WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 


Pages:   || 2 | 3 |

«Р.М. ГИМАЕВА МОДА И ПСИХОЛОГИЯ: ВЫБОР СОВРЕМЕННОЙ ЖЕНЩИНЫ Монография Владивосток Издательство ВГУЭС 2007 ББК 88 Г 48 Рецензент: В.С. Нургалеев., д-р психологических наук Гимаева Р.М., ...»

-- [ Страница 1 ] --

Министерство образования и науки Российской Федерации

Владивостокский государственный университет

экономики и сервиса

Р.М. ГИМАЕВА

МОДА И ПСИХОЛОГИЯ:

ВЫБОР СОВРЕМЕННОЙ ЖЕНЩИНЫ

Монография

Владивосток

Издательство ВГУЭС 2007 ББК 88 Г 48 Рецензент: В.С. Нургалеев., д-р психологических наук Гимаева Р.М., Чернявская В.С.

Г 48 МОДА И ПСИХОЛОГИЯ: ВЫБОР СОВРЕМЕННОЙ

ЖЕНЩИНЫ: Монография. – Владивосток: Изд-во ВГУЭС, 2007. – 144 с.

ISBN 978-5-9736-0089-1 В соответствии с требованиями к научному исследованию изложены психологические закономерности выбора одежды женщинами. Описаны осознаваемые и неосознаваемые мотивы выбора.

Уделено большое внимание моде как социо-культурно-психологическому феномену.

Адресована психологам, дизайнерам костюма, менеджерам fashion-индустрии, студентам и всем, кто интересуется данной проблемой.

Работа выполнена при поддержке гранта ГК № 02.438.11. Роснауки федерального агентства по науке и инновациям ББК © Издательство Владивостокский ISBN 978-5-9736-0089- государственный университет экономики и сервиса,

ВВЕДЕНИЕ

В условиях современного экономического развития России с появлением рынка труда, свободного от государственного регулирования, возрастает значение формирования внешней привлекательности личности, умения сформировать адекватный профессиональный и личный имидж, важной составляющей которого является одежда, в частности костюм.

По мнению ряда отечественных (А.А. Бодалев, Е.А. Петрова, Н.А. Коробцева, И.И. Петрова, М.И. Килошенко) и зарубежных психологов (И. Богардус, И. Гофман), в настоящее время существует целый ряд фундаментальных психологических причин повышения общественной значимости внешней привлекательности личности. Прежде всего это связывается с усилением конкуренции между женщинами и мужчинами за социальный статус, во-вторых, динамичность нашего времени, быстрота и кратковременность контактов повышают значимость первого впечатления, которое во многом определяется костюмом.

Повышение общественного и научного интереса к психологическому изучению оформления внешнего облика человека связано с развитием психологии рекламы, имиджелогии (В.М. Шепель) и необходимостью изучения психологических аспектов формирования индивидуального имиджа (Р.Ф. Ромашкина, И.А. Федоров), который во многом определяется выбором одежды. Кроме того, все более значимой становится в последние годы роль психологических знаний в маркетинге моделирования и производства одежды, так как согласно зарубежным исследованиям потребительский спрос на 33% определен составляющими системы впечатления от одежды наряду с социальными и экономическими факторами (О. Масааки). В то же время в нашей стране изучение и прогноз спроса на модели у потребителя осуществляются без применения психологических методов, в основном путем социологических опросов, что приводит к немалым экономическим потерям для производства (Н.А. Коробцева).

Одежда, косметика, украшения и прическа относятся к так называемым среднеустойчивым элементам внешности человека, которые выполняют как орудие человеческого общения когнитивно-регуляторную функцию и служат показателями статусноролевой, поло-возрастной и групповой идентификаций человека.

По словам К.А. Абульхановой-Славской, «суть этой регуляции заключается в использовании символических средств в целях идентификации со своей группой и установлении «социальной дистанции» в общении между группами, занимающими различные позиции в социальной иерархии… В качестве знаков социального положения пальма первенства принадлежит одежде. Для этого есть веские основания: одежда, в отличие от других предметов и форм культуры, универсальна в использовании, как символ легко обозреваема, легко варьируется, позволяет выражать тонкие различия в положении людей, доступна массам «имитаторов моды», не требует от тех, кто е потребляет, высоких личных качеств» [1, с. 60].

В настоящее время в отечественной психологии вопросами выбора и значения одежды занимаются следующие научные направления: психология моды, визуальная психосемиотика общения, имиджелогия, прикладная научная дисциплина «Поведение потребителей». Знаковая система одежды исследуется в рамках визуальной психосемиотики общения (Е.А. Петрова, И.И. Петрова), связь развития костюма с общественно-историческими условиями жизни общества разрабатывается психологией моды (М.И. Килошенко, И.С. Гофман), значением выбора одежды в формировании личного имиджа в практическом плане занимается имиджелогия (Е.А. Петрова, Н.А. Коробцева). В рамках дисциплины «Поведение потребителей» рассматриваются проблемы потребления одежды (В.И. Ильин).

Анализ литературы, касающейся значения и выбора одежды в жизни людей, показывает, что, несмотря на важную роль одежды во взаимоотношениях людей, в формировании внешней привлекательности этой проблеме уделяется недостаточное внимание в психологии. Особо следует отметить отсутствие работ, в которых бы исследовались мотивация выбора одежды в современных условиях, связь мотивации выбора одежды с индивидуально-психологическими и гендерными характеристиками личности, особенности мотивации выбора одежды женщинами как наиболее «активных потребителей моды в одежде» в ХХ веке.

Таким образом, актуальность, недостаточная теоретическая разработанность и практическая значимость обусловили выбор темы работы, целью которой являлось выявление осознаваемых и неосознаваемых мотивов и факторов мотивации выбора одежды женщинами. Практическая значимость работы связана с возможностью использования разработанной методики диагностики неосознаваемых мотивов выбора одежды в консультационной практике по формированию индивидуального имиджа, в практике психологического консультирования. Кроме того, полученные результаты могут быть использованы в маркетинговых исследованиях индустрии моды, в преподавании спецдисциплин кафедр моды и дизайна костюма, психологии моды. На основе полученных результатов могут выстраиваться отношения с целевыми группами потребителей. Показано, что женщины в разной степени осознают свои мотивы выбора одежды: наиболее осознаваемыми мотивами выбора одежды для женщин являются проявление своей индивидуальности, самовыражение, подчеркивание достоинств внешности, удобство и комфорт. Наименее осознаваемыми мотивами выбора одежды женщинами являются: интерес мужчин, сексуальность, престиж и статус. Впервые выделено категориальное поле семантического пространства, связанное с выбором одежды у женщин, определены факторы категоризации семантического пространства, связанного с выбором одежды у женщин. Показано, что категоризация семантического пространства осознаваемой и неосознаваемой мотивации выбора одежды различается как по количеству выделяемых категорий-факторов, так и по составу, входящих в факторы мотивов выбора одежды.

Установлено наличие более широкого спектра семантических связей между мотивами выбора одежды на неосознаваемом уровне, что обусловлено вытеснением эмоционально-насыщенных мотивов выбора одежды для женщин (интерес мужчин и сексуальность) на неосознаваемый уровень категоризации. Кроме того, в работе показано, что основными факторами категоризации семантического пространства, связанного с выбором одежды у женщин, являются: «направленность на моду», «направленность на себя», «направленность на признание окружающими», при этом основные факторы категоризации семантического пространства, связанного с выбором одежды у женщин, входят в общий континуум направленности личности: на деятельность, на себя, на взаимодействие. Установлено, что отношение к выбору одежды как ценности связано с такими параметрами самоотношения личности, как уровень самопринятия, уровень ожидания положительного отношения от других, уровень удовлетворения потребностей в признании и самовыражении.

Таким образом, мотивация выбора одежды женщинами имеет сложную структуру и связана с общим континуумом направленности личности как системообразующим свойством личности, определяющим ее психологический склад и доминирующие мотивы деятельности.

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКOЕ ОБОСНОВАНИЕ

ПРОБЛЕМЫ МОТИВАЦИИ ВЫБОРА

ОДЕЖДЫ

Очевидно, что одежда, помимо чисто утилитарного значения защиты от неблагоприятных климатических условий, имеет особое психологическое значение для людей, об этом, в частности, говорит исследователь моды Хелен Мейклджон: «Одежда настолько интимная, очевидная и вездесущая часть нашей личности, что никакие другие затраты, без сомнения, не дают такого удовлетворения нашему глубокому желанию быть признанными как личность, а также ощущения личной безопасности, которая всегда под угрозой в этом изменчивом мире. Подобно театральным агентам, которые плохо знают свои роли, мы чувствуем, что могли бы немного сымпровизировать, если бы точно знали, что в результате будем выглядеть хорошо» [Цит. по 57, с.117].

В настоящее время проблемы выбора одежды, моды часто рассматриваются в связи с тем, что составляет психологическую характеристику активности: потребности и мотивы личности, е направленность, способности, ценностно-смысловые ориентации (К.А. Абульханова-Славская, П.Г. Богатырев, А.А. Бодалев, Е.А. Петрова, М.И. Килошенко, Р.А. Степучев, Р. Барт, Ж. Бодрийяр, А.Б. Гофман, Н.А. Коробцева). Зависимость активности человека в выборе одежды от внутренних предпосылок и внешних условий отражает общую закономерность функционирования человека в обществе.

Однако с точки зрения исследователя психологии моды М. Килошенко [58], мода и соответственно выбор одежды не всегда имели личностный смысл.

Исследователи моды, социологи, культурологи, психологи [2, 4, 5, 27, 30] отмечают существенное изменение отношения людей к одежде на протяжении XVIII–XX вв. Культуролог Р. Барт [9] указывает на то, что веками типов одежды было столько же, сколько социальных классов. Для каждого социального положения имелся свой костюм, и превращать одеяние в знак не составляло никакой трудности, поскольку сама сословная рознь считалась чем-то естественным. То есть, с одной стороны, одежда подчинялась всецело условному коду, а, с другой стороны, сам код отсылал к природному или даже божественному порядку. Сменить одежду значило одновременно сменить свою сущность и свой класс – одно совпадало с другим [9].

Таким образом, люди при выборе одежды подчинялись сословным предписаниям и собственных психологических мотивов выбора одежды, можно предполагать, не имели, или они (мотивы) действовали только в узких рамках этих предписаний.

Изменение отношения к одежде происходит на пороге Нового времени, когда ослабевают действовавшие на протяжении Средних веков сословные предписания и одежда (как и роскошь) становится одной из форм, в которых низшие социальные слои подражают высшим. Именно тогда возникает и феномен моды в его современном понимании. С точки зрения М.И. Килошенко, вместе с появлением моды совершается психологическая революция собственно костюма. Он постепенно перестает быть выражением обобщенного социального характера, социальных установок и стереотипов народов, что было особенно характерно для древних цивилизаций и Средневековья [58].

Следует отметить, что, по нашему мнению, исследование мотивов выбора одежды тесно связано с мотивами следования моде в одежде, поэтому в дальнейшем анализе мотивов выбора одежды не избежать параллельного анализа мотивации следования моде.

Теоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды В XVIII веке намечается тенденция к абсолютизации моды и в то же время мода подвергается критике. Слепое следование модным стандартам, подменяющее подлинный вкус, становится основным мотивом критики моды с XVII по конец XIX вв.

И. Кант в сочинении «О вкусе, отвечающем моде» дает одно из первых определений моды: «Закон этого подражания (стремления) казаться не менее значительным, чем другие, и именно в том, причем не принимается во внимание какая-либо польза, называется модой» [54, с. 377]. Противоречивость моды И. Кант объясняет отсутствием в ней внутренней цели. Моду в равной степени можно отнести и к «ярмарке тщеславия», и к «ярмарке глупости», так как при этом имеется некоторое принуждение – поступать в рабской зависимости исключительно от примера, который дают нам в обществе многие [54].

