WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 15 |

«Следует бояться только неполной науки, той, которая ошибается, той, которая нас приманивает пустыми видимостями и заставляет нас.разрушить то, что мы затем пожелали бы восстановить, когда ...»

-- [ Страница 3 ] --

С перехо дом к производящему хозяйству и, прежде всего, к земледелию и животново дству господствующей формой жизнедеятельности человека становится труд, превративший работу в подчине нную себе форму деятельности. Развитие труда (а оно является ни чем иным как, развитием разделения труда) порождает новую реальную форму жизнедеятельности человека, ко торую я называю созиданием. Процесс труда в функциональном плане включает в себя два рода процессов. Первый из них представляет собой изготовление новых образцов, оригиналов материальных и ду ховных б лаг, технологий и т. п. Второй род процессов есть тиражирование, копирование, или серийное производство этих образцов благ и технологий. Для первого рода процессов характерно преимущественно творческое начало. Для второго преимущественно затрата физических сил. Первый ро д процессов и является созиданием. В условиях разделения труда на умственный и физический функция созидания прочно закреплена за людьми пр еимущественно умственного труда, а функция тиражирования выпадает на долю лиц преимущественно физического труда.

Для тиражирования оригиналов продуктов и техно логий характерна монотонная повторяемость одних и тех же операций. Следовательно, для них почти всегда можно найти тот или иной алгоритм, описать эти процессы математически и, подвергнув их автоматизации, передать функцию тираж ирования автоматическим системам машин. Тогда прекратится такой труд, при котором человек сам делает то, что он может заставить вещи делать для себя, для человека (Маркс, Энгельс, т. 46, 1, 280). Созидание из подчиненной труду формы жизнедеятельности преврати тся в господствующую форму жизнедеятельности, или в универсальную свободную жизнедеятельность людей. В качестве по дчиненных форм, или моментов этой свободной жизнедеятельности буду т выступать работа и труд, отчужденный характер ко торого будет снят созиданием.

Таким образом, углубленный анализ открыто го К. Марксом материалистического понимания истории позволяет обнаружить в истории развития человечества три крупных периода. Первым из них является период осознающей себя природы (определенной) материи. Основной формой жизнедеятельности людей в этот период выступает работа, или ограниченная свободная жизнедеятельность человека. Вторым материализующееся сознание. Господствующей формой жизнедеятельности здесь является тру д как отчужденная форма жизнедеятельнос ти людей. Третьим периодом, по всей видимости и логике, до лжен быть перио д сознания, удовлетворенного материализацией. Основной реальной формой жизнедеятельности в э тот период выступит созидание, или универсальная свободная жизнедеятельность человека, назы ваемая К. Марксом самодеятельностью. К наступлению этого перио да будет решена проблема прои зводства жизненных средств.





Спрашивается: как быть дальше? Какова связь этих периодов с теорией общественно -экономических формаций К. Маркса? Для поиска ответа на эти вопросы важное значение имеют три мысли К. Маркса, к сожалению, не удостоенные до лжного внимания исследователей. Первая из них высказана им в Предисловии к работе К критике политической экономии: В общих чертах, азиатский, античный, феодальны й и современный, буржуазный, способы производства можно обозначить, как пр огрессивные эпохи экономической общественной формации (Маркс, Энгельс, т. 13, 7) (по дчеркнуто мною. Т.А.). Здесь явно выражена идея о существования какой-то общей, экономической формации, включающей в себя все остальные общественно экономические формации или общественные способы производства. Вторая мысль касается тождества движения частной собственности и экономики. Не трудно усмотреть необ ходимость того, пишет К.

Маркс, что все революционное движение находит себе как эмпирическую, так и теоретическую основу в движении частной собственности, в экономике (там же, т. 42, 117).

Известно, ч то под движением частной собственности К. Маркс понимает ее возникновение, развитие и исчезновение. Значит экономика, экономическая деятельность людей совпадает с движением частной собственности. Третья мысль К. Маркса относится к выяснению субъективной (практической.

Т.А.) сущности частной собственности. Субъективная сущность частной собственности, частная собственность как обособленная деятельность, как субъект, как личность это труд (там же, т. 42, 108).

Следовательно, движение частной собственности, экономическая и трудовая деятельность — су ть формы проявления жизнедеятельнос ти людей в условиях о тчуждения, о хватываемого периодом экономической общественной формации.

Возникает проблема выяснения дву х различных понятий, встречающихся в экономическом учении К. Маркса: общественно-экономическая формация и экономическая общественная формация. Вне всякого сомнения они не являются тождественными. Однако, если первое понятие достаточно осн овательно раскрыто и освещено в научной литературе, то второе кажется чем -то случайным и загадочным. Всякому учению... если оно не идет всле д за временем, не развивается, не пополняется новыми чертами, пишет Н. Конрад, угрожают две опасности: догматизм, то есть превращение свободной творческой мысли в догму, и скепсис, то есть появление сомнения в ценности данного учения вообще (Конрад, 1 964, 210). Я думаю, что обеих угроз в отношении экономического учения К. Маркса можно изб ежать, если придерживаться формулы Петра Струве, выдвинутой им на переломе XIX и XX вв.: … Научный путь про ходит через систему К. Маркса, но выводит из нее и ведет дальше (Струве, 1990, 270).





Проблема различения названых понятий решается довольно просто, если для выражения п ериода, включающего несколько общественных способов производства, ввести новое, еще более общее понятие, чем понятие общественно-экономическая формация. Таким понятием, как мне думается, м ожет быть понятие метаформация (что означает буквально идущая после формации по широте охвата процессов жизнедеятельности человека).

В таком случае обозначенные мною выше три больших периода в развитии жизне деятельности человечества представляют собою три метаформации: метаформация - I (М I), метаформация - II (М II) и метаформация - III (М III). В основе жизнедеятельности людей на протяжении всех трех м етаформаций лежит процесс самосовершенствования человека.... Призвание, назначение, задача всякого человека всесторонне развивать все свои способности, в том числе... и способность мышления... (Маркс, Энгельс, т. 3, 282). В противоположность наивно революционному, простому отбрасыванию всей прежн ей истории, пишет Ф. Энгельс, современный материализм видит в истории процесс ра звития человечества и ставит своей задачей о ткрытие законов движения э того процесса (там же, т. 20, 24).

На протяжении М I совершенствование человека происхо дило на ос нове формирования физического облика человека, его фено типа при одновременном формировании физиологических условий для осознания им самого себя как человеческого общественного существа. Э то метаформация феноном ической деятельности, о хватывающая собой период от возникновения человека (3,5 млн. лет тому назад) до появления человека разумного (50 40 тыс. лет до н. э.). М — I включает в себя три общественно - фенономических формации (формацию австралопитека умелого (F 1 ), формацию архантропа (F2 ), формацию палеонтропа (F3 ) и ряд перехо дных маленьких формаций (f) о т F1 к F2 и от F2 к F3.

На протяжении М II совершенствование человека осуществлялось в отчужденной форме трудовой деятельности, через развитие э кономики. З десь сформировался и совершенствовался ойко тип человека. М II представляет собой метаформацию экономической деятельности человека, возни кновения, развития и исчезновения частной собственности. Она о хватывает период жизнедеятельности человека разумного ( 40 тыс. лет до н. э. и до настоящего времени).

Жизнедеятельностью человечества на протяжении метаформации экономической деятельности создаются условия и предпосылки для перехода к М III, или метаформации генономической деятельности.

Самосовершенствование человека осуществляется в ней путем совершенствования его гено типа.

Господствующей формой жизнедеятельности в э том случае будет созидание. Между М I и М II нахо дятся перехо дные метаформионы (m), о дин из которых характеризует превращение работы в труд, возникновение языка и мышления. Между М II и М III также возможны переходные метаформионы (m), характеризующие превращение труда в созидание и Ho mo sapiens — в Homo sapientissimus (человека разумного — в человека разумнейшего).

Вот мы и подошли к выявлению границ применимости экономического учения К. Маркса. Оно действительно лишь в пределах метаформации экономической деятельности М II, которая отражает собой движение частной собственности, начиная с ее возникновения и завершая ее исчезновен ием.

Метаформация экономической деятельности, или М — II, включает в себя три общественноэкономических формации: родовую, капиталистическую и коммунистическую. Под влиянием внутре нних противоречий родовая общественно-экономическая формация раскололась на две основные перехо дные формации, или на два формиона: рабовладельческий формион с рабовладельческим способом прои зводства и феодальный формион с феодальным способом производства.

Капиталистической общественно-экономической формации прежде всего и посвящен Капитал К.

Маркса основа его экономического учения. И не только. Диалектический метод, прим енимый в Капитале, показывает те пункты, где должно быть включено историческое рассмотрение предмета, т. е. те пункты, где буржуазная экономика... содержит выходящие за ее пределы указания на более ранние способы производства... С другой стороны, это правильное рассмотрение приводит к тем пунктам, где намечается уничтожение современной формы производственных о тношений и в результате этого вырисовываются первые шаги преобразующего движения по направлению к будущему (Маркс, Энгельс, т. 46, 1, 449).

Исследуя способы отрицания частной собственности, вытекающие пути о трицания из закона исторической тенденции капиталистического накопления, К. Маркс сосредоточил свое внимание не на снятии (Aufhebung), а на уничтожении (Vernichtung) частной собственности. Э то было вызвано, как мне думается, рядом причин. Во-первых, им руководило благородное стремление спешить на помощь страждущему человечеству, которое к чести XIX сто летия повсюду проявляется... (Маркс, Энгельс, т. 42, 391). «Я смеюсь над так называемыми практичными людьми и их премудростью, пишет он Зи гфриду Мейеру 30 апреля 1867 г. Если хочешь быть скотом, можно, конечно, повернуться спиной к мукам человечества и заботиться о своей собственной шкуре. Но я считал бы себя поистине непрактичным, если бы подо х, не закончив по лностью своей книги, хо тя бы только в рукописи» (там же, т. 31, 454). Во -вторых, жестокая эксплуатация измученного простого труда моло дым и здоровым, а казавшимся уже дряхлым и больным, капиталом подсказывала мысль о том, что пролетариат не выдержит такой эксплуатации и пойдет на социальную революцию. Возможными моментами ее начала могли быть, как тогда казалось, экономические кризисы перепроизводства. Позже это связывалось с развитием кредитно -денежной системы и акционерных обществ, позднее с развитием трестов и т. д. В-третьих, К. Маркс и Ф. Энгельс были убеждены, что капитализм достиг уже такого уровня развития производительных сил, на ко тором он не мог с ними справиться. Буржуазия менее чем за сто лет своего классового господства создала многочисленные и более грандиозные производительные силы, чем все предшествующие по коления, вместе взятые (там же, т. 4, 429).

