WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:   || 2 |

«ХРИСТИАНСТВО КАК СИСТЕМООБРАЗУЮЩИЙ ФАКТОР В ИСТОРИИ СРЕДНЕВЕКОВОЙ ЕВРОПЕЙСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ ...»

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

ПИКОВ Геннадий Геннадьевич

ХРИСТИАНСТВО

КАК СИСТЕМООБРАЗУЮЩИЙ ФАКТОР

В ИСТОРИИ СРЕДНЕВЕКОВОЙ ЕВРОПЕЙСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Специальность 24.00.01 – теория и история культуры

Автореферат

диссертации на соискание учёной степени доктора культурологии Кемерово 2011

Работа выполнена на кафедре всеобщей истории гуманитарного факультета ФГБОУ ВПО «Новосибирский национальный исследовательский государственный университет»

Официальные оппоненты: доктор философских наук

, профессор Донских Олег Альбертович доктор культурологии, профессор Марченко Юрий Григорьевич доктор культурологии, профессор Миненко Геннадий Николаевич

Ведущая организация: ФГБОУ ВПО «Алтайский государственный университет»

Защита состоится 27 марта 2012 года в 10.00 часов на заседании диссертационного совета Д100.006.01 по защите диссертаций на соискание учёной степени доктора культурологии при ФГОУ ВПО «Кемеровский государственный университет культуры и искусств» по адресу: 650029, г. Кемерово, ул. Ворошилова, 17, ауд. 221.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВПО «Кемеровский государственный университет культуры и искусств» по адресу: г. Кемерово, ул. Спортивная, 91.

Дата отправки автореферата на сайт ВАК (http://vak.ed.gov.ru.) 19.12.2011 г.

Автореферат разослан « » _ 2012 г.

Учёный секретарь диссертационного совета, кандидат культурологии, доцент Н. И. Романова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. «На счету» христианского по происхождению и парадигме «мира» огромное количество значимых для всего человечества философских, литературных, исторических, политических, научных текстов, произведений искусства, открытий географических или научных, войн.

Сейчас европейские ценности, во многом густо замешанные на христианстве, стали основой первой дерзкой попытки объединить все человечество. Разумеется, эта попытка не воспринимается однозначно. Впервые за всю свою историю европейская культура подверглась такой мощной комплексной экспертизе; раньше спорили, в основном, из-за отдельных идей, терминов, фактов.



Тем не менее, иудео-христианские идеи до сих пор необходимы человечеству и следует особо подчеркнуть, что именно религия сыграла огромную роль в оформлении цивилизационных идей. Христианство и другие мировые религии – единственные мировоззрения, которые четко отталкиваются от изначальной парадигмы («истины»), сформулированной в самом начале цивилизационной истории.

Остальные идеологии, так или иначе связанные с мировыми религиями или даже противостоящие им, берут за основу те трактовки парадигмы, которые возникают позднее. Так, США использовали протестантскую этику, а СССР обратился к просветительской критике религии. Все эти варианты уже находятся под сильным влиянием материализма, рационализма и прагматизма и волей-неволей низводят «истину» на уровень случайной этики, которую можно брать, а можно и отказаться от нее. На это, по сути, работает принцип свободы совести, который, провозглашая право на освобождение от религии, в той или иной степени подрывает связь с конкретной цивилизационной парадигмой. Тем самым провоцируется возможность складывания идейной анархии, перехода к иной парадигме (например, к исламу) или движение к глобальной идейной конвергенции. Демократическое общество придало дополнительный мощный стимул для выдавливания христианства в этическое гетто и, поскольку сейчас так или иначе базовые идеи цивилизации приписываются, по сути, только античной культуре, то фактически используется лишь один из доцивилизационных истоков. Их же два, если к тому же не считать «варварской» культуры, которая все еще не получила должной оценки в этом плане. Естественно напрашивается мысль о том, что в современной культуре необходимо использовать все «три источника», что без «религиозных» идей и современная культура невозможна. Дело не в лежащей в ее основе идее сверхъестественного, хотя и она окончательно не опровергнута, но не стоит забывать, что религиозное это не только культовое и эмоциональное. Религия и церковь сложнее. Это институты, у которых великие заслуги перед человечеством и об этом тоже надо помнить. Еще важнее те идеи, нормы и рецепты, которые христианство предложило человечеству. Для христианства на всем протяжении его развития характерна преемственность традиций и высокий авторитет его основополагающих идей.

Само христианство может и не использоваться, но эти идеи все еще востребованы.

Кстати, именно генетической связью религии с цивилизационной парадигмой и обусловлена так называемая пронизанность средневековой культуры религиозными представлениями и настроениями. Христианство потому и господствовало в культуре, что являлось формой общецивилизационной парадигмы и «говорило» на языке своего времени. В любом случае проблемы актуальности христианства и его влияния на культурное развитие не могут быть обойдены культурологической мыслью.

Вероятно, можно говорить не только о физической «пассионарной» энергии, но и духовной энергетике религии. Строго говоря, Библия и христианство и сообщают об этой двойственной энергетике, связанной с «телом» (физическая энергия) и «душой» (духовная энергия). В данной работе и делается попытка подчеркнуть роль не физической «пассионарности», а духовной. Именно она определяет вектор развития цивилизации и направляет физическую энергию в «нужное» русло. Дихотомия «Тело / Душа» или «физическая энергия / духовная» весьма болезненна для истории и христианство прилагает самые неимоверные усилия по налаживанию консенсуса между ними.





На каждом этапе европейской истории роль христианства постоянно активна. Вместо пресловутых слов «господство» или «кризис» лучше говорить о разных формах и методах влияния религии, что, собственно говоря, и надо изучать досконально и непредвзято, одинаково дистанцируясь как от ниспровергающего атеистического подхода, так и от религиозно-церковной апологетики. Идеализация или демонизация христианства больше одинаково неприемлемы и скорее говорят о том, что истинное место христианской религии и церкви в истории Европы все еще не определено четко.

Представленная работа, по сути, и является одним из опытов такого изучения. Есть смысл в том, чтобы не столько рефлексировать по поводу тех или иных идей, фактов, имен и т. п., сколько понять причины изумительной эволюции христианства, его успехов и провалов, смысла его существования. Понятно, что полная картина еще не может быть нарисована, хотя фактический материал, что называется, весь на виду, но он столь обширен, сложен и противоречив, подвергался столь интенсивной многовековой идеологической обработке, что «первый опыт», вероятно, и смог быть только некоторым собранием своеобразных «очерков» по отдельным ключевым темам.

Литературу по этой тематике мы читаем практически всю свою жизнь, она необозрима и потому в данной ситуации и на данном этапе (не только научного изучения христианства, но и общественного развития человечества) вполне нейтральным и объективным, оптимальным представляется именно культурологический подход к ней. Необходимость введения данной проблемы именно в культурологический контекст видится актуальным и потому, что только здесь и может быть, на наш взгляд, представлена целостная модель взаимоотношения христианства и средневековой культуры. Освоение этой проблемы не только представляет, на наш взгляд, свой, «корыстный» интерес для культурологии как науки, но и может способствовать устранению ангажированного или вульгарного взгляда на историю христианства и, одновременно, новому осмыслению его роли в истории культуры.

Изучение данной темы имеет и практическое значение, поскольку отказ от односторонних оценок истории христианства и его роли в истории цивилизации в средневековый период, негативных или апологетических и базирование на научном подходе, выявление новых ракурсов рассмотрения история взаимоотношения средневекового общества и христианской религии могут и должны быть применены в дальнейших исследованиях как указанной темы в целом, так и отдельных частных ее проблем. Несомненно, это должно найти широкое применение и в вузовской и школьной учебной практике.

Степень разработанности темы. История средневековой культуры в целом и история средневекового христианства, равно как и другие аспекты интересующей нас проблематики отражены в таком неимоверном количестве монографий, статей, научно-популярных книг, что даже краткий их обзор дать в принципе невозможно. Вместе с тем подавляющее большинство этих работ носит описательный характер, написаны они с точки зрения той или иной религии и идеологии.

Это не означает, что они, по своему, не освещали указанную проблематику, но, увы, делали это часто тенденциозно и даже необъективно, упуская или сознательно не замечая многие факты и нюансы. К тому же значительное их количество вполне сознательно и принципиально игнорировало научный подход. Фактически внеидеологизированный и максимально научный подход начал складываться лишь после Второй мировой войны и именно эти работы имеют особо важное значение для адекватного понимания указанной проблематики. Их тоже много, тем не менее, можно выделить, в соответствии с выбранными для анализами аспектами, те, которые либо просто были полезны для нашей темы, либо (чаще) поднимали и решали сложные и сущностно важные проблемы.

Очень большое значение для анализа проблем, связанных с изучением конкретных цивилизаций и попытками обобщения этого опыта, имеют работы многих отечественных и зарубежных культурологов, историков, философов, – таких, как К. Ясперс, М. Фуко, Ф. Р. Анкерсмит, Р. Осборн, А. Тойнби, А. Н. Уайтхед, Н.

Я. Данилевский, Б. С. Ерасов, Л. И. Мечников, М. А. Барг, Ж. Ле Гофф и ряд других авторов. Не менее интересны работы исследователей, разрабатывающих смежные или более частные проблемы, но делающих с позиций достаточно четко отрефлексированной общеисторической концепции – И. М. Савельева, А. В. Полетаев, В. И. Уколова, А. Я. Гуревич, М. Ф. Румянцева, И. Н. Ионов, Л. П. Репина.

Для истории иудаизма и средневекового христианства принципиальное значение имеют работы Ф. Арцта, А. Е. Тайлора, Ж. Эншлена, М. П. Шафира, С. С.

Аверинцева, Г. Чистякова, Д. Ноубель.

