культуры общежития».

Особенности национально-культурных речевых предпочтений ан­ гличан — причина возможных коммуникативных конфликтов с рус­ по расходящимся линиям. Д л я нас исключительно важно докопаться д о самой сути. Англичане, если и д о б и р а ю т с я д о правды, то предпо­ читают об этом помалкивать. Д л я нас характерна забота о проблемах насколько я могу судить, беспредметны. М ы, особенно если выпьем, своей истерики. С нашей точки зрения, они даже перебарщивают, ибо считают, что и над в о о б р а ж е н и е м ». В о с п и т а н н о с т ь как следование внутрикультурным нормам, стереотипам речевого поведения, основанного никативных прав и обязанностей, со с т о р о н ы (т. е. и н о к у л ь т у р н ы м и ком­ Еще одна проблема, рассматриваемая в данной работе, — соци­ д е н и е людей одной н а ц и о н а л ь н о й общности. Речь пойдет о выходцах Сейчас насчитывают четыре волны эмиграции. В аспекте толерант­ ности актуален вопрос об отношениях между эмигрантами разных н у в ш и м и Россию после революции, в 20-е годы, и «новоприезжими»

разрешен: уезжали в основном диссиденты и евреи. Отвечая на дан­ русского языка эмигрантов р а з н ы х волн пяти стран. Расскажу об од­ с э м ш р а н т а м и первой волны, бежавшими из России в начале 20-х го­ дов. О н и не эмигрировали, а именно бежали, спасая свою жизнь. На­ погибли старшие родственники, чаще мужчины (террор, война) — мужья, отцы и деды. Матери бежали с маленькими детьми, иногда вителей духовенства. И м приходилось трудно. Они мечтали вернуть­ Как складывались их отношения с новой эмиграцией? Сознаюсь, что я не сразу поняла все тонкости и сложности этих отношений. В о время длинного задушевного разговора с одной пожилой дамой, отец Они приехали на все готовое. Им платят пособие, дают жилье. А мы?

многое объясняет.

М е ж д у эмигрантами разных волн отношения далеко не простые.

отъезд но материальным соображениям. Они считают «новеньких»

языке м н о ю советизмов.

Газета «Консерватор» (2003. 11-17 апр.) отвела большой раздел тывает чувство недоброжелательности, а иногда и агрессивности.

я говорю лишь о некоторых факторах).

вий существования.

жат е ю, считают себя р у с с к и м и и хранят русский язык в нескольких поколениях (передают его детям и внукам), дома говорят по-русски.

Другие стремятся скорее забыть о жизни в России, вспоминают о ней в статье «За что я не л ю б л ю Россию»:

Я, как говорится, эмигрант со стажем. За последние пятнадцать летя сменил несколько мест жительства, пока не обосновался в стране, которая меня устраивает. Это не значит, что мне здесь нравится аб­ солютно все. Тем не менее в ближайшее время я уезжать отсюда не собираюсь. И еще одно я знаю точно: никогда, ни при каких обстоятель­ ствах я не вернусь в Россию.

Вопреки распространенному мнению о высокомерных эмигрантах, я отношусь к оставшимся с огромной жалостью. Среди них есть много хороших, порядочных людей, которые заслуживали бы лучшей жизни. Тем не менее они проживут свою жизнь и умрут, даже не узнав, чего они были лишены. Русские часто думают, что секрет Запада — это материальное благополучие. Во многом это верно: тот уровень материальной обеспе­ ченности, который в России могут себе позволить только представители власти и преступники (впрочем, в России это одни и те же люди), здесь доступен практически каждому. Но дело не только в деньгах. Цивилизо­ ванный мир предоставляет человеку такой уровень личной защищенности и комфорта, которым в России не обладает никто. Все отношения меж­ ду людьми, а также людей с государствам здесь регулируются четкими, ясными правилами, усвоить которые не составляет большого труда.

В остальном здесь можно вести любой образ жизни. Я провел год жизни в Америке, работая в кустарной мастерской, раскрашивал мотоциклы. Это не приносило никаких денег, мне просто нравился такой, образ жизни, в котором я чувствовал свободу. Потом я узнал, что есть много видов сво­ боды. Несчастье России в том, что в ней не свободен никто.

