WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 9 |

«А.В. ВЕРЕЩАГИНА СУДОУСТРОЙСТВЕННОЕ И УГОЛОВНОПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО РОССИИ КОНЦА XIX – НАЧАЛА XX ВЕКА ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ И ИДЕИ РЕФОРМИРОВАНИЯ Монография Владивосток Издательство ...»

-- [ Страница 4 ] --

В выступлении на заседании Комиссии 20 февраля 1898 г., на котором подытоживалась работа Комиссии в области судоустройства, Н.В. Муравьёв подтвердил сохранение принципа несменяемости в целом в редакции упоминавшегося выше закона от 20 мая 1885 года. Вместе с тем, он обозначил те нововведения, которые окончательно уничтожили бы его остатки. Предлагалось, во-первых, перенести нормы о несменяемости из раздела прав и преимуществ в раздел Учреждения судебных установлений о порядке увольнения от должности судей и, во-вторых, вместо Высшего Дисциплинарного Присутствия Правительствующего Сената создать консультацию при Министерстве юстиции. При этом он сослался на мнение большинства членов Комиссии, считавших, что вопрос об увольнении судей от должности должен решаться в особом присутствии консультации при Министерстве юстиции1. Напомним, что уже Высшее Дисциплинарное Присутствие, созданное в соответствии с Законом от 20 мая 1885 г., по своему составу представляло собою административно-судебный орган, создание же консультации при Министерстве юстиции окончательно передавало бы право наложения дисциплинарной ответственности на судей в руки органа исполнительной власти.

Помимо идей, высказанных Н.В. Муравьёвым в выступлении 20 февраля 1898 г., дискутировалось несколько частных вопросов, связанных с институтом несменяемости судей: 1) о предельном сроке пребывания в должности; 2) об учреждении участковых судей, которые одновременно должны были исполнять обязанности судебных следователей, назначаемых министром юстиции с VI классным чином и окладом в 2400 рублей (без учёта вычетов и при отсутствии вспомогательного персонала); 3) о денежном содержании судей2.

Доклад министра юстиции Н.В. Муравьёва на заседании Комиссии по пересмотру Судебных уставов, читанный 20 февраля 1898 г. // Журнал Министерства юстиции. – 1898. – №4. – С. 45.

О дискуссиях по этим вопросам см.: Труды высочайше учреждённой комиссии о пересмотре законоположений о судебной части. Т. I. – СПб., 1895. – С. 43, 90–103, 220–311; Объяснительная записка к проекту новой редакции Учреждения судебных установлений. Т. II. – С. 349–351, 353. Было предложено повысить оклады на 25–30% с установлением периодичности повышения: через каждые два первых пятилетия пребывания в должности в размере 450 рублей для судей окружных судов и для участковых судей 250 рублей.

Как известно, Судебными уставами не устанавливался предельный возраст пребывания в должности. Его несколько раз будировали, в том числе и один из министров юстиции Н.А. Манасеин в проектах, рассматривавшихся в 1888 и 1890 гг. Государственным Советом. По его предложению должностные лица судебного ведомства обязаны оставить службу по достижению возраста от 55 до 65 лет, в зависимости от занимаемой должности (соответственно члены судебных мест – 55 лет, а председатели судебных мест – 65 лет). Министр юстиции проектом наделялся правом испрашивать высочайшее разрешение на продление их службы на три года, если он «признаёт это для пользы службы необходимым»1.

В Комиссии Н.В. Муравьёва к этому вопросу вернулись. Существовали две основных точки зрения. Первая – сохранить прежнюю регламентацию без указания предельного возраста пребывания в судейской должности. Вторая – установить предельный возраст для председателей судебных мест – 65 лет, для остальных судейских чинов – 55 лет. В Государственном Совете эту точку зрения поддержали. Однако предложили увеличить предельные сроки до 70 лет, а также поставили вопрос о материальном обеспечении судей, оставлявших должность в связи с достижением возраста.

Активная дискуссия о предельном возрасте пребывания в судейской должности развернулась на совещании старших председателей и прокуроров судебных палат.

В качестве дополнительных гарантий для судей в связи с введением возрастного ценза В.П. Даневский указывал на установление предельного возраста в 70 лет; предоставление права общим собраниям судов «по выслушивании» заключения прокурора ходатайствовать через министра юстиции перед верховной властью о продлении срока пребывания в должности на 5 лет после достижении 70-летнего возраста тем, кто по своим характеристикам (физическим и нравственным) мог продолжить работу; снижение срока выслуги лет, дававшей право на получение пенсии, приравняв её к преподавательской деятельности («учёной службе») (30 лет для полной пенсии и 25 лет для 4/5 пенсионного содержания);

увеличение размера пенсий2.

Противником введения возрастных ограничений был А.Ф. Кони3.

Последняя редакция проекта Учреждения судебных установлений, направленная на обсуждение Государственного Совета в конце 1901 года, никаких новшеств в регламентации принципа несменяемости не содержала. В этом акте имелись лишь положения об увеличении денежного содержания судебных чинов, а также предлагалось ввести должности участковых судей, которыми было бы заменено всё многообразие местных судебных учреждений в России.

1 Труды высочайше учрежденной комиссии о пересмотре законоположений о судебной части. Т.I. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1895. – С. 295– 296.

2 Даневский В. По поводу предстоящей реформы нашего судоустройства. – М.:

Типо-лит Высочайше утв. т-ва И.Н. Кушнерёвъ и К, 1896. – С. 66.

3 Труды высочайше учреждённой комиссии о пересмотре законоположений о судебной части. Т. I. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1895. – С. 304– 308. Его взгляды на этот счёт изложены также в: Кони А.Ф. Предельный возраст для судей // Журнал Министерства юстиции. – 1894–1895. –№ 5.

2.1.2. Преобразование судебной системы Предлагавшаяся Комиссией реформа местной юстиции на деле усложняла её организацию. Судебно-административные установления предполагалось сохранить и, напротив, отказаться от восстановления мировой юстиции. Первую инстанцию должны были составить участковые судьи, назначаемые правительством, подсудность которых расширялась – все уголовные дела о преступлениях, за совершение которых не предусматривалось наказание в виде лишения или ограничения прав состояния. Мировые съезды по проекту Комиссии упразднялись. Вместо них предлагалось создать постоянно и непрерывно действовавшие уездные и городские отделения окружного суда в составе двух постоянных членов (товарищ председателя и непременный член) и участковых и почётных судей уезда или города, которые участвовали бы в заседаниях по очереди. Кассационной инстанцией для дел местной юстиции становились судебные палаты вместо кассационных департаментов Сената, чем нарушалось основное назначение кассации – обеспечение единообразия применения закона. На участковых судей возлагалось производство предварительного следствия и отдельных следственных действий.

По проекту Комиссии должно было вводиться три категории участковых судей: тех, которые исполняли бы обязанности судей и следователей (участковые судебно-следственные); тех, которые наделялись судебными полномочиями (участковые судебные), и тех, которые занимались бы только предварительным следствием (участковые следственные). Сообразно этому в одном судебном округе могли формироваться судебно-следственные, судебные и следственные участки (ст. 31 Проекта)1.

Идею института участковых судей юридическое сообщество восприняло неоднозначно. «…участковый судья, назначаемый министром юстиции, а не высочайшей Властью, могущий быть уволенным в дисциплинарном порядке (хотя бы даже и после сложной процедуры), состоящий в VI классе, получающий 2400 руб. содержания…, не имеющий коронного секретаря, совмещающий и обязанности Судебного Следователя, – такой судья слишком далёк от идеала независимого и авторитетного судьи Судебных Уставов. … более ненормального соединения при нынешних условиях нашей жизни и правового строя трудно придумать. Такое соединение могло бы быть только тогда допущено и принести пользу, если бы розыски и следственные действия, направленные к обнаружению преступления и собиранию доказательств, производились бы особыми чинами судебной полиции под руководством прокуратуры, а судье принадлежал бы только контроль всего производства, оценка доказательств и дальнейшее направление дела»2. Фактически в основе идеи участкового судьи лежал апробированный институт земских начальников.

Проект новой редакции Учреждения судебных установлений. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900.

Михайловский И.В. К вопросу об уголовном судье. По поводу предстоящей судебной реформы. – Нежин: Типо-лит. М.В. Глезера, 1899. – С. 88. Такой же позиции придерживались А.К. Вульферт, В.П. Даневский и др. См.: Вульферт А.К. Реформа предварительного следствия. – М., 1881; Даневский В.П. Наше предварительное следствие, его недостатки и реформы. – Харьков, 1895 и др.

Усилению административного присутствия в судебном ведомстве могло способствовать и обсуждавшееся в рамках вопроса об упорядочении судебной системы предложение об отказе от судебных округов и о переименовании окружных судов в губернские.

Большинство высказалось против идеи совмещения административных границ и границ судебных округов и переименования окружных судов в губернские, поскольку такое переименование могло повлиять на самостоятельность судебной власти и поставило бы суды под контроль губернаторов1.

По поводу компетенции планировавшихся губернских судов имелось несколько точек зрения: 1) рассмотрение некоторых категорий дел по первой инстанции и апелляционный пересмотр приговоров, постановленных единолично;

2) расширение подсудности за счёт отнесения к их ведению уголовных дел о государственных преступлениях, преступлениях печати и некоторых должностных (ст. 1030, 1213, 1073 УУС); 3) наделение кассационными полномочиями;

4) наделение полномочиями по преданию суду2.

Судебные палаты, по мнению некоторых членов Комиссии, должны были остаться в неприкосновенности. Хотя существовали и другие мнения, как об их полном упразднении, так и об изменении имевшейся у них компетенции3.

Судьба Сената в системе судебных учреждений зависела от разрешения принципиального вопроса: должна ли кассация быть единой? Мнения разделились почти пополам.

Авторы Судебных уставов видели в Сенате вершину судебных учреждений России и не предполагали, что этим учреждением в порядке кассации будет рассмотрено большое количество дел, хотя произошло именно так. Последующее после Судебных уставов законодательство, сохраняя прерогативу Сената на кассационный пересмотр приговоров, наделяло на окраинных территориях этой функцией судебные палаты (например Закавказье). Наделение кассационными полномочиями судебных палат позволило бы Сенату сосредоточить своё внимание на вопросах, требовавших всестороннего обсуждения, толковании закона, рассмотрении вопросов, ещё не разрешённых практикой, инициированных министром юстиции или судебными палатами4. Однако дробление кассации выхолащивает ее сущность – обеспечение единообразного применения закона.

2.1.3. Суд присяжных Комиссия Н.В. Муравьёва уделила внимание суду присяжных. Применительно к этому институту обсуждались формы и условия его функционирования.

Первый отдел Комиссии, возглавлявшийся А.Ф. Кони, решительно высказался за сохранение отдельной коллегии присяжных, поскольку реализация идеи о соединении коллегий коронных судей и присяжных заседателей привела Труды высочайше учреждённой комиссии о пересмотре законоположений о судебной части. Т.I. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1895. – С. 56–62.

бы «к утрате судом присяжных той независимости и самостоятельности в суждениях, которые составляют главнейшее свойство этой формы суда1.

Противоположный подход отстаивал И.П. Закревский, видевший в объединении коллегий коронных и присяжных судей средство устранения недоразумений и путаницы в постановке вопросов, достижение взаимодействия и взаимного дополнения коллегий. Объединение коллегий позволило передать в его подсудность все категории дел2.

Открывая 22 ноября 1896 г. заседание Комиссии, посвящённое участию общественного элемента в отправлении правосудия, Н.В. Муравьёв подчеркнул роль суда присяжных в обеспечении самостоятельности судебной власти: «По официальным сведениям, безусловно, достоверным и по единогласному свидетельству компетентных лиц, близко знакомых с деятельностью нашего суда присяжных, за многолетний период, злоупотребления в нём были случаями крайне редкими и единичными (курсив мой – А.В.), а более или менее значительные ошибки, к тому же иногда скорее кажущиеся, чем действительные, почти исчезают в громадном большинстве вполне правосудных приговоров»3.