В последние годы в нашей стране и за рубежом активно стала изучаться Библия, библейское право, проблема теодицеи. Этого касались многие философы, религиозные авторы и современные специалисты (Гераклит, Ксенофан, Платон, орфики, стоики, Эпикур, Плотин, Прокл, Тертуллиан, Ориген, Фома Аквинский, Лейбниц, Мальбранш, Кант, Декарт, Паскаль, Боссюэ, Беркли, Юм, Кьеркегор, Ж.

Маритен, Э. Жильсон, Макки, Плантинга, Пайк, В. В. Соколов, А. Ф. Лосев, В. П.

Горан. Е. Н. Камельчук, Ж. Т. Тьерно, Р. С. Роден, Т. В. Виллье, Б. Л. Витни, Д. Р.

Гриффин, Х. Шварц, П. А. Флоренский, Е. Н. Трубецкой, В. И. Иванов, В. С. Соловьев, Н. О. Лосский.

Разумеется, решение принципиальных и важных аспектов темы было бы невозможно без использования литературы по таким аспектам, как история ересей, атеизм и др.

Соответственно, источниковая база исследования сформирована таким образом, чтобы диссертация опиралась на репрезентативное сочетание источников, которое необходимо для любого культурологического и исторического исследования. Основным материалом исследования стали ключевые для понимания и восприятия проблемы тексты Библии. Поскольку многие проблемы, безусловно, имеют в качестве важнейшего источниковедческий аспект, понадобились разные переводы этой книги и многочисленные комментарии. В соответствии с темой исследования активно были использованы раннехристианская литература, сочинения апологетов христианства и отцов церкви (Ориген, Лактанций, Тертуллиан, Климент Александрийский, Иустин-философ, Ириней Лионский, Евсевий Кесарийский, Аврелий Августин, Амвросий Медиоланский и др.). Дополнительным материалом послужил ряд средневековых текстов, которые по мере необходимости характеризуются в отдельных параграфах.

Именно неравномерное изучение различных аспектов темы, зачастую тенденциозный и ангажированный подход к ней в целом и помогли увидеть и сформулировать научную проблему исследования, которая состоит в недостаточно адекватном определении места и роли иудейско-христианской традиции в становлении и развитии средневековой европейской культуры, которые до сих пор оцениваются с позиций либо самой христианской религии, либо с точки зрения выросших во многом на антихристианской основе идеологий (марксизм, атеизм).

Внеидеологизированное понимание этой проблемы и культурологическое и историческое ее решение практически еще не сложились. Между тем, есть основания предполагать, что иудео-христианская традиция сыграла роль системообразующего фактора в истории средневековой европейской культуры. Решение этой проблемы возможно только при ее рассмотрении в широком культурологическом контексте.

Территориальные и хронологические рамки. Проблема исследуется преимущественно на материале западноевропейского региона (территория современных стран Великобритании, Франции, Италии, Испании, Германии), хотя по мере необходимости используется также материал по средневековой истории и культуре Византии и славянских земель.

Хронологические рамки определяются временем существования и расцвета «христианского мира», т. е. начиная от формирования христианства на территории Римской империи, включая эпоху Феодализма и заканчивая эпохой Раннего Нового Времени (I – XVII вв.). Некоторые проблемы потребовали их рассмотрения в более ранний (ветхозаветная криминология, ветхозаветная теодицея I тыс. до н. э.) или более поздний (взаимоотношение науки и религии, история атеизма в Новое и Новейшее время) периоды.

Объект исследования – средневековая европейская культура (V – XV вв.).

Границы «культурной» эпохи далеко не всегда совпадают с границами политического периода, ибо культурные трансформации и новообразования появляются задолго до того, как образуется социально-политический «шов».

Предмет исследования – место и роль христианства как системообразующего фактора в складывании и развитии средневековой европейской культуры.

Целью исследования является изучение роли христианства как системообразующего фактора средневековой европейской культуры.

Для реализации этой цели поставлены следующие задачи:

1. Рассмотреть соотношение сакральной иудео-христианской традиции и европейской культуры, выявить соотношение «сакрального» и «секулярного» в «христианской» культуре.

2. Выявить роль и значение Библии как базового Текста в истории Западной цивилизации.

3. Проанализировать решение проблемы теодицеи в ветхозаветной и новозаветной традициях и складывание системы обоснования провиденциализма как одного из базовых цивилизационных положений, демонстрирующего особую роль в истории цивилизационной парадигмы.

4. Рассмотреть формирование в религиозной сфере такого обязательного для трансляции цивилизации во времени и пространстве представления как «история».

5. Изучить на материале отдельных, ключевых для развития культуры сфер (философия, литература, право) непосредственное взаимодействие христианской религии и культуры в истории средневековой Европы.

6. Определить место и роль в истории европейской культуры таких «отклонений» с точки зрения ортодоксальной религии, как ересь, наука, атеизм, показать их как культурные явления, диалектически впитавшие в себя сакральные и секулярные элементы.

7. На примере отношения к мусульманам и монголам как «чужим» народам, появление которых не связано со «священной историей», рассмотреть место и роль христианства в представлениях об окружающем Европу мире.

Теоретико-методологическая основа исследования включает совокупность взаимопроникающих и взаимодополняющих теоретических представлений, составляющих соответственно три уровня исследования (макро-, мезо и микроуровни).

Высший уровень сформирован из теоретико-культурологических и теоретико-исторических подходов и разработок.

В основе современной методологии культурологического и исторического исследования часто лежит необходимость в междисциплинарном синтезе и это неизбежно порой приводит к методологической полифонии, тематической, идейной и структурной сложности этой методологии, ее многоаспектности. На этой основе Л. П. Репина сформулировала принцип взаимодополнительности различных научных парадигм1. Из сказанного, прежде всего, следует, что в исследовании такого рода очень важна концепция, которая при прочих равных условиях способна интегрировать наибольшее число подходов и найти возможность их соединения и соподчинения. Именно по этой причине в основу методологического видения темы положен принцип междисциплинарности, означающий, как свободу выбора методологической ориентации, так и взаимодействие различных познавательных приемов.

Тема данного исследования к тому же связана с культурой, которая также полифонична и многоаспектна. Она требует не только синтеза различных культурологических и исторических технологий, но и в значительной степени выхода за пределы тех мировоззренческих и идеологических конструкций, которые эти технологии породили. Изучение «цивилизации» как континуума и «культуры» как механизма ее адаптации к определенной пространственно-временной ситуации подразумевает, что выбор лишь одной из этих технологий не возможен в принципе, ибо в данном случае значимы как изменение среды обитания европейского «человечества» («бытие»), так и сознательное его стремление создать оптимальную социокультурную модель («сознание»).

Важнейшим методологическим принципом, обязательным для данного исследования, является представление о диалектическом развитии средневековой культуры, в которой в проблемных отношениях находились две сферы – сакральное и секулярное. Системный подход помог подойти к культуре как к целостному явлению. Вполне естественно, что при проведении исследования автор руководствовался принципами объективизма, историзма, комплексности и системности.

Идеи и подходы концептуального характера представителей школы «Анналов» М.

Блока, Л. Февра и работы современных отечественных исследователей по теории и методологии исторической науки А. Я. Гуревича, Л. П. Репиной использованы для того, чтобы внимательнее отнестись, помимо социальных, политических и экономических, к таким факторам, как религиозный, ментальный, антропологический, культурный.

Нашли также применение как методологически значимые представления о культуре, религии и цивилизации многих зарубежных и отечественных авторов – Репина Л. П. «Новая историческая наука» и социальная история. М., 1998. С. 7, 20–21, 48.

Л. Уайта, О. Шпенглера, А. Швейцера, Т. Парсонса, М. Вебера, Ю. М. Лотмана и др. В исследовании были активно задействованы и методы социальной и культурной антропологии, в основе которых лежат методы структурной антропологии (К.

Леви-Стросс, П. Бурдьё). Классические работы, основанные на этом методе, принадлежат К. Гирцу.

При работе над темой невозможно в той или иной мере обойтись и без методов исследования ментальностей ученых, принадлежащих к «школе Анналов», для которых ментальность – это результат взаимодействия, трения социальных статусов, а также направление, которое исследует структуры и способы организации повествования, «нарратива» (П. Рикёр, Ф. Анкерсмит, Х. Уайт, Р. Барт, Ю. М.

Лотман, М. М. Бахтин), считающих, что описанное событие неотделимо от ментальности описавшего его.

Поскольку рассмотрение такой темы требует работы, как минимум, на двух уровнях исследования (история культуры как эмпирический и фактологический уровень культурологии, философия культуры – метатеоретический уровень), то, естественно, потребовалось использование самых различных культурологических и исторических методов. Были использованы методы перехода от конкретного к абстрактному и от абстрактного к конкретному, анализа и синтеза, дедукции и индукции, сравнения и обобщения, «восхождения от конкретного к абстрактному и от абстрактного к конкретному», системного анализа, классификации и т. п.

В качестве принципов и методов среднего уровня оптимальными представляются следующие. Особо необходимо отметить применение системного подхода, основанного на диалектических принципах взаимосвязи части и целого, а также взаимосвязи частей в целом, при анализе объектов как систем. Необходимым для нашей исследовательской методологии является принцип историзма, рассматривающий каждое культурное явление в процессе развития и одновременно в связи с конкретной исторической обстановкой. Он подразумевает рассмотрение исторических процессов и явлений в их развитии, взаимосвязи и взаимодействии, и принцип детерминизма, признающий обусловленность исторических событий политическим, экономическим, культурным контекстом.

Особенностью данного исследования является рассмотрение в той или степени трансформационных процессов в средневековой культуре, в результате чего оправданным становится применение метода исторических аналогий и сравнительно-исторического метода. Этот метод включает в себя свойственный конкретно-историческому познанию критический анализ текстовых источников.

Логико-исторический метод послужил в качестве конкретного способа организации и анализа материала. Диссертационное исследование опирается на диалектическое осмысление прошлых и современных социокультурных явлений и максимально активно использует традиционные методы культурологического и исторического исследования: структурно-функциональный, историкогенетический, сравнительно-исторический и историко-типологический, проблемно-хронологический, ретроспективный, историко-биографический, принцип объективности, терминологический анализ, метод актуализации, метод периодизации, прием перспективности. Среди методов, основанных на опыте исторической науки, применялся и ретроспективный метод, подразумевающий последовательное проникновение в историческое прошлое с целью определения причины того или иного события.