Признаюсь и в том. что мне тяжело общаться с соотечественника­ ми. Они, как правило, расхлябанны, нечестны, не умеют себя вести и постоянно ставят себя и других в глупые положения. Исключения есть, но в целом у русских очень низкая репутация.

Я живу в стране, которая в силу своего географического положения никогда не будет воевать с Россией. Но если Россия когда-либо снова будет представлять угрозу, я буду считать оправданным любой жест­ кий ответ. Завистливые неудачники не имеют права мстить отваж­ ным, талантливым и свободным людям за свою неполноценность. И даже исчезновение России с карты мира стало бы меньшей потерей, чем ги­ бель великой западной культуры, которая дала миру неизмеримо больше, чем русская. Но, конечно, я не хочу этого.

Прав ли А. Меркулов? Справедлив ли он?

Я всю жизнь живу и работаю в России. Родилась в Москве. Нена­ долго уезжала в эвакуацию (Куйбышевская область, теперь — Сама­ Германия, Польша, Чехословакия, Венгрия и др.). Я л ю б л ю Россию, не уехала из нее и не собираюсь. М о я с п е ц и а л ь н о с т ь — р у с с к и й язык.

Среди русских много людей, которые плохо работают, людей нечест­ ных, ленивых, безынициативных. Нравственные характеристики обус­ ловливают возможность приятия / отторжения.

покинул Россию и не собирается ее покидать. Здесь примешивается еще одно сильное психологическое чувство, стимулирующее агрес­ сивность, — презрение.

Взаимная нелюбовь эмигрантов (имеются в виду уехавшие после вой­ ны и в конце XX века) и оставшихся обусловлена именно этим обстоя­ тельством. Оставшиеся чувствуют, что эмигранты не просто сменили место жительства, а именно перебежали на сторону победителей....

«Мы вынуждены покориться и молчать, потому что проиграли. Но хо­ рошо относиться к тем, кто вовремя пристроился при походной кухне (при походном борделе) победившей армии — увольте». Чувство завис­ ти, боязнь чужого успеха охватывает и старую, и новую эмиграцию.

Менее удачливые эмигранты завидуют «новоприезжим», которые хоро­ шо устроились. Вот типичный разговор: «Господи, что это вы, только приехали, а уже суши едите! Мы тут уже седьмой год, а вот у вас толь­ ко попробовали!» (Консерватор. 2003. 11-17 апр. С. 3).

Итак, нетолерантность среди эмигрантов разных волн объясняет­ нием «чужих» условий жизни. Подчеркну, что неприязнь наблюдает­ ся с обеих сторон. Одни считают уехавших изменниками, предателя­ сто которого у параши истории ( Т а м ж е ).

Попутно отметим, что в советское время у советского человека было много комплексов, но комплекс побежденного у него отсутство­ авантюру. Разумеется, легкий привкус предательства о щ у щ а л с я уже том, иудаистом или баптистом, чтобы получить вполне законную м о ­ 4. В о з н и к н о в е н и ю отношений толерантности м е ж д у эмигрантами разных волн препятствует резкое культурное несходство между ними.

вание, отличалась знанием многих языков, в том числе языка страны но п р и этом далеко не всегда стремится его беречь и хранить (конеч­ но, я не говорю обо всех новоприезжих). О н и хотят выучить н о в ы й язык, чтобы быть своими в чужой стране. Однако, не овладев еще новым языком, забывают родной, нередко способствуют порождению языковых «монстров», создают языковую чересполосицу, макарони­ кими шейками [порежьте мне ветчину тоненькими ломтиками], — другой. Старая эмиграция бережно хранит язык. Например, последо­ вательница языка русской эмиграции М. Бобрик переписывается с одним из родственников своего мужа, Николаем Алексеевичем, кото­ цинское образование. Вскоре после окончания Второй мировой вой­ В 90-е годы он пишет письма в Берлин на хорошем русском языке своему племяннику Алексею и его ж е н е М а р и н е Бобрик, о б н а р у ж и ­ в с я его ж и з н ь п р о ш л а в Г е р м а н и и и А в с т р а л и и [ Б о б р и к 2 0 0 1 : 3 2 3 Отношение к родному языку сближает эмигрантов первых волн Толерантность — явление чрезвычайно сложное, многогранное, и м е ю щ е е большое значение в жизни людей. Толерантность проявля­ ется в бытовом семейном диалоге, в контактах людей разных нацио­ ная фиксация и последующая интерпретация факторов и форм прояв­ ления толерантности / интолерантности в коммуникативных ситуациях разных типов.