Председатель Комиссии Н.В. Муравьёв сформулировал предложения по корректировке суда присяжных, которые выносились на обсуждение: 1) качественное улучшение состава коллегии присяжных путём включения благонадёжных и исключения неблагонадёжных элементов и усиления ответственности за уклонение от исполнения обязанностей присяжного заседателя; 2) введение контроля за составлением списков со стороны местных судебных учреждений;

3) сокращение коллегии присяжных заседателей; 4) образование одного состава коллегии для рассмотрения всех дел, назначенных к слушанию в течение дня;

5) расширение оснований оглашения материалов предварительного следствия;

6) отмена запрета оглашать положения уголовного закона о возможном наказании; 7) приглашение председательствующего в совещательную комнату присяжных для дачи разъяснений в затруднительных случаях; 8) право заявления ходатайства присяжными о снисхождении при постановке обвинительного вердикта; 9) устранение присяжных от дальнейшего участия в деле при признании подсудимым своей вины; 10) повторное рассмотрение дела другим составом присяжных при оправдании явно виновного; 11) объединение присяжных и коронных судей для принятия решений о виновности и наказании, если при голосовании присяжные не будут единогласны или не будет установленного большинства голосов.

По мнению Н.В. Муравьёва, суду присяжных не подлежало рассмотрение дел о политических преступлениях, о преступлениях по должности и особо сложных дел. Для таких дел, где, по выражению Н.В. Муравьёва, преобладает Высочайше учреждённая Комиссия для пересмотра законоположений по судебной части // Журнал Министерства юстиции. – 1897. – №4. – С. 57.

Закревский И.П. Суд присяжных и возможная реформа его // Журнал Министерства юстиции. – 1894–1895. – №12. – С. 55–85.

Журнал № 5 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 22 и 23 (утро и вечер) ноября 1896 г. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897. – С.8.

«публично-юридический» критерий, должны создаваться особые составы присяжных1.

Как видно из приведённых суждений, позиция министра юстиции была двойственной. Не умаляя роли суда присяжных и ясно осознавая его самостоятельность и независимость, Н.В. Муравьёв в охранительных интересах предлагал сохранить изъятия из подсудности суда присяжных и выработать пригодную для интересов власти конструкцию.

Ход обсуждений, приведённый ниже, свидетельство совпадения позиций министра юстиции и большинства членов Комиссии по основным вопросам реорганизации суда присяжных.

По поводу сохранения суда присяжных в соответствии с Уставами на заседании Комиссии 22 и 23 ноября 1896 года предложение первого отдела Комиссии было поддержано большинством. Против были В.Ф. Дейтрих, В.А. Желеховский, А.Е. Кичин и Н.Н. Шрейбер, а И.П. Закревский, будучи сторонником слияния коллегий, всё-таки согласился с их раздельным функционированием2.

Наряду с сохранением суда присяжных большая часть Комиссии высказалась за сохранение суда с сословными представителями для дел о государственных преступлениях. Возражали только К.К. Арсеньев, Н.И. Барковский, А.Л. Боровиковский и И.Я. Фойницкий3.

Введение института присяжных особого состава мотивировалось, как отмечено выше, особым характером дел, по которым «влияние коронных судей прямо желательно как восполняющее именно те сведения и взгляды, которых недостаёт гражданам для правильного обсуждения специальных или щекотливых дел»4.

Обсуждение института особого состава присяжных заседателей преимущественно было посвящено трём аспектам – требования к кандидатам; количество присяжных в коллегии особого состава и слияние такой коллегии с коронными судьями.

Все члены Комиссии исходили из того, что кандидаты в коллегию особого состава присяжных должны соответствовать более высоким цензовым требоЖурнал № 5 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 22 и 23 (утро и вечер) ноября 1896 года. – СПб.:

Типография Правительствующего Сената, 1897. – С. 12–13.

Там же. – С. 17–19. Член Комиссии В.А. Желеховский был вообще против суда присяжных, а В.А. Дейтрих, А.Е. Кичин и Н.Н. Шрейбер выступали за слияние коллегий и уменьшение числа присяжных до 9 человек. По мнению В.А. Дейтриха, слияние коллегий сделает «суд присяжных судом правительства». По мнению А.Е. Кичина, раздельное принятие решений нарушает истинность приговора, но в силу неизведанности судоговорения объединёнными коллегиями нужно быть осторожными при её введении. Он предлагал объединять коллегии только при решении вопроса о наказании.

Объяснительная записка к проекту новой редакции Учреждения судебных установлений. Т.II. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900. – С. 112–132;

Объяснительная записка к проекту новой редакции Устава уголовного судопроизводства. Т. I. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900. – C. 219; Т. III. – С. 127, 317 и др. При обсуждении ст. 619 УУС в III Отделе Комиссии предлагалось дополнить данную статью уточнением о том, что сословные представители и присяжные особого состава не участвуют в рассмотрении процессуальных вопросов // Журнал № 28. Отдел III. Уголовное судопроизводство Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 7, 14 и 28 февраля и 26 марта 1897 г. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897.

ваниям. По мнению К.К. Арсеньева и И.Я. Фойницкого, особый состав следовало формировать путём предъявления к 50% этой коллегии повышенного образовательного и имущественного цензов. Члены Комиссии А.Л. Боровиковский, М.Д. Дмитриев и И.Н. Мясоедов, опасаясь снижения качества коллегии присяжных общего состава, предлагали сначала формировать очередные списки общего состава, а затем особого. Князь Д.Д. Оболенский выступил за повышение возрастного ценза для особого состава присяжных до 30 лет.

По поводу числа присяжных особого состава высказывались следующие мнения: неопределённое нечётное количество присяжных плюс три коронных судьи; три коронных судьи плюс шесть присяжных заседателей; три коронных судьи плюс девять присяжных заседателей. Последнее предложение было поддержано Комиссией.

Перевесом в два голоса Комиссия высказалась за слияние коллегии присяжных особого состава с коллегией коронных судей1.

В суде присяжных общего состава предлагалось уменьшить коллегию коронных судей с 3 до 1 профессионального судьи, который бы председательствовал в судебном заседании, с сохранением права за судебным местом в случае необходимости формировать расширенную, из трёх судей, коллегию для рассмотрения дела судом присяжных2.

Означенные идеи по изменению состава коллегии суда присяжных имели экономическую подоплёку – экономия бюджетных средств, и аргументировались тем, что только председательствующий коллегии коронных судей активен в судебном заседании, а двое других членов бездействуют3.

В печати появились возражения по поводу такой модернизации. Противники сокращения коронной части суда присяжных считали, что тем самым умаляются гарантии прав личности в случае единоличного принятия решения коронным судьёй о размере наказания. Участие коллегии профессиональных судей расценивалось также как контроль за деятельностью председательствующего в процессе, препятствовавший злоупотреблению властью4.

Также, как представляется, экономией были вызваны предложения о выездных сессиях суда присяжных и формировании единого состава присяжных для рассмотрения нескольких дел в течение одного дня.

Против слияния коллегий выступили К.К. Арсеньев, А.Л. Боровиковский, В.Р. Завадский, А.Ф. Кони, С.И. Лукьянов, М.Ф. Люце, К.А. Мясоедов, В.К. Случевский, Н.С. Таганцев, И.Я. Фойницкий. О дискуссии по этим вопросам см.: Журнал № 5 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части.

Заседания 22 и 23 (утро и вечер) ноября 1896 г. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897. – С. 23–26.

Эта идея не была поддержана. За неё проголосовало только 4 члена Комиссии.

Объяснительная записка к проекту Учреждения судебных установлений. Т. I. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900.

Проект Учреждения судебных установлений, представленный министром юстиции«на уважение законодательной власти» в конце 1901 г., как общее правило закреплял коллегию из 3 профессиональных судей и как исключение («по особому определению суда по отдельным делам») профессиональное присутствие из одного судьи. См.:

Щегловитов И.Г. Пересмотренные Судебные уставы накануне законодательного обсуждения // Журнал Министерства юстиции. – 1902. – № 1. – С. 162.

В выездных сессиях предлагалось привлекать в качестве председательствующего местного уездного или городского члена суда, за исключением случаев, когда председательствование на себя принимал председатель или товарищ председателя суда или поручал председательствование кому-либо из членов суда или было принято решение о формировании коллегии коронных судей из трёх человек. Идея формирования единого состава присяжных для рассмотрения нескольких дел в течение дня не нашла достаточного числа сторонников в Комиссии.

Достаточно много внимания в Муравьёвской Комиссии уделили улучшению состава коллегии присяжных и её функционирования.

Например, предлагалось включить в списки присяжных военных, состоявших на государственной службе в должности IV класса, всех окончивших курс городского или двухклассного уездного училища или сельскохозяйственного или ремесленного училища. Два члена Комиссии допускали возможность включения в списки присяжных представителей судебного ведомства и прокурорского надзора, а также сельских учителей. Напротив, отстранению от участия в коллегии присяжных подлежали лица, содержавшие или арендовавшие питейные заведения, чиновники.

Как видно из сущности приведённых предложений, они усиливали присутствие в списках присяжных заседателей грамотного населения.

Дисциплинирующее значение имела идея введения штрафа до 500 рублей за неявку присяжного заседателя в судебное заседание.

Члены Комиссии А.Н. Познанский и В.Д. Спасович предлагали по наиболее важным делам не отпускать на ночь присяжных заседателей. Большая часть Комиссии с этим мнением не согласилась, рассматривая его как нарушение прав присяжных в силу неприспособленности судебных помещений. В соответствии с циркулярным указом от 13 апреля 1873 г. решение этого вопроса оставили на усмотрение суда1.

Совершенствованию состава коллегий присяжных заседателей, по мнению Комиссии, могло способствовать предоставление права просмотра списков присяжных заседателей председателю местной комиссии, уездному члену окружного суда и товарищу прокурора окружного суда до их опубликования2.

Как средства оптимизации деятельности суда присяжных оценивались Комиссией идеи расширения оснований оглашения перед присяжными заседателями материалов предварительного следствия; отмены запрета на информирование присяжных заседателей о размере наказания, предусмотренного законом;

наделения присяжных заседателей правом ходатайствовать о чрезвычайном смягчении наказания подсудимому; отказа от дальнейшего слушания дела приЖурнал № 5 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 22 и 23 (утро и вечер) ноября 1896 г. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897. – С. 28; Журнал № 28. Отдел III. Уголовное судопроизводство Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 7, 14 и 28 февраля и 26 марта 1897 г. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897.

Журнал № 5 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 22 и 23 (утро и вечер) ноября 1896 г. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897. – С. 28.

сяжными заседателями при полном признании подсудимым своей вины; закрытой подачи голосов присяжными и т.п.

Так, большинство членов Комиссии высказались за предоставление присяжным в совещательную комнату актов досудебного производства и вещественных доказательств и против приглашения в совещательную комнату председательствующего для разъяснения неясностей.

Единогласно проголосовали за отмену запрета на ознакомление с уголовным законом о возможном наказании подсудимого.

Отрицательно в своём большинстве Комиссия отнеслась к возможному отказу от дальнейшего слушания дела судом присяжных, если подсудимый признавал себя виновным.

Напротив все члены Комиссии не поддержали И.Я. Фойницкого по вопросу закрытой подачи голосов.

На заседании Комиссии предполагалось также обсудить достаточность голосов для постановления обвинительного вердикта, а также предложенное Н.В. Муравьёвым объединение коллегий присяжных и коронных судей для принятия решений о виновности и наказании, если присяжные не проголосовали единогласно или определённым большинством голосов. Однако этот вопрос на заседании Комиссии не рассматривался.

