WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

«Саратов - 2013 УДК 321.74; 316.6 ББК 60.5 П74 Рецензенты: доктор социологических наук, профессор Ю. В. Селиванова доктор социологических наук, профессор М. В. Калинникова Авторский ...»

-- [ Страница 4 ] --

В социологии принята трактовка категории труд как целесообразной деятельности человека, в процессе которой он при помощи орудий труда воздействует на природу и использует ее в целях создания предметов, необходимых для удовлетворения своих потребностей121, а также потребностей общества. С изменением технико-технологического разделения труда и появлением более широкого разнообразия в его содержании трансформируется и смысл категории труд122. Меняется сам предмет труда уменьшается степень его материальности и всё больше повышается символичность123.

Возникают новые дистанционные, виртуальные виды и формы труда. Это приводит к тому, что труд лишается постоянного места, что вписывается в контекст теории Ф.Тенниса о типичной черте современности, заключающейся в изоляции индивидов в деперсонифицированном обществе (Gesellschaft), или «одиночество в толпе»124. Сам труженик, в настоящее время, по мнению Ж.Бодрийяра, «…не человек, даже не мужчина или женщина: у него свой особенный пол - рабочая сила, предназначенная для определенной цели… при этом труд… становится социальной симулятивСоциология: Энциклопедия / Сост. А.Грицанов, В.Абушенко, Г.Евелькин, Г.Соколова, О.Терещенко. Минск: ИнтерПресСервис; Книжный Дом, 2003. 1312 с.

122 Тощенко Ж. Социология труда. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2008. 424 с./ С.9.

123 Тукумцев Б. Социокультурный подход к анализу трудовой деятельности // Проблемы труда, трудовых отношений и качества жизни. Самара: Универс групп, 2010. С.20Теннис Ф. Общность и общество. Основные понятия чистой социологии. М.:

Editorial URSS, 2002. 456 с. / С.339.

ной моделью»125, особым виртуальным миром. Происходит переход от марксистского рассмотрения наемно-пролетарского труда, к рассмотрению труда как услуги. Это является характерным как в целом для дистанционного труда, так и для дистанционного труда молодежи в частности. Именно молодежь, в силу присущей ей тяге к познанию, выступает агентом, своеобразным провайдером дистанционных коммуникаций «здесь и сейчас», в любом месте, когда имеется для этого возможность.

В информационном социуме капитал организуется в глобальную сеть, утверждает и М. Кастельс; труд преимущественно сохраняет локальный характер: «Кто владелец? Кто изготовитель? Кто хозяин? Кто слуга? Эти понятия становятся все более размытыми в условиях системы производства, характеризуемой меняющейся конфигурацией, совместной работой, созданием сетей, привлечением внешних источников»126. По мнению З. Баумана, феномен ответственности перед предприятием исчезает не только из трудовой жизни наемного работника, но также и из обязательств работодателя127. Это проявляется, прежде всего, в отношении молодых работников, в силу их правовой некомпетентности, низкого уровня профессионализма и, имманентно присущего стремления управленца, уменьшить степень персональной ответственности и максимизировать прибыль.

Наиболее близким к понятию «труд» оказывается определение «трудовая деятельность». При этом, трудовая деятельность, как отмечал К.Маркс, выполняет «опосредствующую, регулирующую и контролирующую функции, изменяющиеся по мере развития науки и техники»128. Дистанционный труд также позволяет реализовывать данные функции работодателями в отношении работников. При этом он связан не столько с процессом производства, сколько с процессами обмена, распределения и потребления. Трудовая деятельность представляет собой вид деятельности 125 Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть. 4-е изд. М.: КД Университет, 2011.

392 с. /С.60.

126 Кастельс М. Становление общества сетевых структур // Новая постиндустриальная волна на Западе. М.: Academia, 1999. 640 с./ С.502.

127 Бауман З. Индивидуализированное общество / Пер. с англ. под ред. В.Л. Иноземцева. М.: Логос, 2002. 390 с./ С. 64.

128 Маркс К. Капитал. Т.1, гл 5. С. 188-197 [Электронный ресурс]. URL:

http://www.esperanto.mv.ru/Marksismo/Kapital1/index.html (дата обращения: 12.01.2013).

как специфической формы жизни людей, целенаправленного преобразования ими природной и социальной действительности129. Соответственно трудовая деятельность является синонимичным понятием по отношению к труду130. Синонимом деятельности и труда выступает понятие «работа»131, под которой понимают нахождение в действии, деятельность, труд132.

С социологической точка зрения, труд рассматривается как процесс социализации или адаптации и для анализа этой категории наиболее точным становится понятие «трансформационного поведения»133, которое впервые применила Т.Заславская, подразумевая при этом, способы, которыми разные группы российского общества реагируют на изменение социальной ситуации: политические перемены в стране, изменение способа принуждения к труду, последствия экономического спада (снижение уровня жизни)134. Данные способы различны, а реакция населения, в свою очередь, становится фактором социальных изменений. Трансформационное поведение находит свое выражение, в частности, в ориентациях и социально-трудовом поведении молодежи. Трудовой процесс становится организационной рамкой, посредством которой осуществляется социальная интеграция, прежде всего, молодого человека, например, в коллектив, характеризующийся своими правилами и стратегиями взаимодействия. Превращаясь в работника, он осваивает не только профессиональную, но и статусную иерархию; интериоризирует и продуцирует механизмы социальной интеграции.

На протяжении последних десятилетий ориентации и социальное поведение молодежи в сфере труда испытывали воздействие значительного комплекса факторов: резкое уменьшение спроса на рынке труда, снижение уровня и качества жизни; трансформация ценностных ориентаций общестРоссийская педагогическая энциклопедия. Т. 1. М.: БРЭ, 1993. 607с./С.263.

130 Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. РАН. Институт русского языка им. В.В.Виноградова. М.: ООО «ИТИ Технологии», 2003. 944 с./С.164.

131 Там же, с. 637.

132 Энциклопедический социологический словарь / Общ.ред. Г.Осипов. М.: ИСПИ РАН, 1995. 939 с./С.620.

133 Заславская Т.И. Социетальная трансформация российского общества: Деятельностно-структурная концепция. М.: Дело, 2002. 567 с.

134 Константиновский Д.Л. Самоопределение или адаптация? // Мир России. 2003. №2.

С.123-143.

ва; изменения в оценке престижа профессий, усиление неравенства в области образования для молодежи разных регионов, различных по уровню урбанизации и как следствие прогрессирование неравенства в социальнотрудовой сфере. Изменчивость социальной ситуации обусловила динамичность социального поведения молодежи в контексте освоения новых социально-трудовых практик, к которым относится и дистанционный труд. Выработка и реализация стратегии трансформационного поведения требуют мобилизации ресурсов. Каждый индивид и каждая социальная группа используют свои социальные ресурсы в процессе вхождения в меняющееся общество135. Социальные ресурсы при этом понимаются как способность контролировать собственное существование и влиять на жизни других; это комбинация статуса семьи (социального происхождения), места жительства, уровня образования, пола. Наиболее эффективными ресурсами молодежи являются семья и индивидуальная активность, личностный потенциал136. Именно от их качества часто зависит успешность поиска работы, трудоустройства молодых людей. Более частным, по отношению к понятию труд выступает понятие «занятость».

Законодательное определение занятости как «деятельности, связанной с удовлетворением личных и общественных потребностей»137, фактически отождествляет занятость с трудом. Однако, более правильным является определение «занятости» как возмездная социально-трудовая деятельность, характеризуемая отношениями найма; обеспеченность трудоспособного населения рабочими местами138. Соответственно, занятость и труд не являются идентичными понятиями. Занятость, в отличие от труда, 135 Ядов В.А.Социальный ресурс индивидов и групп как их капитал: возможность применения универсальной методологии исследования реального расслоения в российском обществе // Кто и куда стремится вести Россию? Акторы макро-, мезо- и микроуровней современного трансформационного процесса / Под общей ред. Т.И.Заславской.

М.: МВШСЭН, 2001. С. 310-342.

136 Чичина Е.Особенности организации современного надомного труда // Отдел кадров. 2005. №6(53). С. 31-35.

137 Федеральный закон от 19.04.1991 № 1032-1 (ред. от 27.12.2009) «О занятости населения в российской федерации» [Электронный ресурс]. URL: http://www.staffexpert.ru /info/labour/Zakon_o_zanyatosti (дата обращения: 12.02.2013).

138 Большой словарь по социологии. Национальная социологическая энциклопедия.

Проект www.rusword.com.ua [Электронный ресурс]. URL: http://voluntary.ru/dictionary/ 662 (дата обращения: 02.02.2012).

прежде всего, представляет собой общественные отношения между людьми, экономические и правовые, по поводу включения работника, в том числе молодого, в конкретную кооперацию труда на определенном рабочем месте.

Современная занятость и, в особенности молодежи как наименее социально защищенной социальной группы, обусловлена происходящими социально-экономическими коллизиями (напр., безработицей, непредсказуемостью реформаторской логики)139 потребностями социума в переходе на новые, информационные технологии в сфере трудовых отношений. В первом случае, проблематика использования дистанционного труда, очевидно, совмещается с периферией «неформальной занятости», определение которой, дает Д.Рутерфорд как «деятельности, протекающей в рамках …домохозяйств, а также организаций, созданных на добровольной основе… стоимость товаров и услуг, производимых здесь, не находит своего отражения в официальной статистике»140.

Специфика социально-трудовых отношений в контексте дистанционного труда молодежи детерминирована возрастными и профессиональными характеристиками её представителей. Прежде всего, на наш взгляд, значение имеют максимализм, нигилизм, уровень толерантности к мнению другого человека молодых людей, отрицательно влияющие на продуктивность межличностных контактов141, а также малый профессиональный опыт, несовершенство профессиональных знаний, умений, что обусловливает работу на исполнительских должностях. Проблемами, характерными для молодых работников и влияющими негативно на их профессиональную деятельность выступают: отсутствие опыта работы на фоне слабой профессиональной ориентации; максимализм; отсутствие социального (жизненного) опыта и навыков общения с коллегами, клиентами; нежелание заниматься рутиной. Кроме того, молодежь часто переоценивает свои знания, умения и возможности; продуцирует конфликт, претендуя на более 139 Барсукова С.Ю. Неформальная экономика и сетевая организация пространства в России // Мир России. 2000. № 1. С. 53-56.

140 Цит. по Ковалёв Е. Взаимосвязь типа «патрон-клиент» в российской экономике // Россия и мир / Под ред. Т. Шанина. М.: Логос, 1999. С.125-137 / С.126.

141 Социология молодежи. Энциклопедический словарь / Сост. Ю.Зубок, А.Ковалева, В.Луков, В.Чупров. М.: Academia, 2008. 608 с./С.250.

высокую заработную плату; проявляет легкомысленное отношение к работе; менее предсказуема в своем развитии и поведении, в частности, у её представителей повышенная мобильность, а потому усилия, затраченные на обучение, могут оказаться потраченными зря. В поисках нового места работы молодые люди вполне могут перейти к конкурентам и применить там опыт, полученный в предыдущей организации142.

Таким образом, дистанционный труд молодежи выступает органичной частью дистанционной занятости молодежи как совокупности социально-экономических и иных отношений. Труд молодежи осуществляется в зависимости от сил, способностей и отличается целесообразным характером, подразумевает наличие предмета труда и каких-либо средств и орудий, с помощью которых производится воздействие на его предмет. Близким понятием к «дистанционному труду молодежи» является понятие «дистанционная работа молодежи». Это отличает данные понятия от дистанционной занятости молодежи – более ёмкого по отношению к понятию «дистанционный труд молодежи» и трактуемого нами как участие молодежи в возмездной трудовой деятельности, характеризуемой отношениями найма.

Объединяющим для всех понятий выступает инструментальная основа реализации дистанционных работы, занятости, деятельности и труда, представленная электронными информационно-коммуникационными средствами, позволяющими осуществлять действия на расстоянии143. Величина дистанции фактически не имеет границ; в то время как опыт организации удаленной работы показывает, что она осуществляется в относительном удалении от нанимателя, но в зоне, например, доступности муниципального транспорта. Дистанционный труд предполагает средства транснациональной коммуникации, прежде всего, на базе Интернета (например, IP-телефония, E-mail, Skype). Соответственно, дистанционный труд включает в себя процесс удаленной работы.