Кроме того, были использованы методы герменевтики. Для правильного понимания письменного источника надо помнить, что анализ того или иного текста должен производиться в условиях исторического контекста, а терминология, использованная в тексте, не имеет однозначного перевода даже в рамках текстов одного периода.

Важен и культурно-антропологический подход, в рамках которого акцентируется внимание как на актах творчества, так и на личности того или иного деятеля культуры, формирование и деятельность которого протекали в определенных исторических условиях. Он дает, таким образом, возможность достаточно всесторонне и адекватно оценивать тексты – особо важный продукт средневековой цивилизации. Это важно еще и потому, что культурологическое изучение всегда диалогично, ибо этот процесс представляет собой диалог двух культур – автора и исследователя текста.

Работа, хотя и носит культурологический характер, все же имеет дело с конкретным историческим материалом и потому опирается также на приемы обработки этого материала, иной раз и на микроуровне, выработанные одновременно и в культурологии и исторической науке. Это интерпретативный метод, позволяющий выявить основные характеристики отражения проблемы (теодицеи) или образа (Иова) в конкретном тексте; метод культурно-контекстуального анализа, позволяющий определить взаимосвязь произведения и культурно-исторического контекста его создания и рецепции путем изучения внутренней связи текста с общими тенденциями и идейными характеристиками эпохи возникновения, контекстуально обусловленных особенностей восприятия текста (в различные эпохи), а также значения заключенных в тексте идей в контексте мировой культуры; компаративный метод, позволяющий провести сравнительный анализ различных путей осмысления определенного культурного феномена или проблемы; аксиологический метод в изучении ценностных ориентации религиозного (иудейского и христианского) сознания через определение их отношения к той или иной проблеме.

Кроме того, по мере необходимости был реализован подход, заключающийся в использовании методов и приемов, выработанных не только культурологией и историей, но и философией, богословием, литературоведением, экономикой, социологией.

При работе над темой очень рано выявилась необходимость отрефлексировать свое понимание терминов, которые широко и даже несколько беспорядочно используются в науке, дать их применимое к данной проблематике «рабочее» значение. Термины «цивилизация», «культура», «религия», «парадигма», «империя»

особенно необходимы при анализе комплекса проблем, связанных с взаимоотношениями христианства как «мировой религии» и христианской (европейской) цивилизации.

Центральным здесь является понятие «цивилизация», которое изначально имело два основных значения – стадиальное и локальное. Однако к настоящему времени сложилось и представление о цивилизациях как пространственновременных конструкциях (Н. Я. Данилевский, М. Н. Суровцов, Т. Н. Грановский, А. Тойнби). Фактически это же значение имеет и средневековое понятие «мир»

(pax). Средневековые цивилизации – это комплексные конструкции, в рамках их зарождения и эволюции обязательно идут два процесса – складывание не только общецивилизационной парадигмы на основе «мировой религии», но и оформление геополитической конструкции в форме «империи». В настоящее время под «мировой религией» понимается религиозное течение, распространенное среди народов различных стран и континентов (христианство, ислам, буддизм). Если говорить о средневековье, то первой базовой ее задачей было культурное оформление некоего мира, т. е. формирование для него соответствующей цивилизационной парадигмы. В то же время именно «мировая религия» претендовала на весь «мир», т. е.

ойкумену и транслировала эту парадигму по вертикали (во времени) и горизонтали (в пространстве).

Первоначальные, «материнские цивилизации» условно могут быть названы аграрными, ибо в них на первый план выходит земля, как преимущественная сфера применения человеческого труда в области земледелия или скотоводства.

Именно история этих классических цивилизаций и дает возможность выделить наиболее характерные черты этой конструкции, цивилизационные или «мировые» признаки (определенность исторического периода: определенность территории; одновременное формирование с другими «мирами»; географическая и климатическая локальность; «древность» зарождения; стабильность и длительность существования; уникальность исторического развития; этноцентризм; особый гетерономический алгоритм социокультурной жизни; самобытность и оригинальность культурных представлений и традиций и их близость; противопоставление себя остальным народам и особенно цивилизациям; фильтрация любой культурной информации, которая приходит извне; этнокультурная «гибридность»; цивилизационно-культурный экспансионизм; цивилизационный коллективизм; привлекательность «имиджа» для других народов, не только «соседних», но и отдаленных; умение «уживаться» с ними; традиционализм; специфический «мировой язык»; своеобразие форм государственного и социального развития; возможность складывания предельно централизованного государства; монархическая форма правления и особая роль правителя; широкое распространение республиканских идей и рецептов; система налогов и дани; своеобразное «искусственное» отношение к миру; идея «строительства» оптимальной социокультурной конструкции;

специфическая «мировая религия», особая роль церкви; взаимодействие различных этнических и социальных групп в цивилизации; особая роль религиозных и философских систем; специфическое представление о происхождении мира и человека; специфика представления о сакральном и сверхъестественном «начале»;

специфический аксиологический набор как комплекс моральных норм, социальных рецептов и их обоснований; особое представление об «истории»; особое значение литературы и письменности; особая роль и преимущественная ценность земли). Каждая из цивилизаций маркировалась тремя основными маркерами: этнос, мировая религия, язык.

Важным для маркирования цивилизации представляется выделить ее парадигму как алгоритм осмысления мира на основе определенных идей, взглядов и понятий. В средневековый период она связана с религией и именно «религиозные» идеи (Бог как надъестественная сверхличность, креационизм, провиденциализм, «мир» как место обитания и действия «избранного народа», Вера, она Истина, Завет Бога с Человеком как цель космического бытия, Загробное воздаяние, Церковь, Заповедь, Декалог, Библия и др.) определяют стратегию развития цивилизации и ее отличие.

Разумеется, это далеко не полный список черт, определяющих специфику этнокультурного и социально-политического развития цивилизации, но он намеренно составлен таким образом, чтобы подчеркнуть в качестве маркеров не только экономические или природные факторы, но и, прежде всего, комплекс традиций и идей. Экономика тоже придает своеобразие той или иной цивилизации, ведь каждая из них связана с определенной природно-климатической зоной, но все же надо отметить определенную маргинальность этих зон и присутствие в них как сельскохозяйственного сектора, так и городского, огромную роль торговли.

В любой цивилизации можно выделить две зоны – геополитическое «ядро»

и этнокультурную периферию. Под «ядром» в данном случае есть смысл подразумевать регион, характеризующийся относительной этнической, государственной, политической, экономической и культурной гомогенностью и стабильностью, под «периферией» – располагающиеся вокруг этносы и субэтносы, развитие которых связано с близкими, но и несколько иными характеристиками (более низкий уровень или лежащая в основе иная экономика) и не отличается необходимой устойчивостью и однородностью. Но обязательной особенностью периферии является идейно-культурная и экономическая близость с центром. Самое яркое выражение эта модель нашла на «плечах» Евразии, в Европе и Китае, где существовали империи в «центре» ойкумены («Средиземное море», «Срединное государство» в междуречье Хуанхэ и Янцзы) и «варвары». В этих центрах зарождается и оформляется цивилизационная парадигма и из этих «островов» она идет до границ периферии.

Границы культурной периферии неопределенны, границы же «ядра» достаточно четки. На Западе «ядерная» зона была ограничена пустынями, морями и «римскими валами», в Китае – морями, Гималаями и Великой стеной. Зона же влияния христианской культуры в средние века доходила до Урала, китайской – до берегов Северного Ледовитого океана.

Особым вариантом «ядра» и являются «империи», которые являются не просто формой государства, а его особой стадией, для которой характерно наличие слаборазвитой и преимущественно аграрной экономики («феодализм»). Ее можно назвать своеобразным механизмом формирования цивилизации и сопротивления военному и культурному натиску извне. Она - апогей цивилизационного государства.

Научная новизна работы. Проведенное исследование является первой попыткой на материале ключевых проблем нового по характеру и целям рассмотрения истории взаимоотношений христианства как «мировой религии» и средневековой европейской культуры. В ходе исследования было привлечено большое количество соответствующих материалов и его результаты позволяют говорить об определенном прогрессе в достижении поставленной цели.

Научная новизна исследования состоит в следующем:

1. Даны углублённые и по-новому интерпретированные, с акцентированием на культурологическом аспекте определения ключевых для данного исследования понятий: «цивилизация», «культура», «парадигма», «религия», «образование», «воспитание», «возрождение», «реформация». Предложена по-новому аргументированная иерархия культурных факторов, отражаемых каждым этим понятием.

2. Представлена новая характеристика истории конвергенции христианства с различными сферами средневековой европейской культуры, прослежены важнейшие последствия внутрицивилизационных общекультурных и религиозных контактов для развития континента не только в средние века, но и в последующие столетия.

3. Введена и обоснована новая характеристика христианства как мировой религии, которая структурирует и упорядочивает культурное и социальное пространство, создает оптимальную социокультурную модель и вырабатывает необходимые механизмы ее трансляции во времени и пространстве.

4. В поле теоретико-культурологического исследования впервые вводятся представления о христианстве как конструкторе и трансформере культуры, без которого развитие цивилизации в период аграрного по преимуществу общества в принципе невозможно.

5. Выявлены и охарактеризованы общецивилизационные задачи «религии», предлагающей обществу в целом и каждому его члену «цель» экзистенциального существования и формы и средства ее достижения и соответственно обосновывающей необходимость парадигмального и целенаправленного развития «человечества».

6. Проанализирована цивилизационная роль Библии, которая вкупе с формирующимися на ее основе «комментирующими» сочинениями, развивает те парадигмальные идеи, которые лежат в основе цивилизационной модели, и разрабатывает необходимые механизмы ее трансляции.