Лидерами моды в XVIII–начале XX вв. являются элиты. Поэтому первоначально в социологических теориях мода рассматривается как процесс производства модных стандартов и последующего их дрейфа сверху вниз [30]. Соответственно основными категориями в рассуждениях о моде являются понятия «подражание» и «обособление», поддержание элитами своей групповой отличительности от других слоев. Так, Г. Зиммель пишет: «Мода… представляет собой подражание данному образцу и этим удовлетворяет потребности в социальной опоре, приводит отдельного человека на колею, по которой следуют все, дает всеобщее, превращающее поведение индивида просто в пример. Однако она в такой же степени удовлетворяет потребность в различии, тенденцию к дифференциации, к изменению, к выделению из общей массы… Она всегда носит классовый характер, и мода высшего сословия всегда отличается от моды низшего, причем высшее сословие от нее сразу же отказывается, как только она начинает проникать в низшую сферу» [Цит. по 58, с.119].

М. Килошенко утверждает, что только мода конца XIX века приобретает личностный смысл. Открывается новая эра моды, ориентированная не только на общество, но и на каждую отдельГлава ную личность. В XX веке с развитием капиталистических отношений эта тенденция усиливается и проявляется как выражение индивидуальности в одежде. Исследователи моды сходятся в том, что в наше время одежда является своеобразным объектом для творческой деятельности человека, мотивированной потребностями в самовыражении и самореализации. Процесс выбора индивидом одежды заметно усложняется от простого подражания до рефлексии, т.е. осознавания того, как он будет выглядеть в глазах других людей, как он будет чувствовать себя в этой одежде, где, когда и каким образом он сможет ее носить и т.д. [56].

Таким образом, люди выбирают одежду из самых разных мотивов и побуждений, а мотив обычно связывается с деятельностью и рассматривается как побуждение к ней. Но в контексте исследования выбора одежды, на наш взгляд, актуальным является вопрос о соотношении мотива и активности, поэтому в дальнейших рассуждениях целесообразно исходить из следующих положений: в активности всегда представлена иерархия мотивов, их «первоочередность» для человека, у одного – выбор одежды – прежде всего для самого себя, а у другого – с точки зрения внешних требований;

при этом может иметь место внутренняя борьба мотивов, что составляет благоприятный фон активности; кроме того, соотношение активности и мотивов может приобретать либо гармоничный, либо противоречивый характер, что, несомненно, также сказывается на выборе одежды.

Прежде чем перейти к психологическим составляющим мотивации выбора одежды, остановимся на понятиях мотива и мотивации в современной психологии.

В отечественной психологии специфика большинства исследований, и не только мотивационной сферы, но и других направлений, опирается на понимание психики как предмета психологической науки, которая выступает как субъективное отражение объективной действительности и выполняет функцию регуляции поведения. С.Л. Рубинштейн отмечает, что в процессе отражения явлений внешнего мира происходит и определение их значения Теоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды для индивида и тем самым его отношения к ним, в силу чего предметы и явления внешнего мира выступают не только как объекты познания, но и как двигатели поведения, порождающие в человеке определенные побуждения к действию – мотивы» [123].

Понятие «мотив» является одним из наиболее многозначных и «растяжимых» (Д.А. Леонтьев) психологических категорий и рассматривается в соответствии с разными точками зрения как побуждение, потребность, предмет, свойства личности, интегральное образование [74].

Анализ публикаций, посвященных проблеме понятия «мотив» в психологии, показал, что в настоящее время существует несколько подходов к пониманию природы и сущности данного понятия.

Мотив может быть представлен как побуждение [61]. Придерживающиеся этой точки зрения исследователи понимают мотив как внутреннее осознанное побуждение, отражающее готовность человека к активности (действию, поступку); «разворачивание» активности происходит по схеме: стимул побуждает мотив, а мотив – действие, поступок. При этом понятием «мотив»

исследователи-психологи пытаются объяснить побуждения к всевозможным видам деятельности: от инстинктивных действий и операций до реализации жизненных стратегических планов, осуществления жизни в целом. Так, В.И. Ковалев в своей работе «Мотивы поведения и деятельности» излагает собственное понимание мотивов как побуждения, являющегося свойством личности, возникающего на основе потребностей и в связи с характером общественных отношений, осознанного самим человеком [61]. А.А. Ершов [42] говорит о мотиве как о побуждении, присущем психике, в роли которого могут выступать потребности, интересы, влечения, эмоции, привычки, установки, идеалы и т.д., но, как указывает В.С. Мерлин, под мотивами мы должны понимать только такие побуждения, от которых зависит целенаправленный характер действий [84, с. 9].

Некоторые исследователи мотив рассматривают как потребность. Представители данного понимания мотива проводят прямую аналогию между потребностями личности и побуждающими человека к деятельности мотивами. К. Обуховский, определяя мотив как фактор, дающий человеку возможность сформулировать решение о начале деятельности известного типа, исходит из того, что факторами, побуждающими к действию, будут в этом понимании, по-видимому, некоторые состояния напряжения, связанные с потребностями человека [91]. С.Л. Рубинштейн, придерживаясь аналогичной точки зрения, полагает, что потребность является не только результатом деятельности, но и выступает как мотив, источник е [123].

К.А. Абульхановой-Славской мотив рассматривается как выражение потребности [1]. Однако, как полагает большинство психологов, потребность имеет отношение к мотиву, но это не синонимичные понятия и определять одно через другое следует крайне осторожно. В частности, С.Б. Каверин указывает, что потребность и мотив не одно и то же. Потребности – явление субъект-объектное, они предопределены, заданы человеку социальными отношениями, тогда как мотив – явление чисто субъектное, «мо и ничь больше» [52, c. 50].

И.А. Джидарьян, рассматривая вопрос о взаимосвязи категорий «мотив» и «потребность», отмечает, что понимание потребностей как мотивов поведения является, по существу, конкретизацией психологического содержания потребностей как действенных, побудительных сил человеческой активности [38, с. 17].

Но логично определить мотивы как активные состояния человеческой психики, как состояние побуждения личности, которые в психологическом плане определяют ее деятельные акты. Да, мотивы характеризуют потребности, равно как чувства и эмоции человека, со стороны их практической реализации в конкретном действии, как побуждение к определенной деятельности. Через мотивы как более мобильные образования выражается как бы избирательность потребности к среде, ее пластичность и одновреТеоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды менно мера внутреннего самоопределения. Потребности шире и разностороннее мотивов в том смысле, что каждая потребность раскрывается и реализуется в многообразии мотивов [38, с. 20–21].

В.А Бодров, Г.В. Ложкин, А.Н. Плющ тоже рассматривают мотив с позиции потребностной природы данного феномена. Но мотив понимается ими как отраженная потребность, отображение в сознании отношений субъекта с миром, требующих активности в форме деятельности. Потребности приобретают статус мотива лишь тогда, когда они включены в деятельность. Онтологическим основанием эмпирического понятия «мотив» служит осуществленная деятельность в прошлом и вновь возникающая в форме значения [18, с. 92].

Несколько отстраненную от потребностной природы мотива позицию занимает В.К. Вилюнас. Рассматривая природу мотива, исследователь пытается увязать его с понятиями «цель» и «намерение»: конкретные цели жизни, которые оцениваются человеком как оптимально удовлетворяющие потребности, в отношении которых принимаются намерения к достижению – это и есть мотивы личности [27, с. 13–14].

А.А. Бодалев и В.В. Столин указывают, что потребности конкретизируются в мотивах и реализуются через них. Однако из этого не следует, что существует взаимно однозначное соответствие между системой потребностей и мотивов. Как потребности, так и мотивы имеют свою качественную специфику и их нельзя отождествлять. Во-первых, одна и та же потребность может реализоваться через разные мотивы, а один и тот же мотив может реализовать разные потребности. Таким образом, потребности соответствует целый класс мотивов, а мотив может входить в разные потребностные классы [15, с. 222].

А.Н. Леонтьев, Ю.Б. Гиппенрейтер и их последователи рассматривают мотив как предмет удовлетворения потребности. В частности, А.Н. Леонтьев указывает: «Предмет потребности – материальный или идеальный, чувственно воспринимаемый или данный только в представлении, в мысленном плане – мы назыГлава ваем мотивом деятельности» [68, с. 163]. Ю.Б. Гиппенрейтер говорит о том, что в момент встречи потребности с предметом происходит опредмечивание потребности. В акте опредмечивания рождается мотив [29]. Мотив и определяется как предмет потребности.

Мотив как намерение. Такого мнения о сущности мотива придерживается Л.И. Божович и ряд других исследователей, рассматривающих намерение как побудитель поведения и активности личности. Но взаимосвязь мотива и потребности не исключается полностью. В качестве мотива могут выступать предметы внешнего мира, представления, идеи, чувства и переживания [19, с. 146].

Ряд психологов (М.Ш. Магомед-Эминов, B.C. Мерлин, К.К.

Платонов) считают, что в качестве мотивов могут выступать свойства личности, однако, как отмечает Е.П. Ильин, некоторые личностные свойства можно отнести скорее к потребностям, например, потребность в новых впечатлениях, самосохранении [48].

С.Б. Каверин полагает, что мотив – это образ успешно завершенного действия по реализации потребности, чувственно окрашенное, обязательно принятое и притягательное представление будущей процедуры достижения и обладания. Это предвкушение достигнутого и становится той внутренней силой, которая побуждает действовать и составляет содержание глагола «хотеть» [52, с. 48].

Таким образом, многообразие существующих подходов и точек зрения на проблему мотива обусловлено тем, что мотив – сложное, интегральное психологическое образование. Именно неоднозначное употребление понятия мотива дает основание предполагать наличие различных реальностей, скрывающихся за понятием мотива; его структура затрагивает многие психологические феномены (потребность, намерение, цель, побуждение и др.).

Мотив как сложное интегральное (системное) психологическое образование рассматривается в работах Е.П. Ильина, В.Г. Леонтьева, М.Ш. Магомед-Эминова.

Д.А. Леонтьев рассматривает мотив как системный способ организации активности человека. Структура мотива включает в Теоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды себя две подструктуры: подструктуру свойств (образующих мотивационное ядро) и подструктуру функций (в которых проявляются свойства). В мотивационном ядре выделяются содержательные, установочные, волевые свойства, также сюда относятся направленность, значимость, динамичность, эмоциональность. Функциональная подструктура состоит из следующих функций: селективной, когнитивной, целемоделирующей, смыслообразующей, регуляторной и побудительной [74].

Е.П. Ильин, рассматривая мотив как сложное интегральное (системное) образование, выступающее как основание и побудитель активности человека, считает, что «границами мотива являются, с одной стороны, потребность, а с другой – намерение чтото сделать, включая и побуждение к этому» [48, с.116]. В структуру мотива при этом включаются три блока: потребностный, «внутренний фильтр» и целевой. В первый блок входят социальные и биологические потребности, долженствование, мотивационная установка. Во второй – нравственный контроль, оценка внешней ситуации и своих возможностей, предпочтения, интересы, склонности, уровень притязаний. В третий блок – потребностная цель, предметное действие, процесс удовлетворения потребности. Структура конкретного мотива будет обусловлена сочетанием тех компонентов, на основании которых человеком было принято решение, при этом мотив может иметь не только горизонтальную, но и вертикальную структуру (то есть содержать два или три компонента из одного блока). Мотивация при этом рассматривается как внутренняя детерминация поведения и деятельности, которая может быть обусловлена внешними и внутренними воздействиями [48]. Как указывает Д.А. Леонтьев [74], понимание мотива как системного образования позволяет уточнить его определение. Мотив (мотив деятельности) есть объект, включенный в систему реализации отношения «субъект – мир», приобретающий в этой системе свойства побуждать и направлять деятельность субъекта.