С учетом вышесказанного, возможно сформулировать определение ключевого понятия «дистанционный труд», который представляет собой 142 Лупандин В.Н. Социология молодежи / Под ред. И.А.Хлюпина. Орел: ОрелГТУ, 2011. 248 с./С. 132.

143 Дистанционный (фр. Distance - расстояние) - действия на расстоянии (Крысин Л.

Толковый словарь иноязычных слов. М.: Рус. яз., 2003. 856 с./С.238).

особую форму организации социально-трудовой деятельности, вне традиционного рабочего места, на основе виртуального взаимодействия, с целью удовлетворения индивидуальных, социальных и социетальных потребностей с использованием электронных информационнокоммуникационных средств.

В качестве популярных направлений дистанционной социальнотрудовой деятельности, реализуемой посредством современных средств коммуникации выступают, например: дизайн и мультимедиа, Web-дизайн (разработка веб-приложений, сайтов), образование, программирование, диспетчирование, редактирование текстов, предоставление услуг оператора контактного центра, оптимизация информационного контента.

Однако, пока ещё молодежь рассматривает дистанционный труд скорее как дополнительный вид деятельности, одну из форм трудовой мобильности (в основном, горизонтальной). В большинстве случаев дистанционная социально-трудовая практика реализуется эпизодически (в качестве подработки) и позволяет получить дополнительный источник доходов, выбрать подходящие вид деятельности, организацию, а также дает возможность реализовать себя, повысить индивидуальную конкурентоспособность на внутреннем и внешнем рынках труда. Главным критерием выбора деятельности выступает потенциальный доход, и данная тенденция прослеживается длительное время.

Так, результаты социологических исследований (массовые опросы молодежи, 1997-2002 гг., Республика Татарстан) свидетельствуют, что ведущими ценностями в сфере труда для большинства молодых респондентов являются хороший заработок (67%) и интересный характер работы (41%). Второстепенными оказались удобное время работы, большой отпуск (13%). Ценностные ориентации, связанные с содержательными аспектами труда, еще менее значимы: возможность самореализации и самостоятельность в труде отмечали 8% респондентов, общение - 7%, столько же возможность продвижения по службе и соответствие профессиональной деятельности полученной специальности - 5%144. Данные исследований ВЦИОМ в 2012 году подтверждают указанную ситуацию. При трудоустХайруллина Ю.Р. Ценности в сфере труда: особенности и факторы (на материалах Республики Татарстан) // Социологические исследования. 2003. №5. С.31-35.

ройстве 72% россиян ориентируются на размер заработной платы. Остальные факторы менее значимы: удобный режим работы (29%), предоставление социальных гарантий (24%), возможность профессиональной самореализации (26%), хорошие условия труда (19%)145.

Данные предпосылки обусловили то, что дистанционный труд получает широкое распространение в современной России и осуществляется активный процесс его институциализации, превращения в устойчивый постоянно воспроизводящийся феномен, который, интернируясь в формирующуюся систему экономических и иных общественных отношений, становится привычным образцом поведения социальных акторов, интернализуется ими. Большие группы работников не осуждают и внутренне принимают новые практики в сфере труда146. Институциальный аспект функционирования социума является традиционной областью интересов социологической науки. Он находился в поле зрения мыслителей, с именами которых связывается ее становление (например, М.Вебер147, Э.Дюркгейм148, О.Конт149, Г.Спенсер150).

Процессы институциализации в обществе представлены последовательным упорядочением, формализацией социальных отношений конкретного порядка. Это выступает основой становления социальных институтов, составляющих определенную структуру общественного жизнеустройства.

Социальный институт - это «установленный порядок правил и стандартизированных моделей поведения…, он относится к образованиям, охватывающим большие массы людей, чье поведение управляется нормами и роВЦИОМ, отчет об исследовании - что для россиян важнее всего при трудоустройстве? (N=1600, 02.05.2012) [Электронный ресурс]. URL:http://wciom.ru/index.Php ?id=459 (дата обращения: 10.06.2012); Лисовский В.Т. Духовный мир и ценностные ориентации молодежи России. СПб.: Гум. ун-т профсоюзов, 2000. 508 с.

146 Заславская Т.И., Шабанова М.А. К проблеме институционализации неправовых социальных практик в России: сфера труда // Мир России. 2002. Т.11. №2. С.3-38.

147 Вебер М. Избранные произведения: Пер. с нем.; сост., общ. ред. и послесл.

Ю.Давыдова; предисл. П.Гайденко; коммент. А. Филиппова. М.: Прогресс, 1990. 808 с.

148 Дюркгейм Э. Метод социологии // Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. Метод социологии / Пер. с фр., общ.ред. А.Б. Гофмана. М.: Канон, 1996. 432 с.

149 Конт О. Общий обзор позитивизма / Пер. с фр. И. Шапиро. Под ред.

Э. Радлова. Изд. 2-е. М.: КД «Либроком», 2011. 296 с.

150 Спенсер Г. Основания социологии: Данные социологии. Индукция социологии / Пер. с англ. Р.Окутов. Изд. 3-е. М.: Editorial URSS, 2013. 329 с.

лями»151. Это также «исторически сложившиеся и закрепленные, устойчивые, самовозобновляющиеся виды социальных взаимодействий, призванные удовлетворять те или иные человеческие нужды» или «система упорядоченных статусов и ролей, принудительно, неодолимо обеспечивающих самовозобновляемость, регулярность принятого (ожидаемого) характера процесса удовлетворения потребностей людей»152.

Социальный институт, по Э.Дюркгейму, можно понять как устойчивые, инвариантные, формы обыденной практики: «...эти формы бытия суть лишь укрепившиеся способы действия»153. Социальные институты создают правила, определяя одновременно возможности и ограничения, права и обязанности, роли и статусы. Основное назначение и смысл формирующегося института дистанционного труда состоит не в том, чтобы определять новые «правила игры», а в функциональной организации общественных взаимодействий людей, их групп и сообществ. Изменение функциональных форм связей и отношений невозможно без соответствующих структурных изменений.

В целом, актуальность исследования дистанционных социальнотрудовых отношений и практик обусловлена устойчивостью их развития.

В мире с каждым годом увеличивается число дистанционно занятых людей, например: в Европе в 1997 было более 2 млн. человек, а в 2005 году уже 27 млн. человек. К 2014 году, прогнозируется увеличение дистанционных работников примерно до трети занятых европейцев и до 20% американцев. В европейских странах, по статистике Британского института по развитию персонала, сегодня доля таких работников составляет от до 22% в общем количестве занятых154.

Позитивными для распространения дистанционных социальнотрудовых практик выступают не только экономические факторы (снижеДжери Д. Большой толковый социологический словарь (Collins): Пер. с англ. Т.1 (А - О). М.: Вече; АСТ, 2001. 544 с./С. 248.

152 Общая социология / Под общ. ред. проф. А.Г. Эфендиева. М.: ИНФРА-М, 2000.

153 Дюркгейм Э. Метод социологии // Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. Метод социологии / Пер. с фр., общ.ред. А.Б. Гофмана. М.: Канон, 1996. 432 с./С.

405.

154 По данным исследований Chartered Institute of Personnel and Development (CIPD) [Электронный ресурс]. URL: http://www.cipd.co.uk (дата обращения: 14.01.2013).

ние затрат на офисы, на социальные выплаты сотрудникам155), но и психологические, временные, социальные факторы. В контексте дистанционной занятости часто экономические факторы социально-трудовой деятельности не актуализированы, и работник сознательно идёт на отсутствие данных «опций», считая, что плюсы телеработы их перевешивает. Специфика дистанционного труда предполагает, что такие, традиционные вопросы, как:

моральная атмосфера в коллективе, требования к внешнему виду сотрудников и трудовой дисциплине, льготы и оплачиваемый отпуск, перестают быть значимыми. Остается только функциональное ядро процесса – выполнение (работник) и оплата (заказчик). Дистанционный труд выступает новой практикой выполнения работ по найму, которая становится возможной благодаря: «уменьшению стоимости и увеличению производительности компьютеров и телекоммуникаций; готовности некоторых средств и сервиса, которые поддерживают открытые электронные сети, включая открытый Интернет; растущей готовности работодателей, лиц, нанимающихся на работу, и других лиц искать новые возможности для достижения успеха в бизнесе и реализации личных целей»156.

В ходе исследования Arthur D.Little and Associates было установлено, что если от 10 до 20 % работающих в США переключатся на дистанционную работу, то ежегодно будет сэкономлено около 23 млрд. долл., 1,8 млн.

тонн загрязняющих веществ не будет выброшено в воздух, более 13 млн.

тонн горючего не будет сожжено автомобилями, 3 млрд. часов не будет «убито» на дорогу с работы и на работу157. В связи с необязательностью предоставления рабочего места, оргтехники у нанимателя снижаются расходы на аренду помещения и оборудования для рабочего места. Например, отделение IBM в штате Кентукки, перейдя на телеработу, сократило аренПо данным Ю.Веремейко, большинство работников используют свое рабочее место лишь на четверть от общего трудового времени (Веремейко Ю. Новые формы трудовых отношений: надомный труд и дистанционная занятость // Кадровик. 2009. №1. С.35-39).

156 Патлах В.В. Фриланс и Телеработа в Сети. Бизнес-Энциклопедия. М.: Арго, [Электронный ресурс]. URL: http://patlah.net/biznes/biz-01/int-frilans/int-frilans-02.htm (дата обращения: 07.04.2012).

157 Peter T. Effect of remote work on the being surrounded world [Электронный ресурс].

URL: http://www.adlittle.com/reports.html (дата обращения: 17.01.2013).

дуемые площади с 44000 кв. футов до 15000 кв. футов. Только экономия на аренде составила 400 тыс. долларов в год158.

При этом, дистанционный режим в подавляющем большинстве случаев не влиял на качество трудовой деятельности человека. Сравнительные исследования Дж. Найллса в области занятых посредством Интернеттехнологий и «обычных» работников (http://www.eto.org.uk /discuss.htm) подтвердили эффективность дистанционной работы (производительность труда и качество работы не снижались, а зачастую оказывались выше, чем при традиционной офисной организации). Соответственно, в ближайшее время возможно предполагать расширение пространства дистанционной занятости под воздействием социально-экономических, психологических и социокультурных факторов. Подтверждением такого развития событий выступают данные исследования Avaya Media Relations «Flexible Working in Europe and Russia» / «Гибкий рабочий график в Европе и в России» (выборка: 3000 сотрудников Европы и России, 2008 год). Было установлено, что: 94% наемных работников хотели бы иметь гибкий рабочий график;

17% компаний предоставляют возможность работать по гибкому графику;

30% менеджеров считают гибкие условия работы и технологии ресурсом повышения конкурентоспособности на международном уровне; 44% наемных работников уверены, что фирмы, где нет возможности гибкого графика, исповедуют устаревшую кадровую и организационную политику; 35% работников думают, что у работодателей имеются технологии для организации гибкого графика, но они предпочитают ими не пользоваться; 31% работающего населения при возможности непременно сменили бы работу, чтобы иметь гибкий рабочий график (при равенстве прочих факторов)159.

В то же время, значительная доля наемных работников, считающих гибкий рабочий график, телеработу, дистанционную занятость благом, может рассматриваться как один из факторов риска для устойчивости компаний. Это обусловлено тем, что фактически руководство компаний ставит 158 Веремейко Ю. Новые формы трудовых отношений: надомный труд и дистанционная занятость // Кадровик. 2009. №1. С.35-39.

159 Отчет о независимом исследовании «Гибкий рабочий график в Европе и в России»

(«Flexible Working in Europe and Russia» (N=3000)). Avaya Media Relations, 2008 // http://newsdesk.pcmag.ru/node/9537. Обращение к ресурсу 01.08.2012.