7. Показана и обоснована смыслообразующая роль христианской религии как на общецивилизационном макроуровне, так и в различных конкретных сферах культуры (литература, право, философия, история, география).

Положения, выносимые на защиту:

1. Тот период, который гуманисты эпохи Возрождения, по принятым ими основаниям, назвали «средневековой эпохой», действительно выделяется в истории Евразии и связан со временем складывания и расцвета так называемых «материнских», преимущественно аграрных цивилизаций («миров»). Это время существования особой цивилизационной модели, специфической экономики и своеобразных социальных и политических процессов, что обусловлено, прежде всего, характером расселения тогдашнего человечества в рамках определенных геоэкономических и этно-культурных зон.

2. В модели культуры этого периода особую роль играет «сакральная» сфера, представленная в «христианском» мире комплексом «религиозных» идей (теизм, теоцентризм, креационизм, провиденциализм и др.).

Задачи «религии»: «отвечает» за «смысл жизни» общества в целом и каждого его члена, т. е. предлагает им «цель» экзистенциального существования и формы и средства ее достижения; тем самым обосновывает необходимость парадигмального, целенаправленного (телеологичного) и искусственного развития «человечества»; цивилизационно и экзистенциально объединяет людей, проживающих на определенной территории, но относящихся к различным этническим, социальным, языковым, половозрастным группам; играет «мироустроительную» роль в истории цивилизации, т. е. разрабатывает программу «строительства» оптимальной социокультурной модели; создает и обосновывает комплекс цивилизационных идей, направленных на структурирование и упорядочивание пространства, но одновременно способных объединить всю ойкумену.

3. Именно «религиозные» идеи в «средневековый» период создают основу для представления об «истории» как «педагогическом» процессе, в рамках которого строится оптимальная социокультурная модель и распространяется во времени, пространстве и сознании всех без исключения людей. Акцент на «воспитании» и «перевоспитании» человечества с целью глубокого внедрения в сознание всех и каждого «истины» как цивилизационной парадигмы давал возможность эффективной трансляции цивилизации.

4. «Религиозные» идеи содержатся в Мегатексте или так называемом «священном» тексте, который играет особую роль на всем протяжении существования цивилизации. В «христианском» мире это Библия, экзистенциальное и цивилизационное значение которой сохраняется и в настоящее время. В Библии и сочинениях, которые ее «толкуют» и «комментируют», развиваются те парадигмальные идеи и представления, которые лежат в основе цивилизационной модели, и разрабатываются необходимые механизмы ее трансляции, обоснования и защиты со стороны «непонимающих» ее внутри общества и «противников» из других «миров». Особое значение в истории цивилизации имеет проблема «теодицеи», поскольку в случаях любых внутренних «кризисов» или информационных атак извне под сомнение ставится именно положение о провиденциализме («промысле Божьем»): действительно ли «Бог» «оставил» этот мир, т. е. работает ли парадигма в резко изменившихся условиях бытия?

5. Христианство играет важную смыслообразующую роль не только на макроуровне, но и в различных конкретных сферах культуры.

Принципиальное значение для развития цивилизации в средние века имеет «литература» как строго структурированный комплекс сакральных и профанных сочинений, задача которого «иллюстрировать» Книгу книг и ее идеи, на профанных примерах демонстрировать действенность и эффективность цивилизационной педагогики.

В любой социокультурной модели, а в европейской («христиансколатинской») особенно, одно из центральных мест занимает право, поскольку именно оно призвано максимально непротиворечиво регулировать броуновское движение эмпирики. Религия структурирует правовое пространство и сводит стремящуюся к хаотичности юридическую практику в единое русло цивилизационной криминологии. В истории Европы решающую методологическую роль играет именно библейская криминология.

История Европы отличается особой динамичностью, на протяжении средневековья континент постоянно сталкивался с разного рода «вызовами», как эндогенного, так и экзогенного характера. Именно христианство, как показывает история средневековых «ренессансов», ликвидирует последствия этих культурных «наводнений» и восстанавливает «завет» между парадигмой и эмпирикой.

В период расцвета цивилизации (рубеж I–II тысячелетий) «христианский мир» столкнулся с двойным вызовом – со стороны стремительно развивающейся городской культуры и мусульманской цивилизации. Именно христианство смогло создать эффективный механизм «ответа» на эти «вызовы» в виде схоластики, итогом развития которой стало спасение латинско-христианского понимания сверхъестественного и Библии как Текста цивилизации.

6. Обратной стороной христианства как «мировой религии» являются разного рода «отклонения» как обязательные для культуры формы верификации парадигмы («истины») и механизма ее трансляции («церковь»). Именно христианство смогло обезопасить цивилизацию от провокационного и разрушительного воздействия со стороны «ересей» как попыток выстроить альтернативный вариант христианства как религии и организации.

Христианство в период начала трансформации традиционного общества в посттрадиционное помогло сохранить цивилизационную парадигму с помощью так называемой «реформации» как механизма «возрождения», структурирования и укрепления изначального комплекса цивилизационных идей.

Интенсивное развитие «науки» в период позднего средневековья и «новой истории» создало, на первый взгляд, возможность альтернативного развития цивилизации – не на сакральной, а на секулярной основе. Тем не менее, именно религия передала науке алгоритм развития цивилизации, базовые цивилизационные идеи, механизмы их трансляции и в настоящее время во многом представляет собой своеобразный и необходимый инструмент верификации научной «истины».

Прямым порождением религиозной культуры является и «атеизм», который в рамках новой истории представлялся «могильщиком» религии, однако сохраняет свое значение и в современных условиях как механизм верификации Библии как все еще действующего текста и «религиозной истины» как набора цивилизационных идей.

7. Любая цивилизация обязательно сканирует и маркирует окружающее ее пространство. Для Европы это особенно важно, поскольку она испытывала со стороны иных «миров» не столько военные, сколько информационные удары. Именно религии в средневековой Европе принадлежит особая роль в предотвращении и отпоре «натиска» с «Востока».

Особое значение в цивилизационной истории Европы имеет ее взаимодействие с исламской цивилизацией, давшей свою трактовку иудейско-христианской традиции и греко-римской «античности». Именно христианство сыграло решающую роль в информационной борьбе с иным «словом».

В первые века II тыс. н. э. на авансцену евразийской истории выходят «бессловесные», т. е. не имеющие письменной и текстовой культуры, кочевники, не «словом», а «силой» захватившие Евразию. Именно христианская Европа создала самый опасный для них «имидж» их культуры («бандиты»), с помощью которого практически вывела их за пределы культурного пространства в принципе. Этот «приговор» сразу же вступил в действие, и кочевники несут свое несправедливое «наказание» до сих пор.

Теоретическая значимость исследования заключается в создании основы для более глубокой и перспективной концептуализации истории взаимоотношений христианской религии и средневековой культуры, выработке идейных и структурных предпосылок для развития дальнейших исследований в этой сфере с привлечением научных сил в области философии, богословия и т. д. Это способствует расширению предметного поля культурологии и новой интерпретации терминологического аппарата в соответствующих сферах, открывает новые научные перспективы.

Практическая значимость работы заключается, прежде всего, в привлечении внимания исследователей к культурологическим аспектам истории христианства и его роли в истории цивилизации в средневековый период, которую нельзя оценивать как негативную (видение гуманистов эпохи Возрождения, просветителей, марксистов) или исключительную (церковно-богословский подход), во вводе в научный оборот обоснования необходимости новых ракурсов рассмотрения история взаимоотношения средневекового общества и христианской религии. Методологические подходы, основные положения и выводы диссертации могут использоваться в дальнейших исследованиях как указанной темы в целом, так и отдельных частных ее проблем.

Кроме того, результаты могут быть применены в рамках различных учебных курсов, таких как «Культурология», «История средних веков», «История средневековой культуры», «История христианства». Результаты могут также применяться при подготовке специальных курсов и квалификационных работ студентов. Результаты исследования могут быть использованы в образовательной работе в высшей школе, в курсах культурологии, социальной философии, богословии. Положения диссертации дают возможность внесения существенных корректив в концептуальную основу соответствующих разделов этих курсов.

Апробация работы. Результаты исследования были представлены на рассмотрение научного сообщества в виде опубликованных статей, в том числе 17 – в рецензируемых журналах, входящих в списки ВАК, а также в виде четырех монографий, 48 статей в различных изданиях, 6 учебных пособий и серии научных и учебных материалов на ряде сайтов. Результаты были также представлены в виде выступлений на конференциях и семинарах международного уровня: Политическое насилие в исторической памяти Германии и России (Кемерово, 2006), Политическая культура в Германии и России (Кемерово, 2008), Проблемы истории древнего мира и раннего средневековья (Алматы, 2009); всероссийского уровня:

Макушинские чтения (Новосибирск, 2000), Историческое знание и интеллектуальная культура (Москва, 2001), Многокультурное измерение исторического образования: теория и практика. Пятые всероссийские историко-педагогические чтения (Екатеринбург, 2001), Межкультурный диалог в историческом контексте (Москва, 2003), Межкультурное взаимодействие и его интерпретации (Москва, 2004), История идей и история общества (Нижневартовск, 2004), Россия и общества Востока:

динамика социального развития, политические отношения, межкультурная коммуникация (Уфа, 2005), Макро- и микроисторические срезы исследования: методология и историографическая практика Томск, 2009); на конференциях межрегионального и регионального уровней.

Внедрение результатов исследования. Материалы исследований в течение последних тридцати лет были опубликованы в нескольких монографиях и учебных пособиях, а также применены в сфере образования в виде дополнений к курсам «Культурология», «История Германии», «История средних веков», «История средневековой культуры», «Мировая художественная культура», «История культур и цивилизаций», а также в виде специальных курсов, таких, как «Христианство и средневековая культура», «Европа как цивилизация», «Средневековая Европа и ислам», «Схоластика в контексте средневековой культуры», «История папства», «Реформация», «История средневековой литературы», «История средневекового искусства», «Средневековая философия истории» и др. – в вузах Новосибирска (НГУ, НГПУ, НГТУ, Русско-немецкий университет) и Кемерово (КемГУ).