В. А. Мишланов, В. А. Салимовский Дискурс враждебности как социальный феномен* В числе надындивидуальных моделей речевого общения и реализую­ щих их практик существуют разновидности, использование которых закономерно вызывает вражду между коммуникантами. Предваряя рассмотрение дискурса враждебности как социального феномена, оп­ ределим ключевые понятия, используемые в данной статье.

В соответствии с исследовательской традицией, развивающей идеи вой коррелят) определенной общественной практики, упорядоченное торым стоит идеологически и исторически обусловленная ментальность. К а ж д ы й текст... квалифицируется как социальное высказыва­ ние, как отражение надындивидуальной, коллективной... речевой практики» [Чернявская 2003: 54-55].

Враждебность—это комплексная аффективно-когнитивная ори­ ентация человека. Основными конституентами враждебности явля­ ются э м о ц и и гнева, отвращения и презрения, а также образы и м ы с ­ обидели, мысль об обмане, унижении, незаконные или аморальные действия. О ч е н ь часто этот комплекс чувств и м ы с л е й становится ис­ точником агрессии (см.: [Изард 2002]).

* Работа издается при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследова­ тельского проекта № 05-04-82407а / У.

© В. А. Мишланов, В. А. Салимовский, меваем такой дискурс, который выражает враждебное отношение од­ воплощает психологические причины враждебности (содержит явно номерно вызывает ее.

Согласно М. Фуко, люди говорят «внутри дискурсивных правил»

[Фуко 1996: 131]. И н ы м и словами,;дискурсивные правила во многом определяют замысел и организацию конкретных текстов. Как писал ранее М. М. Бахтин, «не столько выражение приспособляется к наше­ к возможностям нашего выражения и его... путям и направлениям»

[Бахтин 1993: 99].

Есть основания полагать, что различные модели дискурса враж­ дебности проецируются на социальную действительность, обуслов­ ностные и общественные конфликты.

В подтверждение сказанного рассмотрим актуализацию одной из таких моделей в тексте газетной статьи, ставшей объектом судебного разбирательства (подчеркнуты высказывания, вызвавшие наибольшую честь и достоинство).

13 июля в своей квартире по улице Ленина был найден известный пермский балетмейстер, художественный руководитель балета, нося­ щего его имя, — Евгений Панфилов. Смерть наступила в результате шести ножевых ранений.

Официальная версия убийства такова. В пятницу, 12 июля, маэстро был дома один, когда в его квартиру проникли неизвестные (сколько их было, устанавливает следствие) с целью ограбления. Но, увидев хозяина, они якобы растерялись и, вместо того чтобы запереть досадную поме­ ху в ванную или элементарно связать, начали наносить ему одно за дру­ гим колото-резаные раны холодным оружием....

На наш взгляд, версия с ограблением вообще не выдерживает ника­ кой критики. Говорили об этом и в толпе, когда 15 июля люди, сливаясь в бесконечные потоки, шли и шли проститься с пермской знаменитостью в драмтеатр... Нашлись люди, которые утверждают, что в последнее время видели балетмейстера почти каждый вечер на лавочках возле фон­ тана у родного театра в весьма непрезентабельном виде. При нем все­ гда имелся небольшой кейс, который он якобы открывал, похваляясь перед собеседниками количеством купюр внутри....

Но самой вероятной и правдивой выглядит «голубая» версия. Ни для кого, думаем, не было секретом, что личная жизнь «пермского Нуриева»

была полна роковых страстей. Он давно уже не жил с женой. И вообще женщины давно уже не интересовали 46-летнего художника от балета.