в привилегированное положение одних работников (меньшинство), которым созданы условия для работы по гибкому графику, а для других (большинство) это не доступно. Данный процесс, по мнению Avaya Media Relations, приводит не только к потере конкурентных преимуществ, но и к серьезному снижению лояльности продуктивно работающих сотрудников.

А также, добавим, стимулирует развитие социального неравенства, социального расслоения в организациях. Ограничения миграции работников в сферу дистанционной занятости связаны с тем, что не каждый готов самостоятельно планировать свой график, да и физически невозможно заменить, к примеру, сантехника или автомеханика удаленным сотрудником.

Но главное: на западе в системе фриланс трудятся только уже состоявшиеся профессионалы. В России часто совсем наоборот – дистанционный труд выступает скорее стартом в профессиональной карьере160, что объясняется как малым профессиональным опытом молодежи, так и её высокой активностью в виртуальном пространстве.

Существуют и иные ограничения. Например, неоинституциальные теории Р.Коуза161, Д.Норта162, О.Уильямсона163 рассматривают рынок как совокупность формальных и неформальных институциальных ограничений. С точки зрения исследователей, «формальные ограничения включают законы и другие регулирующие нормативные акты». Формальные ограничения в сфере дистанционной занятости молодежи, например, представлены, в настоящее время, отсутствием разработанного и закрепленного законодательно механизма дистанционного труда молодежи, его принципов, а также определения дистанционной занятости. Это отчасти могло бы снизить степень риска дистанционного труда, повысить социальную защищенность дистанционных работников. В тоже время, данный вид трудовой деятельности на современном рынке труда занял свою особую нишу, и уже на протяжении нескольких лет существуют российские фриланс-биржи, а 160 Демченко Е. Кто такие фрилансеры // Школа жизни [Электронный ресурс]. URL:

http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-5928/ (дата обращения: 12.03.2013).

161 Коуз Р. Фирма, рынок и право: сб. статей / пер. с англ. Б. Пинскера; науч. ред.

Р.Капелюшников. М.: Новое издательство, 2007. 224 с. ISBN 978-5-98379-087- 162 Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики / Пер. с англ. М.: Фонд "Начала", 1997. 180 с.

163 Уильямсон О. Сравнение альтернативных подходов к анализу организации // Уроки организации бизнеса. СПб.: Лениздат, 1994. С.51-63.

ряд компаний создает своим работникам дистанционный режим профессиональной деятельности (например, Виртуальный университет СГСЭУ, ДОМТЕК, Yota, Вега-Такс, СладКо, КОНТАКТ-ПРЕМИУМ, PROПАГАНДА, ИнтерЛабс, Москомприватбанк), а основную когорту дистанционных работников составляют молодые люди.

В России до настоящего времени дистанционные формы занятости не вызвали пристального внимания исследователей и практиков как в развитых странах (Гордон Г., Кинсман Ф., Найллс Дж)164. Кроме опыта создания в 1992 году Федеральной службой занятости Научного парка в Поволжском межрегиональном учебном центре (г.Саратов)165. Анализ отечественной литературы по проблеме дистанционной занятости, напр., Алимова Н. (нетипичные виды занятости)166; Веремейко Ю. (новые формы трудовых отношений)167; Головкин А. (телеработа как инновация)168; Кострюкова Н. (развитие нетипичных видов занятости в научной сфере, телекоммьютинг)169; Луданик М. (регулирование дистанционной занятости)170;

Меркулов М. (дистанционный персонал)171; Руденко Г., Мерко А. (глобализация и дистанционная (виртуальная) занятость)172; Токарев С. (онлайнработа, онлайн-работодатель)173; Чернухин В. (дистанционная работа, 164 Браччи Дж. Новые формы занятости и информационные технологии // Вопросы экономики. 1998. №2. С.153-158.

165 Зайцев Д.В., Щебланова В.В. Социология в Саратове // Мир России. 2006. №1.

С.159-167.

166 Алимова Н.К. Развитие нетипичных видов занятости для устойчивого инновационного развития страны // Международный электронный журнал. Устойчивое развитие:

наука и практика. 2011. Вып. 2(7). С. 8-13.

167 Веремейко Ю. Новые формы трудовых отношений: надомный труд и дистанционная занятость // Кадровик. 2009. №1. С.35-39.

168 Головкин А. Телеработа, взгляд на рубеже XXI века // Мир Internet. 2001. №4. С.40Кострюкова H.H. Перспективы развития нетипичных видов занятости в научной сфере // Научный интернет-журнал «Науковедение». 2011. №1(6). С.3-11.

170 Луданик М.В. Дистанционная занятость в России: перспективы развития и проблемы регулирования // Уровень жизни населения регионов России. 2007. N 8-9. С.71-86.

171 Меркулов М.М. Договорные отношения с дистанционным персоналом // Социальное развитие. 2005. № 10. С. 39-43.

172 Руденко Г., Мерко А. Социально-экономический кризис и становление виртуальной занятости // Кадровик. 2009. №6. С.30-35.

173 Токарев С. Ищем работодателя в онлайне // Мир Internet. 2001. №9 (59). С.10-16.

виртуализация рабочих мест)174 показывает отсутствие фундаментальных научных трудов по данной проблеме. Фактически нет исследований по анализу социальных аспектов дистанционной занятости, дистанционного труда, потенциальных путей его организации, причем, часто наблюдается подмена дистанционного труда надомным трудом, что не является правомерным.

Не сложилось среди российских специалистов и практиков и целостного понимания концепции дистанционного труда, о чём свидетельствует отсутствие четкого определения данного понятия. В источниках используются различные термины, рассматривающиеся как его синонимы: телеработа, «электронные поездки на работу», работа на расстоянии, фриланс, надомная работа, электронное надомничество. На сегодняшний день, можно найти десятки интерпретаций феномена дистанционная занятость, значение которой популяризируется только как своего рода "домашние офисы" или даже как псевдодеятельность. Под понятием «дистанционная работа» подразумевается выполнение должностных обязанностей не в офисном помещении компании, а там, где сотруднику удобно их выполнять:

дома, в другом городе и даже в другой стране. Английский термин "teleworking", в российских источниках переводится как телеработа, когда сотрудники работают на дому, то есть выполняют "дистанционную работу"175. По нашему мнению, дистанционная работа может трактоваться как способ сотрудничества, при котором работодатель и наёмный работник (или заказчик и исполнитель) находятся на расстоянии друг от друга, передавая и получая техническое задание, результаты труда и оплату при помощи современных средств связи (изначально – телефон, факс, в наши 174 Чернухин В. Дистанционная работа, или виртуализация рабочих мест // Человек и труд. 2002. №11. С.41-43.

175 См.: Алимова Н.К. Развитие нетипичных видов занятости для устойчивого инновационного развития страны // Международный электронный журнал. Устойчивое развитие: наука и практика. 2011. №2(7). С.8-12; Бородин И.И. Правовой статус телеработника (в порядке постановки задачи) // Трудовое право. 2008. №5. С.11-15; Колосова Р.П., Меликьян Г.Г. Занятость, рынок труда и социально-трудовые отношения. М.:

МГУ-ТЕИС, 2008. 238 с.; Меркулов М.М. Договорные отношения с дистанционным персоналом // Социальное развитие. 2005. №10. С.39-43; Моцная О.В. Правовое регулирование трудовых отношений при нетипичных формах занятости // Кадровик. 2009.

№6. С.19-24; Подшибякина Н.Д. Проблемы трудовых отношений: атипичные формы занятости // Труд и социальные отношения. 2009. №1. С.27-32.

дни - преимущественно Интернет). Одним из примеров такого продуктивного взаимодействия является кафедра Социологии, социальной антропологии и социальной работы ФГБОУ ВПО «Саратовский государственный (http://www.sstu.ru/node/245). С момента её создания в начале 1990-х годов стала внедряться форма электронного взаимодействия руководства и сотрудников, что значительно оптимизировало научно-исследовательскую и образовательную деятельность кафедры.

Социальная ценность новой формы социально-трудовых практик, к которым можно отнести дистанционный труд молодежи, обусловлена имманентно содержащимся в ней потенциалом к удовлетворению ряда потребностей общества, решению комплекса социетальных проблем. Впервую очередь, это проблемы, связанные с трудоустройством молодого поколения, снижением уровня безработицы, обеспечением занятости (в т.ч.

временной, эпизодической) значительного количества членов общества.

При этом данная форма трудоустройства рассматривается как гибкая, не требующая статичного рабочего места (оно может быть виртуальным), жесткого графика, режима трудовой деятельности, предполагающая, в большинстве случаев, упрощенную модель оформления социально-трудовых отношений, социально-трудовых практик. Всё это приобретает особую актуальность с учетом распространения безработицы. По данным Росстата за 2012 год, в России проживает 38 млн. человек в возрасте от 14 до 30 лет (почти треть населения страны) и каждый десятый из них – безработный.

Как указывает Э.Гидденс, безработица в мире среди тех, кому от 18 до лет в 2 раза выше, чем среди всех остальных молодых людей176. В России доминируют в рейтинге безработицы молодежи периферийные регионы (Приложение 1).

Фактически, говорить об институциализации дистанционного труда, возможно в связи с тем, что опыт его реализации, в Европе и США к году будут иметь 55-60 млн человек; в Финляндии – более трети работающего населения - телеработники; в России таких уже более 1 млн человек, но каждый год происходит увеличение в среднем на 100 тысяч работниГидденс Э. Социология / При участии К. Бердсолл: Пер. с англ. М.: Едиториал УРСС, 2005. 632 с./С.36.

ков177. Этот труд стал для них обычным, повседневным, привычным, само собой разумеющимся, что говорит о его институциализации.

Новые институты возникают там, где есть интересы, где происходит конкуренция за ресурсы. Институт оформляет эту конкуренцию; всегда воплощая власть, властные отношения, что актуализирует институциальную организацию. Задача этих организаций - реализация формальноправовых, эксплицированных правил и ограничений путем введения соответствующих механизмов контроля, регулирования и принуждения. Для института наемного труда в качестве таких механизмов выступает, в том числе, и нормативно-правовая база, на основе которой строятся трудовые отношения работников и работодателей. На наш взгляд, она не является таковой в случае рассмотрения системы дистанционного труда молодежи.

Практики социально-трудовых взаимодействий в рамках дистанционного труда, свидетельствуют о доминировании неформальных норм и межличностных способов регуляции отношений участников процесса дистанционного труда. При этом вмешательство государства, как субъекта, формирующего систему нормативных правил, недостаточно, поскольку нормы, регулирующие трудовые отношения дистанционных работников, закрепленные в Трудовом кодексе РФ (далее - ТК РФ), четко не прописаны, несмотря на то, что за последние десятилетия поменялись не только количественные, но и качественные характеристики дистанционной занятости.

Предусмотренная ТК РФ возможность надомной работы лишь незначительная часть дистанционного труда.

В целом структура дистанционного труда в фокусе молодежи представлена, на наш взгляд, следующими элементами:

- группы молодые работники и работодатели;

- государство и фриланс-биржи как координаторы;

- службы занятости, кадровые агентства, центры комплексной поддержки молодежи;

- провайдеры дистанционных социально-трудовых практик (реализующие функции подготовки к дистанционному труду и его информационно-технологического обеспечения).

177 Гревцова Д. Аналитический отчет, 2011: Центр изучения профсоюзов и протестных движений [Электронный ресурс]. URL: http://top.rbc.ru/economics/24/08/2011/611970.

shtml (дата обращения: 29.11.2012).