Диссертация в полном объеме обсуждалась на кафедре всеобщей истории гуманитарного факультета Новосибирского государственного университета.

Структура диссертации подчинена цели и задачам исследования и исходит из принципа наиболее полного и доступного изложения материалов и выводов, представленных в ней. Диссертация состоит из введения, шести глав, заключения и списка литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обоснованы актуальность и научная новизна исследования, выявляется степень изученности темы, научная и практическая значимость работы, ее цель и круг решаемых задач, определяются ее хронологические и территориальные рамки, цели и задачи, объект и предмет изучения, охарактеризованы источниковая база, методологическая основа диссертации и методы исследования, практическая значимость. Здесь же приводятся данные об апробации ряда материалов, вошедших в данную работу, определяется и обосновывается ее структура Глава первая «Иудео-христианская традиция и культура» посвящена проблемам, связанным с соотношением сакральной иудео-христианской традиции и европейской культуры, «сакрального» и «секулярного» в «христианской» культуре, с ролью Библии как базового Текста в истории Западной цивилизации.

В первом параграфе «Сакральное и секулярное в христианской культуре» рассматривается соотношение «сакрального» и «секулярного» в модели средневековой культуры.

Культуру можно считать своего рода механизмом адаптации цивилизации к определенной пространственно-временной ситуации. «Европейская» цивилизация, создает в своем развитии ряд таких механизмов («античная», «средневековая», «новая» культуры), которые по форме отличаются друг от друга, но находятся в преемственной связи в парадигмальном плане.

Проблемное соотношение сакральной и секулярной частей культуры явственно отмечается в модели этой культуры. «Религиозные» идеи предстают в виде «ведущих», но эмпирия неоднократно создает возможность для «философии» перестать быть «служанкой богословия». Поэтому ее «форму» можно представить в виде «дроби», где в «числителе» сакральное, а в «знаменателе» секулярное: Бог / Человек. Идеалом, «целью» этой «дроби», а, следовательно, всей цивилизации является непротиворечивость ее двух частей. Это возможно только в том случае, если «верхнее» и «нижнее» числа «равны», т. е. не «противоречат» друг другу. В равновесие «числитель» и «знаменатель» «дроби» приводит «завет» между Богом и Человеком как «формула» единой культуры. Сакральное здесь «отвечает» за «смысл» всего бытия, особенно «истории», обосновывает «право на существование» цивилизации. Секулярное «отвечает» за «формы» бытия, создает необходимый «механизм» существования цивилизации в виде синтеза социальных, политических, юридических и пр. концепций.

Именно «религиозность» культуры явилась тем системообразующим фактором, который обусловил возможность ее существования на территории метарегиона. Так устанавливалась и нижняя граница существования «христианской культуры» (впоследствии найдет отражение в периодизации «от Рождества Христова»). Трансформация «христианского мира» в «Европу» начнется в XV–XVI вв.

в условиях десакрализации культуры.

Во втором параграфе «Библия как историко-культурный феномен и действующий Текст в истории Западной цивилизации» речь идет о роли библейского комплекса текстов в истории средневековой цивилизации.

«Библия» представляет «сакральную» сферу европейской культуры. Именно в ней содержатся так называемые «базовые» идеи. История европейской культуры есть история перетолкования («комментирования») изначального Текста:

Тора – Танах (Ветхий Завет) – Новый Завет – патристика – схоластика – неотомизм / протестантская литература.

Библейский текст является синтезом трех необходимых для существования культуры «начал» – онтологического (происхождение мира и смысл его существования), аксиологического (философия истории, педагогические, правовые, политические и др. идеи) и гносеологического (основы будущих герменевтики, экзегетики, литературы и т. д.).

Значение Библии не исчерпывается только ее культурной значимостью или ролью в истории религии и церкви – она продолжает играть важнейшую роль в современной истории и культуре человечества.

Можно выделить несколько ее значений, связанных с разными периодами истории. Как минимум она играет эту роль в религиозно-церковной сфере, которая всегда была достаточно широка, и является Священным Писанием для ряда конфессий – иудаизма, различных направлений христианства, ислама. В этом плане она играет роль энциклопедического свода знаний, социокультурных и особенно религиозных норм, обрядов, рецептов, идей и организует движение соответствующих сегментов общества, помогает им избежать социального, культурного и политического хаоса, помогает транслировать эти социальные и культурные потоки во времени и пространстве.

Второе, «срединное значение» Библии2 состоит в том, что она идейно организует и транслирует ряд цивилизаций – еврейско-иудейскую, христианскую, мусульманскую.

В средние века первое и второе значение фактически совпадают, ибо религиозные представления, безусловно, господствуют и человек не мыслит иной идеологии, кроме религии.

На примере «священной истории» обществу фактически предлагается развиваться на основе сложного и тщательно структурированного комплекса идей, который, в общем-то, и можно назвать парадигмой, т. е. развиваться парадигмально и планомерно. Сами идеи «истины», «слова», «завета» постулируют необходимость для человечества сознательного выстраивания определенной социокультурной стратегии.

Библейский подход к истории и культуре сохраняет свое значение и для современного этапа развития всего человечества.

Ориентированный на системное восприятие и структурирование «знания», он выступает ныне как один из самых авторитетных оппонентов философским исканиям и ревизиям, стремящимся максимально «деидеологизировать» общество и обладает всеми признаками максимального универсализированного, ориентированного на все человечество, что явно необходимо и на данном этапе глобализации.

Ветхий и Новый Заветы активно вводят идею «истории» как «педагогического» процесса. «Исправление» идет путем соответствующего «воспитания» и «образования», т. е. трансляцией «правильного» социокультурного образца. Библейская традиция не просто формирует понятие «истории», но и требует от всех людей активно участвовать в ней, искренне и активно делая «профанную», т. е.

современную, историю обязательным и логически непосредственным продолжением истории «священной».

Библия играет огромную роль в формировании морального облика человечества. Ее можно уподобить некоему аккумулятору интеллектуальной и этической энергии. Строго говоря, лишь религия и порожденная ею тысячелетняя культура все еще поддерживают единство в нашем растерявшемся мире.

Религиозно-библейская этика внушает идею, что цель жизни не состоит в потребительском отношении к жизни и миру и требует овладевать искусством руководства миром («исполнение воли Божьей»). Главной основой современного «реванша Бога» является как раз реакция человечества на поведение «безумного»

мира, отошедшего от вектора развития человечества. Религия в данном случае дает не простое «утешение» как надежду на потустороннее вознаграждение, Библия же не психотерапевтический текст (это видение уставшего XX в.), а программа, рассчитанная на весь период существования человечества.

Глава вторая «Теодицея» рассматривает библейскую теодицею как форму «богооправдания», т. е. доказательства развития социального мира парадигмально и целенаправленно (в соответствии с «волей божьей»), что является одной из обязательных и важнейших частей «религиозной» культуры. Показываются два варианта решения этой проблемы в ветхозаветной и новозаветной литературе.

В первом параграфе «Solo fide пророка Аввакума (из истории ветхозаветной теодицеи)» на примере книги пророка Аввакума рассматривается механизм ветхозаветной теодицеи. Ее важнейшей онтологической предпосылкой является теоцентризм. Заслуга Аввакума в том, что он подчеркнул духовный аспект поведения человека (искренность, самостоятельность мышления, преданность этническому, а не социальному, принятие истины сердцем). Из сказанного логично вытекает представление об особой роли «веры» в полиэтничном и мультикультурном мире. Фактически Аввакум впервые поставил вопрос о «вавилонском» наступлении на культуру. «Вавилонизм», как культурное и языковое явление станет играть особую роль в период складывания крупнейших евразийских цивилизаций, когда смешение «языков» – культур («язычество») как своего рода информационный хаос станет сопутствовать этому процессу. Аввакум видит отступничество не Бога от людей, а людей от Бога. Рождается характерное для религий утверждение, что истине надо доверять даже тогда, когда есть большие сомнения в ней.

Во втором параграфе «Бог и Человек в теодицее Христа» показан пример новозаветной теодицеи. Проблема отношения к своему «богу» получает особое значение на одном из «решающих исторических этапов» развития европейской цивилизации (переход от «старой» эры к «новой»). Поскольку проблема поисков «виновника» крушения «мира» особенно четко ставится в переходные периоды, есть смысл говорить об особом значении самого термина как обозначении проблемы обострения зла. Именно в такое время происходит не только критика божества, но и поиски «правильного» бога, который «придет» и «спасет».

Иисус Христос фактически отвергает «многозаветную» модель и противопоставляет ей идею единственного «завета» как «нового», который «обновляется»

однократно в критический момент истории, становится «новым», т. е. первозданным, очищенным от искажений и неверного толкования. Новые христианские представления о взаимоотношениях Бога и человека отрывали человека от природы и впервые создавали предельно социологизированную картину истории, раздвинутую до всемирно-исторических масштабов. Впервые бытие начинает определяться сознанием и впервые же проблема соотношения «бытия» и «сознания»

становится «основным вопросом» общественной мысли. «Свобода», которую приносит знание «истины», давала возможность и право начать новый ряд событий и рецептов.

Глава третья «Христианство и история» посвящена такой важнейшей категории средневековой культуры, как «история». Именно на историческом материале показывается необходимость и эффективность действия парадигмы («Бога»). Здесь так же важен именно библейский подход, который будет развиваться в средневековом христианстве.

В первом параграфе «Представление об истории в Новом Завете» рассматриваются новозаветные идеи, которые позволили вывести библейскую историческую парадигму за пределы «Земли Обетованной» и сделать ее основой для «мировой религии».