Железные дороги, электрический телеграф, сельфакто р и т. д., представлявшие э ти грандиозные производительные силы, в конце XX в. кажутся довольно незначительными по сравнению с гибкими производственными системами, информационными технологиями, генной инженерией и ко смическими кораблями, созданными современным капитализмом. В-четвертых, К. Маркс и Ф. Энгельс хорошо понимали законы смены субъектов собственности. Но в их время трудно было предположить, ч то развитие капитализма, отрицание капитала самим себя как частной собственности ведет, в конечном счете, к смене не только самой формы собственности, не только ее субъекта, но и объекта собственности. Объектом собственности наряду с материальным продуктом все более становится информационный пр одукт, который стремится перезавязать на себя всю систему общественных о тношений. Отсутствие необ хо димых данных для обнаружения этого процесса, а также потребность сделать завершенным свое экономическое учение сориентировали К. Маркса на признание труда, как создателя по требительных стоимостей, вечной естественной нео б ходимостью и опереться на диалектическую триаду общественная собственность частная собственность общественная собственность (на более высокой ступени). И все же, что бы быть точным, я должен заметить, что у К. Маркса имеется косвенный намек на смену объекта собственности, когда он говорит о прошлом труде только как пьедестале живого труда (Маркс, Энгельс, т. 26, 3, 286).

В условиях отчужденной деятельности прошлый труд не может быть таким пьедесталом, так как здесь взаимоотношение труда и условий труда оказывается перевернутым (там же, т. 26, 3, 285). Однако со снятием труда, как отчужденной деятельности, труд у ходит в основание и становится пьедесталом, на который возво дится свободная жизнедеятельность, имеющая своим результатом информац ионный продукт и образующая новую систему производственных отношений нового человеческого общес тва.

Итак, возвратимся к М II, т.е. к метаформации экономической деятельности, чтобы рассмо треть ее несколько подробнее. Капиталистическая общественно -экономическая формация (F2 ) достигла вершины своего развития на стадии свободной конкуренции. З десь частное производство находилось под по лным контролем частной собственности. Государство выпо лняло лишь функцию ночного сторожа частной собственности.

Укрепление кредитной системы образовало главную основу постепенного превращения капиталистических частных предприятий в капиталистические акционерные общества … (Маркс, Энгельс, т. 25, 1, 484), ко торые К. Маркс рассматривал как упразднение капитала как частной собственности в рамках самого капиталистического способа производства (там же, т. 25, 1, 479). Позже, уже после смерти К. Маркса, развились новые формы промышленного предприятия, представляющие вторую и третью степень акционерного общества (там же, т. 25, 1, 480), т. е. картели, синдикаты, тресты, концерны, в том числе международные. Капитализм вступил в высшую и последнюю стадию своего развития. Основное про тиворечие капиталистического способа производства между общественным характером произво дства и частной формой присвоения обострилось до предела. Чтобы его смягчить, капитал путем ко нцентрации и централизации развил ассоциативные формы присвоения в форме монополистических объедин ений.

Для рабочего класса пришло время действовать. Экономическое развитие капитализма, особенно в США, Германии и Японии шло гигантскими темпами. Вырисовывались два возможных способа действий.

Первый всячески помогать упразднению капиталом частной собстве нности и самого себя в рамках частной собственности. Второй уничтожение частной собственности насильственным, революционным пу тем.

коммунистическому обществу. В письме от 1 июля 1891 г. Энгельс отвечает ему: Ваш план переходные этапы к коммунистическому обществу стоит того, чтобы над ним поразмыслить, но я бы Вам посоветовал (не торопиться); это самый трудный вопрос из всех, какие только существуют, так как условия беспрерывно меняются. Например, каждый новый трест изменяет их, и каждое десятилетие совершенно перемещаются пункты, ко торые следует атаковать (Маркс, Энгельс, т. 38, 108).

Атака была успешно осуществлена в ночь на 7 ноября 1917 г. в России под руководством па ртии большевиков во главе с В. И. Лениным. Капиталистическая общественно -экономическая формация раскололась на два формиона: государственно-монополистический капитализм (f1 ) и монопольно-государственный социализм (f2 ). Последний пошел по пути уничтожения частной собственности при со хр анении труда.

В условиях государственно-монополистического капитализма получили дальнейшее развитие процессы снятия частной собственности и тру да через отрицание капитала самим себя как частной собственности. Частное производство нахо дилось под двойным контролем: частной собственности и государственной собственности. Изменения в развитии частного произво дства зашли сто ль далеко, ч то новый частный капитал сегодня уже не в состоянии ввести сам себя в действие без помощи государства. Требуется государственный стар товый капитал. Открытие нового современного частного предприятия предполагает проведение обширных фундаментальных научных исследований, отличающихся большой непредсказуемостью результатов и, следовательно, значительным риском для частного капитала. Во т тут и прихо дит на помощь государство со своим финансированием фундаментальных научных исследований. По лученные положительные резу льтаты передаются затем частному капиталу для их промышленной и коммерческой разработки. В период господства государственно -капиталистического способа производства (f1 ) частномонополистические предприятия не могут таким образом обойтись без государственной помощи, а само государство еще не в состоянии взять под свой полный контроль частно -монополистическое производство.

Для этого необ ходимо наличие соответствующих объективных и субъективных предпосылок. Когда же эти предпосылки буду т в наличии, государственно -монополистический капитализм уступит (возможно и не без революционного толчка) место новой общественно -экономической формации (F3 ), в ко торой полный контроль за частным производством будет принадлежать государству, а позже самому обществу. На протяжении э той новой общественно-э кономической формации завершится процесс исчезновения частной собственности и ее субъективной сущности труда. Возможно человечество назовет эту последнюю общественно-экономическую формацию социализмом, возможно коммунизмом, возможно как-нибудь иначе.

Суть не в названии, а в том, чем эта новая общественно-экономическая формация будет являться на самом деле.

Коммунизм для нас не состояние, которое должно быть установлено, не идеал, в ко тором должна сообразовываться действительность, пишут К. Маркс и Ф. Энгельс. Мы называем комм унизмом действительное движение, которое уничтожает (aufheben. Т.А.) теперешнее состояние (Маркс, Энгельс, т. 3, 34). Суть теперешнего состояния раскрывает другое определение коммунизма, данное К. Марксом:

... Коммунизм есть положительное упразднение частной собственности; на первых порах он выступает как всеобщая частная собственность... (там же, т. 42, 114). Следовательно, под коммунизмом К. Маркс и Ф. Энгельс понимают действительное движение упразднения частной собственн ости. Это означает, что когда частная собственность будет полностью упразднена (снята), исчезнет и коммунизм. Другими словами, человечество в своем развитии выйдет за пределы коммунизма, т.е. за пределы метаформации экономической деятельности, за пределы М II.

Что же необ хо димо для упразднения частной собственности? Частная собственность есть не ч то иное, как овеществленный труд. Если частной собственности хо тят нанести смертельный удар, то нужно повести наступление на частную собственность не только как на вещественное состояние, но и как на деятельность, как на тру д (там же, т. 42, 242). Из данного теоретического положения вытекает два следствия.

Во-первых, частная собственность будет упразднена то лько тогда, когда будет упразднен труд эта отчужденная деятельность. Во-вторых, только упраздняющая сама себя частная собственность может упразднить труд, и, наоборот, упраздняю щий сам себя труд влечет за собой и упразднение частной собственности. Именно этот процесс взаимного упразднения труда и частной собственности К. Маркс и Ф. Энгельс называют коммунизмом. Коммунизм есть необ ходимая форма и энергетический принцип ближайшего будущего, но как таковой, коммунизм не есть цель человеческого развития, форма человеч еского общества (Маркс, Энгельс, т. 42, 127). Ведь не является же целью человеческого развития капитализм?!

Таково развитие человечества на протяжении метаформации экономической деятельности.

М II э то период возникновения, расцвета и исчезновения частной собственности на средства производства и другие материальные б лага. С этой позиции историческое значение родовой о бщественноэкономической формации состоит в подготовке условий возникновения и в самом возникновении час тной собственности. Значение капиталистической общественно -экономической формации заключается в создании условий расцвета частной собственности и использования ее для создания современной цивилизации. Наконец, историческое назначение социалистической (коммунистической) общественно -экономической формации состоит в создании объективных и субъективных условий отмирания частной собс твенности на средства производства и другие материальные блага. Отрицание частной собственностью себя самой одновременно полагает интеллектуальную собственность на информационные продукты и соответствующую систему производительных отношений людей, свободно проявляющих свою жизнедеятельность в форме созидания своей ду ховно-материальной жизни. Разрастание сферы услуг, в ко торой пока скрывается созидание информационного продукта, является подтверждением снятия субъекта и объекта частной собственности, а значит и снятия ее самой.

Важнейшие ступени полагания и отрицания частной собственности на средства производства и другие материальные блага в пределах метаформации экономической деятельности могут представлены в виде следующей модели:

где: F1 родовая общественно-экономическая формация, со стадиями становления, расцвета и f11 формион рабовладельческо го способа производства;

f12 формион феодального способа производства;

f 10 формион тупикового способа производства;

F2 капиталистическая общественно-э кономическая формация со стадиями становления, f21 формион государственно-капиталистического способа производства (государственно монополистический капитализм);

f22 формион государственно-социалистического способа производства (монопольногосударственный социализм; 1917 1991 гг. в СССР и странах-членах СЭВ);

f20 формион тупикового способа производства;

F3 социалистическая (коммунистическая) общественно -экономическая формация со стадиями становления, расцвета и разложения строя всеобщей частной собственности.

Концепция метаформаций человеческой жизнедеятельности в основных своих чертах была разработана мною к августу 1972 го да. В 1990 г. вышла в свет книга С. Платонова После коммунизма, подго товленная к печати президентом интеллектуально го клуба Гуманус С. Чернышевым и его единомышленниками В. А ксеновым и В. Криворотовым. Само название книги это снаряд, пущенный в свято оберегаемую партийными идеоло гами догму о вечности коммунизма как светлого будущего. З десь не место подвергать критическому анализу это необычное сочинение. Отмечу только, что оно, безусловно, вносит весомый вклад в дело методо логического освоения экономического учения К. Маркса, а значит, и в его дальнейшее развитие.