Усилению роли коллегии присяжных в определении судьбы подсудимого могло способствовать право присяжных заявить ходатайство «о предоставлении на Монаршее милосердие участи осуждённого подсудимого»1. Это предложение было одобрено юридической общественностью2. Если присяжные считали, что подсудимый заслуживает снисхождения, то такое ходатайство, по мнению большинства Комиссии, подлежало движению только в случае его поддержания не только большинством присяжных, но и большинством коронной коллегии. Письменное ходатайство о чрезвычайном смягчении участи виновного или даже об освобождении его от наказания не должно было оглашаться до его рассмотрения судом.

В ходе дискуссии обсуждалось не только, сколько членов коронной коллегии должно поддержать ходатайство присяжных, но и следует ли получать от присяжных объяснения по поводу его заявления.

По вопросу о числе коронных судей, поддерживающих ходатайство присяжных, было высказано три суждения: ходатайство подлежит движению при его поддержке хотя бы одним судьёй; большинством коронной коллегии и в любом случае подлежит движению, даже если никто из коронных судей его не поддержал. Последней из приведённых позиций придерживались К.К. Арсеньев, Журнал Комиссии. – 1917. – № 5. – С. 33, 34; приложение № 2 к Журналу Комиссии № 5; приложение к журналу I Отдела. – № 20. – С. 51, 52.

См.: Набоков Д. Об отмене игры в прятки с присяжными заседателями // Право. – 1900. – №47; Щегловитов И.Г. Новые течения в деятельности русского суда присяжных // Журнал Министерства юстиции. – 1900. – №10 и др. Развивая эту идею, И.Г. Щегловитов предложил, с учётом предусматривавшихся проектом уголовного уложения дискреционных полномочий судьи, градацию мнений присяжных заседателей о возможном снисхождении: а) снисхождение; б) особое снисхождение и 3) ходатайство о Монаршем милосердии. См.: Щегловитов С.Г. Суд присяжных при действии нового уложения. – СПб.: Типография СПб общ. печатн. дела Е. Евдокимов, 1902. – С. 28.

М.Д. Дмитриев и И.Н. Мясоедов. Возобладала идея поддержки ходатайства большинством коронной коллегии (председатель и 22 члена Комиссии). Только трое членов Комиссии исходили из необходимости его поддержки хотя бы одним судьёй1.

Что касается истребования от присяжных заседателей объяснений, то большинство Комиссии справедливо расценило это как нарушение тайны совещательной комнаты. Меньшинство исходило из того, что при принятии решения о судьбе ходатайства необходимо знать аргументы присяжных заседателей2.

Любопытно, что в окончательную редакцию проекта УУС по вопросам поддержания ходатайства коронным судом и его мотивации присяжными в чистом виде не было внесено ни одного предложения из поддержанных большинством. В проекте УУС дальнейшее движение ходатайства присяжных о чрезвычайном смягчении участи виновного или об освобождении его от наказания не увязывалось с поддержкой коронных судей, но присяжные заседатели должны были изложить мотивы заявления ходатайства о чрезвычайном смягчении участи виннового или об освобождении его от наказания.

Консолидированным было мнение Комиссии по поводу оглашения вердикта присяжных в отсутствие подсудимого и возможности пересмотра дела в случае оправдания явно виновного. По первому вопросу члены Комиссии высказались единогласно за, по второму – единогласно против.

Таким образом, предложения по улучшению постановки института присяжных, обсуждавшиеся в Комиссии Н.В. Муравьёва, во-первых, свелись к сохранению не только института присяжных, но и суда с сословными представителями. Во-вторых, была поддержана идея суда присяжных особого состава, который можно оценить как квази-суд присяжных, являющийся судом присяжных только по названию. По своей конструкции и процедуре принятия решений суд присяжных особого состава тяготел к суду с участием сословных представителей и суду шеффенов. В-третьих, положительно решались вопросы, улучшавшие постановку суда присяжных. Например, ознакомление присяжных с положениями уголовного закона о возможной мере наказания, оглашение вердикта в отсутствие подсудимого, заявление ходатайства о смягчении участи осуждённого и т.п. В-четвёртых, ряд обсуждавшихся идей, в случае их реализации, обедняли идею суда присяжных. Например, формирование единой коллегии присяжных для рассмотрения в течение рабочего дня всех уголовных дел, подсудных этому суду, предоставление присяжным в совещательную комнату актов досудебного производства и вещественных доказательств.

Комиссия, хотя и высказалась подавляющим большинством за сохранение института суда присяжных в соответствии с редакцией Судебных уставов, всё же была непоследовательна. Её решения по вопросу привлечения общестОбъяснительная записка к проекту новой редакции Устава уголовного судопроизводства. Т. III. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900. – С. 333;

Журнал № 5 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 22 и 23 (утро и вечер) ноября 1896 г. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897. – С. 28.

Объяснительная записка к проекту новой редакции Устава уголовного судопроизводства. Т. III. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900. – С. 332– 333.

венного элемента к участию в отправлении правосудия фиксировали статускво – сохранялся институт сословных представителей, а институт особого состава коллегии присяжных был явным компромиссом сторонников и противников его классической постановки. Списки присяжных заседателей особого состава должны были составляться на основе общих списков присяжных заседателей из числа лиц, отвечавших условиям повышенных имущественного, образовательного и служебного цензов. К рассмотрению особым составом присяжных заседателей должны были передаваться дела о преступлениях против порядка управления, должностных преступлениях, преступлениях против имущества и доходов казны и т.п. Присяжные заседатели особого состава объединялись в одну коллегию с коронными судьями для решения вопросов о вине и постановления приговора1. В целях избегания давления на присяжных особого состава предлагалось объединять их в коллегию с коронными судьями только в момент обсуждения постанавливаемого приговора. Суд присяжных особого состава предполагалось ввести также на некоторых окраинных территориях, где «в чистом виде» этот институт по соображениям, прежде всего, политического характера был нежелателен – Привислинские и Прибалтийские губернии, Терская область и Закавказье, что является подтверждением высказанного выше суждения о его суррогатности.

2.1.4. Идеи реорганизации института присяжных поверенных Комиссия Н.В. Муравьёва подготовила предложения по изменению законодательства об адвокатуре, которыми отчасти умалялись основополагающие начала её организации, а отчасти вносились паллиативные изменения положительного свойства.

Декларированной целью реформирования адвокатуры было развитие и укрепление адвокатского самоуправления в сочетании с усилением контроля и ответственности перед клиентом, корпорацией и властью2.

Обсуждению подверглись в основном следующие положения: в состав присяжных поверенных включить находящихся на государственной службе профессоров, преподающих юридические науки, и юрисконсультов административных ведомств; открыть доступ в присяжные поверенные нехристиан, ограничив их число от 10 до 20%; предоставить полномочия прокуратуре «по наблюдению за правильностью действий адвокатских органов»; создание Советов присяжных поверенных там, где число поверенных достигло предусмотренной законом нормы; предоставление надзора за деятельностью Советов присяжных поверенных особому присутствию судебной палаты, специально занимающемуся вопросами судебной этики и дисциплины; упорядочение оплаты деятельности Статья 90 Проект новой редакции Учреждения судебных установлений. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900; ст. 32, 779 Проекта новой редакции Устава уголовного судопроизводства. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900.

2 Журнал № 6 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 18, 19 и 20 января 1897 года. Обсуждение Проекта II Отдела Комиссии статей о поверенных по судебным делам. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897. – С. 5.

адвокатов; укрепление статуса помощников присяжных поверенных; сохранение института частных поверенных1.

К принципиальным корректировкам следует отнести усиление надзора со стороны государства за присяжными поверенными, чем культивировалась намеченная ранее тенденция. Проектом прокуратура наделялась полномочиями по опротестованию любого решения органа самоуправления присяжных поверенных и передаче их на рассмотрение суда, включая вопросы о членстве, введении запрета на приём в присяжные поверенные лиц, подозревавшихся в политической деятельности и находившихся под надзором полиции. Принесение протеста было возможно и при отсутствии нарушений формального характера в силу обладания прокурором сведениями о лице, принятом в члены присяжных поверенных, которые «не согласуются с истинными интересами правосудия»2.

Частная адвокатура подчинялась Советам присяжных поверенных. Однако этот контроль не мог быть нелицеприятным, поскольку присяжные и частные поверенные являлись конкурентами. Предполагая это, законодатель предоставил частным поверенным право обжаловать решения Советов присяжных поверенных особому присутствию, состоящему из четырёх членов суда. Такая конструкция вводившегося контроля со стороны Советов присяжных поверенных за частной адвокатурой приобретала фиктивный характер. Предлагалось ограничить приём в адвокатуру для лиц нехристианского вероисповедания 10 процентами. Кроме этого, согласно проекту, присяжные поверенные нехристианского вероисповедания не могли избираться на должности председателя и товарища председателя совета присяжных поверенных. Приглашённый на заседание для обсуждения вопросов адвокатуры Ф.Н. Плевако выступил с предложением указать в законе ограничения не по вероисповеданию, а по национальности3.

Вводя запрет на приём в присяжные поверенные отдельных категорий лиц, законопроект одновременно предполагал допуск в коллегию чинов административных ведомств, «обязанности коих состоят в ведении и защите в судах дел, сопряжённых с интересами означенных ведомств». Мотивом этой новации было то, что «служебная деятельность их весьма близко подходит к деятельноЖурнал № 6 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 18, 19 и 20 января 1897 г. Обсуждение Проекта II Отдела Комиссии статей о поверенных по судебным делам. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897. – С. 5.

3 См.: п. 4 по поводу ст. 380 и п. 9. Приложение № 5 Проект II Отдела Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части «О поверенных по судебным делам взамен 353–40619 статей Учреждения судебных установлений» // Журнал № 6 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 18, 19 и 20 января 1897 г. Обсуждение Проекта II Отдела Комиссии статей о поверенных по судебным делам. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897.

сти присяжных поверенных и в достаточной степени может ознакомить их с судебной практикою»1.

Острая дискуссия как в Комиссии Н.В. Муравьёва, так и в Санкт-Петербургском юридическом обществе развернулась вокруг вопроса о допуске в адвокатуру профессуры как лиц, которые состоят на государственной службе и получают жалованье.

Предлагалось установить дисциплинарную ответственность членов Совета присяжных поверенных перед особым присутствием судебной палаты вплоть до отстранения от должности. В комиссии, избранной юридическим обществом, для обсуждения законопроекта о реформе адвокатуры это предложение подвергли резкой критике. В нём виделось ограничение сословной свободы. Однако возражения никоим образом не повлияли на окончательный вариант проекта2. Кроме этого, ст. 120 предусматривалось, что «независимо от дисциплинарных взысканий, налагаемых на поверенных судебными местами, министру юстиции предоставляется устранять от ходатайства по судебным делам таких лиц, которые по доходящим до него несомненным сведениям, обнаруживают предосудительный образ действий, не соответствующий званию поверенного»3.

В Комиссии было уделено внимание системе наказаний, налагаемых на присяжных поверенных. Предлагалось увеличить размер штрафа до 1000 рублей.

По мнению А.Л. Боровиковского и В.Д. Спасовича, следовало применять такую меру, как запрещение заниматься практикой на срок не менее 1 месяца. При этом они рассматривали её не как материальное наказание, а как средство «очищения».

Высказывалось предложение об особом порядке ответственности присяжных поверенных за неправильное поведение в зале судебного заседания. Наделить присяжных поверенных правом обжалования в судебную палату решений совета присяжных поверенных о привлечении к дисциплинарной ответственности предлагал И.П. Закревский. Таким же правом А.Л. Боровиковский считал необходимым наделить частных лиц по конфликтам с поверенными. Однако ни одно из приведённых предложений большинством поддержано не было4.