Данная система, с одной стороны, институциально ограничивает цели и средства социально-трудовой деятельности, с другой стороны, представляет акторам возможности для достижения своих целей, определяет нормы и правила взаимодействия. Институты, организации и иные координирующие механизмы относительно автономны и, преследуя собственные интересы, они дополняют друг друга, смыкаются в единую согласованную систему. Данные структурные образования не являются статичными и постоянно изменяются, следуя за изменениями социокультурного контекста. В социологии социальных изменений П.Штомпки в процессе социального становления выделяется три уровня. Высший уровень – структуры, которые рассматриваются как межсубъектные сети, автономные по отношению к «агентам». «Агенты» (низший уровень), в свою очередь, относительно независимы и их действия не полностью предопределены структурами и могут противостоять им (мобилизация для инноваций или протеста). На среднем уровне реальности социальных изменений происходит взаимодействие структур и агентов, образуя цепь событий, практик интеракционирования178. В результате, дистанционный труд как социальный процесс, обладающий структуральными свойствами (что согласуется со взглядом Э.Гидденса на труд179), существует в виде воспроизводимых, осмысленных действий субъектов деятельности, на которые влияют их возрастные и иные особенности. Так, к примеру, действия молодых людей всегда будут детерминированы, по мнению Д.Ольшанского, феноменами "юношеского нонконформизма" и "максимализма"180.

Соответственно, дистанционный труд вполне можно рассматривать как объект, находящийся в процессе институциализации, так как он предполагает определенный набор составных элементов, выступающих в более или менее оформленном виде в зависимости от типа института. Опираясь на основные структурные элементы социального института, указанные Я.Щепаньским181, возможно определить цель дистанционного труда молоСм.: Штомпка П. Социология социальных изменений / Пер. с англ. Под ред.

В.Ядова. М.:Аспект-Пресс, 1996. 416 с./ С.272.

179 Штомпка П. Там же, с.69.

180 Ольшанский Д. В. Психология терроризма. СПб.: Питер, 2002. С.41/288 с.

181 Щепаньский Я. Элементарные понятия социологии / Пер. с польск. М.М.Гуренко;

под общ. ред. А.М.Румянцева. М.: Прогресс, 1969. 240 с./С. 98.

дежи как её трудоустройство; сферу деятельности института - занятость молодежи; социальные функции: функция социально-трудовой адаптации, функция смягчения социального неравенства, функция развития виртуальной коммуникации, функция профессиональной мобильности; социальная роль – дистанционного работника; средства в виде электронных информационно-коммуникационных ресурсов; организационные структуры – к примеру, кадровые агентства, центры комплексной поддержки молодежи, фриланс-биржи, провайдеры дистанционных социально-трудовых практик.

Виртуальная социально-трудовая деятельность позволяет получить первичные знания о действительных, реальных социально-трудовых отношениях, их регулировании, о механизмах взаимодействия работника и руководителя, заказчика и исполнителя. При этом дистанционный режим (без личного контакта) такого интеракционирования в определенной степени является щадящим для молодых людей. Тем более, в Интернете имеется множество ценных ресурсов, выполняющих наставническую и образовательную функции, раскрывающих специфику, нового для многих, дистанционного труда, проблемы его организации (напр., www.aton.ru, www.bcs.ru, www.finam.ru, www.freelance.ru, freelance-school.ru). Кроме того, сообщество фрилансеров («свободных тружеников») также «подставляет своё плечо» новым телеработникам (напр., www.freelance-help.ru, www.freelancing-1c.ru/, www.simonela. at.ua/index/frilans, www. kadrof.ru, www. zarabotoktut.clan.su, www. earnonline.ucoz.ru).

Данная ситуация способствует развитию профессионализации содержательной основы дистанционного труда, достижению им высокого организационного и процессуального уровней, выполнения социальных функций с учетом современных социальных трансформаций. Дистанционный труд предполагает развитие специфических умений, навыков, увеличение числа способов реализации социально-трудовых функций. На индивидуальном уровне профессионализация представлена такими процессуальными действиями, как освоение информационных и технологических ресурсов процесса дистанционного труда, развитие умения реализовывать дистанционно социально-трудовые функции технологически, овладение коммуникативными практиками виртуальной коммуникации. Например, бухгалтер, ставший дистанционным работником, должен уметь осуществлять виртуальную коммуникацию по всем финансовым вопросам, независимо от их сложности и специфики. Для трейдера важно овладеть умением произведения операций с ценными бумагами посредством специализированных электронных программ. Редактору или дистанционному преподавателю необходимо знать электронные программы, а также способы передачи текстовой и визуальной информации, её архивирования, макетирования.

Для молодых людей освоение «дистанционной» стороны социальнотрудовых отношений, с одной стороны, может выступать дополнительной проблемой в процессе становления как специалиста, с другой – оно часто, на наш взгляд, и начинается с овладения именно дистанционными особенностями трудовой деятельности, что упрощает и сокращает время постижения основ конкретной специальности.

Социологические исследования показывают, что рыночные ориентации значительно изменили менталитет молодого поколения182. Если раньше в центре жизненной стратегии были проблемы реализации интересов и способностей, возможность в будущем получить работу, в соответствии со склонностями, хотя и не всегда высоко оплачиваемую, то в настоящее время на место традиционной модели социально-трудовой мобильности пришло рациональное планирование карьеры. Классические рыночные качества личности, как например, чувство ответственности, готовность к риску, дисциплинированность стали играть определяющую роль при выборе специализации. Интересная и высокооплачиваемая работа являются для молодежи основным способом улучшения своего материального положения.

Данные социологических опросов (Абрамова Е.183, Агранович М., Зубок Ю.184, Иванова Т.185, Третьяков М.186, Чередниченко Г.187) подтверМолодежь новой России: ценностные приоритеты. Аналитический доклад Института социологии РАН. М.: ИС РАН, 2007 [Электронный ресурс]. URL:

http://www.isras.ru/files /File/Doklad/Doclad_Molodezh.pdf (дата обращения: 11.02.2013).

183 Абрамова, Е. Г. Показатели востребованности выпускников на рынке труда (Обзор российской и зарубежной прессы) // Высшее образование в России. 2010. №11. С. 88Молодежь России. Обзор литературы / Я.Охана, В.Луков М., Ю.Зубок, М.Агранович. М., 2010. [Электронный ресурс]. URL: http://www.unrussia.ru/sites/default/ files/doc/youth_ in_Russia_Executive_Summary_rus.pdf (дата обращения: 11.01.2013) 185 Иванова Т.Н. Профессиональная ориентация как фактор развития социальнотрудовой мобильности молодежи: Монография. Тольятти: ТГУ, 2009. 108 с./С.14.

ждают мнение о том, что социальная мобильность молодого поколения возрастает. В условиях рыночных отношений в течение короткого времени возможна неоднократная смена специализации, социального статуса. Процесс трудовой мобильности для каждого отдельного дистанционного работника воплощается в форме трудовой карьеры. Процесс карьеры представляет собой единство двух направлений: горизонтального (накопление знаний, умений, опыта, повышение квалификации и образования, которые позволяют выполнять более сложную и ответственную работу, завоевать авторитет среди товарищей, повысить доверие и расширить самостоятельность) и вертикального (продвижение в должности). В социологии под карьерой понимают модель, сферу перемещения индивида с нижестоящих общественных позиций на вышестоящие188. Трудовая карьера дистанционного работника, как разновидность этого понятия, отражает продвижение вверх в сфере трудовой деятельности. Она может быть стабильной в пределах одного рабочего места и динамичной - со сменой рабочих мест; в зависимости от направлений переходов - горизонтальной и вертикальной (собственно трудовая карьера). Трудовая карьера индивида обусловлена существующим разделением труда и находится под определенным воздействием образования, квалификации, стажа работы, социального происхождения, места рождения (город, село), социальной активности и здоровья.

В данном контексте занятость молодых людей с ограниченными возможностями является традиционно актуальной проблемой для любого цивилизованного общества. Инклюзия людей с различными заболеваниями, патологическими состояниями, с инвалидностью в систему дистанционных социально-трудовых отношений способствует, в русле гуманистической парадигмы, повышению их качества жизни, дохода, решению / смягчению личностных проблем, расширению круга коммуникации. С учетом числа таких людей (в России по данным Росстата на 01.01.2013 гоТретьяков, М. С. Молодежь на региональном рынке труда // Регионология. 2009.

№4. С. 169-172.

187 Чередниченко Г. А. Молодежь России: социальные ориентации и жизненные пути:

(опыт социологического исследования). Ин-т социологии Рос. акад. наук.

СПб.:Издательство Русского Христианского гумм. ин-та, 2004. 503 с./С.324-327.

188 Социологический справочник / Под ред. В.И. Воловича, 1990 [Электронный ресурс]. URL: http://voluntary.ru/dictionary/1106/word/karera-trudovaja (дата обращения:

11.01.2013).

да только официально зарегистрированных инвалидов – более 11 млн) содействие их занятости является одним из основных направлений социальной политики в контексте оптимизации государственных расходов, коммерциализации и рентабельности.

С этой целью разрабатываются, например, различные государственные образовательные и социокультурные программы. Одной из комплексных является принятая в 2011 году Федеральная Целевая Программа (ФЦП) "Доступная среда", призванная решать проблемы инвалидов в РФ и рассчитанная на пять лет. Программа затрагивает вопросы доступности образования, информации, права на труд инвалидов. Однако вопросы занятости людей с ограниченными возможностями отражены в программе поверхностно и дистанционная занятость (телекоммьютинг, телеработа) не рассматривается как ресурс их социально-трудовой интеграции, несмотря на относительно широкое распространение данного вида занятости. В тоже время, влияние дистанционного труда на качество жизни людей с ограниченными возможностями проявляется в повышении самооценки, степени индивидуальной уверенности, формировании чувства собственной личностной значимости для окружающих, в первую очередь, близких людей, появлении смысла жизни. Соответственно, важно расширять пространство данной формы трудовой деятельности и, прежде всего, прописать в законодательстве её характеристики. Перспективы развития дистанционных форм трудовой деятельности людей с инвалидностью напрямую связаны с совершенствованием законодательства, организацией системы социального сопровождения, социальной поддержки таких людей, содействия их трудоустройству.

В целом генезис дистанционной социально-трудовой деятельности, предопределенный появлением телекоммуникационного пространства, новых информационно-электронных ресурсов в сфере труда, с одной стороны, обеспечивает доступность социально-трудовых практик для представителей различных социальных групп, содействует смягчению социального неравенства в их отношении; с другой – повышает уровень требований общества к общепрофессиональной и специальной компетенциям работника, его социальной мобильности. Значимыми выступают противоречия между: необходимостью оптимизации решения проблемы трудоустройства молодых людей, объективным сокращением рабочих мест, низким социальным статусом многих профессий и отсутствием информации о социально востребованных профессиях с потенциально гибким графиком работы, а также неготовностью системы традиционного трудоустройства его предоставить; актуальностью разработки программ содействия дистанционной социально-трудовой деятельности молодежи и углубленного исследования феномена дистанционного труда.

Дистанционные социально-трудовые практики выступают своеобразным маркером человека, в ряде случаев критерием его активности, личностных характеристик (способности к успешной адаптации в обществе, восприимчивости к изменениям), профессионального уровня, социального статуса. Освоение данных практик оказывает определенное влияние на жизнь человека, её структуру, содержание, трансформирует отношения с близкими людьми, появляется больше времени для общения с ними. Дистанционный труд в настоящее время является относительно новым социальным феноменом и реализуется под влиянием комплекса факторов социально-экономического, политического характера.

Дистанционный труд, на наш взгляд, представляет собой особую форму организации социально-трудовой деятельности, вне традиционного рабочего места, на основе виртуального взаимодействия, с целью удовлетворения индивидуальных, социальных и социетальных потребностей с использованием электронных информационно-коммуникационных средств. Процессы формализации и упорядочения дистанционных действий, дистанционных социально-трудовых отношений и практик, четкость цели, сферы реализации, средств и структурных компонентов дистанционного труда как социального института, выполняемых им социальных функций свидетельствуют о развитии тенденции его институциализации.

Интенсивность развития форм дистанционного труда во многом зависит от отношения к нему в обществе, удовлетворенности его результатами, знания степени востребованности конкретных дистанционных социально-трудовых практик, представления об их возможностях и ограничениях. В настоящее время дистанционный труд воспринимается в обществе как одна из устоявшихся форм трудовой деятельности, что подтверждается результатами проведенного межрегионального исследования189.