Все вышеизложенное, как мне думается, будет способствовать критическому преодолению с оветской политической экономии социализма. Оно предполагает как высвобождение экономической мы сли из пут бюрократической коммунистической утопии, так и тщательное выяснение того, что осуществлено и могло быть осуществлено народами СССР, но загублено и не сделано по вине бездарной властвующей бюр ократии.

ЛИТЕРАТУРА

Конрад Н. Шекспир и его эпо ха // Новый мир. 1964. № 9.

Ленин В. И. По лное собрание сочинений. Т. 18.

Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 14, 12, 13, 19, 20; т. 23, 25. Ч. 1; т. 26. Ч. 3; т. 27, 29, 30, 31, 37, 38, 39, 42, т. 46. Ч. 1.

Менделеев Д. И. Сочинения. М.; Л., 1950. Т. 20.

Платонов С. После коммунизма: Книга, не предназначенная для печати. М., 1990.

Рыбаков Б. А. Гуманитарии в эпо ху НТР // Наука и жизнь. 1972. № 3.

Струве П. К критике некоторых основных проблем и положений политической экономии // Жизнь.

1990. Т. 6.

Тард Г. Социальная логика. СПб., 1996.

Из рукописи Б. И. Шенкмана «Ду ховное производство и его своеобразие» // Вопр. философии. 1966.

№ 12.

Экономическая наука ХХ в. в отличие о т предшествующего столетия характеризуется прежде всего пестротой мнений, взглядов, позиций, которые выражают наиболее известные научные шко лы и направления, получившие уже достаточно устойчивую прописку в хрестоматии по теории экономики. Если же расширить диапазон анализа за границы основного течения, т. е. мэйнстрима, то обнаруживается удивительная гамма всевозможных многочисленных изощренных по форме, инструментарию исследования, но часто очень противоречивых по содержанию теоретических конструкций, выводов, рекомендаций. Однако если оставить за пределами внимания степень их научной состоятельности, то их существование оправдываетс я уже хо тя бы тем, что в процессе гласного или негласного диало га между ними создается критическая масса для появления школы, ко торая в последующем получает со всеми вытекающими о тсюда обстоятельствами титул "классической" или же "неоклассической" шко лы. В этом проявляется одна из закономерностей развития экономической науки, внутренние проблемы которой не обсуждаются до тех пор, пока остро не обнаружит себя дихо томия между эво люцией самой экономической теорией и хозяйственной практикой.

Иначе говоря, когда данные опыта не согласуются с теоретическими абстракциями пусть даже и самыми искусными, то нарушается критерий научности, в резу льтате чего делаются беспо лезными любые научные изыскания. И вот то гда для устранения э того противоречия можно предложить два выхо да. Первый — обратиться к вну тренним проблемам развития экономической науки впло ть до пересмотра ее основания или парадигмы, что является самым рациональным в поведении человека и, следовательно, самым действенным способом развития самой науки. Второй — попытаться всяческими всевозможными способами "подогнать" практику до "необхо димых" академических постулатов. К сожалению, большинство ученых, особенно тех, кто придерживается традиционных, ортодоксальных оснований экономической науки, склонны про тиворечие науки с практикой разрешить с помощью второго метода: если практика не соответствует теории, то виновата здесь уж никак не теория и хуже о т этого должно быть только практике.

Если как-то оценивать мировую экономическую науку, то в этом агрегированном понятии нельзя все же не видеть того обстоятельства, ч то как таковая мировая наука является сложным имплицитным выражением, фиксирующим достижения научных разработок, сделанных на протяжении всей истории в различных государствах и различными людьми, коллективами. В э том смысле можно говорить, таким образом, и о национальной науке, особенно если учитывать при этом источники ее финансирования, форму признания научных идей и ее авторов, их пропаганду, а также внедрение их в той или иной степени в хозяйственноэкономические процессы. Безусловно, что за каждой идеей стоит личность то го или иного автора. В этом особенность науки как специфической деятельности людей. Конечно, можно отвлечься при э том от того, насколько, как и каким образом оказывает воздействие на позиции ученого -экономиста, его выво ды, предложения общая среда обитания ученого, его воспитание, социально -классовое по ложение, семья, удачная карьера и все прочее, связанное с конкретной личностью и частной жизнью. Но несомненно то, ч то это те факторы, которые так или иначе, непосредственно или опосредованно, но влияю т на теорию, объектом которой является широкая хозяйственная деятельность. Однако, как правило, по разным обстоятельствам эти -то весьма значимые компоненты, прямо или косвенно влияющие в конечном счете на результаты и научные выво ды, остаются за пределами внимания исследователей. Желаемая беспристрастность экономической науки, таким образом, достигается далеко не всегда.

Казалось бы при таком многообразии национальных государств, ко торые представляют мир, нелогично отрицать влияние всевозможных национальных особенностей, отличающих э кономику одной страны от другой. Но по каким -то трудно объяснимым причинам существует немалое ко личество экономистов, пытающихся все государства подогнать под общий знаменатель "рационального" поведения потребителя или произво дителя, других любопытных извлечений интеллектуальной деятельности.

Наблюдается у дивительная странность, когда, с о дной стороны, провозг лашается лозунг о свободе выбора, возводящегося в ранг экономического закона, при котором, с другой стороны, не позволяется другим нациям и народностям делать это т выбор поистине свободно, объявляя такой выбор в лучшем случае нецивилизованностью их поведения или очередным парадоксом. Следствием такого подхода является навязывание одних и тех же рецептов по реформированию экономики, результаты чего уже достаточно явственно себя обнаружили с о трицательной стороны особенно в постсоциалистических странах.

Институ т науки является неотъемлемым свойством любого зрелого национального государства.

Существует прямая связь между уровнем достижений в области науки и уровн ем социально-экономического развития той или иной страны. Особое место здесь принадлежит экономической науке, которая, как известно, призвана выступать теоретической основой проводимой экономической политики и способствовать выработке рациональных решений на уровне фирмы. Следовательно, значение идей э кономистов, мыслителей от политики и когда они правы, и когда ошибаются, гораздо влиятельнее, чем принято думать. Иначе говоря, беспрецедентный по времени и по своим проявлениям социально -экономический кризис в республике есть не что иное как отражение кризиса национальной экономической науки. Поправка на проблему перехода экономического знания в реальную действительность через процедуру принятия решений может как -то немного снять с экономистов -теоретиков э тот «первородный грех».

Кризис экономической науки обнаруживает себя не только в хозяйственной практике, но и в самой, так называемой теории, т. е. на гносеологическом уровне. Циклическое развитие экономической теории так же естественно, как циклическая динамика самой экономики. Но здесь важно для антициклического противодействия в хозяйственной жизни видеть тупиковые и кризисные признаки экономической науки.

По сути дела, у ход с исторической арены СССР со всеми его продуктами распада запро граммирован был еще в 1950-е годы, когда был допущен стратегический просчет правящей партией в выборе приоритетов, среди ко торых не оказалось достойного места такому социальному феномену как наука. Нежелание поделиться властью, а возможно, и приви легиями хотя бы в рамках общественного признания предопределило целый комплекс социально-экономических проблем, остро проявившихся в 1980-е годы, ч то естественно подто лкну ло к «гласному, коллективному и демократическому" поиску рациональных решений. Но стремительные события истории, испытывающей на себе внутренние и внешние факторы воздействия, актуализировали теорию, которая не то лько пыталась ответить на вопрос «в каком обществе мы живем?», но и в рамках «обновленного социализма» искала пути повышения эффективности производства и совершенствования других воспроизводственных отношений. Надо сказать, что со держательный хо д дискуссий по этим вопросам в то еще недалекое время давал мало шансов на положительные результаты.

Революционное нарушение «естественно го хо да событий» оставило «экономику социализма» без привычных экономических форм, а, следовательно, и без того, по В. Ойкену, «экономического порядка», с помощью которых управлялась бывшая э кономическая система, а также без соответствующих логических понятий, вхо дивших в арсенал такого предмета как «по литэкономия социализма»: собственность, план, хо зрасчет, себестоимость, норматив и т. п. На практике э то вылилось в неуправляемый хаос, о хвативший практически все постсоциалистические страны, а оставшаяся ниша от того, ч то называлось «теория», без осмысления заполнилась вначале непривычным и чуждым словом «рынок». Во т в трактовке э того нового понятия каждый, начиная о т рабочего и заканчивая государственным деятелем, проявил удивительную вольность и фантазию. В реальной же жизни все это «непонятное» реализовалось в циничной «прихватизации»

(переплетающейся с романтической «ваучеризацией»), наглой коррупции, безнаказанном взяточничестве, примитивных, но действенных финансовых аферах, обыкно венном разбое и рэкете. Даже Д. Сакс, « крестный отец» российских реформ, не может понять и принять чудовищных последствий проводимых в России и других странах СНГ радикальных реформ (Московские новости. 1995. № 87. С. 3). Не видит абсолютно никаких перспектив в проводимой экономической политике в России и другой популярный и влиятельный деятель Д. Сорос: «Представьте политические последствия грабительского капитализма в России.

Добывающие отрасли будут процветать, но ВПК разрушаться. Процвета ние добывающего сектора приводит к буму импорта, поскольку потребители предпочитают импортные товары. Обслуживающий сектор — банки, финансовые услуги, распределение товаров и торговля — также будут развиваться, но для средств производства практически не будет рынка... Грабительский капитализм приводит к опустошению русской экономики» (Сорос, Виеном, Коэн, 1996, 333).

Отечественная экономическая наука республики никогда не была самостоятельной, как и сама экономика Беларуси, ко торая вхо дила составной частью в единый комплекс Союза. Этим можно возмущаться или же гордиться, но жизнь продолжается, и она ставит такие новые проблемы и задачи, которые ранее не являлись объектом исследования. А поскольку в республике не сформировалась своя научная эко номическая школа, со всеми своими атрибутами и признаками, то, естественно, можно опять сказать, как в начале 1980-х гг.: мы не знаем то общество, в котором мы живем. Примеров здесь можно привести более чем достаточно.

Подавляющее же большинство теоретических рассуждений носят чисто нормативный и рекомендательный характер без серьезного выяснения исхо дной ситуации в том или ином вопросе. Но парадо кс такого рода научных изысканий заключается в том, что их нельзя ни доказать, ни опровергнуть. А это уже один из признаков ненаучности выдвигаемых умозаключений.