К предложениям паллиативного характера следует отнести уменьшение таксы, закрепление требования обязательного заключения письменного договора Винавер М. Очерки об адвокатуре. – СПб.: Типография М.М. Стасюлевича, 1902. – С. 21; п. 3 по поводу ст. 355 УСУ Приложение № 5 // Журнал № 6 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 18, 19 и 20 января 1897 г. Обсуждение Проекта II Отдела Комиссии статей о поверенных по судебным делам. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897.

2 Подробнее см.: Винавер М. Очерки об адвокатуре. – СПб.: Типография М.М. Стасюлевича, 1902. – С. 17; Журнал № 6 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 18, 19 и 20 января 1897 г.

Обсуждение Проекта II Отдела Комиссии статей о поверенных по судебным делам. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897. – С. 25.

3 Журнал № 6 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 18, 19 и 20 января 1897 г. Обсуждение Проекта II Отдела Комиссии статей о поверенных по судебным делам. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897. – С. 51.

о гонораре и право Совета присяжных изменять условия гонорара в соответствии с талантом и знаниями адвоката.

Общее правило определения гонорара основывалось на успехе представления интересов, за исключением уголовных дел. Особенный подход законодателя к определению гонорара по уголовным делам был объяснён следующим образом: «Подобные условия (о вознаграждении в зависимости от успеха), не заключая в себе ничего предосудительного в применении к делам гражданским, совершенно неуместны относительно дел уголовных, по коим задача защитника заключается не в обелении преступника или в перенесении ответственности с действительного виновника на лицо невиновное, но в содействии суду в раскрытии истины. Очевидно, что допускать в сих последних делах соглашения, ставящие размер вознаграждения в зависимость от того или иного исхода дела, – значит допускать недостойный торг правосудием»1.

В проекте была предпринята попытка установить норму достаточности присяжных поверенных, которую признали неудачной в силу крайних различий российских территорий. Новым являлся отказ от привязки места проживания присяжного поверенного к одному из городов округа судебной палаты, к которой он приписан2.

Совет присяжных поверенных предполагалось открывать без направления просьбы об этом в судебную палату, но при условии наличия числа присяжных поверенных не менее 60 человек, из которых не менее 20 должны проживать в городе по месту нахождения судебной палаты. Собрание по поводу избрания совета присяжных считалось легитимным, если присутствовала 1/3 поверенных от числа приписанных к судебной палате3.

Приведённые рекомендации по изменению процедуры формирования Совета присяжных поверенных можно охарактеризовать как либеральные, поскольку законодатель предлагал заменить разрешительный порядок открытия Совета присяжных поверенных уведомительным. Одновременно увеличение количества приписанных к судебной палате поверенных с 20 до 60, дающее право Проект цит. по: Винавер М. Очерки об адвокатуре. – СПб.: Типография М.М. Стасюлевича, 1902. – С. 28. Журнал № 6 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 18, 19 и 20 января 1897 г.

Обсуждение Проекта II Отдела Комиссии статей о поверенных по судебным делам. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897.

Пункт 5 по поводу редакции статьи 356 УСУ Приложение № 5 Проект II Отдела Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части «О поверенных по судебным делам взамен 353–40619 статей Учреждения судебных установлений» // Журнал № 6 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 18, 19 и 20 января 1897 г. Обсуждение Проекта II Отдела Комиссии статей о поверенных по судебным делам. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897.

Пункты 7 и 8 по поводу редакции статей 358 и 359 УСУ. Приложение № Проект II Отдела Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части «О поверенных по судебным делам взамен 353–40619 статей Учреждения судебных установлений» // Журнал № 6 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 18, 19 и 20 января 1897 г.

Обсуждение Проекта II Отдела Комиссии статей о поверенных по судебным делам. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897.

на открытие Совета, затормаживало формирование органов самоуправления адвокатуры, особенно на окраинных территориях.

Одной из проблем сословия присяжных поверенных являлась неясность статуса их помощников. Де-факто они существовали, но нормативно никоим образом не были оформлены. Единственным основанием, легализовавшим деятельность помощников присяжных поверенных, было положение ст. 354 УСУ о том, что в присяжные поверенные принимаются лица, в течение пяти лет занимавшиеся практикой у присяжного поверенного. Упорядочение «помощничества» происходило на основании решений советов присяжных поверенных. Первый такой акт был принят 11 декабря 1869 г. Санкт-Петербургским советом присяжных поверенных.

В нём определялся минимум требований к личным качествам помощников – наличие университетского диплома, нравственная благонадёжность, а также фиксировалась необходимость ведения реестра помощников («правильного списка»)1. Проектом предлагалось снизить срок пребывания в статусе помощника присяжного поверенного до одного года.

Оценивая проекты Комиссии Н.В. Муравьёва по реформированию института присяжных поверенных, Е.В. Васьковский писал, что проектировавшаяся реформа «со своим частичным улучшением деталей» была не способна спасти адвокатуру, которая находилась в кризисном состоянии2.

2.2. Проекты уголовно-процессуального реформирования В Устав уголовного судопроизводства предлагалось внести коррективы, касавшиеся: 1) института гражданского иска; 2) прекращения дел частного обвинения в связи со смертью потерпевшего; 3) постановки дознания и предварительного следствия; 4) гарантий прав обвиняемого на предварительном следствии и допуска на этой стадии защиты в формальном смысле; 5) порядка предания суду; 6) наделения присяжных общего состава правом ходатайствовать о чрезвычайном смягчении наказания обвиняемому; 7) процедуры разрешения уголовным судом гражданского иска; 8) процедуры исполнения приговора в части денежных взысканий, наложенных на осуждённого; 9) упрощения судоПодробнее об этом см.: Винавер М. Очерки об адвокатуре. – СПб.: Типография М.М. Стасюлевича, 1902. – С. 64 и след. О развитии локального регулирования института помощников присяжных поверенных Санкт-Петербургским советом присяжных поверенных см. также: Арсеньев К.К. Заметки о русской адвокатуре // Арсеньев К.К. Заметки о русской адвокатуре: статьи, речи, очерки / сост. И.В. Потапчук. – Тула: Автограф, 2001. С. 38 и след.; Журнал №6 Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 18,19 и 20 января 1897 г. Обсуждение Проекта II Отдела Комиссии статей о поверенных по судебным делам. – СПб.:

Типография Правительствующего Сената, 1897.

Васьковский Е.В. Будущее русской адвокатуры. К вопросу о предстоящей реформе. – М.: Городец; Добросвет, 2000. С. 29. Об этом также: Васьковский Е.В. Организация адвокатуры. Ч. 1, 2. – СПб.: Типография П.П. Сойкина, 1893; Васьковский Е.В. Значение адвокатуры и задачи её организации // Журнал Министерства юстиции. – 1894–1895. – №.9. – С. 117–124; Васьковский Е.В. О разборчивости при принятии дел к защите // Журнал Санкт-Петербургского Юридического Общества. – 1894. – №6. – С. 37–50.

производства по делам о преступлениях небольшой и средней тяжести («маловажные преступления»).

Применительно к гражданскому иску обсуждению подверглись основания оставления его без рассмотрения в уголовном деле. Первоначально Комиссией было сформулировано два таких основания: 1) при оправдании подсудимого или освобождении его от наказания, в том случае, если он имеет возражения по поводу исковых требований, и 2) об оставлении гражданского иска без рассмотрения в порядке уголовного судопроизводства в связи с особой сложностью возникших из преступного деяния правоотношений. За гражданским истцом в обоих случаях сохранялось право обратиться с иском в порядке гражданского судопроизводства1.

Поскольку основание «сложность правоотношений» предоставляло суду право усмотрения при принятии решения о судьбе гражданского иска и тем самым права потерпевшего, которому был причинён материальный вред, ограничивались, в окончательной редакции проекта было сохранено только первое из перечисленных оснований оставления без рассмотрения гражданского иска.

Прекращение дела частного обвинения в связи со смертью потерпевшего связано с правом обвиняемого на защиту. В соответствии с нормами УУС обвиняемый был лишён возможности защищаться от предъявленного обвинения в случае смерти частного обвинителя. Переработанные нормы УУС предусматривали для обвиняемого возможность в течение 7 дней с момента объявления о смерти потерпевшего ходатайствовать о возобновлении производства по делу, которое осуществлялось бы в соответствии с процедурами, исключающими примирение сторон.

2.2.1. Досудебное производство Самая трудная задача, стоявшая перед Комиссией, заключалась в реформировании досудебного производства. Этим вопросам был посвящён самостоятельный второй том Объяснительной записки к Уставу уголовного судопроизводства.

Организация досудебного производства в соответствии с Судебными уставами была одним из самых слабых мест судебной реформы 1864 г.2 Почти сразу же после открытия первых судебных мест согласно новому законодательству предпринимались шаги, направленные на подготовку преобразования досудебного производства.

Уже в 1869 г. управляющего законодательным отделением Л.В. Безродного откомандировали во Францию для ознакомления с постановкой следственной части. В 1870 г. под председательством К.К. Петерса образовали Комиссию Объяснительная записка к проекту новой редакции Учреждения судебных установлений. Т. III. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900. – С. 364–366.

2 Об этом см., например: Головачёв А.А. Десять лет реформы. 1861–1871 гг. – СПб.:

Изд. Вестник Европы, 1872; Громов В.Н. Судебный следователь. Бытовые и юридические обоснования деятельности судебного следователя // Журнал Министерства юстиции. – 1912. – №7. – С. 101–103; № 8. – С. 146–198; Даневский В.П. Наше предварительное следствие, его недостатки и реформа. – Харьков, 1895; Левенстим А.А. Предварительное следствие по судебным уставам, его недостатки и меры к улучшению // Журнал Министерства юстиции. – 1894–1895. – № 11. – С. 103–166; Ющенко А. Наши следователи // Журнал Министерства юстиции. – 1916. – № 3. – С. 75–128; С.А.М. По поводу статьи А.С. Ющенко «Наши следователи» // Журнал Министерства юстиции. – 1916. – № 6 и др.

для собирания сведений о следственной части России. В 1875–1877 гг. департамент Министерства юстиции обобщил статистику причин оправдательных вердиктов присяжных. В качестве одной из таких причин было неудовлетворительное состояние предварительного следствия. В 80-х годах при Министерстве юстиции образовали особую Комиссию для обсуждения реформы предварительного следствия. В 1884 г. сенатору Н.М. Окулову поручили «обревизовать» судебных следователей города Санкт-Петербурга. Результаты ревизии составили том «разносторонних наблюдений и замечаний»1.

На совещании старших председателей и прокуроров судебных палат, состоявшемся 28 и 29 декабря 1894 г., были определены основные недостатки предварительного следствия, которые сводились к двум группам: 1) недостатки по существу предварительного следствия и 2) недостатки по практической организации предварительного следствия у конкретных судебных следователей.

К недостаткам первой группы была отнесена «медленность», выражающаяся как в «выцветании» дел ко времени постановки в суде, так и в долгом содержании обвиняемых под стражей, что влекло оправдание обвиняемого как уже наказанного следователем. Так, в 1889 г. из 122 600 уголовных дел предварительное следствие до 6 месяцев осуществлялось по 21 000 уголовных дел, более 6 месяцев по 5300 уголовных дел и более года по 2500 уголовных дел2. Ещё один отмеченный недостаток первой группы – это «неудовлетворительность»

результатов самого следствия, заключающаяся в полной его бесплодности по большому количеству дел, поскольку не устанавливалось лицо, совершившее преступление, или не собиралось достаточных доказательств виновности заподозренного, что приводило к прекращению производства по уголовным делам. Из 122 570 расследуемых в 1889 г. уголовных дел 101 933 были направлены в окружные суды и судебные палаты, которые прекратили производство по 60 000 уголовным делам, т.е. почти 60%3.