В.А. Иванников, раскрывая сущность процесса реализации мотива в деятельности, пишет: «На основе имеющихся литературных данных в процессе порождения деятельности можно выделить, во-первых, первопричины деятельности, то есть то, ради чего осуществляется деятельность и что выступает перед субъектом деятельности как жизненная задача, отражаемая в виде определенных потребностей или социальной необходимости. Вовторых, можно выделить такие психологические образования, в которые переходят первопричины или которые связаны с ними.

Они создают готовность к конкретно направленному виду деятельности и служат основой для выбора целей, средств и способов действия. В-третьих, можно выделить то, что непосредственно инициирует деятельность, поддерживает ее по ходу осуществления, обеспечивая переход от одного действия к другому, доводит деятельность до конечной цели» [46, с. 115] Как отмечает А.Г. Александров, мотивация как психологическое образование формируется личностью с помощью рефлексивных процессов. Личность вырабатывает отношение к возникающим у нее побуждениям, импульсам, влечениям, соотносит их со своими возможностями, с идущими из вне требованиями и собственными представлениями, с вероятностью успеха мотивированного действия. Процесс превращения побуждения в потенциальный, а затем реально действующий мотив – это многоэтапный процесс, включающий осознание, закрепление формирующегося мотива в ценностно-смысловой сфере личности и реализацию ее в поведении [3, с. 24–25]. Данные исследования подтверждают положение о том, что истоком мотивации выступают не только потребности. Любые личностные образования обладают своим мотивационным потенциалом.

Зарубежные (М. Мадсен, 1959, Х. Мюррей, 1938) и отечественные (К.К. Платонов, Б.В. Зейгарник) исследователи считают, что свойства личности принимают участие в формировании конкретного мотива и даже (наряду с психическими состояниями) могут выступать в качестве мотива деятельности, и это обуслоТеоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды вило выбор методик, диагностирующих некоторые свойства личности, чтобы исследовать возможное влияние этих свойств на выбор одежды [44, 112].

Обратимся к понятию «мотивация». Как и «мотив», понятие «мотивация» занимает одно из центральных мест в общепсихологической системе понятий и играет значительную роль в определении ряда ключевых категорий. В то же время в отечественных и в зарубежных исследованиях нет единого понимания мотивационной сферы человека; к мотивации относят все, что вызывает активность, побуждает человека к деятельности, а мотивами называют внутренние факторы, побуждающие реальную деятельность [3, 18, 27, 48] и др. Кроме того, мотивация рассматривается как процесс психической регуляции конкретной деятельности, как процесс действия мотива (М.Ш. Магомед-Эминов), как совокупная система процессов, отвечающих за побуждение и деятельность (В.К. Вилюнас). Мотивация выступает как сложный регулятор жизнедеятельности, включающий в себя особенности объективной действительности и многообразные характеристики самого человека [27, 81].

В психологии под мотивацией понимают:

- динамический процесс внутреннего, психологического и физиологического управления поведением, включающий его инициации и направление, организацию, поддержку;

- процесс формирования мотива;

- совокупность внешних или внутренних условий (факторов), вызывающих активность субъекта;

- совокупность (систему) мотивов личности, побуждающих ее к определенной деятельности.

Другими словами, под мотивацией понимают всю совокупность различных побуждений: мотивов, потребностей, интересов, стремлений, целей, влечений, мотивационных установок или диспозиций, идеалов и т.п., что в наиболее широком смысле подразумевает детерминацию поведения вообще, полагает А.А. Реан [117].

Е.П. Ильин считает, что все определения мотивации можно отнести к двум направлениям, рассматривая е со структурных позиций или как динамическое образование, т.е. как процесс, механизм [48].

Со структурных позиций мотивация рассматривается как совокупность факторов или мотивов. Например, согласно схеме В.Д. Шадрикова (1982), мотивация обусловлена потребностями и целями личности, уровнем притязаний и идеалами, условиями деятельности (как объективными внешними, так и субъективными, внутренними – знаниями, умениями, характером) и мировоззрением, убеждениями и направленностью личности. С учетом этих факторов происходит принятие решения, формирование намерения. Второе направление рассматривает мотивацию не как статичное, а как динамичное образование, как процесс, как механизм [141].

Однако и в том и в другом случае, как считает Е.П. Ильин, мотивация выступает как вторичное по отношению к мотиву образование и как средство или механизм реализации уже имеющихся мотивов: возникла ситуация, позволяющая реализовать имеющийся мотив, появляется и мотивация, т.е. процесс регуляции деятельности с помощью мотива [48].

В.А. Иванников считает, что процесс мотивации начинается с актуализации мотива. Такая трактовка мотивации обусловлена тем, что мотив понимается как удовлетворение потребности или предмет потребности. Именно так, как мы уже указывали, мотив трактовался А.Н. Леонтьевым, Ю. Б. Гиппенрейтер и рядом их последователей. В частности А.Н. Леонтьев указывает: «Предмет потребности – материальный или духовный, чувственно воспринимаемый или данный только в представлении, в мысленном плане – мы называем мотивом деятельности» [68, с. 163]. Б.И. Додонов [39], рассматривая предмет потребности, полагает, что он может выступать как мотив, если предмет потребности не только будет опознан как таковой, но и вызовет после этого тот или иной акт целеполагания.

Теоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды Нам наиболее близка именно эта точка зрения, т.е. мотив, обозначает то объективное, в чем эта потребность конкретизируется в данных условиях и на что направлена деятельность. Совокупность же мотивов составляет мотивацию деятельности конкретного человека или его поступка. Кроме того, мы разделяем понимание сущности мотива как сложного интегрального образования, сформулированного Д.А. Леонтьевым: «Мотив деятельности есть объект, включенный в систему реализации отношения «субъект-мир» как предмет потребности и приобретающий в этой системе свойство побуждать и направлять деятельность субъекта» [75, с. 76]. В данном определении раскрывается системносмысловая трактовка мотива, позволяющая определить его место в системе факторов, мотивирующих деятельность, а также основные функции мотива – побуждение и смыслообразование, выделенные А.Н. Леонтьевым [68].

Именно такой подход к рассмотрению природы мотива и мотивации позволил нам предположить, что при выборе одежды как деятельности происходит реализация определенных потребностей, включенных в систему реализации отношения «субъект-мир». Это обусловило выбор методик исследования, в частности методики диагностики степени удовлетворения основных потребностей по А. Маслоу.

Д.А. Леонтьев выделяет два типа мотивации: первичную и вторичную. Первая проявляется в форме потребности, влечения, драйва, вторая – собственно в виде мотива. Мотив, считает автор, возникает только на уровне личности и обеспечивает личностное обоснование решения действовать в определенном направлении для достижения определенных целей [75]. Другими словами, до появления такого системного качества человека, как личность, человеку свойственна лишь первичная мотивация.

Энергетическую сторону мотивации составляют эмоции, указывая на значимость окружающих человека явлений, определяя их модальности (положительную или отрицательную), регулируя функционально-энергетические затраты, которые целесообразны при реализации соответствующих побуждений, а также «запуская» активно-действенные, актуальные мотивационные процессы [68, 70].

Этот аспект мотивации, с нашей точки зрения, дает объяснение тому, почему человеку нравится или не нравится та или иная одежда, тем самым предопределяя его выбор.

Внешнее проявление частного мотива практически всегда зависит от общего уровня удовлетворенности или неудовлетворенности потребностей организма, то есть от того, насколько удовлетворены прочие, более фундаментальные, более сильные по сравнению с ним потребности (А. Маслоу) [82].

Таким образом, во всех вышеизложенных теориях понятие «мотивация» остается тесно связанным с понятием «потребности».

Перейдем к рассмотрению потребностей, которые реализуются при выборе одежды. Традиционно специалисты, изучающие одежду, выделяют три основных значения одежды в жизни человека: защита, украшение и выражение стыдливости.

Известный отечественный специалист по истории костюма П.Г. Богатырев [13] выделяет в народном и историческом костюмах следующие функции: практическую, утилитарную, эстетическую, эротическую, магическую, возрастную, социально-половую, моральную, праздничную, обрядовую, траурную, функцию костюма рекрутов и ветеранов, функцию региональную и вероисповедания.

Под костюмом, в узком смысле слова, обычно понимается «исторически сложившийся и постоянно развивающийся комплекс определенным образом согласованных между собой предметов, как непосредственно одеваемых на тело (одежда, обувь, головной убор, перчатки и др.), так и сопутствующих им дополнений (сумка, зонт и др.), а также прически, грима, формирующих внешний облик человека и образующих единое утилитарнохудожественное целое» [102].

Считается, что в современном костюме сохранилась лишь часть данных функций, однако их трудно выделить в чистом виде.

Теоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды Отмечается, что функции стали более многозначительными. Выделяются две основные функции:

- утилитарная;

- информационно-эстетическая.

Среди всех функций «костюмного языка» наиболее интересной с точки зрения психологии является его коммуникационная функция. Представление о первичности коммуникативной функции костюма наиболее последовательно рассмотрено в работах Р.А. Степучева [130, 131]. Коммуникативная функция анализируется им как центральная в большинстве актов костюмоношения.

В тех случаях, когда в костюме доминирует функция утилитарная, костюм выступает как вещь; в тех случаях, когда преобладает функция региональная, общественная, ритуальная или даже эстетическая, костюм приобретает символику или знаковость [130].

При реализации утилитарных и информационных функций костюм удовлетворяет ряд высших потребностей человека (самоутверждение, самовыражение) и поэтому становится важным элементом в восприятии человека человеком и может служить средством диагностики личности, его носящего.

Любая одежда, обувь и другие элементы системы «костюм»

служат самым разным и иногда противоречивым потребностям человека. Некоторые из потребностей связаны с самосознанием и самооценкой человека, его самочувствием и настроением, другие относятся к сфере общения с людьми.

Реализация потребностей может происходить как на уровне сознания, так и на бессознательном уровне. Но не существует костюма, который никак не связан с потребностями человека [102].

Е.А. Петрова и Н.А. Коробцева следующим образом связывают отдельные виды потребностей человека на уровне общественного (социально-культурного) субъекта с одеждой [111].

Во-первых, одежда может удовлетворять потребность человека в персонализации: потребность быть личностью может быть реализована по-разному; у личности есть много способов заявить о себе в обществе, но иногда одежда становится не просто атрибутом внешней презентации своей неповторимости, но и фактически единственным способом реализации потребности в персонализации.

Во-вторых, одежда может удовлетворять потребность в принадлежности. Потребность в принадлежности тесно связана в костюме с другой потребностью культурного субъекта – потребностью в социальном комфорте, принятии и признании со стороны определенной социальной группы. Потребность в принадлежности наиболее ярко проявляется в одежде представителей многих неформальных молодежных объединений.

В-третьих, одежда может удовлетворять потребность в самоутверждении и престиже. Выражению престижности и богатства одежда служила во все времена. Одну из причин существования моды Г.Дж. Блюмер описывает так: «…с помощью моды производится постоянное выделение класса элиты» [149]. Именно поэтому были и всегда будут существовать фирмы «высокого шитья» – Haute Couture – наряду с предприятиями, выпускающими одежду, «готовую к ношению» – Pret-a-porter. Потребность самоутверждения реализуется в одежде, которая демонстрирует статус владельца.