Серьезным препятствием к адекватному отражению реальной действительности является игнорирование методологии и, мягко говоря, отсутствие внимания к стройной и общепринятой в науке системе аргументации. Сложилось так, что практически все постсоциалистические государства «пишут» свою историю как бы с чистого листа, поскольку прежняя теоретическая конструкция — ортодоксальный марксизм, отвергнута, а приближающаяся где -то к ней хозяйственная система, выступающая в качестве критерия истины, разрушена. При общей экономической неподготовленности, являю щейся в том числе и следствием весьма «критического» отношения к мировой «буржуазной науке», любая звонко брошенная фраза у нас может быть принята за последние достижения э кономической науки. «К сожалению, — пишет известный специалист в области анализа экономической теории М. Блауг, —... экономисты часто принимают мякину за зерно и полагают, ч то владеют истиной, хо тя на самом деле это всего лишь сложна я цепь определений и ценностных суждений, замаскированных под научные выводы» (Блауг, 1994, 659). Стало некой «доброй традицией» при обосновании чего -либо уровень техники и техно логии испо льзовать японский, образ жизни — европейский, размер материальной обеспеченности — американский, а доводы и аргументы — белорусские: «я так думаю», «мы в этом убеждены» и в лучшем случае — «такова мировая практика». Эти и другие «странности» в экономической науке происходят из-за отсутствия концептуальной основы или, как еще говорят, парадигмы науки, ее идеологии.

Отсу тствие этого цементирующего начала порождает в национальной науке диаметрально противоположные позиции, взгляды, генерируемые десятками пар тий и движений: о т приватизации и ху торизации до национализации и ко ллективизации. Такая поляризация свидетельствует о весьма ненормальном явлении как в самой общественной жизни, так и в экономической науке.

В республике о т фундаментальной экономической науки, определяемой в классическом варианте как «политическая э кономия» со всеми своими другими ответвлениями, по сути, осталась лишь так называемая научная упаковка. Причем это в полной мере относится как к ее содержательной, так и организационной части. Что касается последней, то в республике нет ни одного научного учреждения, которое бы занималось разработкой фундаментальных стратегических проблем, равно как и нет ни одного журнала по теоретической экономике или по политэкономии.

Под наукой стали пониматься более или менее удачные комментарии азбу чных по ложений из того, что определяется как «экономикс». Нет никакого сомнения в том, что наработанный аппарат из «экономикс»

должен занимать свое достойное место в структуре экономического знания. Но, во -первых, важно видеть это место, которое явно не имеет всеобщего и универсального характера с точки зрения познания. Ведь общепринятой мето дологией «экономикс» выясняю тся функциональные связи в экономике. Во -вторых, нашим отечественным экономистам крайне полезно было бы (и для себя и для общества) отличать элементарные абстрактные понятия (для гимнастики ума), не имеющие ничего общего с практикой, от действительно исследовательского аппарата, который может быть применим для анализа экономических ситуаций. В -третьих, так называемые постсоциалистические государства, ко торые проводят системные реформы, включающие в первую очередь институциональные изменения, остались по существу вообще без научного освещения. Ведь традиционный «экономикс» исключает многочисленные проблемы институционального харак тера из поля своего внимания.

Есть еще о дно очень принципиальное обстоятельство, важное для понимания особенностей в целом современного состояния национальной экономической науки. Это то, ч то называется стилем мышления, который складывается в результате тех или иных идей, авторитетов. Не все так просто при ответе на вопрос, почему марксизм получил именно в России такое влияние и распространение. Сейчас с идеей рынка практически та же ситуация. На специфику славянского мышления указывал в свое вре мя еще Н. А. Бердяев:

«Русские обладают исключительной способностью к усвоению западных идей и учений и к их своеобразной переработке. Но усвоение западных идей и учений русской интеллигенцией было в большинстве случаев догматическим. То, ч то на Западе было научной теорией, подлежащей критике, гипотезой или, во всяком случае, истиной о тносительной, частичной, не претендующей на всеобщность, у русских интеллигентов превращалось в догматику, во что-то религиозного откровения. Русские все склонны воспринимать тоталитарно, им чужд скептический критицизм западных людей... Она (русская душа) совершает смешение, принимает относительное за абсолютное, частное за универсальное, и тогда... впадает в идолопоклонство»

(Бердяев, 1955, 82).

Также, по сути, никако го отношения не имеют к науке осознанные или нет самими авторами всякого рода манипуляции на политэ кономическую тематику в виде предвыборных программ, оппозиционных заявлений, даже если они подписаны самыми громкими научными титулами. Здесь н е следует смешивать предмет экономической науки с исследованиями в области политики, идео логии и уже практическими действиями лиц от политики, для ко торых оформление в «научную упаковку» своих идей и интересов довольно часто бывает козырной картой в борьбе за тот или иной мандат как «слуги народа». Расчет в данном случае верен, ибо не взирая на критику со стороны пишущего эти строки, у нас наука пока еще пользуется доверием и даже уважением у общественности.

Не следует думать, как это иногда делается у нас, что экономическая наука представляет собой лишь определенный набор идей, постулатов, готовых рецептов и схем, которые находятся где -то за национальной или зарубежной университетско -академической дверью и то лько ждут своего применения.

Наука, также как и практика, явление развивающееся, готовое неискушенному начинающему исследователю преподнести сюрприз в виде модного, но все же лжео ткрытия, либо искаженного представления о реальной действительности, полученного через призму упрощенных, аксиоматических экономических категорий или понятий давно забытых дней, а, следовательно, и опровергнутых самой историей.

Обращаясь к науке, надо учитывать, что это весьма специфический вид деятельности, которую нельзя «заставить» неким приказом или указом сделать открытие, выработать безошибочную концепцию развития, создав очередную структуру типа «экономсовета» или «академии при ком -то» как, впрочем, нельзя окончательно и запретить поиск экономической истины. Причем в отличие от традиционной деятельности в науке исключена так называемая помощь «всем миром», а использование уже имеющихся открытий в рамках той или иной системы государственного устройства предпо лагает их органическое вплетение с учетом всех специфических особенностей, начиная о т образа мышления до потребительского поведения, о тличающих одну систему от другой. Сие означает еще и весьма непростое взаимодействие экономической науки в широком смысле слова с естественнонаучными исследованиями как международно го, так и нацио нального порядка. И если в целом во все времена взаимоотношения экономической теории с другими науками, включая и естественные, никак нельзя характеризовать как идеальные, то в национальных экономических исследованиях такая связь не замечалась ранее и тем более упорно не замечается сейчас. В целом же так называемая «критическая масса» отечественной экономической науки с точки зрения генерации идей, организации, количества научных сотрудников, складывающейся системы подготовки экономистов находится на уровне, ко торый можно оценить как «докритический», преодо ление которого потребует большого количества интеллектуальных, финансовых затрат, а также значительного количества времени.

Снижение общетеоретического уровня экономической науки, проявившееся прежде всего в размытости критериев оценок и выводов, а также в преобладающем испо льзовании описательного, поверхностного мето да, позво лило значительно расширить ее социальную базу от рядового обывателя до профессора физики или математики. Правда, по следние также пока не предложили формулу выхо да из сложившейся в Беларуси непростой экономической ситуации. Эта группа «начинающих» от экономической теории пытается освоить экономическую ситуацию традиционно по элементарным учебным пособиям американского образца для провинциальных колледжей. Любая попытка к знанию может только приветствоваться, но хотелось бы все-таки обратить внимание на то, что э то всего лишь некоторые основы экономических знаний. Поэтому делать какие-то далеко идущие выво ды из э того элементарного блока информации вряд ли оправданно. Особенно если проблема касается стратегических вопросов экономической политики то ли цело го государства, то ли о тдельной фирмы. Ведь никому не придет в голову считать себя физиком или химиком, прочитав самым внимательным образом популярный учебник по этим дисциплинам. Э то первая группа экономистов, ко торых стало достаточно много в республике.

Вторая группа — это, так называемые, ортодоксальные «экономисты прошлого». Среди них особое место занимает весьма незначительная часть людей, добротно изучивших парадигму марксизма, но пытающаяся современные проблемы анализировать сквозь э ту призму, представляя и соответствующие рекомендации. Большую же часть этой группы, которую можно выделить в самостоятельную, составляю т люди, длительное время пожинавшие ренту на ниве марксизма, но которые овладели им в лучшем случае на уровне первого тома «Капитала». Поско льку их «методоло гическая основа» держалась на вере, то последнюю они, не желая отставать от современников, быстро поменяли на новую, предложенную им для выживания веру «в условиях рынка», абсолютно не вдаваясь в его действительно теоретические, социально экономические, психо логические, технические, правовые основы и предпосылки. Особую группу составляю т, как они называют себя, «независимые» экономисты, работающие во вновь созданных независимых исследовательских центрах, институ тах, финансируемых теми, кто понимает важность в современных условиях аналитической информации. Среда последних также нео днородна. Часть этой группы составляют те ее представители, которые понимают, кому они служат и кто им платит. Они не скрывают э того, хо тя и не афишируют, но пытаются честно, как могут и как им позволяет это делать рыночная среда, отрабатывать свой социальный заказ. Вторую часть можно определить как « лукавые независимые», ко торых немного по разным причинам. Вот как оценивал независимость науки Д. К. Гэлбрейт: « Одна из редких, но хорошо вознаграждаемых профессий в свободном обществе состоит в том, чтобы снабжать всех, кто в состоянии платить, нужными им дово дами и умозаключениями, должным образом подкрепленными статистическими данными и моральным него дованием» (Гэлбрейт, 1969, 313).

Есть еще одна весьма значимая часть представителей белорусской экономической науки, которая, по существу, осталась без своего предмета. Это так называемые «отраслевики» (э кономика промышленности, сельского хозяйства, торговли и т. п.) и люди, занимающиеся статистикой, финансами, управлением, планированием и т. д. Поскольку эти науки во многом опирались в своей концептуальной основе на политэ кономию социализма и выработанные в последующем совместно с практикой нормативы, инструкции, положения, то после бурных революционных перемен как в идеологии, так и практике все эти «основы»

оказались в новых условиях далеко не основами, а в некоторых случаях даже помехой. Ближе всего стоящие к запросам производства прикладные науки остро почувствовали необ хо димость в фундаментальной теории, которая стала с естественной необхо димостью при разработке жизненно важных нормативов и показателей заменяться здравым смыслом весьма различных по уровню профессиональной подготовки, жизненному опыту людей. Но еще А. Эйнштейн писал, ч то здравый смысл — это то лща предрассудков, успевших отложиться в нашем сознании к восемнадцати го дам. Эти предрассудки, как привило, провоцируют по воле случая оказавшихся у руля государственной власти политиков на усиление государственной бюрократии и построение хо тя и неэффективной, но все же управляемой (!) экономики государственно -бюрократического капитализма (социализма), имеющего распространение не только в странах Латинской Америки, но и уже некоторые характерные признаки и проявления в нашей стране.