Мальчики, юноши, мужчины — именно с ними пытался свести знаком­ ства Панфилов, выходя на «охоту» к фонтану. Была ли это случайная связь, закончившаяся нетрезвыми разборками, или в квартиру ворвался давний брошенный любовник, кто знает. Во всяком случае, характер убий­ ства говорит о том, что маэстро не просто банально зарезали. Его дол­ го и мучительно били, почти пытали, всаживая болты или гвозди в голо­ ву. В гробу лицо Панфилова покрывал толстый слой грима и ретуши.

При этом один глаз балетмейстера был зашит. То есть он просто от­ сутствовал, ••• И вот еще что странно. Насколько мы помним Евгения Алексеевича, он всегда серьезно и вдумчиво относился к вере и Богу. Не знаем, правда, был ли он крещен в лоне православной церкви, однако отпевать по ее канонам Панфилова не стали. Неужели служители культа отказали в этой последней милости зверски убитому человеку только потому, что за ним водились противоестественные, с точки зрения церкви, грехи?..

(Московский комсомолец в Перми. 2002. 18-25 июля. С. 13).

Что же побудило автора статьи делать не соответствующие дей­ ствительности утверждения, умаляющие доброе имя человека и при­ ч и н я ю щ и е нравственные страдания его близким?

Н е имея информации о субъективных мотивах этих речевых дей­ ствий, укажем на мотивы объективные (что для лингвистического анализа особенно важно).

Вполне очевидно, что в данном случае журналист использовал присущу ю бульварной прессе дискурсивную модель «Дискредитация звезды», основывающуюся на предвзятом мнении обывателя о лич­ ной ж и з н и известных артистов. Назначение этой модели как раз и со­ стоит в том, чтобы опорочить достоинство прославившегося челове­ совое благополучие издания и авторский гонорар). Примечательно, рубрик заглавия, лиды, надписи под фотографиями (часто смонтиро­ в а н н ы м и ) : Маккартни подрался; Голая старушка Йоко Оно ( К р и м и ­ «Криминал», «Деньги», «Секс». Автор рассматриваемой газетной ста­ тьи явно ориентируется на выбранную и м дискурсивную программу, организуя содержание текста на основе указанных тематических мак­ ется целеустановками этой программы.

В самом деле, обращаясь к теме «Деньги», авторы «желтых» газет обладателю всевозможные пороки: жадность, нечестность, склонность к мотовству, р а с п у щ е н н о с т ь и пр. (по э т и ч е с к и м и эстетическим со­ пришел в ярость и уволил меня — чтобы никто впредь не возникал и что... деньги у него водятся всегда ( Ж е л т а я г а з е т а. 2 0 0 5. № 3 1. С. 4).

В теме «Секс» излюбленными являются намеки на нетрадицион­ При освещении темы «Криминал» журналисты бульварных газет стремятся поразить воображение читателя изображением сцен физи­ (Криминал. 2005. № 32. С. 2). Д а е т волю черной фантазии и автор ли, всаживая болты или гвозди в голову...



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 10 |
 
Похожие работы:

«Министерство образования и науки РФ ТРЕМБАЧ В.М. РЕШЕНИЕ ЗАДАЧ УПРАВЛЕНИЯ В ОРГАНИЗАЦИОННОТЕХНИЧЕСКИХ СИСТЕМАХ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ЭВОЛЮЦИОНИРУЮЩИХ ЗНАНИЙ Монография МОСКВА 2010 1 УДК 519.68.02 ББК 65 с 51 Т 318 РЕЦЕНЗЕНТЫ: Г.Н. Калянов, доктор экономических наук, профессор, зав. кафедрой Системный анализ и управление в области ИТ ФИБС МФТИ, зав. лабораторией ИПУ РАН. А.И. Уринцов, доктор экономических наук, профессор, зав. кафедрой управления знаниями и прикладной информатики в менеджменте...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации ФГАОУ ВПО Белгородский государственный национальный исследовательский университет ОПЫТ АСПЕКТНОГО АНАЛИЗА РЕГИОНАЛЬНОГО ЯЗЫКОВОГО МАТЕРИАЛА (на примере Белгородской области) Коллективная монография Белгород 2011 1 ББК 81.2Р-3(2.) О-62 Печатается по решению редакционно-издательского совета Белгородского государственного национального исследовательского университета Авторы: Т.Ф. Новикова – введение, глава 1, заключение Н.Н. Саппа – глава 2,...»