В-четвертых, одежда может удовлетворять потребность в общении. Потребность в общении диктует людям, как следует одеться, чтобы быть принятым определенным кругом лиц. Универсально-демократичной можно считать лишь джинсовую одежду, которая выравнивает людей по достатку, профессии и пр. Контакт налаживается легче всего в ситуации «пристройки» в одежде, когда мы одеты примерно одинаково с партнером по общению (но не повторяем его одежду абсолютно). Совпадение стиля, формы, ткани, дороговизны одежды способствует благоприятному исходу контакта. Одежда помогает разворачиваться в общении в соответствии с ролью, на которую претендует человек. Особую роль она занимает в формировании первого впечатления.

Теоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды Кроме того, одежда может удовлетворять эстетические и гедонистические потребности человека [111].

Остановимся на основных мотивах выбора одежды.

Мотивом выбора одежды может являться следование моде (А.Б. Гофман, М.И. Килошенко и др.).

Ещ Г. Гегель указывал на положительную роль моды в межличностном общении, прежде всего в формировании привлекательности одного человека для другого, рассматривал моду как механизм формирования привязанностей, дружеских чувств, симпатии. Он писал: «Издавна французам ставили в упрек легкомыслие, а также стремление нравиться, хотя бы и с помощью одежды. Но именно благодаря этому стремлению нравиться они достигли высшей тонкости светского обхождения и тем самым с особым успехом возвысились над грубым себялюбием первобытного человека. Ибо это обхождение состоит как раз в том, чтобы за своими интересами не забывать другого человека» [28, с. 276].

Таким образом, мода рассматривается Г. Гегелем как средство формирования аттракции, т. е. особого вида специальной установки одного человека на другого, в которой представлено в основном в эмоционально-положительное отношение к нему.

В то же время современные исследователи моды расходятся во взглядах на причины возникновения моды и мотивации следования моде. В связи с этим остановимся на некоторых исследованиях, посвященных этому вопросу.

Американский социальный психолог Э. Богардус объяснял причину возникновения и существования моды стремлением людей к новому опыту: «Стремление человека к новому опыту имеет в моде основное значение. Люди устают от старого и страстно желают нового» [150]. Немецкий психолог Р. Книг подчеркивал присущее человеку стремление к новизне – «неофилию» и утверждал, что мода – одна из форм проявления любопытства, тем самым также объясняя существование моды стремлением людей к новизне и обновлению [160].

Не все исследователи моды разделяют подобное объяснение существования моды, но необходимо отметить, что исследования Э. Богардуса внесли существенный вклад в понимание социальных и психологических механизмов существования моды и являются актуальными в настоящее время.

Э. Богардус сформулировал ряд фундаментальных проблем, порождаемых психологическими и социальными контекстами моды.

Во-первых, он отмечал в современной моде рост экономических затрат как производителей, так и потребителей. Автор связывает это с возрастающей социальной активностью людей, потребностью иметь новый наряд для каждого официального случая, увеличением спроса на дорогие материалы, метаниями моды от одной крайности к другой. Исследователь подчеркивает тот факт, что стоимость «модной» женщины всегда запредельна.

Следующую проблему Э. Богардус видит в том, что мода делает женщин своими рабынями. «Женщины часто сбиваются с ног в поисках наряда, который одновременно был бы модным и подходил по индивидуальным критериям. Ежегодно женщины расходуют огромное количество энергии, следя за изменением форм и деталей одежды. Ровно столько, сколько хватило бы для успешных и длительных выступлений в спортивных соревнования за Лигу Наций» [150].

Анализируя ситуацию развития модных направлений в США в период кризиса 30-х гг., Э. Богардус отмечает более частое их изменение, чем во времена процветания страны, другими словами, стабильности. Таким образом, автор формулирует еще одну проблему – связи развития моды с экономическими и идеологическими изменениями в жизни общества. При этом ученый не просто указывает на зависимость моды от различных социальных потрясений, а отмечает прямую связь между характером изменений моды и динамичностью общественной и экономической жизни страны. Темп изменений в моде, по мнению ученого, инТеоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды тенсивно ускоряется с улучшением средств сообщения, возрастанием конкурентной борьбы, появлением новых и недорогих способов массового производства качественных вещей [150].

Необходимо отметить, что развитие моды на протяжении ХХ века полностью подтвердило взгляды Э. Богардуса. Многие современные исследователи моды отмечают возросший темп смены модных направлений в конце ХХ – начале ХХI века [4, 7, 30, 58].

А.Б. Гофман рассматривает «новизну» в моде как одно из выражений ценности современности на уровне мотивации модного поведения. Помимо этого выражения ценность современности в мотивации участников (моды), по его мнению, выступает и как непосредственно осознаваемая ценность, и как форма «прогрессивности», «совершенствования вкуса», «разнообразия» и т.п. В своих выводах А.Б. Гофман опирается на результаты исследования проблем массового потребления Л.Н. Жилиной и Н.Т. Фроловой, в которых учащиеся 9–10 классов и их родители отвечали на вопросы по поводу их отношения к моде. Ответы были распределены на четыре группы в соответствии с тем, какие аспекты моды были признаны наиболее важными. Наиболее значительной оказалась группа подчеркнувших те характеристики моды, которые так или иначе подчеркивают ценность современности, – 34,7%. По их мнению, мода предполагает и выражает: «современность», «новизну», «прогрессивность», «нестабильность, изменчивость» [31].

А.Б. Гофман считает, что ответы на вопросы: «Что заставляет людей следовать моде?» и «Что же такое мода?» – зависят от представлений о ценностях моды, поскольку, по его мнению, именно эти ценности являются «структурообразующими» компонентами моды. Он выделяет два вида ценностей моды: атрибутивные или внутренние ценности, к которым относятся современность, универсальность, демонстративность; внешние или денотативные ценности. Кроме того, ученый выделяет нормативную составляющую моды как социального регулятора жизни общества, но считает, что преобладает в моде ценностное начало. Следуя тем или иным стандартам, действуя с определенными объектами, участники моды руководствуются в своем поведении не только этим явным, лежащим на поверхности регулятивном уровне, но и скрытыми за ним ценностями, перечисленными выше. Причем ориентация на атрибутивные (внутренние) ценности моды у отдельных ее участников может быть как осознанной, так и неосознанной.

Руководствуясь определенными модными стандартами, участники моды следуют атрибутивным ценностям, а через их посредство – денотативным. В отличие от неизменных атрибутивных ценностей денотативные ценности бесконечно многообразны и разнообразны. Они носят ситуативный характер, хотя эту ситуативность надо понимать как относящуюся и к большим социальным системам, и к длительным периодам. Атрибутивные ценности в той или иной форме разделяются всей массой участников моды. Что же касается денотативных ценностей, то они заведомо различны и даже бывают противоположными в разных системах поведения. На денотативном уровне участники моды могут быть ориентированы на различные и даже противоположные этические, эстетические, политические и прочие ценности, среди которых могут быть социальное равенство и элитарность, красота и польза, конформность и неконформность и т.д. Вообще, с точки зрения А.Б. Гофмана, набор денотативных ценностей в принципе бесконечен и попытатка перечислить их была бы делом безнадежным [30].

Рассуждая о различиях в модных пристрастиях людей, ученый отдает приоритет денотативным ценностям моды: различные общества, многообразные социальные группы, наконец, бесчисленное множество индивидов, участвующих в моде, обладают своими собственными глубинными ценностями, от которых в процессе участия в моде они отнюдь не хотят, да и не могут отказаться. Напротив, они приписывают «модам» и обозначаемым ими внутренним ценностям (современности, универсальности, Теоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды игре, демонстративности) те значения, которые им близки и дороги. Это подспудный слой, который не вытесняется «внутренними» ценностями моды, но придает им особое выражение и истолкование. Будучи внешними для структуры моды, денотативные ценности в то же время составляют наиболее сильный мотивационный слой, мощную движущую силу поведения участников моды [30].

Таким образом, А.Б. Гофман считает, что ценностные ориентации и мотивы, связанные с участием в моде, существенно различаются между собой на этом денотативном уровне. Для одних участников моды важно выделиться из массы, для других – слиться с ней. Одни выражают своим выбором приверженность эстетическим ценностям, другие – утилитарным. Посредством участия в моде одни люди стремятся выразить свой демократизм, другие – свою элитарность. Среди ценностных ориентаций (и соответственно мотивов) участников моды – повышение привлекательности своего «Я», принадлежность (реальная или желаемая) к социальным группам, обладающим высоким статусом или престижем, и т.д. С точки зрения А.Б. Гофмана, именно разнообразие и противоречивость этих ценностей отчасти объясняет разнообразие и противоречия в трактовках моды, подчеркивающих первостепенное значение той или иной е стороны.

А.Б. Гофмана считает, что психологические трактовки роли моды в обществе, прежде всего, акцентируют внимание на удовлетворении различных потребностей человека: в новизне, самовыражении, выражении бессознательных импульсов [30].

Американский психолог Г. Блумер, отмечая в целом, что вопрос по социальной роли моды еще не получил удовлетворительного ответа, следующим образом резюмирует наиболее типичные трактовки социальных функций моды. Мода обеспечивает возможность:

- безобидной игры фантазии и каприза;

- безболезненного и обоснованного отказа от тирании обычая;

- социально санкционированного вторжения в сферу новизны;

- демонстрации и выставления напоказ своего «Я»;

- замаскированного выражения сексуальных интересов;

- вызывающей зависть демаркации элитарных классов;

- внешней и поддельной идентификации людей, обладающих низким статусом с высокостатусными группами.

Г. Блумер считает, что на различных фазах своего развития мода служит различным целям, однако функция модного процесса не может быть сведена к таким целям. С его точки зрения, в общем виде социальная роль моды состоит в том, что она способствует коллективному приспособлению к подвижному миру и в подвижном мире разнообразных возможностей. В свою очередь, именно в таком мире, как полагает Блумер, и может существовать мода [149].

Ряд исследователей (А.Б. Гофман, М.И. Килошенко, Т.Б. Любимова) считают, что мода является одним из средств приобщения индивида к социальному и культурному опыту, то есть она выполняет функцию социализации. Участие в моде связано с усвоением определенных социальных норм и ценностей. По утверждению Т.Б. Любимовой, от других видов социализации мода отличается тем, что она обращена общедоступным образцам [79].

Этим она отличается от таких форм социализации, как образование или участие в профессиональной деятельности.

Активное участие молодежи в моде отчасти объясняется именно социализирующей функцией этого явления: ведь именно в молодости происходит наиболее активное усвоение социальных ролей, норм и ценностей. Важно не только содержание собственно модных стандартов, но и сам факт следования неким нормативным образцам, участие в социальной жизни как таковой. Это участие, благодаря моде, выступает в значительной мере в игровой и демонстративной формах, что облегчает процесс социальной адаптации.

В свою очередь, изменения, которые предлагает мода во внешнем оформлении и одежде человека в современных условиях, выстуТеоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды пают как своего рода тесты, с помощью которых проверяется потенциальная возможность индивида к психологической изменчивости.

Человек, не способный принять новую моду на одежду, нередко воспринимается другими как демонстрирующий инертность своего склада мышления, закрытость к изменениям.

Следовательно, мода может рассматриваться как один из каналов социализации. От других видов социализации мода отличается тем, что она обращена на общедоступные культурные образцы. Но мода не просто приобщает индивида к наличным социальным и культурным образцам. Эта функция осуществляется посредством оппозиции, противопоставления старомодным, то есть непосредственно предшествующим модным стандартам. Воспроизводя одни стандарты, индивид в то же время отвергает другие.