Ко второй группе недостатков отнесли наделение следователей обвинительной и судебной функциями, что превращает предварительное следствие в «рабскую копию» дознания; наделение суда обвинительной функцией через предоставление полномочий по возвращению дел на доследование4; отсутствие «энергетической» деятельности прокурорского надзора по наблюдению за производством дознания и предварительного следствия (не присутствуют при производстве следственных действий, ещё реже сами производят дознание или Совещание старших председателей и прокуроров судебных палат относительно:

1) реформы предварительного следствия и 2) реформы обвинительной процедуры (28 и 29 декабря 1894 г.) // Журнал Министерства юстиции. – 1894–1895. – № 11. – С. 37.

2 Данные приведены по: Совещание старших председателей и прокуроров судебных палат относительно: 1) реформы предварительного следствия и 2) реформы обвинительной процедуры (28 и 29 декабря 1894 г.) // Журнал Министерства юстиции. – 1894–1895. – № 11. – С. 37.

4 В 1889 г. 12 610 уголовных дел было возвращено на доследование судебными палатами и 1444 окружными судами // Совещание старших председателей и прокуроров судебных палат относительно: 1) реформы предварительного следствия и 2) реформы обвинительной процедуры (28 и 29 декабря 1894 г.) // Журнал Министерства юстиции. – 1894–1895. – № 11. – С. 38.

поручают его полиции, не применяют ст. 545 УУС, которая позволяет без производства предварительного следствия по имеющимся материалам прокурору составить обвинительный акт).

Старшие председатели и прокуроры судебных палат на указанном совещании обсудили возможность расширения полномочий дознания и придания протоколам дознания статуса доказательств, которые бы исследовались в суде наравне с материалами предварительного следствия. Рассматривался вопрос об усилении «судебной» составляющей статуса следователей, в том числе путём освобождения их от участия в розыскной деятельности. Дискутировался вопрос об активизации прокурорского надзора по руководству дознанием, в том числе и производство дознания лично прокурорскими чинами. В качестве одного из средств активизации прокурорских чинов по осуществлению уголовного преследования рассматривалось наделение их правом определять форму досудебной подготовки материалов (либо ограничиться дознанием и составить обвинительный акт в порядке ст. 545 УУС, либо предложить следователям произвести расследование).

Помимо перечисленных на означенном совещании обсуждались связанные с предварительным следствием вопросы расширения применения ст. УУС, возможность рассмотрения судом присяжных дел, по которым не производилось предварительное следствие, допуск защиты на предварительное следствие, хотя бы с момента предъявления для ознакомления оконченного производства обвиняемому, а также вопросы о предоставлении следователю права рассматривать ходатайства сторон о допросе свидетелей и выносить по ним решения и др. Для оптимизации работы Комиссии Н.В. Муравьёва разработали вопросник для опроса судебных следователей по проблемам предварительного следствия.

В нём содержалось 129 вопросов. Их значительная часть посвящалась соотношению дознания и предварительного следствия, характеру их взаимоотношений, обеспечению права на защиту. Например, вопросы затрагивали процедуру «начатия» следствия; частоту прекращения досудебного производства; полноту полицейского дознания; то, как часто органы дознания производят следственные действия и отказываются от исполнения требований и поручений следователей об их производстве; избрание мер пресечения; практическую интерпретацию термина «ненахождение следователя на месте», являвшегося основанием производства дознания полицией; использование при производстве предварительного следствия специальных знаний и фотографии при осмотре места происшествия; соотношение обыска и выемки; меры сохранности имущества и попечение об иждивенцах обвиняемого, участие обвиняемого в следственных действиях2.

Направления реформирования досудебного производства, обсуждавшиеся на упомянутом выше совещании, отчасти воплотились в проекте новой Подробнее об этом см.: Совещание старших председателей и прокуроров судебных палат относительно: 1) реформы предварительного следствия и 2) реформы обвинительной процедуры (28 и 29 декабря 1894 г.) // Журнал Министерства юстиции. – 1894–1895. – № 11. – С. 37–49.

Вопросы, на которые желательно получить от гг. Судебных Следователей ответы для работы III Высочайше учреждённой Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. – Харьков: Типография Зильберберга, б.г. III Отдел Комиссии занимался вопросами уголовного судопроизводства.

редакции Устава уголовного судопроизводства, подготовленном Комиссией Н.В. Муравьёва.

В качестве причин, затруднявших преобразование досудебного производства, обозначались неудовлетворительное состояние полиции, до реформирования которой, по мнению составителей проекта, было невозможно освободить органы предварительного следствия от розыскных полномочий; коммуникационные сложности как следствие большой территории и низкой плотности населения, затруднявшие взаимодействие между прокуратурой и полицией при осуществлении уголовного преследования в досудебном производстве; недоверие общества к полиции, которое не позволяло рассчитывать на поддержку со стороны населения при производстве дознания. Члены Комиссии указывали на враждебное отношение к полиции, поскольку на неё также были возложены фискальные обязанности. Полиция воспринималась не как «защитница и охранительница» безопасности, а как «стеснительная сила»1.

Перечисленные обстоятельства, по мнению Комиссии, затрудняли принципиальное изменение досудебного производства. Тем не менее, предусматривалось несколько мер, которые, как казалось, могли смягчить недостатки предварительного следствия.

Одним из направлений реформы досудебного производства была дифференциация процессуальной формы. С этой целью в проекте расширялись полномочия полиции по подготовке к судебному разбирательству материалов по маловажным преступлениям и сокращалась подследственность.

Такая модернизация вызвала критику, связанную с опасениями возврата к дореформенному порядку, когда следствие осуществлялось полицией. На это указывал, в частности, В. Кузьмин-Караваев. Он был против предоставления полиции полномочий по производству дознания как самостоятельной формы подготовки материалов к судебному разбирательству из-за организации полиции и личного состава «низших» агентов, которые настолько плачевны, что даже если все остальные аргументы говорили бы в пользу упразднения должности судебного следователя, то такая реформа должна была быть отвергнута2.

Возможность направления уголовных дел без производства предварительного следствия судебным следователем допускалась первоначальной редакцией УУС (ст. 544, 545, 546). Расширение полномочий полиции по производству следственных действий предусматривалось по трём категориям дел: 1) подведомственным участковым судьям и не требовавшим производства предварительного следствия; 2) подсудным коллегиям профессиональных судей без участия присяжных заседателей; 3) о преступлениях, подсудных судам присяжных, по которым предварительное следствие обязательно, и за совершение которых возможно лишение особенных, лично и по состоянию присвоенных прав и преимуществ, за исключением преступлений, особо перечисленных в законе.

По первой категории уголовных дел полномочия полиции были уточнены. Первоначальная редакция УУС предусматривала неопределённые формулиСм.: Объяснительная записка к проекту новой редакции Устава уголовного судопроизводства. Т. II. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900. – С. 115.

Караваев-Кузьмин В.Д. Будущие участковые судьи и земские начальники // Право. – 1901. – № 6 и 7.

ровки. На полицию возлагалась обязанность передавать сведения о преступлениях и проступках, подведомственных мировым судьям в соответствии со ст.

251 УУС, производить «собрание необходимых по делу сведений» (ст. 47 УУС), «розыскание» (ст. 48 и 52 УУС) и привод обвиняемого (ст. 51 УУС). Из перечисленных полномочий конкретизировано было лишь одно – привод обвиняемого, для применения которого были закреплены условия.

Для устранения этой неопределённости Комиссия сформулировала положение, согласно которому полиция по делам, подведомственным участковым судьям, обязывалась производить розыск и дознание по правилам, предусмотренным УУС для дел, по которым предварительное следствие необязательно. Оконченное производство, которым установлены признаки состава преступления, подлежало направлению участковому судье1.

По второй категории уголовных дел полицию наделяли правом производства некоторых следственных действий. Это предложение было направлено на восполнение пробела, имевшегося в УУС. Первоначальная редакция УУС предоставляла возможность полиции только в случаях, не терпящих отлагательства, производить следственные действия. Одновременно ст. 545 УУС закреплялась возможность направления в суд дел без производства предварительного следствия, при этом никаких возможностей у полиции по уточнению обстоятельств по таким делам без проведения предварительного следствия не было, за исключением, как отмечено выше, случаев, не терпящих отлагательства. Комиссия обратила внимание на некоторую коллизию норм ст. 250, 255 и 545 УУС. Согласно содержавшимся в них положениям, с одной стороны, полиция была обязана уведомлять судебного следователя обо всех происшествиях, имевших признаки состава преступления, и передавать ему материалы дознания, а с другой – следователь был лишён права направлять дело в суд без производства предварительного следствия в порядке ст. УУС2.

Что касается третьей группы дел, по которым в соответствии со ст. УУС производство предварительного следствия было обязательным, то предложение о полномочиях полиции носило двойственный характер.

В Комиссии отмечалось, что не всегда по уголовным делам о преступлениях, за совершение которых возможно применение наказания, сопряжённого с лишением всех особенных или лично и по состоянию присвоенных прав и преимуществ, необходимо производить предварительное следствие. Зачастую они либо совершены в условиях очевидности, либо установление обстоятельств совершения преступления не представляет никакой сложности, либо имеет место признание лица в совершении преступления3.

Чтобы исключить ситуацию, когда по большей части этой группы дел полицейское дознание будет преобладать, а также в целях обеспечения прав лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, в проект УУС были включены ряд положений.

Объяснительная записка к проекту новой редакции Устава уголовного судопроизводства. Т. II. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900. – С. 166, 167.

Был закреплён перечень дел, по которым предварительное следствие признавалось обязательным (убийство, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, отдельные виды святотатства, «совращение» из православного в иное христианское вероисповедание, участие в преступных группах («шайках»), злостное банкротство, преступления в банковской сфере, ростовщичество как промысел и т.п.).

Вводился запрет на производство полицией наиболее сложных следственных действий.

По делам, подведомственным суду присяжных, по которым предварительное следствие не производилось, судья был обязан проверить и дополнить в случае необходимости материалы, представленные полицией, и до предания суду необходимо было привлечь лицо в качестве обвиняемого и допросить его.

Даже если предварительное следствие по уголовному делу было необязательно, прокурорский надзор наделялся правом инициировать либо производство предварительного следствия в полном объёме, либо производство отдельных следственных действий. Если дело было подведомственно суду присяжных, то таким же правом наделялся судебный следователь и обвинительная камера судебной палаты.

Полицейское дознание предполагалось возложить только на должностных лиц, обладавших специальной подготовкой для обеспечения соблюдения процедуры.

Контроль за производством дознания по проекту возлагался на следственного судью, прокуратуру и участковых судей, которым предоставлялось право отмены произведённых полицией действий. Кроме этого, следственный судья обязан был особым постановлением подтверждать, что произведённые полицией следственные действия не требуют проверки.

Проектом допускалось обжалование действий при производстве дознания прокурору окружного суда, а по делам, подведомственным участковому судье, – непосредственно участковому судье. Могли быть обжалованы решения полиции о применении мер пресечения в окружной суд по делам, изъятым из ведения участкового суда. Для реализации этих предложений предусматривалось увеличение штатов полиции1.

Возможности увеличить штатное расписание полиции по предварительным отзывам на проект изыскано не было. Поэтому окончательный проект новой редакции УУС не содержал приведённых выше положений, и ситуация с обязательностью производства предварительного следствия по делам о преступлениях, за совершение которых могло последовать лишение всех прав состояния или всех особенных, лично и по состоянию присвоенных прав и преимуществ, вне зависимости от их сложности, оставалась прежней.

Окончательные предложения о расширении полномочий полиции по уголовным делам предполагали производство ею некоторых следственных действий по уголовным делам, подсудным суду присяжных только в случаях, не терпящих отлаОбъяснительная записка к проекту новой редакции Устава уголовного судопроизводства. Т. II. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900. – С. 146– 158.