«Министерство образования Республики Беларусь УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ ГРОДНЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ ЯНКИ КУПАЛЫ В.Е. Егорычев ПРОДОВОЛЬСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ В БЕЛАРУСИ (1917 – 1920 гг.) Монография Гродно 2007 УДК 9(476) ББК 66.3(4Беи) Е30 Рецензенты: доктор исторических наук, профессор ГГАУ В.П.Верхось; кандидат исторических наук, доцент кафедры всеобщей истории ГрГУ им. Я. Купалы В.А.Хилюта. Рекомендовано советом факультета истории и социологии ГрГУ им. Я.Купалы...»

«А.Я. НИКИТИН, А.М. АНТОНОВА УЧЕТЫ, ПРОГНОЗИРОВАНИЕ И РЕГУЛЯЦИЯ ЧИСЛЕННОСТИ ТАЕЖНОГО КЛЕЩА В РЕКРЕАЦИОННОЙ ЗОНЕ ГОРОДА ИРКУТСКА ИРКУТСК 2005 А.Я. Никитин, А.М. Антонова Учеты, прогнозирование и регуляция численности таежного клеща в рекреационной зоне города Иркутска Иркутск 2005 Рецензенты: доктор медицинских наук А.Д. Ботвинкин кандидат биологических наук О.В. Мельникова Печатается по рекомендации ученого Совета НИИ биологии при Иркутском государственном университете УДК 595.41.421:576.89...»

«Олег Кузнецов Дорога на Гюлистан.: ПУТЕШЕСТВИЕ ПО УХАБАМ ИСТОРИИ Рецензия на книгу О. Р. Айрапетова, М. А. Волхонского, В. М. Муханова Дорога на Гюлистан. (Из истории российской политики на Кавказе во второй половине XVIII — первой четверти XIX в.) Москва — 2014 УДК 94(4) ББК 63.3(2)613 К 89 К 89 Кузнецов О. Ю. Дорога на Гюлистан.: путешествие по ухабам истории (рецензия на книгу О. Р. Айрапетова, М. А. Волхонского, В. М. Муханова Дорога на Гюлистан. (Из истории российской политики на Кавказе...»

«Институт археологии Российской академии наук С.Ю.ВНУКОВ ПРИЧЕРНОМОРСКИЕ АМФОРЫ I В. ДО Н.Э. – II В. Н.Э. (МОРФОЛОГИЯ) Москва 2003 Институт археологии Российской Академии наук С.Ю.ВНУКОВ ПРИЧЕРНОМОРСКИЕ АМФОРЫ I В. ДО Н.Э. – II В. Н.Э. (МОРФОЛОГИЯ) Москва 2003 УДК 902/904 ББК 63.4 В60 Монография утверждена к печати на заседании Ученого совета Института археологии РАН 24.05.2002 Рецензенты: кандидат исторических наук А.А.Завойкин, кандидат исторических наук Ш.Н.Амиров Внуков С.Ю. В60...»

«Российская академия естественных наук Ноосферная общественная академия наук Европейская академия естественных наук Петровская академия наук и искусств Академия гуманитарных наук _ Северо-Западный институт управления Российской академии народного хозяйства и государственного управления при Президенте РФ _ Смольный институт Российской академии образования В.И.Вернадский и ноосферная парадигма развития общества, науки, культуры, образования и экономики в XXI веке Под научной редакцией: Субетто...»

«Российская академия наук Э И Институт экономики УЧРЕЖДЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ РАН ВОСТОЧНАЯ И ЮГОВОСТОЧНАЯ АЗИЯ–2008: ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ В УСЛОВИЯХ КРИЗИСА Москва 2009 ISBN 978-5-9940-0175-2 ББК 65. 6. 66. 0 B 76 ВОСТОЧНАЯ И ЮГО-ВОСТОЧНАЯ АЗИЯ–2008: ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ В УСЛОВИЯХ КРИЗИСА / Ответственный редактор: М.Е. Тригубенко, зав. сектором Восточной и Юго-Восточной Азии, к.э.н., доцент. Официальный рецензент сборника член-корреспондент РАН Б.Н. Кузык — М.:...»