Историю можно представить в виде «педагогической проблемы», которую должно было решать человечество: на определенном этапе (в Эдемский период), под влиянием определенных причин (происки Сатаны) произошла грандиозная катастрофа (Первородный Грех). Человек оказался один на один с Миром, и для спасения необходимо «возвращение в Эдем». История, таким образом, понимается как «безбожный» период (от нарушения Адамова Завета до последнего «экзамена»

в форме «Страшного суда» человек не общается с Богом непосредственно). С «помощью» античной мысли христиане рационализируют это представление и начнут детально анализировать «дорогу истории» с целью определения срока наступления «субботы». Складывается и необходимая педагогическая «лестница»:

все отдельные люди и целые народы, выстраиваются в качестве «учеников», «штудирующих» одну и ту же «истину».

В результате можно говорить о своеобразной революции, которую произвело христианство, осуществив смену идеологии как универсализацию и интернационализацию «базовой» культурной парадигмы. Фактически тем самым закладывается матрица дальнейшего развития европейской культуры.

Второй параграф «Эсхатология и христианская историософия» касается проблемы динамики «исторического» процесса, имеющей принципиальное значение для складывания и развития «христианской» культуры. Она решалась в значительной мере на основе эсхатологических представлений. Здесь необходима была «замкнутость» «исторического процесса». Две вехи – «Творение» и «Конец мира»

как создание «новой земли» – являются внешней «рамкой» для «истории», но сама «история» тоже имеет «начало» и «конец»: «Первородный Грех» как момент нарушения гармонии и «завета» с «Богом» и «Страшный Суд» как момент, фиксирующий «возвращение в Эдем». Именно в христианстве происходит соединение «начала» и «конца» и складывание модели «истории» в классическом виде.

В христианстве идет динамичный и педагогический процесс движения Истины, а он не может быть бесконечным: мир мал, поэтому конец можно и нужно ожидать в любую секунду. В результате «горизонтальный» «исторический» процесс заменяется на движение «вперед и вверх», на «вертикальную» модель «истории». Процесс «творения» фактически разбивается на две фазы: «шестоднев» и «промысел Божий». Августин введет обобщающую формулу «непрерывное творение» (creatio continua). Границы «истории» еще более сужаются («Страшный Суд» – «Второе пришествие»).

Разные уровни эсхатологии (космологическая, «историческая», политическая, индивидуальная) начинают выстраиваться в иерархию. Одновременно более динамичным становится заключительный этап «истории», ибо «праведники»

(«новые люди») вместе с Христом, испытав «новое рождение», будут создавать «новое небо» и «новую землю». «Новизна» истории находит отражение и в акценте на «надежде» как готовности человека к непредсказуемому будущему.

В данном случае именно эсхатология создает возможность и необходимость разработки историософии. Историософия как «мудрое знание» (софия – мудрость) складывается, как правило, в начале цивилизации и дает оптимум решения складывающегося комплекса проблем. «Истории» окончательно придается дидактичность и педагогичность. Внутри «мира» развитие получит уже «историография»

(графос – описание) как история поступательного и необратимого движения «истины». Завершение «исторического» цикла поставит задачу перехода к «историологии» (тщательного, «объективного», анализа «дороги истории» на основе «логоса» как отказа от сложившихся рецептов и стереотипов).

Появляется возможность перехода от концепции «Земли Обетованной» к концепции «мира» как территории Истины. Река под названием История покатилась в океан под названием Вечность. Бог начинает покровительствовать всем, кто принимает эту Истину.

Глава четвертая. «Встреча» христианской религии и культуры в истории касается влияния христианства на «профанные» сферы культуры (философия, литература, право).

В первом параграфе «Христианство как «встреча» философии и литературы» рассматривается взаимодействие христианства с философией и литературой. В средневековый период, когда религия в форме христианства господствует, а философия и религия как никогда непримиримы, проблема их взаимодействия особенно сложна.

Соотношение религии, философии и литературы определяет модель истории. На первый план выходит этика, но верховным судьей может быть только Бог и поэтому особое значение приобретают Слово и Текст. Все сочинения начинают различаться, прежде всего, по отношению к Истине. Истинными, правильными и жизненно необходимыми для человека, разумеется, являются те, которые связаны со Словом Божьим. Слово, бывшее у Сверхличности, «плоть приняв», воплотилось в книгу и стало, таким образом, социальным фактором. Именно книге в цивилизации принадлежит особая роль в сохранении социальной памяти и начале «строительства царства Божьего на земле». В этом плане книга будет и двоесущна, ибо содержит Божественную «волю», но передает ее словами человеческими.

Она пытается не только заниматься человековедением (познанием человека через призму его «завета» с Богом), но и человековедением (воспитанием человека).

Сама аббревиатура «Ветхого Завета» (ТаНаХ) указывает на три части (Тора невиим ве кетубим): собственно Тора (Учение, Закон), Невиим (Пророки) и Кетубим (Писания): Закон – Прорицание как предупреждение – варианты решения конкретных проблем. «Новый Завет» также содержит Истину (Евангелия), историю распространения Истины (Деяния апостолов) и рассмотрение конкретных проблем, порождаемых «новым знанием». Ветхий Завет «прочитывается», естественно, сквозь призму «истины» Христа. Фактически здесь закладывается и представление о «литературе» как запечатленном, т. е. попавшем на скрижали истории, являющемся основой образованности и учености.

Христианство как жестко фиксируемая литература и есть попытка остановить культурное «наводнение» периода возникновения цивилизации за счет усилившейся конвергенции культур («столпотворение богов») и направить культурные потоки, большей частью уже представленные в письменной форме, в единое и единственное русло. Но здесь же исток особой роли литературы, направленной на консервацию текстов и их противостояние находящейся в кризисе устной традиции, а в более широком смысле на противостояние письменной традиции (идеологии) устно-ментальной (психологии). Именно психология – хранительница коснеющей традиции, хотя в ней-то и формируется новое мироощущение, противостоящее прежнему миропониманию. В итоге нужен их консенсус. Как раз религия и пытается изначально блокировать эту конфронтацию. Избавление от этой опасности идет с помощью максимального отчуждения основной массы общества от «ученой» культуры, которая становится объектом изучения избранных, священников и монахов, берущих на себя функцию «толкования» и популяризации этих текстов.

Естественно возникающая задача обоснования «истинности» христианства, т. е. эффективности его рецептов в мультикультурном мире, и нарастающий интерес в этом мире к новой религии обусловили взрывообразный рост литературы.

Первоначальным результатом соединения философии и литературы станет нерасчлененный текст (Библия), в рамках которого слиты самые разнообразные жанры (проза, поэзия, философия, право), но именно это позволяет ей иметь множество социально полезных функций: информационно-коммуникативную как универсальную и изначальную, эстетическую, этическую, познавательную (зарождается энциклопедизм как круг необходимого и самодостаточного «знания»), идеологическую. Библия как текст и есть образец того, каким должно быть сотрудничество.

Евангелия в особенности стали образцом и формой распространения «истины».

В целом, философию и литературу можно назвать глазами, обращенными внутрь культуры. Именно они формируют в обществе практическую этику, внедряя в сознание людей в виде рецептов и моральных императивов те идеи, которые выстрадала религия, на них падает основная тяжесть задачи понять «смысл»

броуновского движения общества и проблемное сочетание его идеалов с интересами конкретного индивида. Для достижения же всех этих целей они должны работать в формате «очков», т. е. действовать согласованно.

Параграф второй «Особенности библейской криминологии и проблема ее роли в становлении европейского права» посвящен некоторым аспектам библейско-христианского подхода к праву. Ядрами двух редуцированных систем, «божественной истины» и «истины человеческой», которые располагаются в виде дроби, становятся «закон Божий» (religio) и «закон человеческий» (ius), иначе говоря, комплексы религиозных истин и правовых рецептов. Отношения этих двух компонентов всегда проблемны, ибо право, как человеческий закон, развивается путем суммирования прецедентов и универсализации форм предупреждения преступлений и методов наказания, а религия стремится ввести в криминологическую сферу параллельно страху перед неотвратимым наказанием страх перед взыскующим взором Бога как «отца», который не только дает жизнь человеку, но и контролирует его поведение. Именно с этой целью правовые вопросы сознательно вводятся в религиозные тексты или разного рода судебники объявляются «правдами», т. е. данными свыше. Это будет и своеобразной формой предупреждения разбухания правового материала и, в то же время, механизмом его перманентной кодификации, а, следовательно, и средством обуздания юридического произвола.

Если учесть, что теоцентристская идея маркирует всю европейскую цивилизацию, то понятно, что законы Моисея фактически создают колею европейского правосознания, стимулируют его развитие.

Ядром Торы и соответственно Моисеева Закона являются «Десять заповедей», которые универсальны, ибо описывают все возможные исторические и жизненные ситуации. Они представляют собой фактически общую часть Моисеева Закона, которая раскрывается впоследствии с помощью норм особенной части.

Они – источник основных принципов регулирования общественных отношений и формируют, таким образом, юридический, обязательный, характер дальнейшего развития права. Они внесли в современную цивилизацию ряд важнейших принципов: неприкосновенность человеческой жизни (не убий), неприкосновенность собственности (не укради) и др. Они закрепляют важнейший принцип равенства всех перед законом.

Можно говорить о зарождении специфической для европейской цивилизации теократической доктрины преступления и наказания, господствовавшей на всем протяжении Средневековья и впоследствии, в рамках Реформации, даже получившей новый импульс для своего развития. Любопытно, что здесь впервые в истории европейской цивилизации была предпринята попытка сформулировать эти предписания на основе не казуистической техники («око за око»), а правил общечеловеческих отношений.

Параграф третий «Христианство и средневековые «ренессансы» рассматривает проблематику, связанную с ролью религии в таких общекультурных процессах как «ренессансы». Сравнение общего и особенного в истории различных европейских и азиатских ренессансов позволяет говорить о том, что «Возрождение» – это особенность развития культуры. Когда общество попадает в ситуацию выбора, трансформации, «стресса», неопределенности, интервенций любого рода и т. п., оно обращается в поисках ответа на возникающие вопросы к прошлому. Соответственно, идет пересмотр собственной истории.