Подражая одним референтным группам и индивидам, участник моды одновременно стремится отличаться от других референтных групп индивидов. Это сочетание слияния с одними значимыми другими и отличия от других значимых (в отрицательном смысле) других способствует формированию и укреплению «Я» индивида, его личностной идентичности, самосознания [87].

Таким образом, мода служит одним из средств символизации, формирования, укрепления «Я» индивида, причем преимущественно в демонстративной и игровой формах.

С другой стороны, мода играет важную роль и в тех случаях, когда индивид испытывает потребность «скрыть» свое «Я» среди других индивидов. Воспроизведение модного стандарта в период его наибольшей распространенности, привычности позволяет индивиду сделаться незаметным, раствориться среди других участников моды. По мнению М.И. Килошенко, адекватное самовыражение в моде основывается на правильной самооценке, постоянной потребности в самопознании [56]. По словам К.А. Абульханова-Славской, «отсутствие самопознания, самооценки приводит к тому, что человек подчиняется власти своих первых порывов, непроверенных мнений или, напротив, фиксированных (раз и навсегГлава да) установок, не умеет дифференцировать себя от других, не знает своей слабости, достоинства и т.д.» [1, с. 145].

Чем ниже самооценка личности, тем более значимым для нее оказывается момент внешней выразительности (привлекательности).

Ношение модной одежды для таких людей превращается в повседневную демонстрацию мод [55].

Ю.М. Лотман считает, психологический аспект следования моде связан со страхом быть незаметным, и, следовательно, питается не самоуверенностью, а сомнением в собственной ценности.

Мода «всегда подразумевает наблюдателя… Говорящий на языке моды – создатель новой информации, неожиданной для аудитории и непонятной ей. Аудитория должна не понимать моду и возмущаться ею. В этом – триумф моды. Другая форма триумфа – непонимание, соединенное с возмущением. В этом смысле мода одновременно элитарна и массова. Элитарность моды состоит в том, что ее не понимают, но триумф моды – в ее противостоянии толпе. Вне шокированной публики мода теряет свой смысл.

В качестве доказательств Ю.М. Лотман приводит ряд примеров отношения к моде известных персон: «за модным новаторством Байрона скрывается неуверенность в себе. Противоположная тенденция – модный отказ от моды, реализованный Чаадаевым, «холод гордости спокойный», по выражению А.С. Пушкина.

П.Я. Чаадаев может быть примером утонченной моды. Его дендизм заключался не в стремлении гнаться за модой, а в твердой уверенности, что ему принадлежит ее установление. Область экстравагантности его одежды заключалась в дерзком отсутствии экстравагантности» [76].

По мнению М.И. Килошенко, следование моде может являться одним из способов, которым человек реализует себя как личность (самовыражается) в деятельности, общении. Трудности самовыражения начинаются с таких простых явлений, как застенчивость, неловкость в общении или, напротив, нарочитая грубость, которая является лишь внешней формой поведения, прикрывающей неуверенТеоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды ность. В результате экспериментальных исследований М.И. Килошенко было обнаружено, что часто неуверенные люди выбирают авангардный тип одежды, который как бы помогает человеку определить модель собственного поведения. Однако самая большая сложность заключается в том, чтобы получить одобрительный отклик окружающих и, конечно же, положительно оценить себя. Получая подтверждение адекватности своего способа самовыражения через моду, человек становится более уверенным в себе [59].

Для Ф. Дэвиса мода на одежду происходит из серии двусмысленностей и напряжений в ряде противопоставлений: например, мужское против женского, элитизм против демократичности, обладание против необладания, эротика против целомудренности и т.д. (рис. 1) [153].

Рис. 1. Мода как результат напряженности между Диапазон выбора человеком собственной позиции по отношению к моде существенно изменяется в зависимости от социальной принадлежности человека. Исследователи моды [31, 149] отмечают, что наиболее активное участие в потреблении модной одежды принимают средние слои, что связано с относительной неустойчивостью и подвижностью их социального положения.

А.Б. Гофман считает, что это обстоятельство обусловливает формирование неустойчивого социально-психологического типа, для которого мода становится важным средством самоутверждения, интеграции и самотождественности личности. Постоянное и активное участие в моде призвано обозначить принадлежность к более высокому социальному слою и (или) отличие от более низкого. Особое усердие в поиске модных стандартов и следование им вызываются уязвимостью в отношении социальных санкций моды людей либо стремящихся занять более высокое социальное положение, но пока не достигших его, либо уже не уверенных в прочности своего теперешнего положения, либо, наконец, еще не уверенных в прочности недавно достигнутого более высокого положения. Высокое социальное положение элиты, напротив, делает е в значительной мере неуязвимой по отношению к санкциям моды и лишает элиту некоторых из стимулов к активному участию в моде, имеющихся у средних классов [31].

Мотивом выбора одежды могут быть статус, престиж, желание соответствовать определенной социальной группе.

С точки зрения исследователей моды, с помощью одежды происходит фиксация, обозначение социально-статусных различий в обществе (А.Б. Гофман, Г. Зиммель, М.И. Килошенко, Е.А. Петрова), и мода в масштабах всего общества возникает там и тогда, где и когда существует возможность изменения социального статуса и подражания одних социальных классов и групп другим посредством заимствования определенных культурных образцов. Это заимствование служит иногда одним из средств самоутверждения «восходящих» классов [55]. Механизм этой фиксации объясняет концепция «эффекта просачивания вниз», уходящая своими корнями в работы Г. Спенсера и Г. Зиммеля [149]. Согласно этой концепции, в капиталистическом обществе господствующий класс и, прежде всего, социальная элита после «просачивания» культурных образцов («мод»), обозначающих их социальный статус, вниз, к другим классам и слоям, сразу же устремляются в погоню за новыми культурными образцами, вводят новые «моды» с целью обозначить и сохранить свою групповую идентичность, сплоченность и в то же время отличие остальной массы. Последняя же постоянно стремится овладеть «модами» высших слоев, подражать им, во-первых, вследствие престиТеоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды жа, которым обладает элита в ее глазах, во-вторых, вследствие своего стремления к более высокому статусу.

Таким образом, с точки зрения Г. Зиммеля, мода представляет собой не более чем одну из многочисленных форм жизни, с помощью которых мы пытаемся совместить в одной сфере деятельности тягу к социальному выравниванию и стремление к индивидуальной дифференциации и изменениям.

Рис. 2. Мода как результат напряженности между Если согласиться с тем, что существуют различные моды для разных классов, мы можем увидеть, что мода выполняет дуальную функцию инклюзии и эксклюзии в одно и то же время: она объединяет всех тех, кто принял моду конкретного класса или группы, и исключает тех, кто этого не сделал. Таким образом, мода производит похожесть, единство и солидарность внутри группы и одновременную сегрегацию и эксклюзию тех, кто к ней не принадлежит. Идея класса у Зиммеля является центральной для понимания изменения моды. Если каждый удачно имитирует каждого другого, то не будет никакой моды, потому что мы будем иметь общество одного уровня [149].

Необходимо отметить, что, с нашей точки зрения, вышеобозначенные механизмы функционирования моды как выражения статусности ее участников очень зримо выступают в нашей стране в настоящее время, когда «новая элита» с помощью выбора одежды демонстрирует свой особый статус.

В дополнение к этой интерпретации феномена «просачивания» как борьбы за знаки высокого социального положения, воплощенные в моде, Л. Фаллерсом была выдвинута гипотеза, согласно которой «эффект просачивания» представляет собой механизм поддержания мотивации стремления к успеху, а отсюда и к эффективности в исполнении профессиональных ролей в системе, где отчетливо видимый успех возможен только для немногих. Индивид, потребляющий «просачивающиеся» вниз статусносимволические блага, в том числе и модную одежду, добивается тем самым не реального, а иллюзорного по отношению к своему слою повышения статуса. Но с точки зрения его собственной биографии такое стремление вполне реалистично и в определенной мере вознаграждается, так как он видит, что обладает вещами, которыми пять, десять или двадцать лет назад могли обладать только люди с более высоким статусом [155].

Г. Мерфи называет одежду средством осуществления жизненных ролей. Использование одежды в соответствии с выполняемой ролью начинается еще во младенчестве и остается занятием на всю жизнь. Существенной характеристикой большинства людей является их профессиональный статус, поэтому каждый должен одеваться в соответствии с ролью, предписываемой статусным положением [162, р. 4].

Следование моде через выбор модной одежды, по мнению З.Б. Элькиной, удовлетворяет необходимость индивида принадлежать к определенной общности, нередко выступающей в крайне аморфной и иллюзорной форме. Но индивид испытывает удовлетворение от принадлежности к ней [147].

Стремление соответствовать своей референтной группе особенно характерно для молодежи. Г. Мортон определяет его как одну из наиболее сильных движущих сил формирования индивидуальной модели выбора одежды [162]. В результате исследования особенностей поведения подростков А. Винер и С. Хоффер пришли к выводу, что одежда является одним из тех знаков, которые служат различению социальных позиций индивидов в обществе.

Теоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды Исследователи обнаружили, что кино, телевидение и спортивные соревнования оказывают некоторое влияние на то, что носит подрастающее поколение; но люди, с которыми подростки знакомы лично и находятся в близких отношениях, влияют на их выбор значительно сильнее [166].

Анализируя моду и выбор одежды как показатель социального положения и престижа, З.Б. Элькина замечает, что мода всегда сопряжена с оценкой и может быть повсюду, где имеется, по крайней мере, три компонента: субъект оценки, нуждающийся в упрочении, создании или изменении своего социального положения; объект оценки, оцененный как социально значимый объект; возможность приобщения субъекта оценки к объекту оценки, то есть доступность потребления предмета культуры [147].

Личный социальный престиж – это разновидность «соотносительной оценки». Социальные оценки оказывают важнейшее влияние на самоуважение личности, ее выбор. Но оценивать кого-либо или что-либо можно, лишь сравнивая с кем-либо или с чем-либо, поэтому сравнения служат одним из важных средств оценивания для индивидов, социальных групп и обществ. Формирование личности происходит в процессе постоянного сравнения себя с окружающими.

Все, что наделяется престижем в потреблении, в целом можно разделить на то, как, что и кем потребляется. Между всеми этими сторонами существует несомненная взаимосвязь. Так, с одной стороны, определенные нормы и ценности потребления, потребляемые вещи служат знаками престижа их обладателями, то есть сравнительной оценки и уважения со стороны окружения (внешнего престижа) и самооценки и самоуважения (внутреннего престижа) со своей стороны. С другой – престиж самого обладателя влияет на оценку того, что и как он потребляет [147].

Тесная связь между тем, что человек потребляет, и тем, что он собой представляет, дала основание американскому психологу У. Джемсу включить имущество, в том числе и одежду человека, в его «эмпирическое Я» [37].

По мнению А.Б. Гофмана, если социальная роль потребителя для индивида главная, то и потребительский престиж становится для него определяющим, вытесняя или оттесняя на периферию его сознания престиж остальных видов деятельности и человеческих качеств. В то же время постоянная озабоченность индивидом престижем как таковым, тем, как оценят, отнесутся ли с «должным уважением», не редко приводит к тому, что его интерес к реальным качествам потребляемых благ, наслаждение ими в значительной степени утрачиваются [30].

Итак, потребность в престиже, то есть уважении и самоуважении, относится к числу важнейших потребностей человека.

Потребление, в частности потребление модной одежды, – одна из сфер, в которых эта потребность реализуется и удовлетворяется.

Престиж служит одним из инструментов, посредством которых действуют социальные нормы: в нормальных условиях то, что и как выбирается (например одежда), должно вызывать уважение как самого потребителя (внутренний престиж), так и его социальной среды (внешний престиж).