гательства, а по всем остальным маловажным делам и при отсутствии обстоятельств, не терпящих отлагательства.

В окончательном варианте проекта УУС, внесённом в Государственный Совет, содержалось положение о наделении представителей прокурорского надзора по делам, по которым производство предварительного следствия не обязательно, правом предложить1 следственному судье производить отдельные следственные действия. Тем самым законодатель вторгался в прерогативу судебных следователей. Таким же правом наделялись представители прокурорского надзора и следственные судьи в отношении участковых судей, которым они могли поручить производство отдельных следственных действий.

2.2.2. Процессуальный статус обвиняемого Комиссия затронула в своей работе некоторые вопросы, связанные с процессуальным статусом обвиняемого (подсудимого), в частности, допуск защиты на предварительное следствие, возмещение вреда лицу, незаконно и необоснованно привлечённому к уголовной ответственности и предоставление прав в стадии предания суду2.

При подготовке проекта Устава уголовного судопроизводства в 1863 г. в комиссии Н.А. Буцковского этот вопрос был разрешён единогласно в пользу допуска защиты на предварительное следствие. Мотивировалось решение тем, что участие защиты является следствием участия представителей обвинения в производстве предварительного следствия и обеспечивает равенство прав сторон.

В отсутствие защиты, следствие, осуществляемое под надзором прокурора, может стать односторонним. Единственное … ограждение обвиняемого есть представление ему права защиты, которое является неизбежным последствием допущения представителей обвинительной власти к присутствию при всех действиях судебного следователя. Как на суде, так и при следствии права обеих сторон должны быть одинаковы. Если же при собирании необходимых для суда материалов следователь постоянно будет побуждаем только прокурором, лицом опытным и влиятельным, то, конечно, он сделается односторонним и будет оставлять без внимания интересы обвиняемого, весьма часто не имеющего ни смелости, ни уменья представить всё то, что может служить к его оправданию»3.

Проектом Устава уголовного судопроизводства 1863 г. предусматривалось право обвиняемого иметь защитника на предварительном следствии, разъясняемое ему с момента начала предварительного следствия (ст. 255 Проекта).

Термин «предложить» не означал альтернативности. Предложение носило обязательный характер.

2 По мысли составителей Уставов вознаграждение оправданному, длительное время находившемуся под стражей, предполагалось выплачивать по ходатайству суда и монаршему усмотрению. Однако большинство это предложение отклонило. См.: Люблинский П.И.

Суд и права личности // Суд и права личности: сб. ст. / под ред. Н.В. Давыдова, Н.Н. Полянского. – М.: Статут; РАП, 2005. – С. 61.

3 Объяснительная записка к проекту Устава уголовного судопроизводства // Дело о преобразовании судебной части в России. Проекты II Отделения СЕИВ Канцелярии: в 74 т. Т. LII. – 1863: Типография II Отделения СЕИВ Канцелярии. – С. 160.

Защитником могло быть любое лицо, которому не запрещено ходатайство по чужим делам (ст. 256 Проекта). Защитник имел право присутствовать при производстве всех следственных действий без каких-либо изъятий, наделялся правом «обращать на обстоятельства», свидетельствующие в пользу подзащитного, и ходатайствовать о постановке вопросов свидетелям (ст. 259 Проекта).

Свидание обвиняемого и защитника наедине не допускалось до производства первого допроса обвиняемого (ст. 257 Проекта). Неявка защитника не являлась препятствием к производству следствия (ст. 258 Проекта). Эти предложения не были поддержаны в Государственном Совете. В Соединённых департаментах законов и гражданских дел Государственного Совета пришли к выводу, что отсутствие «особого обвинителя» на следствии не позволяет поставить защитника в надлежащие границы, и он сможет «противодействовать собранию обличительных доказательств и способствовать обвиняемому к сокрытию следов преступления»1.

При обсуждении допуска защиты на предварительное следствие в Комиссии Н.В. Муравьёва отмечали, что «с теоретической точки зрения принцип защиты при предварительном следствии стоит вне всякого спора. Если обвиняемый имеет право на формальную защиту при преследовании его перед судебной властью, то подобное право не может измениться от того, находится ли дело в стадии предварительного или главного производства»2, Сторонниками допуска защиты на предварительное следствие, хотя бы в ограниченном объёме, были не все члены Комиссии – А.Ф. Кони, В.К. Случевский, В.Д. Спасович, И.Я. Фойницкий и ряд других. Большинство, в том числе председатель Комиссии Н.В. Муравьёв, а также И.Г. Щегловитов, считали, что даже в ограниченном объёме – при ознакомлении с материалами оконченного предварительного следствия «…участие защиты может вызывать серьёзные неудобства»3. В частности, «неблагоприятно отозваться на интересах обвиняемого вследствие того, что оно в громадном большинстве случаев поведёт за собою чрезвычайное затягивание следствия»4.

Такой же позиции придерживались участники совещания старших председателей и прокуроров судебных палат, большинство которых высказались против введения защиты на предварительном следствии. Даже те из них, которые не возражали против участия защиты на предварительном следствии, высказывались за её допуск лишь с момента его окончания, а некоторые увязывали допуск защитника с усмотрением следователя5.

О допущении защиты на предварительном следствии // Журнал гражданского и уголовного права. – 1893. – № 8. – С. 103.

2 Объяснительная записка к проекту новой редакции Устава уголовного судопроизводства. Т.II. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900. – С. 120.

5 Совещание старших председателей и прокуроров судебных палат // Журнал Министерства юстиции. – 1894/95. – № 11. – С. 45.

Несмотря на весомость аргументов в пользу введения института защиты в досудебное производство, большинство выступили против защиты в формальном смысле на этой стадии1.

В окончательном варианте проекта указывалось, что защита может быть допущена с момента окончания производства предварительного следствия и предъявления оконченного производства обвиняемому, ей также разрешалось заявлять ходатайства о дополнении предварительного следствия. На предварительном следствии предусматривалась только защита по договору. Это ограничение объяснялось как тем, что число защитников недостаточно, так и тем, что неявка защитника по соглашению не препятствовала окончанию производства по делу.

В роли защитника при ознакомлении с материалами оконченного производства могло выступать любое лицо, которому не запрещалось ходатайствовать по чужим делам. Такая формулировка, по мнению разработчиков, позволила бы малоимущим реализовать право иметь защитника. В проекте новой редакции УУС содержалось положение о наделении участников уголовного процесса правом обжаловать лично или через поверенных действия органов дознания и судебного следователя, нарушавшие или ограничивавшие их права. Обвиняемый, находившийся под стражей, мог передать обжалование отдельных следственных действий защитнику. Однако реализация этого правомочия для обвиняемого была затруднительна, т.к. свидания с защитником давались только судебным следователем, если он признавал, что такое свидание возможно, и допускались «под надлежащим присмотром».

Право на обжалование в проекте подкреплялось обязанностями следственного судьи: перед первым допросом обвиняемого изложить ему его права и порядок обжалования следственных действий. Факт разъяснения содержания процессуального статуса и процедуры обжалования фиксировался в специальном протоколе. Безусловно, наличие такой обязанности судебного следователя способствовало бы реализации права на защиту с учётом того обстоятельства, что большая часть населения России была либо неграмотна, либо малограмотна.

Согласно проекту обвиняемый имел право получать копии протоколов и постановлений в течение 7 дней с момента заявления ходатайства об этом.

В случае невозможности соблюдения семидневного срока в специальном постановлении должны были излагаться причины, которые препятствовали исполнению данного требования. Более того, процедуру предоставления копий процесОбъяснительная записка к проекту новой редакции Устава уголовного судопроизводства. Т. II. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900. – С. 135–145. В западноевропейском законодательстве того периода защита допускалась в досудебное производство. Например, по закону от 8 декабря 1897 г. во Франции, также в Австро-Венгрии, Германии, Испании, Норвегии, Невшательском кантоне, в Боснии и Герцеговине (в соответствии с Уставом уголовного судопроизводства от 30 января 1891 г.) и др. Подробнее см.:

Щегловитов И.Г. Реформа уголовного судопроизводства // Журнал Министерства юстиции. – 1901. – № 6 – С. 291 (Италия); Он же: О введении состязательности на предварительном следствии // Журнал Министерства юстиции. – 1901. – № 7. – С. 271 (Бельгия).

суальных документов рекомендовалось распространить на всех участников уголовного дела.

По вопросу компенсации вреда, причинённого обвиняемому незаконным и необоснованным привлечением к уголовной ответственности, Комиссия Н.В. Муравьёва ограничилась лишь констатацией его важности, но никаких конкретных шагов не предприняла.

Проектом Комиссии Н.В. Муравьёва предусматривалось сохранение ревизионной процедуры предания суду, когда дела о преступлениях, за которые возможно было лишить всех прав состояния или всех особенных, лично и по состоянию присвоенных прав и преимуществ, обязательно поступали в судебную палату для определения их дальнейшего движения1.

Комиссия не поддержала идею направления обвинительных актов для утверждения, в обвинительную камеру только по ходатайству обвиняемых ввиду неграмотности большинства из них, недоступности юридической помощи и т.п. Несмотря на это, предполагавшийся допуск защиты в момент предъявления к ознакомлению оконченного производства обвиняемому и сохранение обязательности предварительного следствия по делам, подсудным суду присяжных, обусловили введение этого положения в окончательный вариант проекта. К ходатайствам обвиняемых о направлении на утверждение обвинительных актов в судебную палату не предъявлялось никаких формальных требований из-за отмечавшейся их малограмотности (безграмотности), чтобы они могли воспользоваться этим правом.

В целях предупреждения предания суду лиц за деяния, которые не содержали признаков состава преступления, окружной суд при поступлении обвинительного акта имел право уточнить у прокурора наличие в действиях лица признаков состава преступления, подсудность деяния суду и соблюдение процедуры направления обвинительного акта. Если мнение суда по этим вопросам не совпадало с мнением прокурора, то дело направлялось на разрешение судебной палаты. Если суд соглашался с мнением прокурора и дело не передавалось в судебную палату, то председательствующий принимал решение о предоставлении обвиняемому копий обвинительного акта и списка лиц, подлежащих вызову в судебное заседание. Обвиняемому (подсудимому) разъяснялось право на заявление в течение 7 дней с момента выдачи копий указанных документов ходатайства о рассмотрении вопроса о предании суду обвинительной камерой, а также выбор защитника или ходатайство о его назначении, если он не воспользовался этим правом в момент предъявления ему оконченного производства. Обвиняемый (подсудимый), находившийся под стражей, наделялся также правом иметь свидание с защитником наедине. При наличии ходатайства о применении процедуры предания суду всё производство направлялось в обвинительную камеру (судебную палату).

Таким образом, проектом закреплялось два основания для проведения процедуры предания суду судебной палатой: либо несовпадение мнений окружного суда и прокуратуры при рассмотрении поступившего в суд обвинительного Объяснительная записка к проекту новой редакции Устава уголовного судопроизводства. Т. V. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900. – С. 224– 226.

акта, либо ходатайство обвиняемого. Судебная палата при рассмотрении вопроса о предании суду не была связана пределами возникших между судом и прокуратурой разногласий («разномыслиями») или заявленного обвиняемым (подсудимым) ходатайства. В стадии предания суду лицам, участвовавшим в деле, и их поверенным планировалось предоставить право давать показания. Решение принималось как в отношении обвиняемых (подсудимых), которые заявили ходатайство, так и в отношении тех, которые с ходатайствами не обращались. О решении, принимавшемся судебной палатой, обвиняемый (подсудимый) уведомлялся. Ему предоставлялась возможность дополнить список вызываемых в суд лиц и проинформировать суд об избранном им защитнике. Если разногласий между судом и прокуратурой не было или ходатайство обвиняемым не заявлялось, то суд приступал к подготовке рассмотрения дела по существу.