Образцом для Каролингского и Оттоновского ренессансов, как показывает их история, было время Константина Великого, первых вселенских соборов, появления латинской «Вульгаты», Никейского символа веры, патристики, т. е. время зарождения латинско-христианской цивилизации.

Средневековые европейские «ренессансы» пестрят критикой церкви и стремлением восстановить «истинную» религиозность. В отличие от «спокойных»

периодов налицо интерес к кардинальным проблемам религии, требование разъяснений и доказательств разумности христианства.

Создается максимально широкое территориальное объединение («империи»), самая универсальная система образования (университеты как «высшая школа», т. е. школа, позволяющая человеку освоить высшую «истину»), возрождается право «материнской» империи, «материнская» (античная) культура используется небывало активно, но искусственно, т. е. Возрождение проводится «сверху»

и носит служебный характер. Апогея достигает и религиозная идея. Во время Карла Великого появляется «Константинов дар», Папская область. «Империя» отбирается у византийских правителей и передается с помощью церкви Европе. Появляется идея монарха как помазанника божьего.

Идут поиски новой единой системы (cultura) как новой формы синтеза сакрального (religio, «религии») и секулярного (sciencia, «науки»). Ее лозунгом в развитой культуре снова будет «знание и вера». Соответственно начинает пересматриваться соотношение науки и религии, философии и богословия.

Четвертый параграф «Схоластика в контексте истории европейской цивилизации» трактует схоластику как феномен тесно связанный с христианством. В Европе конца I – начала II тыс. н. э. город становится идейным рынком.

Складывается на первых порах ситуация смысловой какофонии. К тому же город всегда придает большее значение секулярной стороне культуры. Сомнения в наличии Бога еще не могли возникнуть, но сомнения в наличии его внимания к миру есть. Ситуация обостряется еще и тем, что усиливается натиск исламской культуры. В городской культуре «бунт» секулярного проявился в ересях, делавших акцент на социологических проблемах, смеховой культуре, поэзии вагантов. Начинают создаваться всеобъемлющие еретические теории.


Схоластика и стала первоначальной формой защиты цивилизационной парадигмы. «Ученая» культура за помощью обращается ко времени патристики, византийской теологии, христианского неоплатонизма. Схоласты предложили сочетать иррационализм с рассудочностью выводов, сделали установку на герменевтику как «вычитывание» ответов из базовых текстов. Античные сочинения брались в латинском варианте, т. е. как факт латинской культуры. Зарождение жанра «сумм»

свидетельствовало о стремлении выстроить непротиворечивый синтез «сакрального» и «секулярного».

Интерес к греческой культуре спровоцировал столкновение двух этических идеалов – эллинистического с акцентом на величии и самодостаточности человека и христианского с акцентом на помощи Божьей. Основным предметом спора становится уже не вера, а сфера и пределы разума. Синтез веры и разума осуществлялся в виде иерархического соподчинения (по принципу слуга – хозяин). Онтологическое доказательство бытия Божьего Ансельма Кентерберийского станет первым шагом в «спасении» цивилизационного понимания идеи Бога.

В результате схоластика характеризуется достаточно широким движением интеллектуальной защиты цивилизационной парадигмы: Ансельм Кентерберийский делал акцент на вере, П. Абеляр настаивал на интеллектуальном анализе поставленных проблем, Гуго Сен-Викторский на мистике, Бернар Клервосский предложил психологический метод, Петр Ломбардский – энциклопедизм (компендиум «сентенций»). Синтез – несомненная заслуга Фомы Аквинского.

Глава пятая «Христианские «отклонения» и европейская культура»

связана со своего рода «обратной стороной» религии, где формируются ее «соперники» или «противники». Христианство как «мировая религия» не могло существовать в виде однородного течения. Именно дисперсность «мира», его мультикультурность и полиэтничность, сложный характер развития цивилизации, неизбежные контакты с другими «мирами» приводили к появлению различных «отклонений».

Первый параграф «Ересь как культурное явление» рассматривает «ересь» как самостоятельное культурное явление, а не простой «отход» от ортодоксии. Можно выделить ряд признаков ереси как культурного явления и обязательного «спутника» цивилизационной идеологии.

С точки зрения истории культуры ереси можно классифицировать следующим образом:

• Ереси как результат взаимодействия («трения») культур (три группы:

связанные с конкретными культурами; связанные с взаимодействием формирующейся религии и сложившейся синкретической («имперской») идеологии; «внутрицерковные» ереси).

• Ереси как протест против «скачка в абсурд».

• Ереси как форма «перевода» христианства на привычные представления.

• Ересь как «мостик» между культурами.

• Ересь как стык и между ересями.

• Ересь как форма неполного приятия и противоположных идей.

• Ересь как форма «легализации» новых представлений.

В развитии христианских ересей прослеживается два этапа особенно широкого их распространения: II – V вв.: период оформления христианства; XII – XIV вв.: апогей христианской культуры.

Можно выделить несколько вариантов формирования ересей.

«Корпускулярная» форма: ереси формируются в отдельных районах, в связи с особой ситуацией, недолговременно. Генетический вариант: для ересей характерна преемственность по отношению к прежней ортодоксии, широкое распространение, глубокое проникновение, долговременность существования, широкая социальная база.

Ереси могут формироваться «по вертикали»: переходят «от отца к сыну».

Для большинства ересей характерно широкое распространение «по горизонтали»

(катары фактически были общеевропейским движением).

Причины поражения ересей могут быть локальные или случайные. Ересь погибнет, если будет отрицать какие-либо базовые идеи, максимально от них дистанцироваться или не принимать их в комплексе. Побежденные идеи часто становятся «народными», т. е. уходят на нижние этажи социальной лестницы.

В параграфе втором «Реформация в контексте истории европейской цивилизации» речь идет об одном из важнейших событий всемирной истории. С точки зрения истории европейской цивилизации, в Реформации можно увидеть определенный историко-культурный феномен, ибо она не просто всплеск ересей, а своеобразное «возвращение» в состояние религии «до грехопадения».

Западная цивилизация в их эпоху столкнулась с такого рода внутренними факторами, аналогов которых практически не знала на всем протяжении предшествующей истории. Особая роль денег в обществе, стремление к обогащению, складывающаяся горизонтальная модель общества, демократические ценности, широкое распространение идеала светской культуры, неизбежность социальных битв и революций – все это требовало осмысления и легитимность новых реалий должна была быть обоснована и с позиций религии.

В условиях десакрализации культуры особенно остро встает и задача пересмотра «завета» Бога и Человека. Само понятие десакрализации отнюдь не означает исчезновение в культуре идеи Бога, а предполагает очередную аксиологическую революцию. За Богом-отцом окончательно останется лишь функция креационизма.

Возрождение и Реформация окажутся тесно связаны с Просвещением. Эти три феномена вместе составляют особую эпоху, но находятся как бы на разных ее полюсах: тандем Возрождение / Реформация как нижняя граница и Просвещение как верхняя. «Открывающий» и «закрывающий» этапы антагонистичны по своим методам и целям. «Возрождение» и «Реформация» в данном случае выступают, прежде всего, как культуры «снятия» прежней модели «культуры», тогда как новая культурная парадигма будет окончательно оформлена в рамках «Просвещения».

В третьем параграфе «О некоторых аспектах взаимоотношения науки и религии в истории европейской культуры» разговор идет о соотношении науки и религии.

Поскольку для культуры характерно сложное и проблемное соотношение сакральной и секулярной составляющих, это предопределяет два основных направления применения «человеческой мудрости», которая должна улучшать быт и обеспечивать сакральность как обязательность для всех картин физического мира.

В период «средневековья» просто наблюдения в условиях более сложных отношений с природой становится мало, и начинается формирование словтерминов и универсально-абстрактного подхода к описанию мира. Рефлексией по отношению к социальному миру, в основном, займется религия.

В условиях формирования капиталистического общества, резко повышается роль физических, естественных и точных наук. Капитализм развивается из торговли, и хаотичность социального мира начинает считаться обязательной характеристикой и физического мира. Бог становится лишь перводвигателем. Человек обязан не только строить социальный мир, но и попытаться понять физический мир.

Слово «наука» постепенно меняет свое значение. Из достаточной и обязательной суммы фактов, методов и иллюстраций к Истине она превращается в процесс познания.

В XX веке наука начинает играть ту же роль «учителя», которую когда-то играла и религия, и приписывает себе не только научную, но и мировоззренческую непогрешимость. Сначала она «разоружает» общество, так как разбивает прежний социокультурный синтез, и на этом этапе обязательна борьба науки и религии как этап «снятия». Она дает внешне простые и безупречные ответы, достаточные для разных уровней образования. В этом «утешении» фактически проявляется компенсаторная функция. После создания картины физического мира она обещает решить и социальные проблемы.

В этой ситуации положение науки и ее диалог с религией становятся крайне сложными. То, что мы именуем наукой, можно рассматривать в двух плоскостях.

Во-первых, это некий комплекс методов и связанных с ними теорий и концепций, который поставлен «на службу человечеству» и служит ему действительно весьма эффективно. В то же время комплекс мировых законов и комплекс догматов в равной мере не влияют на экономическое, социальное, политическое, этническое и т. д. разделение человечества, но оба они влияют на развитие «культуры» и создают две диаметрально противоположные картины мира – религиозную и научную. Это две необходимые для культуры крайности.

Религия в свое время достаточно произвольно и гениально решала мировоззренческие вопросы с помощью идеи «неведомого» Бога-Творца, находящегося за пределами мира. Свой ответ должна теперь найти и наука, только тогда она получит право и возможность сформулировать новую парадигму.

Это говорит о том, что заканчивается период «сциентизации» как аналог «христианизации», т. е. триумфального шествия науки по умам людей и континентам планеты. Уже поэтому она перестает быть такой боевитой и антирелигиозной, как раньше. Если раньше она скорее разъединяла людей, настаивая на индивидуализме, то теперь в науке на первый план выходит мироустроительная функция. Об этом свидетельствует и то, что наука стала активно заниматься решением социальных вопросов, дала человечеству идею «утешения» с помощью научнотехнического прогресса.