Следовательно, проблема формирования национальной экономической науки остается, пожалуй, более актуальной, чем можно себе это представить. Задача это сложная, но в целом выполнимая. Однако "пестрота" мнений и сильный разброс позиций в науке подталкивает политиков, практиков к испо льзованию крайне неэффективного в конце ХХ в. такого мето да управления, как «метод проб и ошибок». В э том случае, за постсоциалистическом пространстве. Но как показывает уже некоторый опыт, это приобщение к западной науке осуществляется, как правило, механически, неосознанно. Если же на проблему развития экономической науки взгляну ть несколько шире, то оказывается, ч то она не только представлена различными шко лами и течениями, но и с определенного времени испытывает серьезные трудности в использовании своего категориального аппарата для анализа сложной и противоречивой современной действительности.

"...Экономисты-теоретики, — писал В. Леонтьев, — продолжая создавать десятки математических моделей...

не в состоянии заметно продвинуться в систематическом понимании структуры и принципов функционирования реальной экономической системы" (Леонтьев, 1990, 25).

3.3. Структура и тенденции развития современной экономиче ской науки В хо де развития цивилизации изменяется не только объект исследования экономической теории, но и совершенствуется процесс познания. Правда, в реальной жизни э та корреляция науки и практики происходит достаточно сложно и противоречиво.

В мировом развитии обнаружилась тупиковая ситуация, поскольку ру хнула предпосылка, на которой основывалась прежняя технологическая экспансия, — представление о неисчерпаемости природных ресурсов и безграничных возможностях природы к восстановлению нарушенного общего равновесия. В свою очередь возникшее несколько ранее противоречие в так называемой «чистой экономической науке», также проявило себя в полной мере, выразившись в устранении жесткой детерминированности таких факторов производства, как « техника – человек» и смена приоритетов в сфере мотивации общественно -тру довой деятельности.

Эти глобальные проблемы, с которыми столкнулось человечество, называют иногда «кризисным синдромом всемирного развития», по дразумевая при этом целое множество таких беспрецедентных кризисов, как кризис э кономический, энергетический, продовольственный, демографический, сырьевой, экологический и также социально-психоло гический. Говоря словами О. Тоффлера, это кризис не капиталистический или социалистический, а индустриально-технократический, в котором весьма настойчиво ставится по д сомнение необхо димость существования традиционной основы общества с его целями, стремлением к экономическому росту, культурой, моралью, устоявшимися экономическими принципами, традициями, научными критери ями (Тоффлер, 1987, 118).

З. Бжезинский, который всегда свято верил в гибель коммунизма, а также в незыблемость западноевропейской цивилизации со всеми ее основами и атрибутами, происхо дящее в мире, дополненное стремительными событиями в Восточной Европе, в результате анализа, мягко говоря, пришел в смятение и состояние большой неуверенности перед будущим (Бжезинский, 1994, 112).

Признание всеобщего кризиса экономической наукой в целом дает возможность не оказаться снова безоружным и беззащитным перед лицом совершенно новой цивилизации в широком смысле этого слова, требует построения, по мнению таких научных авторитетов, как Д.

Нэсбит и Е. Массуда, абсолютно новой научной парадигмы, свободной от традиционных концепций и конструкций. Понимание э того процесса позволяет в свою очередь относиться и к выводам науки с определенной методологической осторожностью и предусмотрительностью. Однако как свидетельствует история теории экономики, обращение к проблемам теории бывает крайне редко тогда, ко гда критический уровень распада и практики и самой науки превосходит все возможно допустимые параметры. Для иллюстрации вышесказанного можно привести ситуацию с формированием основ классической политэкономии, возникновение теории марксизма, дискуссии по проблемам политэкономии социализма, развитие теории кейнсианства и других значимых вех в экономической науке.

Крайне важным для формирования культуры экономического мышления является анализ становления такой науки как по литическая экономия. Постоянно вспыхиваю щие дискуссии о предмете, методологии и пр. значении э той науки почти на про тяжении века, имеющие особую актуальность в наши дни, свидетельствуют, ч то теоретическая сторона экономики представляет собой живое знание, которое не стоит на месте и проявляется в различных аспектах и во многих направлениях. Если абстрагироваться от частностей при оценке значимости классической политэкономии, то в целом этот феномен можно определить следующим образом. Во-первых, она на научном уровне через свой специфический понятийный аппарат объединила в цельную систему имеющиеся на тот перио д фрагментарные знания о происходящих процессах формирующегося промышленного капитала, отразив движущиеся силы экономики свободного предпринимательства. Во-вторых, авторы политэкономии через продуктивный диалог со своими оппонентами показали своего рода образец для научных исследований. В-третьих, классическая по литэкономия зафиксировала основу, фундамент для других частных наук, исследующих общество.

Однако как и сам процесс развития хозяйственной практики экономическая наука в форме политэ кономического знания также не останавливается в своей эволюции.

Стремление к «чистой» экономической науке, т. е. желание придать ей большую научную строгость и доказательность, а также попытки освободить ее от идео логии, политики, надоедливых растущих социальных проблем привели к тому, что в начале ХХ в. после обсуждения вопроса о предмете, методах и названии «политэкономия» — собственно нау ка как бы ушла с исторической арены. Уже развитой ры ночной системе была предложена общая теория экономики, или «экономикс» с преобладающим в нем функциональным анализом, что вполне соответствовало зрелому организму. Работы У. Джевонса, Л. Вальраса, Д. Б. Кларка, В. Парето, А. Маршалла, Д. Хикса, А. Пи гу позволили оформиться неоклассическому направлению в развитии экономической науки. Термин "неоклассицизм" достаточно прочно и влиятельно вошел в научный оборот, дополняясь более или менее полезными и важными выводами, научными изысканиями, идеями. Наприм ер, модель общего экономического равновесия, выдвину тая Л. Вальрасом, безупречно принималась экономистами впло ть до конца 1960-х го дов, ко гда М. А лле были разработаны принципиально новые подходы к этому вопросу. Написанная же А. Маршаллом книга на целые десятилетия выступила фундаментальной основой для преподавания экономической теории в высших учебных заведениях. Теоретическая экономика приняла также определение общего благосостояния В. Парето, согласно которому весьма ясным стало разграничение между эффективностью и справедливостью в о тношениях распределения сложившейся рыночной системы.

Однако эпо ха возникновения монополий и крупных корпораций нарушила естественный ход традиционного экономического анализа поведения фирмы на конкурентных рынках. И есл и до сих пор существуют взгляды авторитетных лиц в экономической науке, оценивающих монополии как инородное тело в экономике, то Э. Чемберлином была принята монополистическая конкуренция как исхо дный момент или условия, основательно влияющие на другие хо зяйствующие субъекты. Следовательно, по мнению Э. Чемберлина, и экономические исследования должны строиться по добным образом, а не ориентироваться на идеальные и уже не существующие условия. В связи с этим нельзя, видимо, не вспомнить аналогичные оценки монополий, данные В. И. Лениным, Н. И. Бу хариным, экономистами социал-демократического направления.

Правда в отличие от первых в анализе социал-демократов преобладал политико-экономический по дхо д с выводами и рекомендациями соответствующего характера.

Необ ходимость политэ кономии как науки в силу ее специфики и назначения отрицалась и большинством советских экономистов. И все -таки десятилетние дискуссии, по итогам ко торых в 1952 г. была написана известная книга «Экономические про блемы социализма в СССР», предопределили необ ходимость политэ кономии капитализма и дали жизнь по литэкономии социализма как теоретической основе социализма.

Оценку итогов, достижений по литэкономии социализма за семидесятилетний перио д оставим другим, но все же заметим, что при анализе эволюции экономической науки упускается из вида то очень важное обстоятельство, что на базе по литэкономии и ее трансформации возникает ряд таких новых наук, как социология, политоло гия, которые в последующем обращаются к проблемам, выходящим за пределы внимания «традиционных» экономистов. Возникает и новое экономическое направление — институционализм как реакция на рождающиеся новые и нео хваченные существующими нау ками старые проблемы. « Ограничив предмет экономической теории, неоклассики открыто признались в своей некомпетентности за пределами поставленных ими границ и, таким образом, исключили не только ряд выво дов на уровне здравого смысла, но и несколько ценных идей.... Неизбывный методо логический грех неоклас сической теории состоял в том, что она использовала микростатические теоремы, выведенные из "вневременных" моделей, в которых отсутствовал технический прогресс и увеличение доступных ресурсов для предсказания хо да событий в реальном мире» (Блауг, 1994, 650). Поэ тому представители институционализма Т. Веблен, У. Митчелл, Д. Коммонс единственные (за исключением К. Маркса) из критиков орто доксальной теории, ко торые попытались создать иную, лучшую теорию, преодолевающую недостатки высокой абстракц ии, узкой сферы анализа, игнорирование негативных фактов действительности. Институционалисты обращают внимание на малоактивность "модной" в то время теории, ориентирующейся на созерцательность и пассивность.

Надо видеть, например, и то, что Т. Веблен выступает против гедонистской позиции, т. е. теории потребления Джевонса—Маршалла. Он считает, что задачей экономической теории является поиск куммулятивного начала и движения, а не стремление искать механизм равновесия. Он еще видел (правда, и не только он) конфликт между промышленным, торговым, производительным и денежным сферами деятельности, занятиями и капиталами. В нашем нынешнем положении для выработки общей стратегии развития республики чрезвычайно важно было бы учитывать по крайней мере если н е жесткое (!) противоречие между вышеназванными сферами, не гармонию интересов, о чем так много говорят в последнее время, а, следовательно, и приоритет производительного сектора над финансово -банковским со всеми вытекающими отсюда последствиями. Неоправданно снисходительное о тношение на Западе и забвение, особенно у нас, теории институционализма, поскольку институциональные факторы в перехо дные периоды выступают решающими в экономическом росте и динамике, о чем свидетельствуют современные научные достижения теории конъюнктуры и роста. Нет смысла доказывать, что для так называемых постсоциалистических стран институциональный аспект реформ приобретает особую остроту. Ведь институциональный анализ, возникший на рубеже ХIХ — ХХ вв., в настоящее время обогатился далеко идущими новыми идеями, мето дологией и т. п., выразившись в неоинституционализме (Шаститко, 1997, 3 — 22).