В качестве мотивов выбора одежды могут выступать такие потребности людей, как потребность в самовыражении и выражении собственной индивидуальности.

Одежда является своеобразным объектом для творческой деятельности человека, мотивированной потребностями в самовыражении и самореализации. С развитием капиталистических отношений эта тенденция усиливается и проявляется как выражение индивидуальности в одежде. Процесс выбора индивидом одежды заметно усложняется от простого подражания до рефлексии, то есть осознания того, как он будет выглядеть в глазах других людей, как он будет чувствовать себя в этой одежде, где, когда и каким образом он сможет ее носить [54].

Ряд исследователей [7, 22, 55] считают, что сегодня в одежде модно подчеркнуть индивидуальность. Что это – случайность, определяемая временем, или закономерность?

Теоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды По данным опроса, проведенного М.И. Килошенко среди студентов СПГУТД в 1999 году, практически все респонденты следят за изменениями в моде. 25% из них регулярно знакомятся с новинками моды по журналам, остальные 75% получают интересующие их сведения через другие средства массовой информации.

74,7% опрошенных при выборе модной одежды ориентируются на свой вкус, остальные 24,3% советуются с друзьями. При этом ни те, ни другие не выбирают то, что носят все, то есть в большинстве своем субъекты учитывают тенденции и направления моды, но обязательно соотносят их с личными предпочтениями.

50% испытуемых к ситуации, когда рядом оказывается другой человек точно в такой одежде, относятся отрицательно, подобная ситуация воспринимается нормально 35% опрошенных и лишь 15% к этому факту остаются безразличными. Это свидетельствует о том, что для большинства испытуемых модная одежда имеет более глубокий личностный смысл, чем может показаться на первый взгляд.

Большинство молодых людей посредством модной одежды стремятся подчеркнуть свою индивидуальность. 80% опрошенных с помощью модных вещей пытаются скрыть свои недостатки, создать новый образ, произвести положительное впечатление на окружающих. Почти 20% респондентов используют модную одежду как средство привлечения внимания противоположного пола [57].

Таким образом, мода выступает как проекция основных структурных компонентов «Я – концепции» личности (физического «Я», социального «Я», идеального «Я») на ее потребительское поведение. В процессе социализации личность изменяет представления о своем «Я», расширяя его за счет накопления социального опыта, идентификации с определенной социальной группой. Все эти изменения находят свое отражение в одежде, которую выбирает человек, в характере отношения к моде в целом.

По мнению М.И. Килошенко, современная мода акцентирует самовыражение и самолюбие как проявление индивидуальности.

Вопрос о самовыражении личности посредством моды актуален, так как не только является принципиальным для выяснения способов проявления своего «Я» (что характеризует все возрасты), но и раскрывает одно из важных условий адекватного и гармоничного развития личности [56].

Безусловно, что важнейшим мотивом выбора одежды является формирование привлекательности.

Практически все, кто пишет об одежде и целях е ношения (Б. Адлер, Дж.С. Флюгель, Л. Лангнер, И. Богардус, К. Бэлл), приходят к общему выводу: люди одеваются для того, чтобы быть защищенными от воздействия, прежде всего, климатических условий, чтобы продемонстрировать свою нравственность и выглядеть эстетически привлекательно. Разногласия встречаются лишь при установке иерархии целей использования одежды.

Проблема привлекательности, формируемой средствами одежды, моды, исследуется психиатрией, психотерапией и социальной психологией в контексте е влияния на состояние психики человека. Г. Диаборн полагает, что одежда помогает защите от тревоги, боязни насмешек, страхов неуспешности, недостатка вкуса или шарма. Он считает, что страхи – наихудший враг нашей цивилизации и, как следствие, нашего личного комфорта и, более того, нашей жизнедеятельности. Защита и освобождение от таких страхов автор считает реальной причиной и важной целью ношения одежды [154].

Особенно важна эта функция одежды для индивидов с неустойчивой психикой, для которых собственное «Я» представляется проблематичным и нуждается в постоянном подтверждении своей реальности, устойчивости и привлекательности. Социальные работники и медики отмечают терапевтическую ценность формирования привлекательности для их пациентов или клиентов. Это не значит, что новая одежда может иметь эффект лекарства от умственных или эмоциональных нарушений личности, но улучшение внешности может оказаться действенным фактором наряду с другими методами терапии. Джон Р. Роуэрс описывает результаты одного из экспериментов, посвященных изучению влияния улучТеоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды шения внешнего вида человека на его психическое состояние. Пациенты психиатрической клиники – женщины, после занятий, посвященных уходу за внешним видом – «уроков красоты», включающих подбор подходящей одежды, выходили с высоко поднятой головой, некоторые из них улыбались первый раз за последние месяцы. Этот опыт был распространен как форма терапии в психиатрических институтах. Психотерапевты считают, если женщина заботится о своей привлекательности, это значит, что она не потеряла полностью интереса к себе [154].

Функция украшения имеет сложную структуру. Украшая свое тело примитивными одеждами, человек стремился, с одной стороны, сделать себя более привлекательным для потенциального сексуального партнера, подобно животным и птицам, участвующим в брачных играх, а с другой стороны, кодировал определенную информацию. Так, среди женщин, принадлежащих к африканским племенам, использование передника являлось знаком того, что она неприкосновенна для постороннего мужчины [2]. С развитием примитивных цивилизаций красивая одежда стала использоваться как символ власти, символ принадлежности к группе, как знак защиты от случайных нападений своих же соплеменников в ходе межплеменных сражений.

Дж. Флюгель считает украшение тела главным мотивом ношения одежды человеком, сочетающим в себе защитную функцию и функцию выражения благопристойности (стыдливости, нравственности), которая отражает приверженность человека библейским традициям [156].

Очевидно, что обозначенные функции одежды приобретают особый смысл в контексте социальной жизни человека, удовлетворяя его социальные потребности. По мере врастания индивида в социальные отношения усложняются и функции одежды. Она используется теперь не только для украшения тела, защиты от неблагоприятных условий физической и социальной среды или выражения скромности, но и для половой, национальной, социальной идентификации.

Г. Диарборн, один из первых теоретиков в области психологии одежды, считает, что повседневные привычки людей, прежде всего касающиеся человеческих взаимоотношений, гораздо больше зависят от того, что люди носят, чем об этом принято думать. «Одежда определяет то, как мы выглядим и на улице, и в обществе, а также то, каких людей приглашаем себе в дом… Одежда помогает получить работу и сохранить е, но может привести к смещению по должности и даже е потере… То, как мы одеваемся, является одним из достовернейших показателей настоящей интеллигентности» [154, p. 29].

Мотивом выбора определенной одежды может служить сниженная самооценка человека, и тогда выбираемая одежда служит целям самоутверждения и психологической защиты.

Одежда приобретает особое значение для тех индивидов, которые по тем или иным причинам или на том или ином этапе своего жизненного пути не находят иных средств для самоутверждения и самореализации. Активное участие в моде в этих случаях становится компенсацией санкционированных путей личностного самоутверждения. Если индивид не находит себя в профессиональной, творческой, социальной и других сферах, мода становится для него самодовлеющим способом утверждения своего «Я» и усиления его привлекательности для других [56].

По мнению А.Б. Гофмана, особенно важен этот мотив выбора одежды для индивидов с неустойчивой психикой, для которых собственное «Я» представляется проблематичным и нуждается в постоянном подтверждении своей реальности, устойчивости и привлекательности [30].

По исследованиям М.И. Килошенко, в смоделированной ситуации выбора одежды большинство девушек со сниженной самооценкой и высокой тревожностью отдали предпочтение модели одежды авангардного стиля (облегающий комбинезон из виниловой кожи цвета «металлик»). Посредством такого, кажущегося «шокирующим», выбора девушки проявили потребность во внимании, эмоциональной реакции со стороны окружающих, для них Теоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды важно выделиться из «массы» остальных людей. За счет этого они надеются приобрести уверенность в себе, продемонстрировать самостоятельность, стремятся занять лидирующее положение в отношениях со значимыми другими [58].

По мнению Г. Диарборна, уверенность в себе для большинства мужчин и женщин в некоторой степени зависит от того, насколько хорошо они одеты [154].

Мотивом выбора одежды может являться потребность в создании определенного имиджа, образа, так как одежда относится к группе невербальных средств создания имиджа.

Многие справочные издания трактуют понятие «имидж» как «целенаправленно формируемый образ» [129], как «сложившийся в массовом сознании и имеющий характер стереотипа эмоционально окрашенный образ» [110], как «набор определенных качеств, которые люди ассоциируют с определенной индивидуальностью» [142].

Чаще всего категория «имидж» расшифровывается как сложившийся в сознании людей и имеющий характер стереотипа, эмоционально окрашенный образ кого-либо или чего-либо (Е.А. Петрова). Е.А. Петрова отмечает, что имидж – это образ, включающий наши внешние и внутренние характеристики, представление о той социальной роли, которую мы выполняем в жизни, о нашем состоянии и обстоятельствах судьбы [110].

М.И. Килошенко отмечает, что имидж – это не просто «социальное Я» человека, это положительный, эмоционально окрашенный устойчивый образ личности, созданный для достижения определенных целей [58].

Несколько иначе трактует понятие «имидж» В.П. Шепель:

«Имиджмейкер – это особая профессия, прежде всего потому, что он занимается созданием не образа, а личностного облика. Не случайно у В. Даля эти два понятия разведены чтко и категорически.

Если образ в его толковании есть нечто застывшее и внешне заметное, то облик – это совокупность внешних характеристик личности, благодаря которым наглядно зримыми становятся е внутренние качества» [142].

По мнению Е.А. Петровой, создание имиджа – одна из форм социальной активности людей. Как и любая другая форма активности, данная является движущей силой, источником пробуждения в человеке «его дремлющих потенциалов», что особенно актуально для современных условий нашей страны. С точки зрения Е.А. Петровой, активность личности в приспособлении одежды к окружающей среде и формировании необходимого образа является предпосылкой для развития личности [111].

Создание имиджа предполагает рефлексивный анализ как собственных личностных качеств, так и особенностей внешнего вида, его зависимости от различных стилей одежды, то есть предполагает создание индивидуального стиля в одежде и достижение с помощью него определенных целей.

М.И. Килошенко считает, что обретению индивидуального стиля способствует осознание того, в какой одежде человек чувствует себя лучше всего, что в ней есть такого, что делает его чувства приятными. Она приводит случай из психотерапевтической практики, когда одна из клиенток очень бурно отреагировала на пиджак, выполненный в мужском стиле и потому сдерживающий ее природную женственность и непосредственность. Новый образ, созданный тут же с помощью павлово-посадского платка, оказался для нее значительно ближе как в психологическом, так и социальном плане [58].

Джоан Уоллес, автор программы формирования имиджа, рекомендует начать работу по созданию индивидуального стиля и имиджа с поиска ответов на следующие вопросы:

- Каков твой идеальный образ?

- Каков твой реальный образ?

При обнаружении разницы автор рекомендует сконцентрироваться на тех моментах, которые можно было бы изменить.

Д. Уоллес утверждает: «Человек может заставить свою одежду говорить то, что он хочет сказать. Для этого необходимо лишь точно определить параметры ситуации, сформировать подтекст Теоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды невербального сообщения, передаваемого посредством одежды, и предполагаемый ответ, иметь четкое представление о результате, желаемом имидже [167].

Таким образом, одежда, костюм, имидж образуют своеобразный мир объективных явлений, к которым у человека формируется устойчивое эмоциональное отношение, отражающее значение этих явлений в связи с его потребностями и мотивами.