В массовом опросе приняли участие 148 женщин (52%) и 137 мужчин (48%). Незначительное доминирование первой группы отчасти может объясняться тем, что дистанционный труд оказывается для многих женщин выходом в ситуации, когда невозможно трудоустроиться обычным способом, либо из-за предвзятого отношения работодателя, либо в связи с актуальностью особого графика труда (уход за ребенком, за больными родственниками). По возрасту, респондентов возможно объединить в три основные группы: более половины – это люди в возрасте от 26 до 30 лет (55%), почти четверть (23%) – от 22 до 25 лет и 22% - молодежь в возрасте 18 - 21 год. Почти каждый шестой участник опроса указал на проблемы со здоровьем (14%).

По уровню образования на первом месте респонденты с дипломом высшего образовательного учреждения (41%); на втором – с незаконченным высшим (25%) и на третьем месте – представители молодежи, получившие среднее специальное образование. Распределение участников опроса по данному признаку в федеральных округах соответствует данным по всей выборке. Превалирование дистанционных работников с высшим образованием наблюдается и в европейских странах, что представлено гистограммой 1 (Приложение 4). Значительная доля людей с высшим образованием является позитивным моментом, т.к. по данным, приводимым М.Кастельсом, социально-экономическая сфера в развитых странах опирается именно на образованных людей в возрасте 25-40 лет190, что в итоге 189 Социологическое исследование с использованием метода анкетного опроса двух групп респондентов: молодежи, осуществляющей трудовую деятельность в дистанционном режиме проводилось в 2011 - 2012 гг. под руководством В.В.Щеблановой, проф.

каф. Социологии, социальной антропологии и социальной работы СГТУ имени Гагарина Ю.А. Использован метод анкетного опроса по Интернету (N=285). Тип выборки – систематическая. Главный критерий выборки – молодые люди, занимающиеся дистанционной трудовой деятельностью. Респонденты представляли три федеральных округа, репрезентирующих центральные районы страны и периферию: Центральный федеральный округ (ЦФО (N=90)), Приволжский федеральный округ (ПФО (N=102)), Сибирский федеральный округ (СФО (N=93)). Результаты опроса в табличной форме представлены в Приложении 3, табл. 3.1 - 3.5.

190 Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура / Пер. с англ.

под науч. ред. О.И. Шкаратана. М.: ГУ ВШЭ, 2000. 608 с./С.136.

обусловливает формирование прогрессивных тенденций социетального масштаба.

Анализ гендерных особенностей показывает, что в группе удаленных работников преобладают мужчины и женщины с высшим образованием (50% и 33% соответственно), а ученую степень имеют 9% первых и 2% вторых. Уровень образования, выступая во многом «стартовым образовательным ресурсом» (по Г.Чередниченко), оказывается существенной социальной характеристикой, дифференцирующей дальнейшее трудоустройство молодежи191. Соответственно, выпускники общеобразовательных школ, а в ряде случаев и средних специальных учебных заведений, оказываются изначально в менее выгодных социальных условиях на рынке труда. При этом, в данном случае, по-мнению И.Старик, значим не только образовательный уровень, но и внутренние ресурсы – личностный потенциал молодых людей192.

Базовое (первое) профессиональное образование имеют 94% участника анкетного опроса. Из них: естественно-научное образование отмечается фактически у каждого десятого (9,5%); экономическое - у 22%; техническое - у каждого четвертого (25%); гуманитарное образование получило более трети респондентов (37%). Больше всего гуманитариев проживает в ПФО (50%), технарей – в СФО (32%), естественников – в ЦФО (13%).

Вполне традиционно многие представители мужского пола имеют техническое образование (46%), а женского – гуманитарное (55%). Каждые шестая женщина и четвертый мужчина являются экономистами (18% и 26% соответственно). В большинстве случаев уровень имеющегося образования не определяет вид дистанционной деятельности респондентов.

Анализ специфики семейного положения респондентов показывает, что число участников анкетирования, состоящих и не состоящих в браке (в т.ч. в гражданском) является примерно равным (48% и 52% соответственно). При этом в браке состоит 54% мужчин и 43% женщин. В определенЧередниченко Г. А. Новое в образовании и профессиональной деятельности молодёжи // Социологические исследования. 2009. № 7. С. 119-125.

192 Старик И. Н. Доступность образования для людей с ограниченными возможностями здоровья (влияние территориально-поселенческого фактора) // Теория и практика общественного развития. 2011. №2. С. 80-85.

ной мере это может объясняться возрастом респондентов и общемировыми тенденциями к позднему супружеству. Отличаются разнообразием жилищные условия молодых людей, занимающихся телеработой. Отдельную собственную жилплощадь (квартиру или дом) имеет каждый третий (32%);

на отдельной, но съемной жилплощади проживает 30%; вместе с родителями вынуждены проживать 28% респондентов и в общежитии – каждый десятый (10%). Жилищные условия у представителей обеих гендерных групп схожи. Достаточно высокий процент молодежи, совместно проживающей с родственниками, связан как с невозможностью приобретения собственного жилья, так и с ограничениями здоровья (в т.ч. с инвалидностью), а также необходимостью постоянного ухода за близкими людьми.

Анализируя данные по федеральным округам, видно, что наиболее обеспеченными являются жители ЦФО, из которых 40% живут отдельно в собственной квартире или доме. В ПФО чаще всего (в 35% случаев) молодые проживают с родителями или родственниками, а в СФО – предпочитают аренду жилплощади (32%).

Перейдем к рассмотрению основных результатов исследования и их интерпретации. Наиболее важным, с нашей точки зрения, является мнение респондентов по вопросам трех основных разделов анкеты: «Возможность дистанционного труда»; «Особенности дистанционных социальнотрудовых практик»; «Последствия и проблемы дистанционной трудовой деятельности».

Анализ исследовательских данных показывает, что дистанционный труд, по результатам опроса, чаще действительно выступает в качестве основного источника дохода. Таковым он является для 53% респондентов.

При этом в Центральном федеральном округе (ЦФО) доля профессиональных телеработников возрастает до 59%, а в Сибирском федеральном округе (СФО) их насчитывается только 48%. Интересным является, что для женщин дистанционный труд чаще становится основным способом заработка (почти 60%), чем у мужчин (47%). Вторая работа и материальная помощь со стороны близких, указываются чаще всего как дополнительные источники дохода (25% и 20% соответственно).

По доминированию в федеральных округах, вторая работа на первом месте - в СФО (35,5%), материальная помощь близких - в Поволжском федеральном округе (ПФО (38%)), а проценты по банковским вкладам - в ЦФО (13%). Интересным является, что женщины в два раза реже заняты на второй работе, по сравнению с мужчинами (18% против 33% соответственно) и чаще надеются на помощь близких (26,5% против 13% соответственно).

Более трети опрошенных (38%) отметили потенциал дистанционной занятости в обеспечении привилегированного положения среди обычных работников и выбрали ответ «Скорее да, чем нет». В федеральных округах больше всего таких отмечено в ЦФО (60%), а меньше всего - в ПФО (27%).

Безоговорочно считают, что данный вид деятельности повышает социальный статус среди окружающих людей 13% опрошенных. Наивысший результат по данному вопросу отмечен в СФО (16%), низкий - в ПФО (9%).

Примерно каждый шестой участник анкетного опроса отрицает это, либо сомневается (17% и 15% соответственно). Среди мужчин меньше тех, кто с пессимистических позиций рассматривает потенциал дистанционной трудовой деятельности в повышении социального статуса человека (в сумме 30% против 33% женщин).

Анализ основных результатов исследования по разделу «Возможность дистанционного труда» показывает, что на решение стать телеработником, в-первую очередь, повлияла потребность в дополнительном заработке (более половины мужчин (57%) и почти половина женщин (44%)), во-вторую – возможность самостоятельно определять время трудовой деятельности (23%); в-третью - интерес к разным видам деятельности и желание получить новый опыт (в среднем 19%). Наибольшее число таких людей оказалось в ЦФО (в сумме 43%) и наиболее важным это стало для половины женщин (52%). Согласными с ними был только каждый четвертый представитель мужского пола. Четвертое место занял ответ «невозможность трудоустроиться обычным способом» (16%) и для 24% телеработников из ПФО это была одна из значимых причин. Также в качестве причин телеработы по одному человеку из ста отмечали: нежелание тратить много времени на дорогу до офиса, высокие требования работодателей к сотрудникам при низкой зарплате, отсутствие в месте проживания респондента подходящей работы; ожидание интересных видов работы, высокого дохода, возможности самореализации и раскрытия собственного потенциала.

В определенной мере это способствовало тому, что люди быстрее находили подходящий вид дистанционного труда (иногда работник просто переходил на дистанционный режим деятельности). Большинство опрошенных тратили на поиски удаленной работы от 3 до 6 месяцев (более 60%), а каждый двадцатый респондент - более года. В ПФО быстрее всего можно было найти телеработу (29%), а медленнее всего - в ЦФО (7%).

Женщины в основном находили устраивающий их вид деятельности за первые полгода (в среднем 27%), а мужчины тратили на это от 3-х до 6 месяцев (в среднем 25%). Полученные данные совпадают с данными по трудоустройству традиционным (не дистанционным) способом. Так М.Горшковым и Ф.Шереги установлено, что в первые 3 месяца трудоустраиваются чаще всего до 60% выпускников средних и высших профессиональных учреждений и это корреспондирует с общероссийскими данными193.

В основном поиск телеработы осуществлялся самостоятельно по объявлениям, в т.ч. и на фриланс-бирже (более трети случаев (39%)). При этом, если в ПФО и ЦФО респонденты чаще обращались к объявлениям в СМИ (32% и 27% соответственно), то в СФО наиболее простым способом оказалось найти дистанционную работу на фриланс-бирже (29%). Относительно равное число участников опроса воспользовались помощью друзей и знакомых, примером родственников, обратились в кадровое агентство, на биржу труда (в среднем 11%). Однако женщины чаще пользовались помощью друзей, знакомых и родственников (16%), чем мужчины (11%); а также у женщин почти в три раза чаще кто-либо из членов семьи является телеработником (12% против 4% соответственно). Двое респондентов самостоятельно предложили работодателю стать дистанционными наёмными работниками. Каждому шестому рассматриваемый вид занятости был предложен работодателем (16%). Таких продвинутых работодателей больше всего оказалось в ПФО (21%). Полученные данные репрезентируют отличие дистанционных работников от обычных наемных, что видно из сравнения с результатами, полученными М.Горшковым и Ф.Шереги в ходе проведенного ими исследования в два раза больше, чем в нашем опросе, молодых людей (в среднем 22%) указали на помощь при трудоустройстве родных, друзей и знакомых. Также, если у нас каждый четвертый нашел 193 Горшков М.К., Шереги Ф.Э. Молодежь России: социологический портрет / Институт социологии РАН. М.: ЦСПиМ, 2010. 592 с./С.230.

телеработу по объявлению в СМИ, то по данным представителей Института социологии РАН - примерно каждый шестой (18%).

Около половины опрошенных (41%) научили дистанционной деятельности работодатели. Остальные обучались её основам посредством самообразования (59% (72% мужчин и 47% женщин), на специальных курсах (29%), у родственников, друзей или знакомых (24%). Мужчины в 2, раза чаще пользовались возможностью обучения на специальных курсах, нежели женщины (41% против 16% соответственно), более половины, из которых обучил работодатель (55% против 26% соответственно). Эмпирические данные коррелируют с известными результатами социологических опросов, напр., Kensington Technology Group, в ходе которых было установлено, что 63% телеработников не получили никакой подготовки для того, чтобы "телеработать" продуктивно и эффективно (http://www.i2r.ru/static/314/out_5647.shtml).

Высокий процент тех, кто самостоятельно обучался основам дистанционной социально-трудовой деятельности и работает сейчас дистанционно, на наш взгляд, обусловлен фактическим отсутствием соответствующих программ, курсов. Проведенный анализ образовательных программ, предлагаемых, например, службами занятости населения (в т.ч. по доступным сайтам в сети Интернет), показывает отсутствие в их содержании дистанционного компонента. В службах занятости вопрос об удаленной работе артикулируется, прежде всего, в отношении людей с ограниченными возможностями здоровья (с инвалидностью). Им оказывается службой занятости содействие в прохождении образовательной программы, которая гипотетически могла бы осуществляться дистанционно (напр., веб-дизайн), но о механизме данной трудовой деятельности, её правовых, финансовых, налоговых и иных аспектах не говорится.