В 20 — 30-е гг. была весьма популярна новая историческая шко ла, обогащенная идеями и адаптированная к иным социально-экономическим условиям такими представителями как Г. Шмоллер, Л. Брентано, В. Зомбарт и примыкающим и к ним М. Вебером, А. Вагнером, Г. Кнаппом. Народное хо зяйство они пытались представить как целостный, сложный и динамически развивающийся «соц иальный организм», в котором существуют не только функциональные взаимосвязи, чему безусловно отдавали предпочтение в своих исследованиях классики и неоклассики. Г. Шмо ллер и другие полагали, что политэ кономия как основная общественная наука включает в себя психо логию, социоло гию, географию и т.

п.(!) Преимущество же о тдают историко-описательному методу исследования.

классической школе управления (А. Файо ль, Л. Урвик, Д. Муни), аккумулирует в себе разные о трасли знания, в результате чего не только направленность, но и способ действия, форма организации также приобретают научное обоснование и выражение. Экономическая же наука в новом понимании («экономикс»), занимающаяся в большей степени проблемами фирмы, наконец-то по лучает возможность умелого и грамотного применения своего анализа, это, во -первых. Во-вторых, возникает более тесная, надежная и достоверная обратная связь с практикой хозяйствования, ко торая всегда считалась критерием истинности теории. Таким образом, политэкономия как самостоятельная наука в силу естественно складывающегося разделения общественного тру да и специализации также трансформируется в самостоятельные и о тдельные науки, приобретающие свой предмет, мето дологию, оформляющиеся в специфический категориально понятийный аппарат. Например, особый самостоятельный статус и развитие получают такие науки как статистика, теория размещения, экономическая география, эконометрика, теория отдельн ых о траслей производства, бу хгалтерский учет, экономика народонаселения и т. п. Однако, если, с одной стороны, обособление ряда экономических наук дает более глубокое знание о каких-то сферах социальноэкономической деятельности человека, то, с другой стороны, в «общей экономической науке» начинает себя проявлять фрагментарность и о тсутствие ясно го представления об экономических закономерностях и тенденциях развития общества в целом и отдельных стран в том числе. Революции в начале века в ряде стран, мировой кризис 1929 — 1933 гг. и ряд не менее жестких катаклизмов на Западе в последующем, проблемы развития экономик социалистических стран, столкнувшихся с тупиковой ситуацией в середине 1980—х го дов, грозящие обернуться "глобальным беспорядком", — яркое тому подтверждение.

Что же касается 1920 — 40-х годов, то они характеризуются прежде всего стремительным ростом промышленности, развитием разнообразных форм производительно го капитала, распространением 4 —го технологического способа производства и использованием новых приемов организации и стимулирования труда, интернационализацией производства, формированием международного «экономического порядка».

Стремление к макроэкономической устойчивости стран с традиционной рыночной экономикой, опыт и проблемы использования планирования в СССР, развитие математического аппарата, статистики пробудили интерес к новой форме организации производства на макроуровне — народно хозяйственному или национальному планированию (Кондратьев, Опарин, 1928, 1925, № 4 — 5; 1926, № 1 — 3)1. Пожалуй, для просвещенного читателя фамилии таких известных экономистов как Е. Слуцкий и Г. Фельдман, Н. Кондратьев и В. Громан, С. Струмилин и В. Дмитриев, В. Леонтьев и О. Ланге, Л. Канторович и Д. Нейман, Я. Тинберген и А. Фриш уже многое могут сказать о проблемах теории макроэкономического планирования и моделирования Часто в литературе можно встретить утверждение, что Н. Д. Кондратьев отрицал народнохозяйственное планирование. Это не совсе м так, поскольку Кондратьев в планировании видел форму, которая должна "пристраиваться" к объективным тенденциям, складывающимся в результате конкурентных рыночных сил.

и о том вкладе в экономическую науку, который был сделан названными выше авторами. По сути дела начало формироваться новое направление в экономической науке, ко торое по каким-то причинам никак не попадает в хрестоматийный перечень основных шко л и направлений. Видимо, здесь срабатывает прежде всего идеологический синдром, поскольку общество строящегося социализма объявило монополию на эту экономическую форму, подозревая «чужих», проявляющих так или иначе внимание к планированию, в какихто происках и злых намерениях. К тому же теория планирования соединила в себе слишком большой перечень сверхактуальных вопросов, формализуясь в изощренном, математическом аппара те, что выступает серьезным препятствием для слабого в целом человеческого понимания, стремящегося идти путем наименьшего сопротивления.

Но нельзя не видеть то го, что основание теории макроэкономического планирования двойственно.

Это предопределило в свою очередь и развитие дву х его направлений. В основе первой лежат идеи естественного рыночного равновесия Л. Вальраса и принципы расчетов А. Курно, а в основе второй — гипотеза С. Струмилина, Г. Кржижановского и др. о возможностях принципиально нового критерия равновесия в условиях общественной собственности на средства производства, ориентирующегося на народно хозяйственный эффект и оптимум, к которым должно стремиться общество, управляемое из центра. В последующем на базе теоретических гипотез о динамическом и в то же время естественном рыночном равновесии экономики В. Леонтьевым разрабатывается модель «затраты — выпуск», получившая как теоретическое, так и практическое признание. Своеобразной локальной формой развития первого направления теории макроэкономического планирования выступает индикативное планирование и прогнозирование, имеющие практическое применение во многих странах мира.

В условиях нынешней достаточно жесткой критики всей социально -э кономической системы СССР с ее научными атрибутами типа политэкономии социализма, трудно быть правильно понятым, давая хо тя бы какую-то положительную оценку в развитии экономической мысли эпохи социализма. Но все -таки, если отбросить пристрастие и эмоции, можно отметить, что теория народно хозяйств енного планирования, разрабатываемая советскими э кономистами, является заметным вкладом в мировую экономическую науку.

Кроме этого в макроэкономическом планировании прослеживается связь с теорией формирования экономической политики, принятия решений, их реализации и т. п., т. е. теми научными разработками, за которые в последующем зарубежные экономисты получили Нобелевские премии.

И хо тя делать выводы может еще рано, однако все же уместно заметить, что забвение в теории и исключение из арсенала методов государственного управления планирования на территориях постсоциалистических стран в угоду некой абстрактной, но ставшей модной идее рынка Х YI в., на наш взгляд, является о дной из причин самого затяжного и самого глубокого экономического кризиса в э тих стра нах. Строго говоря, ситуация 1980-х годов — это проявление в свою очередь кризиса прежней "социалистической парадигмы" планирования, не изменяющейся с 1920 -х годов. Нынешняя ситуация является уже следствием использования постсоциалистическими странами экономических форм, явно не отвечающих уровню современных производительных сил, складывающегося 5-го технологическо го способа производства и мотивации деятельности человека, интуитивно ориентирующегося на ценности наступающего ХХ I в.

Объективно и без идеологического синдрома роль и значение первых пятилетних планов в экономике СССР проанализировал Герман Ван дер Вее (Герман Ван дер Вее, 1994, 130).

Работы Д. Кейнса, давшие целое новое направление в экономической науке, твер до зафиксировали в теории, общественном сознании изъяны и "отрицательные эффекты" веками складывающейся прежней экономической системы. "Черный ящик" механизма классической конкуренции, фрагментарно описанный до этого К. Марксом и Й. Шумпетером, стал едва прио ткрывать свой занаве с неосознанной для неоклассиков «секретности». После этого, хо тя наработки к э тому времени были уже у многих ученых и по многим социально-экономическим проблемам, появилась критическая масса для изучения в качестве самостоятельных проблем макроэкономического равновесия, инфляции, безработицы, регу лирования и т. п. Экономическая наука приблизилась к хозяйственной практике, так как выво ды ее стали более применимыми и конкретными, в том числе и на макроуровне, а сам аппарат науки стал более точным, аргументир ованным и доказательным.

Правда справедливости ради надо было отметить, что идеи Кейнса во многом предвосхитили в 1934 г.

шведский экономист Г. Мюрдаль и польский М. Калецкий. Термин же "мультипликатор" вводит в научный оборот еще в 1931 г. Р. Ф. Кан.

Несомненно признавая высокую значимость как для науки, так и для практики кейнсианского учения, качественно повлиявшего в целом на мировую экономическую науку, нельзя не видеть и таких ее оценок, которые, например, дает В. Леонтьев. Он пишет, в частности, ч то трудно признать гениальным вывод о необходимости лишь больше потреблять для того, чтобы больше производить. Но, тем не менее, работы Кейнса создали критическую массу для поворота в экономической науке несколько в ином направлении как по предмету, так и по категориальному аппарату, мето ду, аргументам, выводам, рекомендациям и их применению.

Однако с того времени, когда происходит обособление отдельных школ со своей естественной специализацией, дающей возможность получить более глубокое и достоверное знание, начинает последовательно о себе заявлять совершенно новая проблема — проблема взаимопонимания экономистов различных направлений, ч то никак не способствовало целостности общей картины сложно го экономического мира. Возникающие системный подхо д, структурализм и функционализм частично компенсировали недостаток общего, целостного и всестороннего знания, дополняя и оживляя последнее нетрадиционной информацией, в ко торой нуждалась и нуждается практика в условиях « дефекта знания».

Весьма своеобразно на пассивность и созерцательность, предметную и методологическую узость, функционализм и субъективизм, преобладающие в мировой экономической науке "традиционных" течений, отреагировала "фрайбургская школа", с такими ее представителями как В. Ойкен, Ф. Бем, В. Репке, А. Рюстов, А. Лампе, Г. Рихард, олицетворяющими различные ветви гуманитарного знания от философии до экономики.

По сути, э та мало известная даже для специалистов в области экономики школа продо лжает традиции политической экономии, заложенные классической школой и качественно развитые К. Марксом. И хо тя к Марксу у Ойкена отношение достаточно критическое, он все же по сути не только защищает его от современной бездарной и запоздалой критики, но и дополняет, особенно в части раскр ытия экономических форм производственных отношений, проявляю щихся через "экономические порядки". Набивший оскомину и, как представляется, не понятый многими метод диалектики у В. Ойкена преломляется через морфологический подход к исследованию экономических систем, известных на то т перио д в мире.