«Министерство образования и науки Украины ГОСУДАРСТВЕННОЕ ВЫСШЕЕ УЧЕБНОЕ ЗАВЕДЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ГОРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Р.Н. ТЕРЕЩУК КРЕПЛЕНИЕ КАПИТАЛЬНЫХ НАКЛОННЫХ ВЫРАБОТОК АНКЕРНОЙ КРЕПЬЮ Монография Днепропетровск НГУ 2013 УДК 622.281.74 ББК 33.141 Т 35 Рекомендовано вченою радою Державного вищого навчального закладу Національний гірничий університет (протокол № 9 від 01 жовтня 2013). Рецензенти: Шашенко О.М. – д-р техн. наук, проф., завідувач кафедри будівництва і геомеханіки Державного вищого...»

«Министерство образования Российской Федерации НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ Ю. И. ПОДГОРНЫЙ, Ю. А. АФАНАСЬЕВ ИССЛЕДОВАНИЕ И ПРОЕКТИРОВАНИЕ МЕХАНИЗМОВ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ МАШИН НОВОСИБИРСК 2000 УДК 621.01.001.63 П 441 Рецензенты: д-р техн. наук А. М. Ярунов, канд. техн. наук В. Ф. Ермолаев Подгорный Ю. И., Афанасьев Ю. А. П 441 Исследование и проектирование механизмов технологических машин: Монография. – Новосибирск. Изд-во НГТУ, 2000. – 191 с. ISBN 5-7782-0298- В монографии...»

«В.Н. Ш кунов Где волны Инзы плещут. Очерки истории Инзенского района Ульяновской области Ульяновск, 2012 УДК 908 (470) ББК 63.3 (2Рос=Ульян.) Ш 67 Рецензенты: доктор исторических наук, профессор И.А. Чуканов (Ульяновск) доктор исторических наук, профессор А.И. Репинецкий (Самара) Шкунов, В.Н. Ш 67 Где волны Инзы плещут.: Очерки истории Инзенского района Ульяновской области: моногр. / В.Н. Шкунов. - ОАО Первая Образцовая типография, филиал УЛЬЯНОВСКИЙ ДОМ ПЕЧАТИ, 2012. с. ISBN 978-5-98585-07-03...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ФИЗИКИ АТМОСФЕРЫ им. А. М. ОБУХОВА УНИВЕРСИТЕТ НАУК И ТЕХНОЛОГИЙ (ЛИЛЛЬ, ФРАНЦИЯ) RUSSIAN ACADEMY OF SCIENCES A. M. OBUKHOV INSTITUTE OF ATMOSPHERIC PHYSICS UNIVERSITE DES SCIENCES ET TECHNOLOGIES DE LILLE (FRANCE) V. P. Goncharov, V. I. Pavlov HAMILTONIAN VORTEX AND WAVE DYNAMICS Moscow GEOS 2008 В. П. Гончаров, В. И. Павлов ГАМИЛЬТОНОВАЯ ВИХРЕВАЯ И ВОЛНОВАЯ ДИНАМИКА Москва ГЕОС УДК 532.50 : 551.46 + 551. ББК 26. Г Гончаров В. П., Павлов В....»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ИРКУТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ В.Н. ШИХИРИН, В.Ф. ИОНОВА, О.В. ШАЛЬНЕВ, В.И. КОТЛЯРЕНКО ЭЛАСТИЧНЫЕ МЕХАНИЗМЫ И КОНСТРУКЦИИ Монография ИЗДАТЕЛЬСТВО Иркутского государственного технического университета 2006 УДК 621.8+624.074: 539.37 ББК 22.251 Ш 65 Шихирин В.Н., Ионова В.Ф., Шальнев О.В., Котляренко В.И. Ш 65 Эластичные механизмы и конструкции. Монография. – Иркутск: Изд-во ИрГТУ, 2006. – 286 с. Книга может быть полезна студентам,...»

«Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина А.Г. Чепик В.Ф. Некрашевич Т.В. Торженова ЭКОНОМИКА И ОРГАНИЗАЦИЯ ИННОВАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ В ПЧЕЛОВОДСТВЕ И РАЗВИТИЕ РЫНКА ПРОДУКЦИИ ОТРАСЛИ Монография Рязань 2010 ББК 65 Ч44 Печатается по решению редакционно-издательского совета государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования Рязанский государственный университет имени С.А....»

«Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина А.В. Пронькина НАЦИОНАЛЬНЫЕ МОДЕЛИ МАССОВОЙ КУЛЬТУРЫ США И РОССИИ: КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ Монография Рязань 2009 ББК 71.4(3/8) П81 Печатается по решению редакционно-издательского совета государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования Рязанский государственный университет имени С.А....»

«ГБОУ ДПО Иркутская государственная медицинская академия последипломного образования Министерства здравоохранения РФ Ф.И.Белялов Лечение болезней сердца в условиях коморбидности Монография Издание девятое, переработанное и дополненное Иркутск, 2014 04.07.2014 УДК 616–085 ББК 54.1–5 Б43 Рецензенты доктор медицинских наук, зав. кафедрой терапии и кардиологии ГБОУ ДПО ИГМАПО С.Г. Куклин доктор медицинских наук, зав. кафедрой психиатрии, наркологии и психотерапии ГБОУ ВПО ИГМУ В.С. Собенников...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НЕКОММЕРЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СОЮЗ ОПТОВЫХ ПРОДОВОЛЬСВТЕННЫХ РЫНКОВ РОССИИ Методические рекомендации по организации взаимодействия участников рынка сельскохозяйственной продукции с субъектами розничной и оптовой торговли Москва – 2009 УДК 631.115.8; 631.155.2:658.7; 339.166.82. Рецензенты: заместитель директора ВНИИЭСХ, д.э.н., профессор, член-корр РАСХН А.И. Алтухов зав. кафедрой товароведения и товарной экспертизы РЭА им. Г.В. Плеханова,...»

«Межрегиональные исследования в общественных науках Министерство образования Российской Федерации ИНОЦЕНТР (Информация. Наука. Образование) Институт имени Кеннана Центра Вудро Вильсона (США) Корпорация Карнеги в Нью-Йорке (США) Фонд Джона Д. и Кэтрин Т. МакАртуров (США) Данное издание осуществлено в рамках программы Межрегиональные исследования в общественных науках, реализуемой совместно Министерством образования РФ, ИНОЦЕНТРом (Информация. Наука. Образование) и Институтом имени Кеннана Центра...»

«В.А. Слаев, А.Г. Чуновкина АТТЕСТАЦИЯ ПРОГРАММНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ, ИСПОЛЬЗУЕМОГО В МЕТРОЛОГИИ: СПРАВОЧНАЯ КНИГА Под редакцией доктора технических наук, Заслуженного метролога РФ, профессора В.А. Слаева Санкт-Петербург Профессионал 2009 1 УДК 389 ББК 30.10 С47 Слаев В.А., Чуновкина А.Г. С47 Аттестация программного обеспечения, используемого в метрологии: Справочная книга / Под ред. В.А. Слаева. — СПб.: Профессионал, 2009. — 320 с.: ил. ISBN 978-5-91259-033-7 Монография состоит из трех разделов и...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН КОМИТЕТ НАУКИ ИНСТИТУТ ФИЛОСОФИИ И ПОЛИТОЛОГИИ КАЗАХСТАН В ГЛОБАЛЬНОМ МИРЕ: ВЫЗОВЫ И СОХРАНЕНИЕ ИДЕНТИЧНОСТИ Посвящается 20-летию независимости Республики Казахстан Алматы, 2011 1 УДК1/14(574) ББК 87.3 (5каз) К 14 К 14 Казахстан в глобальном мире: вызовы и сохранение идентичности. – Алматы: Институт философии и политологии КН МОН РК, 2011. – 422 с. ISBN – 978-601-7082-50-5 Коллективная монография обобщает результаты комплексного исследования...»






 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.