Ответы на вопросы второго раздела опросного листа «Особенности дистанционных социально-трудовых практик» были также информативны и во многом связаны с профессиональным выбором. Наиболее востребованными «дистанционными профессиями» оказались: трейдер, диспетчер на телефоне (либо оператор call-центра), программист и веб-дизайнер (от 12% до 10% соответственно). Второе место заняли такие профессии как:

бухгалтер, продавец Интернет-магазина и редактор (от 7% до 5% соответственно). На третьем месте – дизайнер интерьеров, преподаватель дистанционного обучения и корректор, а также администратор сайтов, оптимизатор, промоутер и кликальщик (от 4% до 3% соответственно). Достаточно массированная и агрессивная реклама профессии Интернет-трейдера (операции с ценными бумагами) на телевидении, в печати, в Интернете, возможно, объясняет её доминирование. С точки зрения гендера, наиболее востребованными профессиями оказались у женщин - диспетчер на телефоне (18%), редактор и продавец Интернет-магазина (по 10%); у мужчин программист (20%) и трейдер (15%). В федеральных округах в основном «лидируют» эти же виды занятости респондентов. Однако, в ПФО оказалось всего 3% программистов, но популярны бухгалтеры (12%), а в СФО на первом месте веб-дизайнеры (16%) и не популярны редакторы (3%).

Соответственно, приоритетными стратегиями дистанционной занятости молодежи стали, в регионах России, следующие: в ПФО - коммуникативная (напр., представлена специалистом call-центра (15%), в СФО и ЦФО IT-стратегия (веб-дизайнер (16%) и программист (17%)). Второе место заняли такие стратегии, как: в ПФО и СФО - финансово-экономическая (трейдер и бухгалтер (по 12%), а также трейдер и продавец Интернетмагазина (по 10%)) соответственно; в ЦФО - первая стратегия и коммуникативная (трейдер и специалист call-центра (по 13%)). Иные стратегии, например образовательно-консультационная (представленная, в частности, консультантом или советником, преподавателем дистанционного обучения), стратегия литературной обработки текста (редактор) не пользовались популярностью у опрошенных.

По сферам занятости респонденты распределились следующим образом: бытовые, коммунальные и иные услуги – 30%; торговля стала привлекательной для каждого четвертого участника опроса; веб-сфера - для каждого пятого; а каждый десятый нашел подходящий дистанционный вид трудовой деятельности в финансово-экономической сфере, IT-сфере и науке. В двух федеральных округах (ПФО и ЦФО) на первом месте оказалась сфера торговли (27%), а в СФО - сфера бытовых, коммунальных и иных услуг (39%). Примерно поровну произошло распределение представителей гендерных групп по сферам трудовой деятельности. Традиционным оказалось доминирование женщин в сфере социальных, культурных и образовательных услуг (в сумме 16% против 4% соответственно), а также мужчин в финансово-экономической сфере (13% против 8% соответственно), что подтверждает сложившиеся в обществе тенденции трудоустройства.

В целом о малой распространенности дистанционных социальнотрудовых практик свидетельствует незначительный профессиональный опыт телеработников. У подавляющего большинства респондентов (70%) его длительность варьируется от 1 года до 5 лет. Значительно число тех, кто от 3 до 5 лет занимается дистанционным трудом (30%). Эмпирические данные по федеральным округам России показывают, например, что в ЦФО достаточно большая доля тех, кто занимается телеработой более лет (20%). Возможно, это связано с первичным развитием многих телекоммуникационных средств именно в этом округе194. Подтверждением этому является исследование В. Солонина, отмечающего, что «…разница в телекоммуникационных возможностях крайне велика между Москвой и другими городами, а сравнивать городскую и сельскую связь просто неприлично»195. Соответственно, доступность цифровых технологий, как в техническом, так и в финансовом плане обусловливает широту использования в разных сферах жизни, в т.ч. и трудовой деятельности.

Далее анализируя результаты исследования, видно, что опыт дистанционного труда более 5 лет имеют 20% мужчин (против 8% женщин). Такая же картина в диапазоне - от 3-х до 5-и лет (35% и 26% соответственно).

В то же время наблюдается перевес женщин с опытом до 1 года (25% против 7% соответственно). Число мужчин и женщин с опытом от года до 3-х лет оказалось примерно одинаковым и наибольшим в выборке (39% и 41% соответственно). Относительная устойчивость интереса к дистанционной работе со стороны респондентов подтверждает её возможность, доходность и наличие важных преимуществ.

На преимущества телеработы обращают внимание все опрошенные.

Вопрос «Какие главные преимущества Вам даёт дистанционная трудовая деятельность в сравнении с обычным трудоустройством?» предполагал 194 Развитие Интернета в регионах России. Информационный Бюллетень. Яндекс. [Электронный URL: ttp://company.yandex.ru/researches/reports/internet _regions_2011.xml (дата обращения: 10.01.2013).

195 Солонин В. Сельская связь в России: вчера, сегодня, завтра // Интернет-издание о высоких технологиях [Электронный ресурс]. URL: http:www.cnews.ru (дата обращения:

25.01.2013).

возможность отметить несколько вариантов ответа. Почти 2/3 и мужчин и женщин самым главным считают возможность зарабатывать в домашних условиях (61%). Особенно это важно для жителей СФО, а наименее - для проживающих в ПФО. Около половины ценит возможность самостоятельно определять время для работы (45%). Среди мужчин таких было 50%, а среди женщин – 41%. Более трети участников опроса отмечают то, что не нужно тратить время на дорогу до работы и обратно (39%), а 28% - можно получать доход выше, чем ранее. Каждый пятый житель ПФО считает, что дистанционный труд позволяет увеличить объем свободного времени (21%), и в этом поддерживают их только 13% респондентов из ЦФО, и 3% - из СФО. Столько же в качестве преимущества телеработы указывают выгодные перспективы карьерного роста (3%). В ответах, набравших» по 1% присутствуют, например, такие оригинальные, как «возможность реализации любых способностей и амбиций», «принадлежность к элите», «за компьютером можно громко слушать музыку, сидеть в питательноувлажняющей маске и гладить котиков (параллельно работая - прим. ЯП)».

Для некоторых важным стало то, что дистанционный труд позволяет «быть как все, зарабатывающим», «быть трудоустроенным», «работать вообще».

Также к преимуществам следует отнести особенности графика дистанционного труда. На вопрос «Каков график вашей дистанционной работы» более 65% респондентов ответили - «до 3-х часов в день» и «от 3-х до 6-и часов в день». И это чистое время деятельности, так как время на дорогу до работы и обратно не тратится. В то же время значительная доля опрошенных (около трети) трудится дольше, чем обычные наёмные работники. Ответы «от 6-и до 9-и часов в день», «от 9-и до 12-и» и «более 12-и часов в сутки» в сумме набрали 34%. Это объясняется как «растягиванием»

телеработы (работают с перерывами), так и технической возможностью её осуществления в круглосуточном режиме (напр., Интернет-трейдинг). Однако, удлинение рабочего времени приводит к дисбалансу между профессиональной и личной жизнью. Проведенный анализ эмпирических данных с использованием таблиц сопряженности по регионам (ПФО, СФО и ЦФО) экстремумы (крайние значения) не выявил по этому вопросу анкеты. Анализ с гендерных позиций показал, что половина мужчин в основном работает «от 3-х до 6-и часов в день». Женщин с таким режимом работы насчитывается 35%. В режиме «от 6-и до 9-и часов в день» трудится 31% представителей женского пола и 24% - мужского. Более 12 часов в сутки не работает ни один мужчина, против 6% женщин.

Особенности графика дистанционного труда позволяют 82% участникам опроса совмещать с ним различные виды деятельности как учебной, так и рекреационной. Параллельно учатся в учреждениях среднего и высшего профессионального образования, а также на курсах повышения квалификации 24% респондентов (17% и 7% соответственно). При этом наибольшее число обучающихся - женщины (35% против 13% мужчин). Поволжский федеральный округ доминирует по доле людей, получающих образование параллельно выполнению профессиональных функций (суммарно 29%), меньше таких в ЦФО (23%) и СФО (19%). Каждый шестой занимается активным отдыхом (16%) и среди мужчин таких в два раза больше (17% и 8% соответственно). Однако вариант ответа «кроме работы ни на что времени не остается» в основном выбирали женщины, а не мужчины (27% и 9% соответственно). Дополнительно респонденты указали, что имеют хобби (7%), успевают заниматься семьей (2%), домашним (в т.ч.

подсобным) хозяйством (4%), общаются в Интернете (3%). Находит время и средства на путешествия почти каждый десятый из числа опрошенных (9,5%). Больше всего таких - в ЦФО (17%), что может быть объяснено как статистически фиксированным более высоким доходом его жителей, так и во многом детерминированной им сложившейся культурой отдыха в округе. Так по данным маркетинговых исследований компании "EVENTUS Consulting" (2009), самые высокие темпы роста доходов россиян были отмечены в Центральном федеральном округе196.

В связи с тем, что дистанционный труд пока не является широкораспространенной, легитимной практикой возникает множество проблем у тех, кто решает им заняться. Выявлению этих проблем, а также социального отношения к телеработе и был посвящен третий раздел нашего анкетного листа «Последствия и проблемы дистанционной трудовой деятельности».

Как и любая деятельность, дистанционная работа выдвигает определенные требования к человеку на подготовительном к ней этапе, и на этапе 196 Самые высокие темпы доходов россиян. Сравнительный анализ Федеральных округов [Электронный ресурс]. URL:http://bp-eventus.ru/news/newsissled/150svdochod.html (дата обращения: 28.01.2013).

непосредственного начала реализации дистанционных социальнотрудовых практик. В процессе подготовки к дистанционной деятельности фактически у 2/3 участников опроса возникли проблемы. Наиболее часто, жители трёх федеральных округов указывали на недостаточность знаний об информационных системах, компьютерах (28%), незнание специальных программ для работы в сети Интернет (18%), отсутствие возможности приобрести необходимую оргтехнику, оплатить Интернет-трафик (9,5%).

На первую причину чаще ссылалась фактически каждая вторая женщина (45%) и только каждый десятый мужчина (11%). Интересным является, что ни у одной женщины при подготовке к дистанционной трудовой деятельности не возникло проблем с приобретением оргтехники, оплатой доступа в Интернет, в то время как 20% представителей противоположного пола испытывали такие трудности.

Специфика доступности информационных технологий в городе связана с наличием средств для оплаты услуг, а в сельской местности также и с отсутствием или технической неустойчивостью Интернет-трафика из-за территориальной удалённости от города. Тем не менее, постоянный доступ к сети Интернет имеют 90% городских и 71% сельских респондентов197.

С отказом работодателей в оформлении трудовых отношений сталкивалось примерно равное число представителей обеих гендерных групп (в среднем 14,5%), прежде всего, проживающих в ЦФО (20%). В качестве интересных индивидуальных проблем, затрудняющих возможность организации дистанционного трудового процесса в ответах опрашиваемых отмечалось следующее (по 1%): «недостаток знаний о правильном оформлении «электронных» отношений», «неумение вести переговоры с незнакомым «человеком из компьютера», «сложность определения электронной формы, механизма взаимодействия с работодателем», «необходимость освоения знаний и технологий управления людьми без визуального общения».

Трудности отчасти связаны с тем, что только у 38% респондентов прослеживается связь телеработы с профессиональной деятельностью, которой они занимаются сейчас или занимались ранее (в СФО – у 48%). СоСтарик И. Н. Проблема трудоустройства как ограничение возможностей городской и сельской молодежи // Фундаментальные исследования. 2012. № 6. С.32-25.

ответственно, в подавляющем большинстве случаев, практикам дистанционной социально-трудовой деятельности приходится обучаться, и женщины это делают чаще (71%), нежели мужчинам (50%). Несмотря на наличие проблем, только 5% участников опроса заявили о возможном отказе от данных практик в пользу не дистанционной работы.