Построенная на э той основе классификация хозяйственных систем придает э кономическому мышлению такую же стройность, ясность и простоту, как периодическая система Менделеева вносит ясность в понимание свойств материи. Для наших современников — экономистов и политиков, ведущих иногда яростный спор относительно роли государства в экономике, пожалуй, небезынтересной может о казаться следующее замечание, которое В. Ойкен высказал еще в сороковые годы: «Бо льше или меньше государственности — такая постановка вопроса проходит мимо проблемы. Речь идет не о количественной, а о качественной проблеме. Сколь нетерпимо в эпоху промышленности, современной техники, крупных городов и скоплений людских масс пускать на самотек формирование экономического порядка, столь и само государство не способно руководить экономическим процессом» (Ойкен, 1995, 429 — 430). Государству следует регу лировать порядки, ко торые в свою очередь призваны регулировать хозяйственные единиц ы. А для то го, чтобы формировать "правильные" порядки, мыслить необ ходимо не только абстрактными категориями, чем занимается наука, а категориями порядков, объединяющих порядки социальные, правовые, экономические.

Иначе говоря, абсолютно верный с точки зрения науки вывод о необ хо димости какого-то решения может реализовать себя с точностью до наоборот при выборе формы реализации э того решения. Л. Эр хар д, как известно, в конкретно-исторических условиях проводил идеи Ойкена на практике. И, надо отметить, были получены хорошие результаты.

Весьма плодо творно сказались в целом на всей экономической теории и на хозяйственной практике сами идеи и модели неокейнсианцев Е. Харрода и Р. Домара в плане исследования экономической динамики и роста. При этом не следует также забывать о работах меркантилистов, классиков, К. Маркса, У. Фостера, Дж. Гобсона, Й. Шумпетера, У. Кетчингса. Словно с помощью волшебной палочки они пробудили от "статического сна" экономический анализ неоклассиков. Оказалось, ч то повозку, которая, по словам Дж. Робинсон, должна была вытащить экономический анализ из боло та статического равновесия, могут одинаково хорошо тащить и последователи неоклассической теории.

Совершенно независимо от них развивается так называемая историко-социологическая концепция роста и развития, имеющая большей частью описательный характер и буквально разрывающаяся в переплетении экономических и внеэкономических факторов.

В целом же можно обнаружить, что на базе анализа макроэкономической динамики и роста произошло сближение теорий, которые, что называется, стояли на диаметрально про тивоположных позициях и "не желающих поступаться принципами". Это в равной мере относится как к классической и неоклассической шко ле, теории Маркса, так и к кейнсианцам и неокейнсианцам, институциональному направлению. Возникает неоклассический синтез: так (П. Самуэльсон, Ф. Модильяни, Д. Патинкин) сделали достаточно успешную попытку "путем эффективной кредитно —денежной и фискальной политики соединить классическую микроэкономику Смита и Маршалла с современной макроэкономикой определения уровня до хо да, сочетая все здоровое в обоих подхо дах" (Самуэльсон, 1964, 796). После этого начинает формироваться идея о смешанной экономике, когда мало кто о трицает нео б ходимость вмешательства государства в э кономику. Разногласия выявляю тся лишь в формах и мето дах регулирования экономики, целях, масштабах, побочных эффектах и т. п. Развивается теория общественного сектора с различными ответвлениями исследований в области социальной политики. Например, сформировавшаяся в 1950 — 60-е годы теория общественного выбора (Д. Бьюкенен, М. Олсон, Д. Мюллер, Р. Толлисон, У. Несканен), отойдя от анализа влияния кредитно-денежных и финансовых мер на экономику, вторглась в весьма несвойственную для экономической науки сферу — сферу политологии, юриспруденции, социологии — область принятия правительственных решений (Олсон, 1995; Бьюкенен, Таллок, 1996; Бьюкенен, 1994, 104 — 113; Якобсон, 1995).

Но в возникновении такой сферы о хвата э кономической наукой нет ничего неожиданного, поскольку еще Л. Вальрас в начале этого века по дчеркивал: "... Разве тру дно найти экономистов, ко торые совершают ошибку, проповедуя, что общественные услуги до лжны быть включены в сферу свободной кон куренции и для этого должны быть переданы частным предпринимателям?" (Walras, Elements, 1900, 121). Иначе говоря, декар товская система координат с ее линейностью процессов, на ко торой держалась "старая" политэ кономия, начинает уступать новой, впитывающей многолинейность эволюции социально-экономических процессов.

Политические и социальные проблемы приобретают здесь особую актуальность, поско льку последние, как правило, выхо дили за пределы внимания экономистов -неоклассиков.

Вместе с тем, поскольку кейнсианские методы государственного регу лирования стали менее эффективны, влиятельны, популярны, а размеры и критическая масса накопленного денежно -финансового капитала требовали выхо да на по литическую арену, в том числе и по мотивам увеличения своего с остояния через политический альянс, то в 1970-х гг. новая консервативная волна выбросила на острие популярности теорию монетаризма. Последняя по существу базировалась на традициях ко личественной теории денег и с гг. активно в разных формах пропагандировавшаяся Г. Саймоном, Л. Минтсом, Ф. Найтом, 1950-х Д. Винером, К. Бруннером, М. Фридменом, к семидесятым го дам XX столетия оформилась во влиятельную чикагскую школу. Безусловно, пик популярности идей данной школы уже прошел, поскольку проблем в жизни стало больше, чем было (Известия. 27.09.1997. С. 2).

Фактор неопределенности и зависимости от вну тренних условий перешел к внешним. Это один из моментов, указывающих на отличия неоклассиков от монетаристов при их внешней схожести. Проводя параллели между ними, нельзя не замечать многих мотивов, существенно о тличающих о дних о т других.

Например, и неоклассики и монетаристы отрицают вмешательство государства в экономические процессы. Но если первые этим как бы желают создать условия для справедливой конкуренции, то вторые явно пытаются своими действиями и возможным влиянием через деньги заменить государство и стать над ним, диктуя "свои правила игры". Деньги начинают и выигрывают — во т основа конкуренции, которую защищают осознанно или нет представители монетарного направления в экономической науке. Г -н Сорос, "заработавший" за несколько дней миллиард до лларов, квалифицирует э то направление в науке, как алхимию (Сорос, 1995).

В середине 1970-х го дов также возникает и новая кембриджская шко ла. С одной стороны, она делает попытку размежеваться с нео кейнсианством и монетаризмом, а с другой — выработать "компромиссную позицию" в оценке современных явлений. У. Годли, Ф. Криппс, например, в 1983 г. написали "Макроэкономику", где сами авторы подчеркивали, что, оставаясь на позициях неокейнсианства, они все -таки не уклыдываются ни в неоклассицизм, а тем более монетаризм или в кейнсианство (Сту денцов, 1988, 110 — 120). Представители новой кембриджской шко лы в своем анализе особое внимани е начали придавать внешнеполитическим факторам экономического роста, к чему подтолкнул обширный и глубокий кризис в середине 1970-х го дов, обостренный действиями стран ОПЕК.

В рамках единой кейнсианской концептуальной основы возникает и монетарное кейнсианство (П. Дэвидсон, Х. Мински, С. Вайнтраубе и др.), которое заполнило вакуум в теории денег кейнсианцев.

В ФРГ и в некоторых других западноевропейских государствах в последнее время происходит слияние политологии и экономической теории, в резуль тате чего возникает новый курс — курс социальной политики (МЭ и МО, 1988, № 12). Например, Д. Фогель получил академическую известность за междисциплинарные исследования на стыке по литологии и экономической теории.

В 1980е гг. существование различных форм хозяйствования в мире, мощное влияние особенного на конечные социально-экономические результаты дают импульс к возникновению компаративистики, ко торая стала и неотъемлемым курсом в вузах (Г лу х, 1997, 21 — 40). В э то же время активизируется зародившаяся еще в 1960-е го ды научная мысль о необ хо димости поиска новых оснований экономической науки, так как не все проблемы реальной действительности получали адекватное восприятие и изучение (Dimock, 1962; Осипов, 1995; Стиглиц, 1997; Иноземцев, 1995). Речь идет о мэйнстриме (основном течении) и других направлениях экономической теории, основания (парадигмы) ко торых уже не нахо дятся в о динаковой системе координат (Автономов, 1997; Гаджиев, 1996, с. 97 — 112).

Важное место в целостной экономической картине м ира начинает также занимать так называемая трансакционная экономика, теория которой связана с именем Р. Коуза. Это уже междисциплинарная концепция, объединяющая правовую, экономическую и организационную науки. Теория фирмы, известная нашему читателю из трудов неоклассиков в привычном категориальном выражении, в 1980-е гг. обогащается институциональным анализом фирмы (Коуз, 1991; The Naturen of the Firm. Econo mica, N.S. Vol. 1Y. 1937, P.

356 — 405. The problem of social Cost. The Journal of Laf and Economics. Vol.111. October, 1960. P. 1 — 44).

Здесь анализ издержек переносится в плоскость организационных структур фирмы, коммуникации и познавательных способностей персонала, его адаптации к изменяющимся условиям и мотивации, где отсутствует набивший оскомину эгоистический коммерческий интерес "экономического человека" (Аоки, 1991, 58 — 70).

Другой известный в научном мире Запада и абсолютно неизвестный для нас профессор У. О. Уильямсон также выступает с критикой орто доксальной теор ии фирмы, предлагая междисциплинарный подхо д к исследованию последней (Уильямсон, 1991, 50 — 59; книга междисциплинарного характера, написанная специалистами в области права, организации, э кономики, политологии, антропологии: Organizat ion theory. Fro m Chester Barnard to the present and heyond/ Ed. by O. E. Williamson. New York, 1990. 214 p.).



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 15 |
 
Похожие работы:

«Игорь Березин МАРКЕТИНГОВЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ИНСТРУКЦИЯ ПО ПРИМЕНЕНИЮ 3-е издание, переработанное и дополненное МОСКВА • ЮРАЙТ 2012 УДК 33 ББК 65.290-2 Б48 `2.0: Березин Игорь Станиславович — консультант по проведению аудита маркетинга, исследований рынка, брендингу, бизнес-планированию, маркетинговому анализу и прогнозированию. С 2005 года входит в ТОП-5 Самые известные консультанты по маркетингу в России. Автор 14 монографий, более 400 статей и аналитических материалов по вопросам маркетинга,...»

«Томский государственный университет И.Б. Калинин ПРИРОДОРЕСУРСНОЕ ПРАВО ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ г. Томск 2000 1 Калинин И. Б. Природоресурсное право. Основные положения. – Томск, 2000. Ответственный редактор: профессор, доктор юридических наук В.М. Лебедев Рецензент: доцент, кандидат юридических наук С. Г. Колганова Предлагаемое учебное пособие рассчитано на студентов юридических Вузов, изучающих природоресурсное право. Может представлять интерес для читателей, интересующихся вопросами правового...»