2.2.3. Судебное производство Предметом обсуждений в Комиссии были также пределы гласности судебного разбирательства и судебное следствие1.

Гласность, как отмечено выше, была одной из жертв охранительной политики в уголовном судопроизводстве. Три вопроса занимали Комиссию: круг лиц, которые могут быть допущены в судебное заседание; категории дел, по которым гласность может быть ограничена; субъекты, имеющие право принимать решение о закрытом судоговорении.

Большинством было определено, что в зале судебного заседания не могут присутствовать несовершеннолетние, за исключением учащихся высших учебных заведений и достигших 17 лет, но по решению председательствующего; женщины по обстоятельствам дела и по решению председательствующего. Получило поддержку предложение отказаться от таких оснований закрытия судебного заседания, как «ограждение достоинства власти» и обеспечение правильного хода судебного действия, и допустить возможность его закрытия по обоюдному согласию сторон.

Как дополнительные гарантии реализации принципа гласности даже при принятии решения о закрытии судебного заседания можно рассматривать два уточнения к ст. 622 и 623 УУС о праве каждого подсудимого ходатайствовать о допуске в судебное заседание трёх указанных им лиц и правомочии председательствующего допустить в зал некоторых лиц. Это правомочие председательствующего может иметь и другую интерпретацию. Например, как возможность участия в деле лиц, представляющих интересы власти, и, тем самым, воздействующих на принятие решения.

Касательно процедуры судебного следствия дискутировалось оглашение материалов досудебного производства, решение которого получило явно инквизиционный характер. Лишь три члена Комиссии – К.К. Арсеньев, М.В. Духовский и В.Д. Спасович – высказались за сохранение существовавшей процедуры, допускавшей оглашение показаний подсудимого, полученных в досудебном производстве в следующих случаях: 1) наличие об этом его ходатайства; 2) если Журнал 29. Отдел III Уголовного судопроизводства Высочайше учреждённой Комиссии по пересмотру для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 7, 14, 21 и 26 марта 1897 г. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897.

его показания являются свидетельскими по другому делу, в котором других показаний нет, и они не могут быть вредны для самого подсудимого; 3) если показания подсудимым даны в присутствии частных лиц.

Остальные не возражали против оглашения не только актов предварительного следствия, но и актов дознания в полном объёме вне зависимости от позиции подсудимого1.

В целях уличения подсудимого2 предполагалось приглашать должностных лиц, в присутствии которых он давал признательные показания.

Оглашение показаний свидетеля увязывалось только с его розыском или освобождением от явки на «законных основаниях» (дополнения к ст. 626 УУС).

Материалы сторонами должны были передаваться суду, который принимал решение об их оглашении (ст. 629 УУС). Потерпевшего предполагалось наделить правами обвинителя (ст. 630 УУС). Высказывалась идея возвращения дела на дополнительное расследование из суда (ст. 634 УУС).

Комиссия затронула некоторые аспекты исполнения приговора в части применения наказания в виде денежного взыскания.

Сложившаяся практика свидетельствовала об уклонении имущих лиц от уплаты денежного взыскания, предпочитавших отбыть арест. В окончательный вариант проекта Устава уголовного судопроизводства было внесено положение о праве исполнителя судебного приговора получать от осуждённого к этой мере наказания объяснение о его имущественном положении. Объяснение осуждённого заносилось в специальный протокол в присутствии понятых. При установлении недостоверности сведений осуждённый привлекался к уголовной ответственности за дачу ложных показаний (ст. 176 Устава наказаний)3. Если денежное взыскание заменялось арестом и в месте отбытия наказания у осуждённого при личном обыске изымались деньги, то вне зависимости от данных им пояснений по поводу их принадлежности они обращались в уплату денежного взыскания.

Особое внимание в своей работе Комиссия Н.В. Муравьёва уделила упрощению судопроизводства. Оно рассматривалось как оптимизация реализации публичного и частного начал в уголовном процессе; средство облегчения деятельности судов и лиц, которые обращаются за защитой своих прав; ускорение рассмотрения дел и принятия решений; удешевление юстиции как для казны, так и для тех, кто обращается в судебные учреждения.

Проект Комиссии Н.В. Муравьёва включал только две процедуры упрощённого судопроизводства: 1) отказ от уголовного преследования в связи с добВзвешенную позицию по оглашению материалов досудебного производства занимали В.М. Володимиров, А.Ф. Кони, И.Я. Фойницкий // Журнал 29. Отдел III Уголовного судопроизводства Высочайше учреждённой при Министерстве юстиции Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 7, 14, 21 и 26 марта 1897 г. – СПб.:

Типография Правительствующего Сената, 1897.

Именно такая аргументация содержится в журнале заседаний III Отдела Комиссии Уголовного судопроизводства // Журнал 29. Отдел III Уголовного судопроизводства Высочайше учреждённой при Министерстве юстиции Комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Заседания 7, 14, 21 и 26 марта 1897 г. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1897.

Мера наказания за совершение данного преступления предусматривала лишение свободы от одного до восьми месяцев.

ровольной уплатой подлежащих взысканию денежных сумм и 2) судебный приказ. Процедуры были заимствованы из зарубежного законодательства.

Вопрос о необходимости введения упрощённого и ускоренного производства обсуждался ещё в 1883 г. по делам о маловажных преступлениях. На практике апробировалась процедура неотложного разбирательства некоторыми столичными мировыми судьями в г. Санкт-Петербурге, включение которой в законопроект не было поддержано Комиссией1. Однако окончательный проект УУС дополнили особым разбирательством в порядке неотложности.

Первые две формы (упрощённое судопроизводство) исключали судебное разбирательство и применялись при наличии трёх условий: согласие обвиняемого, неприменение в отношении него мер процессуального принуждения и совершение им преступления, за которое возможно было наказание в виде ареста и менее тяжкое.

Неотложное разбирательство предполагалось применять по делам двух категорий: 1) о преступлениях, за совершение которых предусматривалось наказание в виде заключения под стражу и лицо могло быть подвергнуто приводу (п. 2 ст. 51 УУС); 2) о преступлениях, за совершение которых могло быть применено менее тяжкое наказание (арест или денежное взыскание), но в отношении лица применялась мера процессуального принуждения в целях установления личности или для вытрезвления (п. 1 ст. 51 УУС).

При задержании лица за совершение преступления, подведомственного мировому судье, могло применяться неотложное разбирательство. Полиция в таких случаях составляла сообщение по данному факту и вместе с ним задержанный направлялся к мировому судье в течение 24 часов. Установление данного срока решало две задачи: 1) позволяло привести в надлежащее состояние до доставления в суд лицо, находившееся в алкогольном опьянении, и 2) служило гарантией соблюдения прав задержанного.

Рекомендовалось устанавливать либо определённое время рассмотрения подобных дел, либо вводить дежурство судей для их рассмотрения. Время доставления задержанных и очерёдность рассмотрения дел судьями устанавливалась собранием окружного суда.

Проектом не вводилось никаких дополнительных мер принуждения в отношении очевидцев совершения преступления для обеспечения их явки в суд.

Законодатель исходил из того, что основную часть свидетелей по таким делам будут составлять должностные лица, пресекавшие совершение преступлений.

Свидетели стороны защиты, в случае их неявки, вызывались судьей.

Содержание судебного разбирательства при применении этой процедуры предполагало допрос обвиняемого и свидетелей. Судья разрешал дело по существу, если приходил к выводу о достаточности имевшихся доказательств для принятия решения. В противном случае движение дела происходило в общем порядке. По договору с обвиняемым при неотложном разбирательстве дела мог участвовать защитник. Если обвиняемый высказывал согласие с постановленным приговором и такого же мнения придерживался обвинитель, то приговор См.: Объяснительная записка к проекту новой редакции Устава уголовного судопроизводства. Т. IV. – СПб.: Типография Правительствующего Сената, 1900. – С. 189– 191, 209–210.

вступал в законную силу немедленно и сразу же обращался к исполнению. Если обвинитель не присутствовал в судебном заседании, то он лишался права на обжалование приговора. Срок обжалования был ограничен тремя сутками.

Как видно из изложенного, ход законодательных работ Комиссии Н.В. Муравьёва не вышел за пределы целей и задач её создания, изложенных министром юстиции в её первом заседании. Формулировки задач носили, как указывалось выше, взаимоисключающий – и либеральный, и охранительный характер. Они фактически отражали статус-кво – признавали незыблемость общепризнанных начал судоустройства и судопроизводства и одновременно подчёркивали насущность такой их регламентации, которая бы согласовывалась со строем государства, с возможностью осуществлять контроль за деятельностью судов со стороны правительства в целях наведения порядка.

По нашему мнению, такой подход отражал переходный характер российского общества и государства накануне событий 1905 года и повлиял на результаты деятельности Комиссии Н.В. Муравьёва.

Подготовленные законопроекты не содержали никаких принципиальных изменений, не устраняли законодательных наслоений, разбалансировавших первоначальную редакцию Уставов. Предлагавшиеся поправки носили двойственный либерально-охранительный характер. Возможно поэтому, а также в силу социально-экономических перемен разработанные законопроекты так и не приобрели статуса законов. Внесённые в Государственный Совет, они по Высочайшему повелению 25 сентября 1905 г. были возвращены в Министерство юстиции для направления в Государственную Думу, куда так и не были переданы.

Глава 3. ПРОЕКТЫ РЕФОРМИРОВАНИЯ

СУДОУСТРОЙСТВА И УГОЛОВНОГО

СУДОПРОИЗВОДСТВА НАЧАЛА XX ВЕКА

3.1. Законопроект «В обеспечение действительной неприкосновенности личности»

Неудачная война на Дальнем Востоке активизировала общественные силы. Последовавшие за ноябрьским (6–8 ноября 1904 г.) съездом городских и сельских земских деятелей собрания, совещания, съезды различных общественных организаций, советов, объединений в своих резолюциях поддерживали необходимость перемен. Ответом на эти вызовы был Именной указ Правительствующему Сенату от 12 декабря 1904 г., в котором излагались направления возможных реформ. Пункт 3 этого акта декларировал преобразование юстиции:



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 9 |
 


Похожие работы:

«Л.В. БАЕВА Толерантность: идея, образы, персоналии 1 УДК 17 (075.8) ББК 87.61 Рекомендовано к печати редакционно-издательским советом Астраханского государственного университета Рецензенты: Морозова Е.В. – доктор философских наук, профессор, зав. кафедрой государственной политики и государственного управления Кубанского государственного университета (г. Краснодар) Тимофеев М.Ю. – доктор философских наук, профессор кафедры философии Ивановского государственного университета (г. Иваново) Баева,...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ, МОЛОДЕЖИ И СПОРТА УКРАИНЫ ДНЕПРОПЕТРОВСКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени О. Гончара Кафедра зарубежной литературы НАЦИОНАЛЬНАЯ МЕТАЛЛУРГИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ УКРАИНЫ Кафедра документоведения и информационной деятельности Е.А. Прокофьева МИФОПОЭТИКА И ДИНАМИКА ЖАНРА РУССКОЙ ИСТОРИЧЕСКОЙ ДРАМЫ XVII – XIX веков: БАРОККО – РОМАНТИЗМ Монография Под научной редакцией доктора филологических наук, профессора В.А. Гусева Днепропетровск Пороги УДК 821.161.1 – 24 16/18 (09)...»

«Центр проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования Доктрина регионального развития Российской Федерации (Макет-проект) Москва Научный эксперт 2009 УДК 332.14:338.2(065) ББК 65.050.2в6-1 Д 61 Авторы: Сулакшин С.С., Лексин В.Н., Малчинов А.С., Глигич-Золотарева М.В., Колосов В.А., Борисова Н.А., Хаванский Н.А. Доктрина регионального развития Российской Федерации: макетД 61 проект: монография / [Сулакшин С.С. и др.]; под общ. ред. Малчинова А.С.; Центр проблемного ан. и...»