Четвертый параграф «Из истории европейского атеистического дискурса» посвящен развитию атеистических представлений в Европе. Именно в христианстве сформировалось классическое определение атеизма как отрицания Бога, поскольку в Европе является особенно проблемным взаимоотношение Бога как сверхъестественной и надъестественной сверхличности, творящей естество, и Человека как сверхличности, живущей внутри этого естества и пытающегося присвоить себе окончательно права «домовладельца».



Pages:   || 2 |
 


Похожие работы:

«Николаева Галина Андреевна НАЦИОНАЛЬНО-КУЛЬТУРНАЯ СПЕЦИФИКА ГЕНДЕРНЫХ ОТНОШЕНИЙ (на материалах Республики Бурятия) 24.00.01 – Теория и история культуры Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата культурологии Санкт-Петербург 2013 2 Работа выполнена на кафедре философии и культурологии Санкт-Петербургского Гуманитарного университета профсоюзов Научный руководитель : Пасешникова Лариса Алексеевна, кандидат юридических наук, профессор кафедры отраслей права...»

«ЕРЁМИН ЛЕОНИД ВАЛЕНТИНОВИЧ МУЗЕЕФИКАЦИЯ ОСОБО ОХРАНЯЕМЫХ ТЕРРИТОРИЙ ИСТОРИКОКУЛЬТУРНОГО ЗНАЧЕНИЯ В РЕСПУБЛИКАХ ЮЖНОЙ СИБИРИ (КОНЕЦ ХХ НАЧАЛО ХХI ВЕКА) Специальность 24.00.03 – музееведение, консервация и реставрация историко-культурных объектов АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук Томск 2010 Работа выполнена на кафедре музеологии, культурного и природного наследия ГОУ ВПО Томский государственный университет Научный руководитель :...»

«Гиваргизян Анна Фрунзеевна Проблемы сохранения культурных ценностей в Армении и России Специальность 24.00.01. – теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата культурологии Москва 2011 Работа выполнена на кафедре теории и истории культуры Государственной академии славянской культуры Научный руководитель : доктор филологических наук, профессор Михеева Людмила Николаевна Официальные оппоненты : доктор философских наук, профессор...»

«Смоляк Ольга Алексеевна Европейский дискурс другого: культурологические модели ориентирования человека в современном жизненном мире Специальность 24.00.01 – Теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата культурологии Пермь 2004 Работа выполнена на кафедре культурологии Пермского государственного технического университета доктор философских наук, профессор Научный руководитель : Н.З.Коротков доктор философских наук, профессор...»

«Биневский Иван Александрович ДИАЛЕКТИКА САКРАЛЬНОГО И ПРОФАННОГО В ЕВРОПЕЙСКОМ СОЦИОКУЛЬТУРНОМ ПРОЦЕССЕ 24.00.01 – Теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Москва 2012 2 Работа выполнена на кафедре философии, культурологии и политологии Московского гуманитарного университета. Научный руководитель : доктор философских наук, профессор, Флиер Андрей Яковлевич Официальные оппоненты : Гриненко Галина Валентиновна,...»

«БРЕВНОВА ЮЛИЯ АЛЕКСАНДРОВНА КОМПЬЮТЕРНЫЕ ИГРЫ В СОВРЕМЕННОЙ СУБКУЛЬТУРЕ ДЕТСТВА (СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ АСПЕКТ) АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата культурологии по специальности 24.00.01. – теория и история культуры Москва – 2012 Работа выполнена на кафедре теории и истории культуры Государственной академии славянской культуры кандидат педагогических наук, доцент Научный руководитель : Ходакова Нина Павловна доктор филологических наук, профессор...»

«Султанова Анжела Нухтаровна СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН БОГЕМЫ 24.00.01 – теория и история культуры Автореферат на соискание ученой степени кандидата философских наук Ростов-на-Дону 2013 Работа выполнена на кафедре философии Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования Дагестанский государственный педагогический университет Научный руководитель – доктор философских наук, профессор Баглиева Ариза Захрабовна Официальные...»

«Курова Екатерина Геннадьевна РОССИЙСКАЯ ТЕЛЕВИЗИОННАЯ КУЛЬТУРА: АНАЛИЗ СОВРЕМЕННОЙ СИТУАЦИИ 24.00.01 – теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учной степени кандидата философских наук Ростов-на-Дону – 2008 Работа выполнена на кафедре исторической культурологии факультета философии и культурологии Южного федерального университета Научный руководитель – доктор философских наук профессор Заковоротная Маргарита Вилоровна Официальные оппоненты : доктор...»

«Протоковилова Елена Александровна КУЛЬТУРНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ В СОВРЕМЕННОЙ ЛАТИНОАМЕРИКАНСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ 24.00.01 – теория и история культуры Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Ростов-на-Дону 2013 Работа выполнена в ФГАОУ ВПО Южный федеральный университет на кафедре исторической культурологии факультета философии и культурологии Научный руководитель – доктор философских наук, профессор Паниотова Таисия Сергеевна Официальные оппоненты :...»

«Точиева Марем Багаутдиновна МИФОПОЭТИЧЕСКАЯ КАРТИНА МИРА В ИНГУШСКОЙ КУЛЬТУРЕ Cпециальность 24.00.01 - теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Ростов-на-Дону - 2013 Диссертация выполнена в Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования Ингушский государственный университет Научный руководитель : доктор философских наук, профессор Танкиев Абукар Хажалиевич...»

«Матурова Эльвира Зофаровна ГНОСТИЧЕСКАЯ ДУХОВНАЯ ТРАДИЦИЯ КАК КУЛЬТУРНО-ФИЛОСОФСКИЙ ФЕНОМЕН Специальность: 24.00.01 – теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Казань, 2013 Диссертация выполнена на кафедре философии и культурологии Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования Казанский государственный университет культуры и искусств. доктор философских...»

«Метакова Зоя Федоровна Манипулятивные возможности информационной власти в современной культуре 24.00.01 – Теория и история культуры Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Томск – 2006 Работа выполнена на кафедре этики, эстетики и культурологии Института искусств и культуры ГОУ ВПО Томский государственный университет Научный руководитель доктор философских наук, профессор Бурмакин Эдуард Владимирович Официальные оппоненты доктор...»

«МУРЗИНА Ирина Яковлевна ФЕНОМЕН РЕГИОНАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ: БЫТИЕ И САМОСОЗНАНИЕ Специальность 24.00.01 – теория и история культуры Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора культурологии Екатеринбург – 2003 Диссертационная работа выполнена на кафедре культурологии Уральского государственного педагогического университета и на кафедре философии и культурологии Института по переподготовке и повышению квалификации преподавателей гуманитарных и социальных наук при...»

«                    ШУБИН Юрий Александрович                СОВРЕМЕННЫЕ ТРАНСФОРМАЦИИ ЭТНОКУЛЬТУРНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ: УНИВЕРСАЛЬНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ   И РОССИЙСКАЯ СПЕЦИФИКА            24.00.01 – теория и история культуры              АВТОРЕФЕРАТ   диссертации на соискание ученой степени  кандидата культурологии                Москва – 2011  Работа выполнена на кафедре теории культуры, этики и эстетики Московского государственного университета культуры и искусств      Научный...»

«УДК 008.001. Дегтярёва Ольга Александровна ЗЕРКАЛО КАК ОБЩЕКУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН Специальность: 24.00.01 - теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата культурологии Санкт- Петербург 2002г. 2 Работа выполнена на кафедре философии и культурологии Республиканского Гуманитарного института при СанктПетербургском государственном университете Научный руководитель : кандидат философских наук, доцент Т.В.Холостова Официальные оппоненты :...»

«Алексеев-Апраксин Анатолий Михайлович ВОСТОК В КУЛЬТУРЕ ПЕТЕРБУРГА Специальность: 24.00.01 – теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора культурологии Санкт-Петербург 2011 Работа выполнена на кафедре культурологии философского факультета Санкт-Петербургского государственного университета Научный консультант : доктор философских наук, профессор Соколов Евгений Георгиевич...»

«Родермель Татьяна Алексеевна ФЕНОМЕН КОМПЕТЕНТНОСТИ В СОВРЕМЕННОМ ОБРАЗОВАНИИ: СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ АСПЕКТ Специальность 24.00.01 – теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Томск – 2011 Работа выполнена на кафедре социологии, психологии и права ГОУ ВПО Национальный исследовательский Томский политехнический университет Научный руководитель : доктор философских наук, профессор Иванкина Любовь Ивановна Официальные...»

«Именнова Любовь Сергеевна Музей в социокультурной системе общества: миссия, тенденции, перспективы 24.00.01 – теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора культурологии Москва 2011 2  Работа выполнена на кафедре истории, истории культуры и музееведения Московского государственного университета культуры и искусств. Научный консультант : Аронов Аркадий Алексеевич, доктор педагогических наук, доктор культурологии, профессор....»

«УДК 783+82.091 Федоровская Наталья Александровна ДУХОВНЫЙ СТИХ В РУССКОЙ КУЛЬТУРЕ Специальность: 24.00.01 – теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора искусствоведения Санкт - Петербург 2010 г. Работа выполнена в Дальневосточном государственном техническом университете (ДВПИ им. В.В. Куйбышева) доктор культурологии, профессор, Официальные оппоненты : Никифорова Лариса Викторовна доктор культурологии, профессор, Цветаева Марина...»

«ЛИСИЦЫНА Ирина Анатольевна ПРОЕКТНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПУБЛИЧНЫХ БИБЛИОТЕК КАК ИНСТРУМЕНТ КУЛЬТУРНОЙ ПОЛИТИКИ В МЕГАПОЛИСЕ Специальность: 24.00.01 – теория и история культуры (культурология) АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата культурологии Москва – 2012 Работа выполнена на кафедре культурологии и социальной коммуникации Федерального государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования Российская академия народного хозяйства...»






 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.