Непосредственное начало дистанционной трудовой деятельности также связано с определенным пулом проблем. Однако, у почти 2/3 опрошенных никаких проблем не зафиксировано. Среди проблем наиболее существенными оказались – отсутствие оплаты за выполненную работу (20%), необходимость самостоятельно вести бухгалтерию и платить налоги, а также низкое качество телекоммуникационных услуг (по 16% случаев соответственно). Каждый восьмой отметил потребность в «живом общении» (наиболее ценится оно в ПФО, наименее – в СФО), а каждый девятый человек из ста был более прагматичен и сетовал на невозможность получить оплату «больничного листа». Для женщин возможность межличностной коммуникации была наиболее значима в сравнении с мужчинами (18% и 6,5% соответственно), что, подтверждается различными социальноантропологическими, гендерными исследованиями (напр., Р.Лакофф198, М.Палуди199). Например, в ходе одного из социологических опросов С.Арслановой выявлено, что у российских женщин в иерархии мотивов занятости на первом месте находится возможность общаться с людьми, быть в коллективе (28%)200. Социальность человека обусловлена его природой и проявляется, прежде всего, посредством интерперсональной коммуникации (Г.Осипов)201.

Ряд опрошенных (6%) обратили внимание на особое отношение со стороны руководства организации, где они трудоустроены, которое проявлялось в их игнорировании. Например, в ПФО телеработников чаще (чем в ЦФО и СФО) не приглашали на корпоративные праздники, «забывали» соЛакофф Р. Язык и место женщины // Гендерные исследования. Харьковский центр гендерных исследований. 2000. № 5. С.241-254.

199Палуди М. Психология женщины. СПб.: ПрайЕврознак, 2003. 384 с./С.91.

200 Арсланова С.К. Гендерные стереотипы трудовой занятости женщины в условиях http://old.tisbi.org/science/vestnik/ 2004/issue2/Kult1.html (дата обращения: 27.12.2012).

201 Социальный / Энциклопедический социологический словарь / Под ред.

Г.В.Осипова. М.: ИСПИ РАН, 1995. С. 689.

общать о премиях, бонус, что можно расценивать как дискриминационные практики. Причем в отношении женщин они реализуются в пять раз чаще, чем в отношении мужчин (10% и 2% соответственно). Это является уже устоявшейся негативной тенденцией, что подтверждается результатами многочисленных исследований (например, О.Воронина202, Г.Силласте203, Е.Ярская-Смирнова204).

На релаксирующий эффект дистанционной работы указывают некоторые опрошенные, которым приходится «заставлять себя работать» (1%).

Частными проблемами, ставшими важными для малого числа участников опроса (один из ста) оказались «излишняя требовательность работодателя к инвалиду», «необходимость изучения психологических и филологических правил общения с людьми без личного контакта», «круглосуточный режим работы». Увеличение числа проблем для определенной группы респондентов было связано с состоянием личного здоровья и здоровья членов их семьи, родственников, особой семейной ситуацией, трудностями с получением документов для оформления трудовых отношений.

На вопрос «Какое отношение наблюдается к Вам, как к дистанционному работнику, со стороны обычных работников (коллег, друзей, знакомых)?» наибольшее число респондентов отметили, что отношение к ним окружающих людей, в т.ч. сотрудников организаций, где они трудоустроены, является нейтральным (почти половина случаев (55%) 59% мужчин и 51% женщин)). На наш взгляд, это может быть связано с либерализацией жизни современного российского общества, расширением свобод человека, снятием многих социальных ограничений, в т.ч. и по трудовой деятельности. Чем выше уровень цивилизации, тем свободнее она оперирует временем. Современный человек становится субъектом времени, что реализуется в его стремлении к свободе действия, оперативности, интенсификации 202 Воронина О. А. Государственные механизмы обеспечения гендерного равенства // Гендерное равенство в современном мире. М.: Макс Пресс, 2008. C.11-26.

203 Силласте Г. Г. Социальная дискриминация женщин как предмет социологического анализа // Социологические исследования. 1997. № 12. С.112-120.

204Ярская-Смирнова Е. Р.Феминистская критика социальной политики / Словарь гендерных терминов / Под ред. А.Денисовой. М.: Информация – ХХI век, 2002. 256 с./ С.229-232.

жизни205. Сегодня многих не интересует, что происходит в окружающей их жизни, с окружающими людьми, каждый волен самостоятельно конструировать своё витальное пространство с учетом только общих правил жизнедеятельности. С другой стороны, люди не знакомы с дистанционной формой труда, не воспринимают её серьезно и рассматривают как менее значимую, по-сравнению с обычным (не дистанционным) трудоустройством. Наблюдается зависимость от общепринятых норм (нормативность личности по Т.Парсонсу)206, которую изменить возможно посредством распространения позитивного опыта дистанционной занятости.

Положительное отношение со стороны друзей и знакомых проявлялось чаще (в особенности к женщинам), нежели со стороны коллег (36% и 20% соответственно). Возможно, это объясняется существующими, либо сконструированными ограничениями для подавляющего числа обычных наёмных работников в отношении труда в домашних условиях (не имеют соответствующих знаний, оборудования, не разрешает руководство). В связи с этим отрицательное отношение со стороны коллег оказалось доминирующим в 8% случаях (особенно в СФО), против 3% - со стороны друзей и знакомых (в ПФО такого не наблюдалось вовсе). Интересным является, что подобное отношение проявлялось только в отношении 6% женщин.

Таким образом, развитие дистанционного труда является для современной России одним из важных направлений государственной политики с учетом увеличения числа незанятого населения, особенно молодежи. Дистанционный труд возможно рассматривать в качестве реального механизма оптимизации социально-трудовых отношений в настоящее время, а также условием генезиса модернизационных процессов в российском обществе.

Дистанционный труд представляет собой особую форму организации социально-трудовой деятельности, вне традиционного рабочего места, на основе виртуального взаимодействия, с целью удовлетворения индивидуальных, социальных и социетальных потребностей с использованием электронных информационно-коммуникационных средств. Процессы виртуаЯрская В.Н. Время в эволюции культуры: философские очерки. Саратов: СГУ, 1989. 152 с./С.90.

206 Парсонс Т. Система современных обществ / / Пер, с англ. Л.А. Седова и А.Д. Ковалева. Под ред. М.С. Ковалевой. М.: Аспект-П, 1998. 269 с./С.94.

лизации социально-трудовых отношений становятся объективной реальностью и непосредственно влияют на жизнедеятельность современного человека. Виртуализированность дистанционного труда проявляется в наличии специализированных информационных ресурсов, сайтов, построении социально-трудовых отношений посредством виртуальной коммуникации, основой которых выступает доверие между работником и работодателем.

Это способствует расширению перспектив профессиональной реализации молодых людей в контексте социально-структурных трансформаций.

Современными тенденциями развития дистанционных социальнотрудовых практик молодежи в межрегиональной перспективе являются институциализация и профессионализация. Наблюдается формализация и упорядочение дистанционных социально-трудовых отношений и действий, четкость цели, сферы реализации, средств и структурных компонентов дистанционного труда как социального института, выполняемых им социальных функций. Процесс профессионализации организационного содержания дистанционного труда молодежи характеризуется следующими чертами: легитимация дистанционного труда; создание организационных компонентов системы дистанционного труда молодежи; разработка содержательно-технологических аспектов дистанционной социально-трудовой деятельности; популяризация дистанционного труда в молодежной среде и обществе.

Данный труд способствует, прежде всего, горизонтальной социальной мобильности и повышению социального статуса молодого человека.

Дистанционный труд является значимым для молодежи, как в материальном, так и в социальном плане. Он позволяет совмещать разнообразные социально-трудовые практики с процессом обучения в образовательных учреждениях, выполнением социальных ролей, а также увеличивает объем свободного времени для реализации действий досугового характера, занятий хобби, обусловливает повышение самооценки, нивелирование социальной дифференциации. Молодые люди интегрированы в социальнотрудовые отношения и реализуют в основном исполнительские функции в контексте дистанционного труда, что является первичным этапом накопления ими профессионального и коммуникативного опыта, повышения степени доверия со стороны коллег и руководства. Отличительными чертами молодых фрилансеров выступает, с одной стороны самостоятельное проявление социально-трудовой активности и индивидуальная (но не всегда устойчивая) ответственность за её результаты, согласие на непостоянство доходов, отсутствие социального пакета и оплачиваемого отпуска, сужение круга общения, приоритет непрямого социального взаимодействия, с другой – свобода выбора видов трудовой деятельности по собственным предпочтениям, интересам, срокам её реализации, опосредованный социальный контроль.

Молодежь предстает одним из основных акторов дистанционного труда, структура которого в целом включает следующие элементы: группы молодые работники и работодатели; службы занятости, кадровые агентства, центры комплексной поддержки молодежи; государство и фриланс-биржи как координаторы; провайдеры дистанционных социальнотрудовых практик (в т.ч. реализующих функцию подготовки к дистанционному труду). Данная структура предопределяет возможность выполнения ряда социальных функций дистанционного труда молодежи, в частности: функция социально-трудовой адаптации, функция смягчения социального неравенства, функция развития виртуальной коммуникации, функция профессиональной мобильности. Результаты эмпирического исследования в трех российских регионах свидетельствуют, что дистанционный труд в отношении молодых людей обладает ресурсом повышения их социального статуса, решения проблем социальной дискриминации и социального неравенства. Более трети опрошенных (38%) отмечают потенциал дистанционного труда в обеспечении привилегированного положения среди обычных работников, повышении степени их социальной мобильности. Значительное число респондентов с опытом от 3 до 5 лет и более (в сумме 44%) отмечают, что для них дистанционный труд стал привычным, устоявшимся, приносящим определенную удовлетворенность. Наибольшее распространение практики дистанционного труда получили в Центральном федеральном округе, наименьшее – в Сибирском федеральном округе России.

Приоритетными стратегиями дистанционной занятости молодежи стали, в регионах России, следующие: в ПФО – коммуникативная, в СФО и ЦФО – электронно-информационная стратегия. Отсюда, факторами мотивации выбора дистанционных социально-трудовых практик, значимыми для молодого работника стали: повышение социального статуса, свободный график труда, увеличение объема свободного времени, получение первичного опыта социально-трудовых отношений и действий. В тоже время, для работодателя оказались важны такие факторы, как оптимизация социальнотрудовой деятельности, повышение лояльности работников, возможность привлечения профессиональных работников независимо от их территориальной принадлежности, превенция социальных конфликтов.

Наиболее вероятными перспективами развития дистанционных социально-трудовых практик выступают: во-первых, увеличение числа представителей женского пола в когорте дистанционных работников; вовторых, с учетом развития бакалавриата как системы профессиональной подготовки, произойдет снижение возрастного порога выхода на рынок дистанционного труда молодежи; в-третьих, расширение дистанционных социально-трудовых отношений, практик на фоне виртуализации практически всех сфер жизни общества и многих специальностей; в-четвертых, формирование поливозрастной основы дистанционных трудовых процессов и рост внутренней конкуренции; в-пятых, повышение степени включенности в дистанционную занятость людей с ограниченными возможностями здоровья. Приоритетными проблемами развития дистанционного труда молодежи выступают: несовершенство законодательной базы, что негативно влияет не только на сам процесс реализации дистанционного труда, но и на социальное отношение к нему; отсутствие единства требований, подходов к оценке и управлению этим процессом; потенциальное отрицательное влияние на сплоченность коллектива, генерирование социальных конфликтов, в связи с привилегированным положением сотрудников, переведенных на дистанционный режим работы; актуализация самодисциплины, самоорганизации трудового процесса в домашних условиях;



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |
 


Похожие работы:

«ПОРТРЕТ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО МИГРАНТА Основные аспекты академической, языковой и социокультурной адаптации Научный редактор кандидат исторических наук Е.Ю. Кошелева Томск 2011 УДК 316.344.34:378.2-054.7 ББК С55.55 П 60 Рецензенты: д.ист.н. Шерстова Л.И., к.фил.н. Михалева Е.В. Научный редактор: Е.Ю. Кошелева Авторский коллектив: Л.С. Безкоровайная (гл. 1. § 2), Л.Б. Бей (гл. 1. § 2), В.В. Бондаренко (гл. 3. § 4), Л.Н. Бондаренко (гл. 3. § 4), Е.Н. Вавилова (гл. 2. § 2), Т.Ф. Волкова (гл. 2. § 1),...»

«Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина Ю.В. Гераськин Русская православная церковь, верующие, власть (конец 30-х — 70-е годы ХХ века) Монография Рязань 2007 ББК 86.372 Г37 Печатается по решению редакционно-издательского совета Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования Рязанский государственный университет имени С.А....»

«В.И.Маевский С.Ю.Малков НОВЫЙ ВЗГЛЯД НА ТЕОРИЮ ВОСПРОИЗВОДСТВА Москва ИНФРА-М 2013 1 УДК 332(075.4) ББК 65.01 М13 Маевский В.И., Малков С.Ю. Новый взгляд на теорию воспроизводства: Монография. — М.: ИНФРА-М, 2013. — 238 с. – (Научная мысль). – DOI 10.12737/862 (www.doi.org). ISBN 978-5-16-006830-5 (print) ISBN 978-5-16-100238-5 (online) Предложена новая версия теории воспроизводства, опирающаяся на неизученный до сих пор переключающийся режим воспроизводства. Переключающийся режим нарушает...»

«1 Министерство сельского хозяйства Российской Федерации Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Великолукская государственная сельскохозяйственная академия В.Ю. КОЗЛОВСКИЙ А.А. ЛЕОНТЬЕВ С.А. ПОПОВА Р.М. СОЛОВЬЕВ АДАПТАЦИОННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ КОРОВ ГОЛШТИНСКОЙ И ЧЕРНО-ПЕСТРОЙ ПОРОД В УСЛОВИЯХ СЕВЕРО-ЗАПАДА РОССИИ Научное издание ВЕЛИКИЕ ЛУКИ 2011 2 УДК 636.23:612(470.2)(035.3) ББК 46.03-27(235.0) А РЕЦЕНЗЕНТЫ: доктор биологических наук, профессор...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Сибирская государственная автомобильно-дорожной академия (СибАДИ) МАТЕМАТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ РАБОЧИХ ПРОЦЕССОВ ДОРОЖНЫХ И СТРОИТЕЛЬНЫХ МАШИН: ИМИТАЦИОННЫЕ И АДАПТИВНЫЕ МОДЕЛИ Монография СибАДИ 2012 3 УДК 625.76.08 : 621.878 : 519.711 ББК 39.92 : 39.311 З 13 Авторы: Завьялов А.М., Завьялов М.А., Кузнецова В.Н., Мещеряков В.А. Рецензенты:...»

«А.Я. НИКИТИН, А.М. АНТОНОВА УЧЕТЫ, ПРОГНОЗИРОВАНИЕ И РЕГУЛЯЦИЯ ЧИСЛЕННОСТИ ТАЕЖНОГО КЛЕЩА В РЕКРЕАЦИОННОЙ ЗОНЕ ГОРОДА ИРКУТСКА ИРКУТСК 2005 А.Я. Никитин, А.М. Антонова Учеты, прогнозирование и регуляция численности таежного клеща в рекреационной зоне города Иркутска Иркутск 2005 Рецензенты: доктор медицинских наук А.Д. Ботвинкин кандидат биологических наук О.В. Мельникова Печатается по рекомендации ученого Совета НИИ биологии при Иркутском государственном университете УДК 595.41.421:576.89...»

«ЖИРНОВ А.Г. САНЖАРЕВСКИЙ И.И. ПОЛИТИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ СОГЛАСОВАНИЯ ОБЩЕСТВЕННЫХ ИНТЕРЕСОВ В ПОЛИТИЧЕСКОМ ПРОЦЕССЕ СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ Тамбов – 2008 УДК 32.032 ББК 66.15.25 Рецензенты: доктор политических наук, профессор Т.Н. Митрохина доктор исторических наук, профессор В.С. Клобуцкий Жирнов А.Г., Санжаревский И.И. Политические механизмы согласования общественных интересов в политическом процессе современной России. – Тамбов: ООО Издательство Юлис, 2008. 150 с. Монография является научным...»

«УЧРЕЖДЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК ИНСТИТУТ МИРОВОЙ ЭКОНОМИКИ И МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ РАН Д.Б. Абрамов СВЕТСКОЕ ГОСУДАРСТВО И РЕЛИГИОЗНЫЙ РАДИКАЛИЗМ В ИНДИИ Москва ИМЭМО РАН 2011 УДК 323(540) ББК 66.3(5 Инд) Абрамов 161 Серия “Библиотека Института мировой экономики и международных отношений” основана в 2009 году Отв. ред. – д.и.н. Е.Б. Рашковский Абрамов 161 Абрамов Д.Б. Светское государство и религиозный радикализм в Индии. – М.: ИМЭМО РАН, 2011. – 187 с. ISBN 978-5-9535-0313- Монография...»

«ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ТЕПЛОФИЗИЧЕСКИХ ИЗМЕРЕНИЙ С.В. Пономарев, С.В. Мищенко, А.Г. Дивин ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ТЕПЛОФИЗИЧЕСКИХ ИЗМЕРЕНИЙ 2 2 ИЗДАТЕЛЬСТВО ТГТУ Министерство образования и науки Российской Федерации Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Тамбовский государственный технический университет С.В. Пономарев, С.В. Мищенко, А.Г. Дивин ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ТЕПЛОФИЗИЧЕСКИХ ИЗМЕРЕНИЙ Книга Монография...»

«Министерство образования Российской Федерации Алтайский государственный университет Российская академия наук Сибирское отделение Институт археологии и этнографии Лаборатория археологии и этнографии Южной Сибири Ю.Ф. Кирюшин ЭНЕОЛИТ И РАННЯЯ БРОНЗА ЮГА ЗАПАДНОЙ СИБИРИ Монография Барнаул – 2002 1 ББК 63.4(2Рос 53)2 К438 Рецензенты И.Г. Глушков, доктор исторических наук, профессор Кафедра археологии и исторического краеведения Томского государственного университета Научный редактор – академик А.П....»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Государственное образовательное учреждение Высшего профессионального образования Пермский государственный университет Н.С.Бочкарева И.А.Табункина ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ СИНТЕЗ В ЛИТЕРАТУРНОМ НАСЛЕДИИ ОБРИ БЕРДСЛИ Пермь 2010 УДК 821.11(091) 18 ББК 83.3 (4) Б 86 Бочкарева Н.С., Табункина И.А. Б 86 Художественный синтез в литературном наследии Обри Бердсли: монография / Н.С.Бочкарева, И.А.Табункина; Перм. гос. ун-т. – Пермь, 2010. – 254 с. ISBN...»

«АКАДЕМИЯ НАУК СССР В. Н. ШИМАНСКИЙ КАМЕННОУГОЛЬНЫЕ O R TH O C ER A TID A, ONCOCERATID A, ACTINOCERATIDA И BACTRITIDA И З Д А Т Е Л Ь С Т В О НАУКА АКАДЕМИЯ НАУК СССР ТРУДЫ ПАЛЕОНТОЛОГИЧЕСКОГО И Н С Т II Т У Т А Т о м 117 В. Н. ШИМАНСКИИ КАМЕННОУГОЛЬНЫЕ ORTHOCERATIDA, ONCOCERATIDA, ACTINOCERATIDA И RACTRITIDA ИЗДАТЕЛЬСТВО НАУКА Москва УДК 564.5(113.5) Ш и м а н с к...»

«С. Г. СЕЛИВАНОВ, М. Б. ГУЗАИРОВ СИСТЕМОТЕХНИКА ИННОВАЦИОННОЙ ПОДГОТОВКИ ПРОИЗВОДСТВА В МАШИНОСТРОЕНИИ Москва Машиностроение 2012 УДК 621:658.5 ББК 34.4:65.23 С29 Рецензенты: ген. директор ОАО НИИТ, д-р техн. наук, проф. В. Л. Юрьев; техн. директор ОАО УМПО, д-р техн. наук, проф.С. П. Павлинич Селиванов С. Г., Гузаиров М. Б. С29 Системотехника инновационной подготовки производства в машиностроении. – М.: Машиностроение, 2012. – 568 с. ISBN 978-5-217-03525-0 Представлены результаты...»

«Межрегиональные исследования в общественных наук ах Министерство образования и науки Российской Федерации ИНОЦЕНТР (Информация. Наука. Образование) Институт имени Кеннана Центра Вудро Вильсона (США) Корпорация Карнеги в Нью-Йорке (США) Фонд Джона Д. и Кэтрин Т. МакАртуров (США)       Данное издание осуществлено в рамках программы Межрегиональные исследования в общественных науках, реализуемой совместно Министерством образования и науки РФ, ИНОЦЕНТРом (Информация. Наука. Образование) и...»

«Кафедра. Итоги и достижения. Том 2 Бойцов Б.В., Головин Д.Л., Громов В.Ф. Кафедра 104 Технологическое проектирование и управление качеством Московского авиационного института. 80 лет Под редакцией профессора Б.В. Бойцова Москва Академия исторических наук 2011 УДК 658.512 ББК 30.2 К305 К305 Бойцов Б.В., Головин Д.Л., Громов В.Ф. Кафедра. Итоги и достижения. Том 2. Кафедра 104 Технологическое проектирование и управление качеством Московского авиационного института. 80 лет. М.: Академия...»

«Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Казанский государственный технологический университет Н.Н. Газизова, Л.Н. Журбенко СОДЕРЖАНИЕ И СТРУКТУРА СПЕЦИАЛЬНОЙ МАТЕМАТИЧЕСКОЙ ПОДГОТОВКИ ИНЖЕНЕРОВ И МАГИСТРОВ В ТЕХНОЛОГИЧЕСКОМ УНИВЕРСИТЕТЕ Монография Казань КГТУ 2008 УДК 51+3 ББК 74.58 Содержание и структура специальной математической подготовки инженеров и магистров в технологическом университете: монография / Н.Н....»

«В.Т. Смирнов И.В. Сошников В.И. Романчин И.В. Скоблякова ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ: содержание и виды, оценка и стимулирование Москва Машиностроение–1 2005 МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ОРЛОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ В.Т. Смирнов, И.В. Сошников, В.И. Романчин И.В. Скоблякова ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ: содержание и виды, оценка и стимулирование Под редакцией доктора экономических наук, профессора В.Т. Смирнова Москва...»

«Российский государственный социальный университет Российский научно-внедренческий проект Вовлечение молодежи в жизнь российского общества Вовлечение молодежи в жизнь общества. Презентация гипотезы российского научного исследования. Коллективная монография. Том 1. МОСКВА – 2007 Научные изыскания проведены при поддержке аналитической программы Развитие научного потенциала высшей школы Минобрнауки РФ и Рособразования. УДК 362.78 ББК 74.3+74.6 Рецензенты: Усков Сергей Владимирович, кандидат...»

«Сергей Павлович МИРОНОВ доктор медицинских наук, профессор, академик РАН и РАМН, заслуженный деятель науки РФ, лауреат Государственной премии и премии Правительства РФ, директор Центрального института травматологии и ортопедии им. Н.Н. Приорова Евгений Шалвович ЛОМТАТИДЗЕ доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой травматологии, ортопедии и военно-полевой хирургии Волгоградского государственного медицинского университета Михаил Борисович ЦЫКУНОВ доктор медицинских наук, профессор,...»

«Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Томский государственный архитектурно-строительный университет В.В. ЧЕШЕВ ВВЕДЕНИЕ В КУЛЬТУРНО-ДЕЯТЕЛЬНОСТНУЮ АНТРОПОЛОГИЮ Томск Издательство ТГАСУ 2010 УДК 141.333:572.026 Ч 57 Чешев, В.В. Введение в культурно-деятельностную антропологию [Текст] : монография / В.В. Чешев. – Томск: Изд-во Том. гос. архит.-строит. ун-та, 2010. – 230 с. ISBN 978-5-93057-356-5 В книге сделана попытка экстраполировать эволюционные...»







 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.