Проведенный анализ литературных источников позволяет выделить следующие основные мотивы выбора одежды: следование моде, статус, престиж, желание соответствовать определенной социальной группе, а также потребность в самовыражении и выражении собственной индивидуальности, формирование привлекательности. Кроме того, мотивом выбора одежды может являться потребность в создании определенного имиджа, образа, поскольку одежда относится к группе невербальных средств создания имиджа.

1.2. Осознаваемая и неосознаваемая мотивация выбора одежды женщинами Рассмотрение мотивации выбора одежды показало, что существуют различные мотивы выбора одежды. В данном разделе исследования мы остановимся на следующих вопросах: какие мотивы выбора одежды женщинами являются наиболее распространенными, что в большей степени определяет выбор? Как выбор одежды связан с идентичностью, положением женщины в обществе?

Но прежде, чем перейти к рассмотрению мотивов и мотивации выбора одежды женщинами, остановимся на проблеме осознанности мотивации.

До конца ХIХ века в науке превалировали представления о человеке как сознательном, разумном и рациональном существе, и мотивацию его поведения, в решающей степени, связывали с сознательным принятием решения (Р. Декарт, У. Джеймс) [35, 37].

Предполагалось, что человек осознанно принимает решения и потому свободен в своих выборах.

Новый этап изучения причинности поведения начался в конце XIX века в связи с появлением учения З. Фрейда о бессознательном. З. Фрейд и его последователи решающую роль в детерминации поведения отводили бессознательному, подавление побуждений которого приводит к неврозам и совершению действий, значение которых индивид не всегда может объяснить.

З. Фрейд выделял два вида бессознательного: одно, которое при часто повторяющихся условиях легко превращается в сознательное, и другое, при котором это превращение происходит с трудом и лишь со значительными усилиями, а может и никогда не произойти. Бессознательное, которое является только латентным и легко становится сознательным, З. Фрейд называл предсознательным, другому же оставлял название «бессознательный»

[137]. Таким образом, З. Фрейд использовал три термина: сознательный, предсознательный и бессознательный, которых, он считал, достаточно для описания психических феноменов.

Представители современного психоанализа считают, что многие предпочтения и выборы человека могут быть обусловлены бессознательными причинами, в том числе выбор вида профессиональной деятельности, выбор одежды, отношение к работе, отношение ко времени, деньгам и т.д. Эти предпочтения зависят от структуры личности человека, преобладающих личностных радикалов, которые закладываются в структуре личности на протяжении развития в детстве. Так, например, люди с шизоидной структурой личности с помощью одежды подчеркивают свою индивидуальность, иногда демонстрируют е эксцентричной одеждой, другие – пренебрегают одеждой [160].

По словам А. Маслоу, изучение только сознательной мотивации, даже самое тщательное, оставляет за рамками рассмотрения очень многие человеческие мотивы, которые не менее, а, быть может, и более важны, чем те, что представлены в сознании. Психоанализ неоднократно демонстрировал, что связь между осознаваеТеоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды мым желанием и лежащей в его основе базовой неосознаваемой целью не обязательно прямолинейна. Эта взаимосвязь может быть даже отрицательной, как это бывает в случае реактивных образований, но игнорировать ее невозможно, если речь идет о подлинной мотивации поведения [82, с. 235].

А. Маслоу делит поведение человека на экспрессивное и функциональное, одно из различий между ними, по мнению А. Маслоу, заключается в том, что акты чистой экспрессии не осознаются человеком или же осознаются только частично.

Обычно человек не отдает себе отчета в том, как он ходит, как стоит, как улыбается и как смеется. «Мы обращаем внимание на эти вещи только тогда, когда разглядываем фотографии, просматриваем домашние видеозаписи, или же когда кто-нибудь поправляет или передразнивает нас. Но это скорее исключение, нежели правило. Осознанные акты экспрессии, такие, как выбор одежды, прически, мебели, следует рассматривать как примеры смешанного поведения, в котором присутствует изрядный элемент функциональности. Функциональное поведение, как правило, осознается полностью, хотя иногда, в крайне редких случаях может иметь неосознанный характер» [82, с. 238].

Но насколько люди рациональны и сознательны в выборе одежды? Э. Лури, американский социолог, рассматривает одежду как язык, причем иррациональный, посредством которого люди общаются на уровне бессознательного [122]. Семиотик Р. Барт также интерпретирует моду как язык знаков с весьма произвольным и относительным значением: «Лишенная содержания, она [мода] становится зрелищем, посредством которого люди показывают сами себе свою способность сообщать значение незначительному» [9, с. 243]. Ему вторит Ж. Бодрийяр: «Это наслаждение произвольностью как благодатью для избранных, кастовая солидарность, связанная с дискриминативной силой знака. Разгружая знаки от всякой ценности и всякого аффекта, она сама становится страстью – страстью к искусственности. Модный знак абсурден, формально бесполезен, он образует совершенную сисГлава тему, где ничто более не обменивается на реальность, он произволен и вместе с тем абсолютно последователен, обязательно соотнесен с другими знаками – отсюда происходит его заразительная сила, а равно и доставляемое им коллективное наслаждение»

[16, с. 238].

Ряд исследователей связывают одежду исключительно или в первую очередь с сексуальностью, которую рассматривают еще как один аспект иррационального в человеческом существовании.

Одежда выражает неудовлетворенные сексуальные желания, причем самыми разными способами. Многообразные стили акцентируют различные части человеческого тела, создавая «подвижную эрогенную зону», некоторые предметы одежды эротичны сами по себе и, когда их носят напоказ, выражают эротическое намерение [156].

Но при рассмотрении моды как, главным образом, иррационального явления упускается из виду целевой и креативный элементы одежды. Согласно иррационалистам, мода не может выражать сознательный эстетический импульс носителя одежды, ибо превращает всех носящих одежду в жертвы их собственных бессознательных желаний и чувств.

Е.А. Петрова, рассматривая знаковую систему костюма, говорит о том, что люди редко осознают, что они одевают, и в то же время знаковая система костюма интенциональна, т.е. направлена и может быть преднамеренно употребляться или не употребляться в общении между людьми. Она считает, что можно различить несколько степеней осознанности информации, передаваемой одеждой, и важно, что все элементы знаковой системы могут быть осознаны [102].

По мнению американской исследовательницы российской моды Кристины Руан, мода отражает функциональные потребности человека – творческое стремление к воспроизводству индивидуального и группового самоопределения, стремление «выделиться» и стремление «быть как все», а рассматривая моду главТеоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды ным образом как иррациональное явление, мы упускаем из виду целевой и креативный элементы одежды [122, с.164].

По нашему мнению, неосознаваемые мотивы выбора одежды могут быть определены как предсознательные, если следовать терминологии З. Фрейда, то есть при определенных условиях легко могут быть осознаны.

В своем исследовании мы выделяем осознаваемые и неосознаваемые мотивы выбора одежды, не затрагивая темы бессознательных мотивов выбора одежды, которые, по нашему мнению, также существуют, но их исследование требует использования иных подходов.

В отечественной психологии о неосознаваемости мотивов говорили многие ученые (В.М. Матюхина, А.Н. Леонтьев, В.С.

Мерлин и др.). Мотивы иногда могут подменяться предметом их удовлетворения в сознании человека, в некоторых случаях мотивы просто не осознаются [68, 73].

Относительно осознанности мотивов деятельности наиболее близкой для нас является точка зрения А.Н. Леонтьева, который считал, что в отличие от целей мотивы актуально не осознаются субъектом: «Когда мы совершаем те или иные действия, то в этот момент мы обычно не отдаем себе отчета в мотивах, которые их побуждают. (Правда, нам не трудно привести их мотивировку, но она вовсе не всегда содержит в себе указание на их действительный мотив.)» [68, с. 118].

Кроме того, А.Н. Леонтьев отмечает, что бессознательные мотивы следует отличать от неосознаваемых. Жизненный смысл неосознаваемого мотива адекватно отражается субъектом в его личностном смысле, который, однако, остается неотрефлексированным. При этом субъект не отдает себе отчет в том, на что направлена его деятельность, хотя при желании он может легко это сделать. Осознание же бессознательного мотива — сложная задача, которая требует специальных, иногда длительных усилий и не всегда увенчивается успехом. Мотив деятельности может быть и осознанным, в этом случае субъект отдает себе отчет, на что именно направлена его деятельность [68].

При этом, с точки зрения А.Н. Леонтьева, даже когда мотивы не сознаются, то есть, когда человек не отдает себе отчета в том, что побуждает совершать его те или иные действия, они все же находят свое психическое отражение, но в особой форме – в форме эмоциональной окраски действий. Эта эмоциональная окраска, интенсивность, ее знак и ее качественная характеристика выполняют специфическую функцию, что и требует различать понятие «эмоции» и понятие «личностный смысл».

По нашему мнению, именно поэтому при выборе одежды люди не всегда осознают, почему им нравится та или иная одежда, так как несовпадение эмоций и личностного смысла, по мнению А.Н. Леонтьева, не является изначальным: по-видимому, на более низких уровнях предметы потребности как раз непосредственно «метятся» эмоцией. Несовпадение это возникает лишь в результате происходящего в ходе развития человеческой деятельности раздвоения функций мотивов. Подобное раздвоение возникает вследствие того, что деятельность становится полимотивированной, т.е. одновременно отвечающей двум или нескольким мотивам. Ведь действия человека объективно всегда реализуют некоторую совокупность отношений: к предметному миру, к окружающим людям, к обществу, к самому себе [73].

Деятельность, связанная с выбором одежды, с нашей точки зрения, безусловно является полимотивированной. В наше время, как было изложено выше, выбор одежды мало связан с сословной регуляцией жизни общества, по-видимому, не все мотивы выбора одежды осознаются в равной степени.

В связи с этим особое значение для нас имеют взгляды А.Н. Леонтьева относительно иерархии мотивов деятельности и различной степени их осознанности. Отношения мотивов внутри иерархии, по словам А.Н. Леонтьева, определяются складывающимися связями деятельности субъекта, их опосредствованиями и поэтому являются релятивными. Это относится и к главному соотношению – к соотношению смыслообразующих мотивов и мотивов-стимулов. В структуре одной деятельности данный моТеоретическое обоснование проблемы мотивации выбора одежды тив может выполнять функцию смыслообразования, в другой – функцию дополнительной стимуляции. Однако смыслообразующие мотивы всегда занимают более высокое иерархическое место, даже если они не обладают прямой аффектогенностью. Являясь ведущими в жизни личности, для самого субъекта они могут оставаться «за занавесом» и со стороны сознания, и со стороны своей непосредственной аффективности.

При этом А.Н. Леонтьев считает, что факт существования актуально несознаваемых мотивов вовсе не выражает собой особого начала, таящегося в глубинах психики. Несознаваемые мотивы имеют ту же детерминацию, что и всякое психическое отражение: реальное бытие, деятельность человека в объективном мире.

Несознаваемое и сознаваемое не противостоят друг другу, это лишь разные формы и уровни психического отражения, находящегося в строгой соотнесенности с тем местом, которое занимает отражаемое в структуре деятельности, в движении ее системы.