«А.Б. КИЛИМНИК, Е.Э. ДЕГТЯРЕВА НАУЧНЫ Е ОСНОВЫ ЭКОЛОГИЧЕСКИ ЧИСТЫХ ЭЛЕКТРОХИМИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ СИНТЕЗА ОРГАНИЧЕСКИХ СОЕДИНЕНИЙ НА ПЕРЕМЕННОМ ТОКЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ТГТУ УДК 541.138.3: 621.357.3 ББК Г 5/6 К392 Рецензенты: Доктор технических наук, профессор С.И. Дворецкий, Кандидат химических наук, доцент Б.И. Исаева К3 Килимник, А. Б. Научные основы экологически чистых электрохимических процессов синтеза органических соединений на переменном токе : монография / А.Б. Килимник, Е.Э. Дегтярева. – Тамбов...»

«Министерство образования Российской Федерации Владимирский государственный университет В.В. КОТИЛКО, Д.В. ОРЛОВА, А.М. САРАЛИДЗЕ ВЕХИ РОССИЙСКОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА Владимир 2003 ББК 65.03 К 73 Рецензенты: Доктор экономических наук ГНИУ СОПС¬ Минэкономразвития РФ и РАН И.А. Ильин Доктор исторических наук, профессор, декан гуманитарного факультета, заведующий кафедрой истории и культуры Владимирского государственного университета В.В. Гуляева Котилко В.В., Орлова Д.В., Саралидзе А.М. Вехи...»

«Ю.А.ОВСЯННИКОВ ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ЭКОЛОГО-БИОСФЕРНОГО ЗЕМЛЕДЕЛИЯ Екатеринбург Издательство Уральского университета 2000 УДК 581.5+631.8+ 631.46 Рекомендовано к изданию решением ученого совета Уральской государственной сельскохозяйственной академии Рецензенты: зав. кафедрой земледелия Уральской сельскохозяйственной академии В.А. Арнт; зав. лабораторией экологии почв Института экологии растений и животных УрО РАН, с. н. с, к. б. н. В.С. Дедков; зав. лабораторией фитомониторинга и охраны...»

«Д.Е. Муза 55-летию кафедры философии ДонНТУ посвящается ИНФОРМАЦИОННОЕ ОБЩЕСТВО: ПРИТЯЗАНИЯ, ВОЗМОЖНОСТИ, ПРОБЛЕМЫ философские очерки Днепропетровск – 2013 ББК 87 УДК 316.3 Рекомендовано к печати ученым советом ГВУЗ Донецкий национальный технический университет (протокол № 1 от 06. 09. 2013 г.) Рецензенты: доктор философских наук, профессор Шаповалов В.Ф. (Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова) доктор философских наук, профессор Шкепу М.А., (Киевский национальный...»

«В.Т. Смирнов И.В. Сошников В.И. Романчин И.В. Скоблякова ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ: содержание и виды, оценка и стимулирование Москва Машиностроение–1 2005 МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ОРЛОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ В.Т. Смирнов, И.В. Сошников, В.И. Романчин И.В. Скоблякова ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ: содержание и виды, оценка и стимулирование Под редакцией доктора экономических наук, профессора В.Т. Смирнова Москва...»

«1 Ю. А. Корчагин ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ РОССИИ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ И ИННОВАЦИОННАЯ ЭКОНОМИКА ВОРОНЕЖ- 2012 2 УДК 330 (075.8) ББК 65.01я73 К72 Рецензенты: д.э.н., профессор И.П. Богомолова д.э.н., профессор В.Н. Логунов К 72 Корчагин Ю.А. Человеческий капитал и инновационная экономика России. Монография. / Ю.А. Корчагин. – Воронеж: ЦИРЭ, 2012.– с. 244 В монографии рассматриваются теоретические и практические проблемы современного состояния, роста и развития национального человеческого капитала...»

«С.П. Спиридонов МЕТОДОЛОГИЯ ФОРМИРОВАНИЯ И РАЗВИТИЯ СИСТЕМНЫХ ИНДИКАТОРОВ РЕЗУЛЬТАТИВНОСТИ ПРОЦЕССОВ С.П. СПИРИДОНОВ МЕТОДОЛОГИЯ ФОРМИРОВАНИЯ И РАЗВИТИЯ ОБЕСПЕЧЕНИЯ КАЧЕСТВА ЖИЗНИ СИСТЕМНЫХ ИНДИКАТОРОВ РЕЗУЛЬТАТИВНОСТИ ПРОЦЕССОВ ОБЕСПЕЧЕНИЯ КАЧЕСТВА ЖИЗНИ ИЗДАТЕЛЬСТВО ФГБОУ ВПО ТГТУ Научное издание СПИРИДОНОВ Сергей Павлович МЕТОДОЛОГИЯ ФОРМИРОВАНИЯ И РАЗВИТИЯ СИСТЕМНЫХ ИНДИКАТОРОВ РЕЗУЛЬТАТИВНОСТИ ПРОЦЕССОВ ОБЕСПЕЧЕНИЯ КАЧЕСТВА ЖИЗНИ Монография Редактор Е.С. Мо...»

«Центр проблемного анализа и государственноуправленческого проектирования В.И. Якунин, В.Э. Багдасарян, С.С. Сулакшин Новые технологии борьбы с российской государственностью Москва Научный эксперт 2013 УДК 321.01.(066) ББК 66.0в7 Я 49 Якунин В.И., Багдасарян В.Э., Сулакшин С.С. Я 49 Новые технологии борьбы с российской государственностью: монография. 3-е изд. исправл. и дополн. — М.: Научный эксперт, 2013. — 472 с. ISBN 978-5-91290-211-6 В работе проанализирована эволюция широкого спектра...»

«Ф. А. УРУСБИЕВА К А Р А Ч А Е В О - Б А Л К А Р С К А Я СКАЗКА ВОПРОСЫ ЖАНРОВОЙ т и п о л о г и и Владикавказ 2 0 1 0 ББК 63.5 У 15 У 15 Урусбиева Ф. А. Карачаево-балкарская сказка. Вопросы жанровой типологии: Монография. УРАН Сев.-осет ин-т гум. и соц. исслед. Владикавказ: НПО СОИГСИ, 2010. 128 с. ISBN 978-5-91480-070-0 Рецензенты: докт. филол. наук З.Ж. Кудоева канд. ист. наук Э.Ф. Кисриев В оформлении обложки использована работа художника Б. Дзиуаты. ISBN 978-5-91480-070-0 © Урусбиева Ф.А.,...»

«В.Т. Смирнов И.В. Сошников В.И. Романчин И.В. Скоблякова ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ: содержание и виды, оценка и стимулирование Москва Машиностроение–1 2005 МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ОРЛОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ В.Т. Смирнов, И.В. Сошников, В.И. Романчин И.В. Скоблякова ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ: содержание и виды, оценка и стимулирование Под редакцией доктора экономических наук, профессора В.Т. Смирнова Москва...»

«Ю. В. Андреев АРХАИЧЕСКАЯ СПАРТА искусство и политика НЕСТОР-ИСТОРИЯ Санкт-Петербург 2008 УДК 928(389.2) Б Б К 63.3(0)321-91Спарта Издание подготовили Н. С. Широкова — научный редактор, Л. М. Уткина и Л. В. Шадричева Андреев Ю. В. Архаическая Спарта. Искусство и п о л и т и к а. — С П б. : Н е с т о р - И с т о р и я, 2008. 342 с, илл. Предлагаемая монография выдающегося исследователя древнейшей истории античной Греции Юрия Викторовича Андреева является не только первым, но и единственным в...»

«Министерство образования науки Российской Федерации Российский университет дружбы народов А. В. ГАГАРИН ПРИРОДООРИЕНТИРОВАННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ УЧАЩИХСЯ КАК ВЕДУЩЕЕ УСЛОВИЕ ФОРМИРОВАНИЯ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ Монография Издание второе, доработанное и дополненное Москва Издательство Российского университета дружбы народов 2005 Утверждено ББК 74.58 РИС Ученого совета Г 12 Российского университета дружбы народов Работа выполнена при финансовой поддержке РГНФ (проект № 05-06-06214а) Н а у ч н ы е р е...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ПРОБЛЕМ МАШИНОВЕДЕНИЯ Л.В. Ефремов ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ИССЛЕДОВАНИЙ КРУТИЛЬНЫХ КОЛЕБАНИЙ СИЛОВЫХ УСТАНОВОК С ПРИМЕНЕНИЕМ КОМПЬЮТЕРНЫХ ТЕХНОЛОГИЙ Санкт-Петербург Наука 2007 УДК 621.01:004 ББК 34.41 Е92 Е ф р е м о в Л. В. Теория и практика исследований крутильных колебаний силовых установок с применением компьютерных технологий. — СПб.: Наука, 2007. — 276 с. ISBN 5-02-025134-8 Монография основана на многолетнем научном и практическом опыте автора в области...»

«А.Б.КИЛИМНИК, Е.Ю.КОНДРАКОВА СИНТЕЗ ПРОИЗВОДНЫХ ФТАЛОЦИАНИНОВ КОБАЛЬТА ИЗДАТЕЛЬСТВО ТГТУ УДК 541.135.2 ББК Г5/6 К392 Р е ц е н з е н т ы: Доктор технических наук, профессор С.И. Дворецкий Кандидат химических наук, доцент Б.И. Исаева Килимник, А.Б. К392 Синтез производных фталоцианинов кобальта : монография / А.Б. Килимник, Е.Ю. Кондракова – Тамбов : Изд-во Тамб. гос. техн. ун-та, 2008. – 96 с. – 100 экз. – ISBN 978-5-8265-0757-5. Посвящена вопросам создания научных основ энерго- и...»

«Н.И. ПОПОВА ФОРМИРОВАНИЕ ПОТРЕБИТЕЛЬСКОГО СПРОСА НА ЖИВОТНОВОДЧЕСКУЮ ПРОДУКЦИЮ ИЗДАТЕЛЬСТВО ТГТУ ББК У9(2)32 П58 Рекомендовано Ученым советом экономического факультета Мичуринского государственного аграрного университета Рецензенты: Доктор экономических наук, профессор, член-корреспондент РАСХН А.П. Зинченко Доктор экономических наук, профессор В.Г. Закшевский Попова Н.И. П58 Формирование потребительского спроса на животноводческую продукцию: Монография. Тамбов: Изд-во Тамб. гос. техн. ун-та,...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК СИБИРСКОЕ ОТДЕ ЛЕНИЕ ИНСТИТУТ ГУМАНИТАРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ И ПРОБЛЕМ МАЛОЧИСЛЕННЫХ НАРОДОВ СЕВЕРА Н.И. ИВАНОВА СОВРЕМЕННОЕ КОММУНИКАТИВНОЕ ПРОСТРАНСТВО РУССКОГО ЯЗЫКА В РЕСПУБЛИКЕ САХА (ЯКУТИЯ) СОцИОПСИХОЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ Ответственный редактор доктор филологических наук П.А. Слепцов НОВОСИБИРСК НАУКА 20  УДК 81.27 +. ББК 81.2Рус + 2Рос.Яку И Рецензенты доктор филологических наук А.А. Бурыкин кандидат...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования ПЕРМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ В. Л. Чечулин, В. И. Смыслов Модели социально-экономической ситуации в России 1990-2010 годов и сценарные прогнозы до 2100 года Монография Пермь 2013 УДК 314.1; 331.2; 316.4; 51-77 ББК 60.7 Ч 57 Чечулин В. Л., Смыслов В. И. Модели социально-экономической ситуации в России...»







 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.