«Министерство внутренних дел Российской Федерации Московский университет МВД России Подготовка научно-педагогических кадров в Московском университете МВД России П р ав о в о е р егул и р о в ан и е и о р га н и за ц и я работы Методическое пособие юни ти UNITY Закон и право • Москва • 2009 УДК [378.2:378.4] (470-25)(07) ББК б7р4(2-2Москва)я7+б7.401.133.1(2Рос)я7 П44 Авторы: С. С. Маилян, Е.Н. Хазов, С.И. Гончаров, Д.В. Афанасьев, Е.В. Михайлова, Т.В. Протасова, Н.Д. Эриашвили Главный редактор...»

«АНО Центр информационных стратегий Лучшие практики социаЛьно ориентированных нко – участников конкурса соДействие методическое пособие Москва 2013 ББК 66.4(0) :67.408/67.412 УДК 334.72:316.334.3 (470) Рецензенты: Николаева Е.Л., первый заместитель Председателя Комитета Государственной Думы Российской Федерации по жилищной политике и жилищно-коммунальному хозяйству, заместитель председателя Общероссийской общественной организации Деловая Россия, кандидат социологических наук Составители:...»

«В.В. КОВАЛЕВ ФИНАНСОВЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ-1 Учебное пособие по Программе подготовки и аттестации профессиональных бухгалтеров Базовый курс Москва Издательский дом БИНФА 2011 1 Ковалев В.В. Финансовый менеджмент — 1: Учеб. пособие по Программе подготовки и аттестации профессиональных бухгалтеров. В пособии представлены основные положения базового курса финансового менеджмента в соответствии с Программой подготовки профессиональных бухгалтеров. Изложены теоретические положения и практические...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ РФ НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ЭКОНОМИКИ И УПРАВЛЕНИЯ КАФЕДРА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИНФОРМАТИКИ Н.А. Филимонова Информационные технологии управления персоналом Учебно-методический комплекс Новосибирск 2009 1 ББК 32.81+65.050.2 Ф 53 Издается в соответствии с планом учебно-методической работы НГУЭУ Филимонова Н.А. Ф 53 Информационные технологии управления персоналом: Учебно-методический комплекс. – Новосибирск: НГУЭУ, 2009. – 147 с. Предлагаемый...»

«МАРКЕТИНГ В ОТРАСЛЯХ И СФЕРАХ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ Учебное пособие Под редакцией доктора экономических наук, профессора Н.А. Нагапетьянца Допущено Министерством образования и науки Российской Федерации в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности 080111 Маркетинг Москва ВУЗОВСКИЙ УЧЕБНИК 2007 УДК 339.138(075.8) ББК 65.290-2я73 М 25 Авторский коллектив: д-р экон. наук, проф. Н.А. Нагапетьянц — введение, главы 1-3, глава 5 (пп. 5.1, 5.2, 5.4-5.6); д-р...»

«РОССИЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ им. Г.В. ПЛЕХАНОВА В.А. БАРИНОВ АНТИКРИЗИСНОЕ УПРАВЛЕНИЕ Рекомендовано УМО в качестве УЧЕБНОГО ПОСОБИЯ для студентов, обучающихся по специальности 060700 Национальная экономика и по другим экономическим специальностям Москва ИД ФБК-ПРЕСС 2002 УДК 338.24 ББК 65.050.2 Б24 Автор: В.А. Баринов — д-р экон. наук, профессор кафедры государственного управления и менеджмента Российской экономической академии им. Г.В. Плеханова, член-корр. Международной академии наук...»

«Министерство здравоохранения Архангельской области Государственное автономное образовательное учреждение среднего профессионального образования Архангельской области Архангельский медицинский колледж УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ Правила выписывания рецептов на лекарственные препараты и правила отпуска их в аптечных организациях Для самоподготовки обучающихся Для специальности 060301 Фармация Базовая подготовка Архангельск 2013 1 Автор: Пиковская Г.А. Учебное пособие для самоподготовки обучающихся по...»

«КАЛИНИНГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ А.М. Чуйкин ОСНОВЫ МЕНЕДЖМЕНТА Калининград 1996 КАЛИНИНГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ А.М. Чуйкин ОСНОВЫ МЕНЕДЖМЕНТА Учебное пособие Калининград 1996 Чуйкин А.М. Основы менеджмента: Учебное пособие / Калинингр. ун-т. - Калининград, 1996. - 106 с. - ISBN 5-230-08823-0. Пособие написано в соответствии с требованиями государственного образовательного стандарта и с учетом базовой учебной программы по курсу “Менеджмент”, а также учебного плана...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования Северный (Арктический) федеральный университет имени М.В. Ломоносова БУХГАЛТЕРСКИЙ УЧЕТ Методические указания к выполнению расчетно-графической работы Архангельск ИПЦСАФУ 2012 Рекомендовано к изданию редакционно-издательским советом Северного (Арктического) федерального университета имени М.В. Ломоносова Составитель И.Г. Вотинова, старший...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ТЕХНОЛОГИЙ И УПРАВЛЕНИЯ имени К.Г. Разумовского ИНСТИТУТ МЕНЕДЖМЕНТА Учебно-методический комплекс дисциплины ТАМОЖЕННЫЕ ПОШЛИНЫ И РАСЧЕТЫ Для специальности 260501.65 – Товароведение и экспертиза товаров Форма обучения: заочная Сроки обучения: полная, сокращенная Москва 2012 УДК 664.6 К-72 Переработана, дополнена, обсуждена и одобрена на заседании кафедры гуманитарных и социально-экономических наук Филиала ФГБОУ ВПО МГУТУ...»

«ЧАСТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ ИНСТИТУТ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ Н.М. Лашкевич МЕЖДУНАРОДНАЯ ТОРГОВЛЯ Учебно-методический комплекс Минск 2010 УДК Л-32 Учебно-методический комплекс разработан м.э.н., старшим преподавателем ЧУО Института предпринимательской деятельности Лашкевич Н. М. Рекомендован к изданию кафедрой Коммерческой деятельности ЧУО Института предпринимательской деятельности (протокол №4 от 16.ноября 2010г.) Одобрен и утвержден на заседании Научно-методического Совета ЧУО...»

«ПРИОРИТЕТНЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПРОЕКТ ОБРАЗОВАНИЕ РОССИЙСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ДРУЖБЫ НАРОДОВ Н.А. ПОПОВ, Л.Л. ЧИРКОВА КОНСУЛЬТИРОВАНИЕ В ОБЛАСТИ ОПТИМИЗАЦИИ УПРАВЛЕНИЯ СОВРЕМЕННЫМ АГРАРНЫМ ПРОИЗВОДСТВОМ Учебное пособие Москва 2008 1 Инновационная образовательная программа Российского университета дружбы народов Создание комплекса инновационных образовательных программ и формирование инновационной образовательной среды, позволяющих эффективно реализовывать государственные интересы РФ через систему...»

«ПОДДЕРЖКА МАЛОГО И СРЕДНЕГО БИЗНЕСА. ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Администрация города Красноярска Департамент экономики МЕТОДИЧЕСКОЕ ПОСОБИЕ ДЛЯ СУБЪЕКТОВ МАЛОГО И СРЕДНЕГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА (Сборник нормативных документов) Красноярск 2010 ДЕПАРТАМЕНТ ЭКОНОМИКИ. Отдел инвестиций и развития малого предпринимательства Методическое пособие для субъектов малого и среднего УДК 346.26 ББК 67.404.91 предпринимательства. Сборник нормативных документов. — КрасН83 ноярск, 2010 Отдел...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Владивостокский государственный университет экономики и сервиса В.С. ПУШКАРЬ Л.В. ЯКИМЕНКО ЭКОЛОГИЯ ЧЕЛОВЕК И БИОСФЕРА Учебное пособие Рекомендовано Дальневосточным региональным учебно-методическим центром (ДВ РУМЦ) в качестве учебного пособия для студентов, обучающихся по направлениям подготовки бакалавров: 022000.62 Экология и природопользование, 100400.62 Туризм, 080100.62 Экономика, 210400.62 Радиотехника, 190500.62 Эксплуатация...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования АМУРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ (ФГБОУ ВПО АмГУ) Кафедра Экономической теории и государственного управления УЧЕБНО-МЕТОДИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС ДИСЦИПЛИНЫ Управление государственной собственностью Основной образовательной программы по специальности 080504.65 Государственное и муниципальное управление Специализация Государственное...»

«Министерство образования и науки РФ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ПРОФСОЮЗОВ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ АКАДЕМИЯ ТРУДА И СОЦИАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ Факультет социально-экономический Кафедра экономики и менеджмента УТВЕРЖДАЮ Проректор по научной работе В.В.Кузьмин _ 2011 г. Программа вступительного экзамена в аспирантуру по специальности 08.00.05 Экономика и управление народным хозяйством (экономика, организация и управление предприятиями, отраслями, комплексами) Составитель рабочей программы:...»

«НЕГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ САМАРСКИЙ ИНСТИТУТ – ВЫСШАЯ ШКОЛА ПРИВАТИЗАЦИИ И ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА КАФЕДРА ЭКОНОМИКИ И УПРАВЛЕНИЯ КАНДИДАТСКАЯ ДИССЕРТАЦИЯ МЕТОДИЧЕСКИЕ УКАЗАНИЯ ПО ПОДГОТОВКЕ, ОФОРМЛЕНИЮ И ЗАЩИТЕ Утверждены редакционно-издательским советом института _ 20_ г. Самара 2011 1 Составители: Н.В.Овчинникова, Н.Р.Руденко УДК 378.245.2/3 ББК 72.6(2)243 К 19 Кандидатская диссертация: методические указания по подготовке, оформлению и...»

«ЦЕНТРОСОЮЗ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ МОСКОВСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ПОТРЕБИТЕЛЬСКОЙ КООПЕРАЦИИ КАФЕДРА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ Соловых Н.Н. ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ ЭКОНОМИКА ИСТОРИЯ ЭКОНОМИКИ ТЕМАТИКА РЕФЕРАТОВ И МЕТОДИЧЕСКИЕ УКАЗАНИЯ ПО ИХ ВЫПОЛНЕНИЮ Москва 2003 Соловых Н.Н. Экономическая теория. Экономика. История экономики. Тематика рефератов и методические указания по их выполнению. – М.: Московский университет потребительской кооперации, 2003. - 21 с. Тематика рефератов и...»






 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.