Pages:   || 2 | 3 |
 


Похожие работы:

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Алтайская государственная академия образования имени В.М. Шукшина И.А. Сычев О.А. Сычев Формирование системного мышления в обучении средствами информационно-коммуникационных технологий Монография Бийск АГАО им. В.М. Шукшина 2011 ББК 88 С 95 Печатается по решению редакционно-издательского совета Алтайской государственной академии образования им. В.М. Шукшина Рецензенты: доктор педагогических...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации ГОУ ВПО Магнитогорский государственный университет Зеркина Елена Владимировна, Чусавитина Галина Николаевна Подготовка будущих учителей к превенции девиантного поведения школьников в сфере информационно-коммуникативных технологий Монография Рекомендована Фондом развития отечественного образования для использования в учебном процессе и переиздания для широкой научной общественности в России и за рубежом Магнитогорск 2008 ББК Ч 481.2 УДК...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования ТУЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Е.Д. Грязева, М.В. Жукова, О.Ю. Кузнецов, Г.С. Петрова Оценка качества физического развития и актуальные задачи физического воспитания студентов Монография Москва Издательство ФЛИНТА Издательство Наука 2013 УДК 378.037.1 ББК 74.58.054 Г92 Рецензенты: д-р пед. наук, проф., ведущий научный сотрудник...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ УКРАИНЫ Национальный аэрокосмический университет им. Н. Е. Жуковского Харьковский авиационный институт Профессор Лев Александрович Малашенко Биобиблиографический указатель Харьков ХАИ 2013 1 УДК 016 : 378.4(092) : 629.7 : 629.735.33 М 18 Составители: И. В. Олейник, В. С. Гресь Под редакцией Н. М. Ткаченко Профессор Лев Александрович Малашенко : М 18 биобиблиогр. указ. / сост.: И. В. Олейник, В. С. Гресь ; под ред. Н. М. Ткаченко. — Х. : Нац. аэрокосм. ун-т им....»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Институт теоретической и экспериментальной биофизики Институт биофизики клетки Академия государственного управления при Президенте Республики Казахстан МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Тульский государственный университет Тараховский Ю.С., Ким Ю.А., Абдрасилов Б.С., Музафаров Е.Н. Флавоноиды: биохимия, биофизика, медицина Sуnchrobook Пущино 2013 Рекомендовано к изданию УДК 581.198; 577.352 Ученым советом Института теоретической ББК 28.072 и...»

«ИНСТИТУТ СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК ЦЕНТР СОЦИАЛЬНОЙ ДЕМОГРАФИИ И ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СОЦИОЛОГИИ УНИВЕРСИТЕТ ТОЯМА ЦЕНТР ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ Сергей Рязанцев, Норио Хорие МОДЕЛИРОВАНИЕ ПОТОКОВ ТРУДОВОЙ МИГРАЦИИ ИЗ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ В РОССИЮ Трудовая миграция в цифрах, фактах и лицах Москва-Тояма, 2010 1 УДК ББК Рязанцев С.В., Хорие Н. Трудовая миграция в лицах: Рабочие-мигранты из стран Центральной Азии в Москвоском регионе. – М.: Издательство Экономическое...»

«Я посвящаю эту книгу памяти нашего русского ученого Павла Петровича Аносова, великого труженика, честнейшего человека, беспримерная преданность булату которого вызывает у меня огромное уважение и благодарность; светлой памяти моей мамы, Юговой Валентины Зосимовны, родившей и воспитавшей меня в нелегкие для нас годы; памяти моего дяди – Воронина Павла Ивановича, научившего меня мужским работам; памяти кузнеца Алексея Никуленкова, давшего мне в жизни нелегкую, но интересную профессию. В л а д и м...»

«Д.А. Салимова, Ю.Ю. Данилова ВРЕМЯ И ПРОСТРАНСТВО КАК КАТЕГОРИИ ТЕКСТА: ТЕОРИЯ И ОПЫТ ИССЛЕДОВАНИЯ (на материале поэзии М.И. Цветаевой и З.Н. Гиппиус) МОНОГРАФИЯ Москва Издательство Флинта Издательство Наука 2009 УДК 81 ББК 80.9 С16 Научный редактор: профессор Т.Ф. Каратыгина (г. Москва) Рецензенты: профессор Е.М. Шастина (г. Елабуга) доцент А.М. Тарасов (г. Набережные Челны) Салимова Д.А. Время и пространство как категории текста:теория и опыт исследования С16 (на материале поэзии М.И....»

«АКАДЕМИЯ НАУК РЕСПУБЛИКИ ТАДЖИКИСТАН Г.Н. Петров, Х.М. Ахмедов Комплексное использование водно-энергетических ресурсов трансграничных рек Центральной Азии. Современное состояние, проблемы и пути решения Душанбе – 2011 г. ББК – 40.62+ 31.5 УДК: 621.209:631.6:626.8 П – 30. Г.Н.Петров, Х.М.Ахмедов. Комплексное использование водно-энергетических ресурсов трансграничных рек Центральной Азии. Современное состояние, проблемы и пути решения. – Душанбе: Дониш, 2011. – 234 с. В книге рассматриваются...»

«УЧРЕЖДЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК ИНСТИТУТ МИРОВОЙ ЭКОНОМИКИ И МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ РАН Д.Б. Абрамов СВЕТСКОЕ ГОСУДАРСТВО И РЕЛИГИОЗНЫЙ РАДИКАЛИЗМ В ИНДИИ Москва ИМЭМО РАН 2011 УДК 323(540) ББК 66.3(5 Инд) Абрамов 161 Серия “Библиотека Института мировой экономики и международных отношений” основана в 2009 году Отв. ред. – д.и.н. Е.Б. Рашковский Абрамов 161 Абрамов Д.Б. Светское государство и религиозный радикализм в Индии. – М.: ИМЭМО РАН, 2011. – 187 с. ISBN 978-5-9535-0313- Монография...»

«В.Н. КРАСНОВ КРОСС КАНТРИ: СПОРТИВНАЯ ПОДГОТОВКА ВЕЛОСИПЕДИСТОВ Москва • Теория и практика физической культуры и спорта • 2006 УДК 796.61 К78 Рецензенты: д р пед. наук, профессор О. А. Маркиянов; д р пед. наук, профессор А. И. Пьянзин; заслуженный тренер СССР, заслуженный мастер спорта А. М. Гусятников. Научный редактор: д р пед. наук, профессор Г. Л. Драндров Краснов В.Н. К78. Кросс кантри: спортивная подготовка велосипеди стов. [Текст]: Монография / В.Н. Краснов. – М.: Научно издательский...»

«Южный научный центр РАН Институт социально-экономических и гуманитарных исследований В.В. Кондратьева, М.Ч. Ларионова ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ПРОСТРАНСТВО В ПЬЕСАХ А.П. ЧЕХОВА 1890-х – 1900-х гг.: МИФОПОЭТИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ Ростов-на-Дону 2012 УДК 821.161.1.0 ББК 83.3(2Рос–Рус)1 Программа фундаментальных исследований Президиума РАН Традиции и инновации в истории и культуре Проект Художественная литература как способ сохранения, трансляции и трансформации традиционной культуры Кондратьева В.В., Ларионова...»

«Международный издательский центр ЭТНОСОЦИУМ Составитель-редактор Ю.Н. Солонин ПрОблеМа ЦелОСТНОСТИ в гУМаНИТарНОМ зНаНИИ Труды научного семинара по целостности ТОМ IV Москва Этносоциум 2013 УДК 1/14 ББК 87 Издание осуществлено в рамках тематического плана фундаментальных НИР СПбГУ по теме Формирование основ гуманитарного и социального знания на принципах онтологии целостности, № 23.0.118.2010 Руководитель научного проекта Проблема целостности в гуманитарном знании Профессор, доктор философских...»

«Перечень научных монографий в ЭБС КнигаФонд по состоянию на 29 мая 2013 Год п/п Наименование книги Авторы Издательство ББК ISBN выпуска Кучеров И.И., Административная ответственность за нарушения Шереметьев законодательства о налогах и сборах И.И. Юриспруденция ISBN-5-9516-0208- 1 2010 67. Актуальные вопросы производства предварительного расследования по делам о невозвращении из-за границы средств в иностранной валюте Слепухин С.Н. Юриспруденция ISBN-5-9516-0187- 2 2005 67. Вещные права на...»

«Министерство образования и науки РФ ГОУ ВПО Сибирская государственная автомобильно-дорожная акадения (СибАДИ) Е.В. Цупикова ЛИНГВОМЕТОДИЧЕСКАЯ СИСТЕМА РАЗВИТИЯ РЕЧИ И МЫШЛЕНИЯ УЧАЩИХСЯ ВЫСШЕЙ ШКОЛЫ НА ОСНОВЕ СЕМАСИОЛОГИИ Монография Омск СибАДИ 2011 1 УДК 74.58 ББК 378 Ц86 Рецензенты: доктор филологических наук, профессор РУДН В.М. Шаклеин; кандидат педагогических наук, доцент кафедры русского языка Омского танкового института Е.В. Федяева Цупикова Е.В. Ц86 Лингвометодическая система развития...»

«С.Г. Суханов Л.В. Карманова МОРфО-фИзИОЛОГИчЕСКИЕ ОСОБЕннОСтИ энДОКРИннОй СИСтЕМы У жИтЕЛЕй АРКтИчЕСКИх РЕГИОнОВ ЕВРОпЕйСКОГО СЕВЕРА РОССИИ С.Г. Суханов Л.В. Карманова Морфо-физиологические особенности эндокринной системы у жителей арктических регионов Европейского Севера России Архангельск 2014 УДК ББК Суханов С.Г., Карманова Л.В. Морфо-физиологические особенности эндокринной системы у жителей арктических регионов Европейского Севера России.– Архангельск: Изд-во Северного (Арктического)...»

«Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина Ю.В. Назарова О НЕКОТОРЫХ ПОДХОДАХ К ИCCЛЕДОВАНИЮ НРАВСТВЕННОГО РАЗВИТИЯ ЛИЧНОСТИ Монография Рязань 2007 ББК 88.372 Н19 Печатается по решению редакционно-издательского совета Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина в...»

«ОСНОВЫ ОПТИМАЛЬНОГО УХОДА ЗА НЕДОНОШЕННЫМИ ДЕТЬМИ В УСЛОВИЯХ ОТДЕЛЕНИЯ РЕАНИМАЦИИ И ИНТЕНСИВНОЙ ТЕРАПИИ ПОД РЕДАКЦИЕЙ ПРОФЕССОРА В.А. РОМАНЕНКО ОСНОВЫ ОПТИМАЛЬНОГО УХОДА ЗА НЕДОНОШЕННЫМИ ДЕТЬМИ В УСЛОВИЯХ ОТДЕЛЕНИЯ РЕАНИМАЦИИ И ИНТЕНСИВНОЙ ТЕРАПИИ Под редакцией профессора В.А. Романенко. Посвящается нашему учителю профессору Тюриной Наталье Сергеевне. Челябинск, 2008 г. УДК 616 053.32 081.211 039.35/. 036.882 08 ББК 57. О Основы оптимального ухода за недоношенными детьми в условиях отделения...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное агентство по образованию РФ Владивостокский государственный университет экономики и сервиса А.Б. ВОЛЫНЧУК РОССИЯ В ПРИАМУРЬЕ – ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНТЕРЕСЫ ИЛИ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ Монография Владивосток Издательство ВГУЭС 2009 ББК 66.2 В 62 Рецензенты: М.Ю. Шинковский, д-р полит. наук (Владивостокский государственный университет экономики и сервиса); С.К. Песцов, д-р полит. наук (Дальневосточный государственный технический...»

«Владимир Век СТРУКТУРА МАТЕРИИ В РАМКАХ КОНЦЕПЦИИ МАКРО-МИКРОБЕСКОНЕЧНОСТИ МИРА Монография Пермь, 2011 УДК 1 ББК 87.2 В 26 Рецензенты: Доктор философских наук С.Н. Некрасов, заведующий кафедрой философии Уральской государственной сельскохозяйственной академии, профессор Уральского федерального университета имени первого президента России Б.Н. Ельцина Кандидат физико-математических наук С.А. Курапов, ведущий научный сотрудник ЗАО Уральский проект Кандидат технических наук В.Р. Терровере, старший...»







 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.